Наконец-то я могу выбрать, что неправильно (и что правильно)

Луффи станет пиратом, когда она станет достаточно взрослой, чтобы отправиться в плавание по морям. Проблема в том, что она не совсем уверена, как быть пиратом. Она знает большую часть того, что они делают, но она еще недостаточно знает, чтобы на самом деле делать это. А если она чего-то не знает, Маа говорит, что ей следует задавать вопросы, чтобы выяснить это. Но Маа ничего не знает о том, чтобы быть пиратом или плавать под парусом, а это значит, что Луффи должна найти кого-то еще, чтобы спросить. Ветры знают много, но недостаточно, и она на самом деле не знает, где сейчас находится Шанкс, так что у нее остается один вариант на выбор. Она собирается спросить у морей. Луффи уже спросила Маа, может ли она пойти погулять утром, так что у нее все готово : с маленькой сумкой с закусками и длинной палкой, которую она нашла. Поскольку сегодня она собирается на Важный разговор, а не просто тусоваться, ей нужно устроить из этого экспедицию, а всем известно, что для экспедиции требуется несколько очень важных вещей: закуски, хорошая палка, которую можно носить с собой, и крутая шляпа. У нее нет крутой шляпы, но красных цветочных булавок, скрепляющих ее челку, должно быть достаточно. «Ветры, я собираюсь поговорить с морями о пиратах», — говорит она, как только оказывается вне пределов слышимости деревни. — Вы тоже хотите пойти? Она знает, что ветры всегда рядом, независимо от того, были ли они приглашены или нет, но Маа говорит, что вежливо приглашать людей, а Луффи должна быть вежлива со своими друзьями. Ветры кружатся и смеются, звуча вполне довольными, когда они отвечают тем шепотом, который она слышит лишь наполовину, эхом отдающимся в ее голове, как шипение змеи. — А мы? Должны ли мы? Да, присоединяемся!» Луффи усмехается. "Прохладный!Пойдем!" Она идет по грунтовой дороге, ведущей к пляжу, напевая себе под нос и размахивая палкой на ходу. Она снова не носит туфли, что Маа, кажется, никогда не возражает, но из-за этого другие люди в Фуши смотрят на нее очень странно. Она не любит носить обувь, за исключением, может быть, иногда сандалий, но все придают этому большое значение. Луффи любит чувствовать то, что находится под ногами, например, мох, траву, песок и грязь, так почему же все так злятся на это? «В гостях у морей, уехала посмотреть на моря~», — поет ветер, развевая ее волосы во все стороны, когда она хихикает. «Моря видят нас, и мы видим моря~». Луффи крутится на цыпочках, кружась и позволяя своей красной юбке развеваться вокруг нее. Это одна из ее любимых вещей из-за того, что она струится, но она всегда носит под ней шорты, чтобы было легче бегать и карабкаться. «Отправляемся смотреть на моря, мы в гостях у морей~!» С палкой в ​​руке она идет по дорожке к пляжу, напевая и напевая на ходу. Ветер развевает ее волосы и юбку, как всегда игриво, но достаточно нежно, чтобы не сбить ее маленькое тело с ног. Когда Луффи приближается к песчаной нише, где она всегда любит встречаться с морем, она с радостью отмечает, что вокруг, похоже, нет людей — не то чтобы кто-то, кроме нее, действительно сюда возвращается. Она далеко в стороне, во-первых, а во-вторых, ее довольно трудно найти без подталкивающих ее в нужном направлении ветров. Луффи обнаружила, что пока она слушает их, они никогда не позволят ей заблудиться; ветер может играть со многими вещами, но они никогда не сбивали ее с пути. «К кому мы приближаемся? Маленькая коряга, зачем ты пришла сегодня?» Волны радостно задевают края песка, вздымая жужжащие ракушки и тихие скопления водорослей. «Привет, моря!» Луффи приветствует с ухмылкой. «Я пришла спросить о пиратах и ​​принесла подарок!» Моряки любят получать подарки, особенно издалека – им не нужно ничего особенно ценного или деликатного, но они хотят того, до чего не могут добраться. Итак, Луффи взяла за правило приносить им такие вещи, как листья и кусочки коры с деревьев, которые не растут рядом с берегом. Они больше всего любят растения, и сегодня она принесла им полевой цветок персикового цвета, который нашла в поле недалеко от города. Присев, Луффи опускает цветок в прибой, хихикая и слыша счастливый смех многих перекрывающихся голосов моря, которые сливаются воедино, когда они благодарят ее. «Какой прекрасный цветок, такой прекрасный подарок! Мы слишком долго не видели этих цветов, маленький песочник! «Шишиши! Я привезла кое-что из середины острова, потому что это не так просто достать. Рада что тебе понравилось!" «Мы действительно рады, мы действительно счастливы. Теперь, что это мы слышим? Ты хочешь знать о пиратах? Пираткой ты хочешь быть, верно, маленькая юнга? "Да, это верно." Луффи решительно кивает. «Я буду королем пиратов, как Гол Д. Роджер!» Ветер начинает хихикать, взъерошивая ее челку, заколотую сзади. «Нам будет очень весело наблюдать за этим, не так ли? Да мы будем! Путешествие по огромному миру, плавание туда и сюда, столько приключений! Будет очень весело!» — О да, будет! Согласны моря. — Но что ты хочешь у нас спросить, прилив? "Ой! Верно! Я хочу спросить... если я стану пиратом, есть ли правила, которым я должена следовать? Я не хочу следовать глупым правилам, как это делают морские пехотинцы, но иногда я думаю, что правила могут быть полезны… «Пиратские правила, говоришь? Мы знаем о некоторых… но мы не знаем, используются ли эти правила сегодня». «Людям очень нравится менять свои правила», — соглашаются ветры. «Почему бы тебе не спросить того рыжеволосого пирата, который подал тебе эту идею?» Моря продолжаются, лениво толкая песок, приближаясь к ней. Луффи наклоняет голову, размышляя, опуская руку в мутный песок и соленую воду. — Он мог бы рассказать тебе все, что ты хочешь знать, и если у тебя еще останутся вопросы, мы ответим. Она резко кивает. "Это хорошая идея! Я спрошу Шанкса, а потом вернусь, хорошо? Моря меняются и бурлят, как будто волны кивают в ответ на ее последнее заявление, а ветер продолжает счастливо хихикать, следуя за ней по тропе. «Лети свободно, маленький альбатрос. Мы будем ждать твоего возвращения.

***

«Нэ, Шанкс, у пиратов есть правила, которым они должны следовать?» Луффи наклоняет голову, когда смотрит на пирата, ее черные волосы падают ей на лицо, так как она потеряла одну из своих цветочных заколок по дороге домой. Моря сказали, что Шанкс знает, что нужно знать пиратам, а это значит, что он тот, кого она должна спросить — и теперь, когда он вернулся в бар Маа, у нее есть шанс спросить его. Ветер все еще снаружи, поскольку он не всегда может быть достаточно громким, чтобы его можно было услышать, когда он внутри, но она чувствует их поддержку, обвивающую ее сердце, как гнездо из одеял. Шанкс допивает свой напиток, с ухмылкой поправляя шляпу. — Зависит от того, каким пиратом ты будешь. Есть набор правил, но большинство людей в наши дни не следуют им так, как должны». «Какие правила?» «Давай посмотрим… спросить разрешения, прежде чем садиться на чужой пиратский корабль, — один из самых важных вопросов. Этот даст тебе гораздо больше от таких старожилов, как я. Он подмигивает. Луффи мычит. — Так… я просто должна спросить? — Если ты спрашиваешь официально, ты должна спрашивать капитана или первого помощника. Если ты пират и хочешь подняться на борт «Красного гребня», ты должна спросить меня или Бенна, и ты должна спросить правильно, ладно? «Это пираты-ветераны заботятся о формулировках, но все равно грубо садиться на корабль другой команды, не спрашивая», — вмешивается Бенн. — Ты бы не стала заходить в чей-то дом без приглашения, не так ли? "Ни за что!" Луффи качает головой. «Это грубо. Ты должен подождать, пока они пригласят тебя к себе, а потом ждать, пока тебя впустят. Маа говорит, что это вежливо. Шанкс кивает. «Она права насчет домов, но пиратские корабли всегда в движении, так что можно попросить подняться на борт без официального приглашения. Чтобы спросить, ты называешь свое полное имя и спрашиваешь, можешь ли иы подняться на борт, название корабля. Например, с Красным Крестом ты бы сказала: «Я, Луффи, прошу у Акагами-но Шанкса разрешения подняться на борт Красного Креста». «Что, если я приведу свою команду? Мы все должны спрашивать по одному?» «Нет, если ваша команда пойдет вместе, ты бы сказала: «Акагами-но Шанкс разрешаете ли вы мне и моему накама подняться на борт Красного Креста?». — объясняет Бенн, делая еще один глоток виски. «Но это только в том случае, если ты спрашиваешь формально, — добавляет Шанкс, — например, если это капитан, которого ты очень уважаешь, или кто-то, кто обладает большой властью — в противном случае ты можешь просто попросить разрешения подняться на борт, не добавляя всех любезностей. ” Бенн кивает. — Макино, не возражаешь, если я возьму еще бутылку этого пряного виски? Лучшее, что у меня было за последнее время». Макино протягивает ему еще одну бутылку, кладя в карман монеты, которые он кладет на прилавок в качестве оплаты. Луффи заметила, что в то время как большинство бандитов, которые приходят, всегда платят в конце (а также скупятся , она может еще не так хороша в математике, но она все еще может добавлять цены), Шанкс и его люди, как правило, платят за каждую выпивку индивидуально, и они всегда платят нужную сумму. Может быть, это пираты против бандитов. — Пиратские правила, да? — спрашивает она, прислоняясь к стойке. «Разве у вас нет определенных правил относительно морских лачуг? Я помню, как моя мать и тетя рассказывали мне, как пираты использовали лачуги для обмена сообщениями, хотя я не думаю, что они когда-либо удосужились рассказать мне подробности». Шанкс кивает. — Да, верно — твои дамы знали, о чем говорили. Лачуги могут быть для развлечения, но есть несколько специфических, которые предназначены только для очень специфических обстоятельств». "Как что?" — спрашивает Луффи, расширив глаза. «Как ты собираешься изучать специальные лачуги, если то, для чего они созданы, никогда не случится?» Моря упомянули что-то подобное ранее, когда она спросила, что они могут сказать ей о пиратстве. Они даже обещали научить ее нескольким песням — они всех учат специальным лачугам? Так песни передаются? — Зависит от песни, — пожимает плечами Шанкс, делая еще один глоток. Макино передает ему еще одну бутылку без его просьбы, и он с улыбкой дает ей горсть монет. — Спасибо, Макино. Теперь некоторые песни используются в экстренных случаях, например, для вызова союзников на помощь». «Союзники?» — Это бригады, с которыми ты… не всегда дружишь , но помогаешь друг другу. Только в очень тяжелых обстоятельствах песня «Поднимите цвета» используется, чтобы призвать всех ваших союзников на помощь». Его голос стал серьезным, и Луффи наклонилась, чтобы услышать больше, с широко раскрытыми глазами и плотно закрытым ртом. «Это очень важная песня, но ее нельзя петь без крайней необходимости. Ты понимаешь?" Она кивает, не сводя глаз с лица пирата. "Ага. Никакого пения». Затем Луффи делает паузу. «... но как тогда выучить это?» На этот вопрос отвечает не Шанкс и не Бенн, а Ясопп. «На самом деле эту песню знают только капитаны, и есть много людей, которые ее не знают, но только пираты используют ее, чтобы призвать своих союзников. Прежде чем стать пиратом, ты можешь научиться этому, не беспокоясь о слишком многих последствиях — ты все равно должна относиться к этому очень серьезно, понимаешь? Это важная песня, написанная так давно, что никто не помнит, откуда она взялась». — О… — шепчет она, ее глаза сияют одновременно волнением и любопытством. «Это очень важно…» «Конечно, — соглашается Бенн. «Но это не единственная песня, которая есть у нас, пиратов, — есть и другие, такие как «Висячее дерево», «Летучий голландец», «Восемь колоколов»… «Не забудь «Дуб или сосна», — вставляет Лаки Ру. «Или «Предел дьявола», это моя любимая». — И «Месть моряка»! «А как насчет «Пьяного моряка» или «Кровавой розы Вано», они считаются?» Шанкс позволяет своему другу на мгновение включить свои любимые песни, прежде чем сделать глоток виски и поднять руку. Все его накама стихли, когда на его лице расплылась улыбка. «Я не знаю, но похоже, что мы могли бы подать в суд на музыку, а, друзья? Макино, ты не против? Макино качает головой, улыбаясь. — Я не возражаю, если только ты не собираешься сделать нас всех глухими. — Не мечтал бы об этом, мадам. Он ставит свой напиток и поднимается на ноги, и Луффи практически чувствует, как энергия в комнате поднимается, когда все выпрямляются, один даже вытаскивает какой-то струнный инструмент и готовится играть. — А теперь… что ты скажешь «Летучему голландцу»? Группа пиратов зааплодировала, и тот, у кого был инструмент, похожий на гитару, начал играть, когда Шанкс начал песню, мелодия эхом разнеслась по комнате, и казалось, что она была в самых костях Луффи. «Небо было серым и облачным, а ветер дул с запада, когда мы заметили потрепанный фрегат с его изодранным парусом, полностью одетым», — пел Шанкс, постукивая ногой по деревянному полу бара. Когда началась следующая строфа, Бенн подхватил мелодию, его голос был намного тише и хриплое, чем у его капитана. «Они сигнализировали, что у них есть письма домой, они спрашивали, можем ли мы забрать их — они бросали их в бочку, которую оставляли покачивающейся после себя». — Мы зарифили паруса и замедлили ход корабля, чтобы выловить бочку, — подхватил Лаймджус, — старый корабль уплыл вдаль, и мы видели, как он развернулся. Следующим был Ясопп. «Капитан смотрел в подзорную трубу, и мы слышали, как он перевел дыхание, и мы видели, что назревающий шторм превратился в стену смерти ». «Разверните этот корабль, мои мальчики, развернитесь и бегите!» Вся команда пела дружно. «Эта буря, она хочет битвы, и она уверена, что мы превосходим по вооружению! Что с кораблем, который там, мы оставим его на ветер? Они остановились, и только Шанкс запел следующую часть, такую ​​же громкую и напористую, как и все его накама вместе взятые. «Ее зовут Летучий Голландец, и это ярость наполняет ее паруса!» «Гром зарычал, как демоны, и молнии ударили волны, и голландец, она прыгнула к нам, верхом на ярости из могил!» «Наш капитан, он остался за штурвалом, команда, они стояли на линиях! И все же тот корабль и шторм быстро приближались позади». «Наш корабль, мы пересекли гигантскую волну и разбились о корыто внизу, и экипаж держался за то, что мог — будь они прокляты, если отпустили». «Дождь, море и штормовые ветры яростно обрушивались на наш корабль, и с палубы этого проклятого корабля мы могли слышать их смех…» Вся команда снова подхватила мелодию, присоединившись к ней, как раньше, вместо того, чтобы оставить припев для еще одного одиночного накама. «Разверните этот корабль, мои мальчики, развернитесь и бегите! Эта буря, она хочет битвы, и она уверена, что мы превосходим по вооружению! Этот призрачный корабль охотится на нас, он вызывает бурю! И действительно, Шанкс снова закрыл припев. «Ее зовут Летучий Голландец, и это ярость наполняет ее паруса!» «Это было, когда мы увидели землю, это стало гонкой со временем — мы поверили, что это Санта-Марта, голландец, приближающийся позади». «Рискуйте всем, — воскликнул капитан, — это единственный шанс, который у нас есть. Спасение, если мы выживем, и наши души, если нас поймают!» «Буря была вокруг нас, и голландец перерезал нам ветер. Зверь чуть не опрокинул нас, и мы смотрели, как гнётся наша мачта». «Мы были почти в гавани, мы могли видеть естественный разрыв! И каждый мужчина велел ей идти вперед, потому что знал, что это поставлено на карту. «Разверните этот корабль, мои мальчики, развернитесь и бегите! Эта буря, она хочет битвы, и она уверена, что мы превосходим по вооружению! Этот призрачный корабль охотится на нас, он вызывает бурю! «Ее зовут Летучий Голландец, и это ярость наполняет ее паруса!» «Как только мы ворвались в эту гавань, «Летучий Голландец» оторвался, и мы услышали их горькие крики, потому что дьявол потерял свою добычу». «Как только мы благополучно добрались до подветренной стороны залива, мы открыли эту бочку, чтобы увидеть, что говорят эти буквы!» «Должно быть, их была сотня, и тогда мы поняли…» Остальные члены экипажа медленно начали присоединяться, линия за линией, подбирая все больше и больше людей. — Эти заплесневелые пергаменты были адресованы тем, кто давно умер! Если увидишь под серым грозовым небом разбитый фрегат, уступи дорогу и следи за собой, не то услышишь крик своего капитана… -- Разворачивайте этот корабль, мои мальчики, разворачивайтесь и бегите! Этот шторм хочет битвы, и он уверен, что мы слабее. Этот призрачный корабль охотится на нас, он вызывает бурю! Ее зовут Летучий Голландец, и ее парус наполняется яростью!»

***

"Моря?" — спрашивает Луффи, сидя, скрестив ноги на песке, без обуви, как обычно. «У меня есть вопрос». «Скажи свой вопрос и услышь свой ответ, маленькая чайка, маленькая рыбка, маленькая принцесса», — шепчут моря. Луффи дергает себя за косички, делая глубокий вдох. Она должна спросить. «Я хочу выучить пиратские песни… на случай, если у меня когда-нибудь возникнут большие проблемы. Шанкс не может спеть их все, потому что это против правил, но… вы можете научить меня? «Пиратские песни?» — спрашивают они, волны становятся мягче и ближе, пока они обдумывают ее просьбу. «Загадка. Шанти, спрашивает она? Давайте споем нашему маленькому озерцу?» «Можете ли вы хотя бы рассказать мне о Hoist the Colours?» Луффи тихо бормочет. — Просто… на всякий случай. Я воспользуюсь этим правильно, обещаю . «Мы верим тебе, прилив. Мы не можем учить тебя сегодня, потому что близится закат, но мы научим тебя всему, что тебе нужно знать. Наши волны помнят каждую песню, спетую в открытом море, и мы расскажем тебе все, что ты хочешь услышать». Она ухмыляется, демонстрируя щербинку в зубах. "Спасибо! И… и если я знаю все лачуги, тогда я могу выучить и другие пиратские штучки, верно? "Конечно. Возможно, тебе лучше найти людей, которые научат тебя ходить под парусом — мы носим лодки, но обычно не вмешиваемся в мачты и канаты, хранящиеся на палубе». — Да, я могу спросить об этом рыбаков. Она кивает. «О, а как насчет моей команды? Кого я должна получить? Музыкант, определенно… кого еще?» — Навигатор? Подсказывают моря. «Доктор и повар? Экипажи состоят из многих людей, маленький гибискус, так что, возможно, тебе стоит просто подождать и посмотреть, куда тебя унесут ветер и волны. Мы знаем, что ты найдешь ту команду, которую желаешь». Улыбка Луффи смягчается, когда она смотрит на океанский горизонт, волны бьются о края ниши, но никогда не смывают ее в море. Она уверена, что соберет своих накама везде, куда бы ни пошла, и уже знает, что это будет самая совершенная, хаотичная группа людей, когда-либо плававших по морям. Именно так, как она хочет, и именно так, как должно быть. По крайней мере, Луффи уверена в этом.

***

«Итак, капитан», — размышляет Бенн, прислонившись к поручням корабля и закуривая очередную сигару. «Ребенок Макино очень интересный». Шанкс поднимает бровь. «Да, я бы сказал так. Зачем ты это поднимаешь?» — Как будто ты не заметил, — фыркает Хонго через колоду, совершенно не обращая внимания на то, как Ясопп сразу же начал брать его карты, когда он не смотрит. — Вы уже практически усыновили ребенка. Черт, ты учишь ее пиратскому кодексу! — Он прав, ты знаешь. С таким же успехом можно отдать ребенка в ученики и покончить с этим. Ру пожимает плечами, откусывая от индейки. Откуда он все это берет? Шанкс недоумевает, но потом качает головой. — Я не собираюсь делать ее ученицей, ей еще нет и шести лет. «Очевидно, что не сейчас », — поправляет Лайм. «Дай ей титул сейчас, а затем вернись через несколько лет, как только она станет достаточно взрослой, чтобы исполнить эту роль. Она, вероятно, лучше научится на настоящем пиратском корабле, чем если бы она впитывала знания из вторых рук, понимаешь? — Хорошо, во-первых, я почти уверен, что ее мать этого не допустит, — начинает Шанкс, — а во-вторых, вы все помните, куда мы направляемся после этого, верно? По палубе разносится ропот, но Бенн (как обычно) первым приходит к выводу. "Новый мир." "Точно. Я почти уверен, что Луффи предпочла бы собственное приключение, а не опыт работы служанкой, не говоря уже о том, что почти все в Новом Свете будут преследовать нас в течение месяца. Она была бы самой маленькой и самой слабой в команде, так как она всего лишь ребенок…» «…и, следовательно, станет целью большинства атак», — заканчивает Ру. «Да, теперь я вижу проблему… хотя, к сожалению, у нас, вероятно, не будет времени, чтобы научить ее драться». «Мы не можем научить ее всему, но я почти уверен, что мы могли бы справиться хотя бы с базовой самообороной — убедиться, что она может нанести правильный удар, понимаешь? Но если уж на то пошло… Ясопп, мы знаем, что ты лучший стрелок в море, но насколько хорошо ты учишь стрелять других людей? Ясопп пожимает плечами, выглядя довольно самодовольным из-за лежащего в основе комплимента. «Ну, я бы сказал, что я довольно хорош, почему бы и нет?» «Макино говорила о том, чтобы получить какое-то оружие, чтобы отбиваться от бандитов, и, судя по её отзывам, она надеялась получить какой-нибудь пистолет или револьвер». Шанкс ухмыляется, и его накама начинают подражать ему, понимая, что он имеет в виду. «Я не сомневаюсь, что она найдет любое оружие, которое ищет… но почему бы нам не убедиться, что она знает, как им пользоваться?»