Шёпот смерти

"Чонвон появился совсем недавно, когда я попал в больницу год назад. Меня пичкали таблетками, а он смотрел. Смотрел так, будто ему жаль меня. Будто я сам и являюсь воплощением этой жалости. Поначалу он ничего не делал. Просто наблюдал и провожал меня взглядом в коридорах. Он был не похож на нас всех. Да и вообще не вписывался сюда: белые стены, белые халаты, белые пижамы и он - в красном костюме с атласной чёрной рубашкой. Вот только отчего-то он ходил босиком. Эта мысль всегда занимала меня больше всего. Но стоило мне спросить Чонвона об этой раздражающей маленькой детали, как он мягко улыбался и уходил. В больницу ко мне приходил только он. Ни Рики, ни Джейк (хотя, откуда ему взяться в месте, где нет зеркал?), ни Сонхун... Никого. Я один. А Чонвон так, довесок, который даже не говорил. Я находил это странным. Все, кто появлялись, болтали почти без умолку. Ну или хотя бы вели со мной беседу. Чонвон был другой. Одну нашу встречу я запомнил навсегда. Тогда в соседнюю палату привезли новенького. Попытка суицида, навязчивые мысли. Но он был богатым - врачи постоянно шептались об этом. Ему сходило с рук всё в те моменты, когда он был в "стабильном состоянии" (так это называли те, кто никогда не был на пике отчаяния). Даже похабные шуточки в сторону медсестёр. На самом деле этот пацан просто хорошо притворялся. У него было "всё хорошо". И поэтому я завидовал ему. У него были любящие родители. И я завидовал ему. Он знал, что такое жизнь без голосов внутри. И я завидовал ему. Я наблюдал за ним две недели. А потом пришёл Чонвон и впервые за всё время заговорил со мной. Сказал, что подтолкнёт меня в нужную сторону, и я смогу выбраться из этой тюрьмы, которую в народе именуют психушкой. Я не поверил ему, но спросил, почему он ходит без обуви. Чонвон ответил, что самоубийцы снимают обувь перед тем, как прыгнуть с крыши. На этот раз улыбнулся уже я. Я ведь тоже стоял тогда на крыше..."