- Любопытство не доведет вас до добра, леди Харрис.

- Любопытство не доведет вас до добра, леди Харрис. – все ещё крепко держа девушку за запястье, с улыбкой хищника, поймавшего свою жертву, произнес Александр. - Агата, - неожиданно, даже для самой себя, смело ответила девушка. Недоумение и что-то напоминающее уважение озарило лицо мужчины: пойманная с поличным леди не то, что не испугалась, а мгновенно взяла себя в руки и ответила дерзостью. «Интересно» - подумал Александр, после чего вернулся в реальность, в которой он, все ещё держа за запястье, вопросительно смотрел на девушку. - Вы упоминали, что вам не доставляет удовольствия мысль о том, что все вас знают, как чьего-то сына, - брюнетка подняла голову, с вызовом заглядывая в лицо блюстителя порядка этого дома, - поэтому, будьте добры, распространяйте свои идеи не только на самого себя. - Прошу прощения, Агата, - выделяя последнее слово, выдохнул в область шеи девушки Нильсен, - но, если я ничего не путаю, вы сейчас находитесь не в том положении, чтобы показывать свой, на редкость строптивый, характер. Агата ещё никогда в жизни не гордилась собой так, как сейчас: её выдержка и высокий уровень самообладания, по её скромному мнению, восхитили бы многих именитых полководцев. Девушка казалась абсолютно спокойной, однако, если приглядеться, под тканью льняной сорочки можно было заметить трясущиеся коленки – единственный видимый признак волнения брюнетки – в остальном она держалась крайне убедительно. Если не учитывать тот факт, что от дыхания слишком близко стоящего мистера Нильсена, по всему телу юной Харрис пробежала целая армия мурашек. - Не считаете, что уже можно было бы отпустить меня? - Нет. – без промедлений ответил Александр, прожигая взглядом дыру в лишенной возможности пошевелиться Агате. - Я не настолько глупа, чтобы пытаться сбежать, оказавшись буквально пойманной за руку, - устало выдохнула брюнетка, пытаясь вырвать запястье из цепкой хватки. Попытки не увенчались успехом, а лишь вызвали ухмылку на лице мужчины, которая постепенно выводила девушку из себя. - Я не доверяю сумасбродным девицам, гуляющим ночью по чужому особняку, - Нильсен все же сжалился над девушкой и слегка расслабил сдавливающие тонкую кожу пальцы, - особенно тем, кто роется в моем семейном архиве. Кстати, не поделитесь, зачем? – улыбаясь подобно самому доброму жителю Лондона, спросил Александр. Однако Агате он скорее напоминал садиста, явно наслаждающего беспомощностью своей жертвы. - Тетушка с детства прививала мне любовь к истории, - сквозь зубы процедила брюнетка. С каждой секундой она чувствовала нарастающую ярость, что было странно. Страха не было от слова «совсем», а вот злость – первосортная. – Поэтому, уважаемый Александр, не сумев заснуть на новом месте, я решила уединиться в библиотеке. - О, и вы, так удачно, совершенно случайно наткнулись на тайную комнату, спрятанную в, дайте-ка подумать, стене? - издевательски наклонив голову вбок, почти искренне удивился мужчина. В ответ девушка лишь неопределенно кивнула, не желая больше оправдываться. Нильсена до глубины души шокировало чрезмерно спокойное поведение брюнетки, из-за чего он практически отпустил запястье «воришки», коей он успел наречь Агату в собственных мыслях. Практически мгновенно леди Харрис вырвала руку, развернувшись лицом к мужчине. Надеясь на счастливый случай, девушка рванулась вперед, но, видимо, лимит удачи на сегодня был исчерпан, так как спустя секунду её тело было зажато между стеллажом и широкой грудью мужчины. «Это уже слишком, он совершенно не считается с нормами приличия» - практически задыхаясь от возмущения и легкого смущения, подумала леди Харрис. - А говорила не сбежишь, - наплевав на этикет, с улыбкой произнес мужчина. - Давно мы перешли на ты? – «И давно ли ты решил, что можешь так плотно прижиматься к, на минуточку, леди?». - Думаю, примерно в тот момент, когда я застал тебя за обыском личного семейного архива моего рода, Агата. Я не шучу с тобой, лучше бы тебе объясниться. – Александр сказал это в совершенно не похожей манере на то, как он общался до этого. Теперь его слова звучали не как издевка, а больше напоминали угрозу. – Сейчас. Чувствуя себя абсолютно беспомощной и потерянной, Агата поняла, что сбавляет обороты. Её темпераменту, конечно, могли бы позавидовать многие, но в такой ситуации любой бы был выбит из колеи. - Я… Просто заинтересовалась, - пряча глаза в пол, неожиданно робко ответила девушка. Александр немного удивился резкой смене настроения брюнетки, но виду не подал. - Заинтересовалась чем? - Кораблем. – искренне ответила Агата, осознавая, что теперь бежать точно некуда. Ответ, судя по его реакции, Александра не устроил, - Я увидела надпись в углу картины, и, стоит заметить, любой бы её увидел, поэтому, если вы и хотите что-то скрыть, то делаете это совершенно странным образом, - на выдохе произнесла девушка, постепенно набираясь смелости, - Мне стало любопытно, почему вы не ответили на мой вопрос прямо, и я решила все выяснить сама. - И… Это все? – Александр, прямо скажем, был удивлен по многим причинам: в первую очередь уровню, назовем это, любознательности девушки, и уже во вторую безобидностью её намерений. Агата в ответ лишь похлопала ресницами, совершенно не понимая реакцию мужчины. – А спросить ещё раз, я так понимаю, слишком скучный вариант? - К чему донимать вопросами того, кто ясно дал понять, что отвечать не намерен? – брюнетка вопросительно выгнула бровь, параллельно отталкивая мужчину, - Мы разговариваем, для этого вовсе не обязательно держать меня. – высвободившись из заточения, юная Харрис сложила руки на груди, радуясь вновь приобретенной свободе. Нильсен отошел от девушки на пару шагов и приложил руку ко лбу. В этом жесте читалась неподдельная усталость и легкое раздражение. Брюнетка, почувствовав себя в безопасности, спокойно прошла к выходу из тайной комнаты, намереваясь отправиться в свои покои. - В этом нет никакой тайны, Агата, я просто не любитель пустых бесед с незнакомцами, - девушка остановилась, но не обернулась, чтобы не проявить излишнюю заинтересованность. – Садись на диван и я расскажу тебе, любопытной, великий секрет своей семьи, - не без сарказма произнес мужчина, поудобнее размещаясь в кресле. Девушка закатила глаза, уже совершенно не беспокоясь о таких вещах, как «манеры» и «этикет», но указаниям все же решила последовать. - Во-первых, да, ты верно поняла – корабль, изображенный на картине, когда-то принадлежал нам. - Это когда-нибудь закончится!? – не выдержав, брюнетка перебила совершенно не понимающего её возмущения Александра. – Сколько ещё вы будете мне «тыкать»? - А сколько ещё ты будешь мне «выкать»? – явно наслаждаясь злым, даже немного яростным, лицом леди, парировал брюнет. – Раз мы уже начали общаться неформально, не вижу смысла в том, чтобы возвращаться к началу, - не дав девушке ответить, продолжил Александр, - Но, если вам так принципиально, чтобы я обращался к вам со всем уважением, не смею спорить. Агата, хоть и была возмущена, в целом была согласна с мужчиной. Ей вообще никогда не была понятна идея обращаться к своим ровесникам на «вы», и со всеми своими приятелями девушка сама была инициатором в упрощении общения. Но, почему-то, именно здесь и сейчас ей хотелось поспорить. - Рассказывай уже, - сдалась брюнетка, чувствуя, как веки постепенно утяжеляются, как бы намекая, что было бы неплохо поспать. Александр самодовольно хмыкнул, но рассказ продолжил. - Так вот, как я уже говорил раннее, судно действительно принадлежало нам. И не только оно, а целый порт в Шеффилде. – девушка удивленно раскрыла глаза, но перебивать не стала, - До 1830 семья Нильсен не имела никакого отношения к фабрикам и, уж тем более, к чаю. Однако, судостроительный бизнес разорился, дедушке пришлось продать все корабли, чтобы у семьи был капитал для открытия нового дела. - А самый близкий сердцу корабль твой предок решил увековечить на картине? – Александр лишь молча кивнул на догадку девушки. – Все равно не понимаю, почему тогда записи в библиотеке идут только с 1830? - Отец считает, что это событие очерняет историю нашего рода. Старомодные понятия о чести и достоинстве, - закатывая глаза, объяснил мужчина. – Поэтому все более старые записи он перенес сюда – Александр неопределенно взмахнул рукой в воздухе, - вот и вся загадка. Я смог утолить твое любопытство, сыщик? - Не совсем, - поправляя складки шерстяной накидки на плечах, Агата посмотрела прямо в глаза Нильсена. – С какой целью ты пришел сюда в столь поздний час? Лицо Александра расплылось в улыбке, не сулящей ничего хорошего. Хотя, Агате казалось, что любая его ухмылка – признак опасности. - Наш бесшумный детектив не позаботился о том, чтобы плотно закрыть дверь. Я проходил мимо, когда заметил тусклое свечение в библиотеке, что, согласись, довольно странно в час ночи. Лицо брюнетки из аристократически белого вмиг порозовело – ей стало стыдно за свою глупость и небрежность. «Попасться на такой глупости… Совсем не элегантно.» От реакции Агаты мужчина был готов рассмеяться, но все же сдержал эмоции. - Я иду спать, - желая как можно скорее покинуть эту злосчастную библиотеку, произнесла юная Харрис, вставая с дивана. Мужчина молча проводил взглядом фигуру девушки, исчезающую в темноте.

***

Это утро точно не входило в список «добрых» по мнению Агаты. Из-за ночных приключений девушка смогла отправиться в царство Морфея только к трем часам ночи, что было особым видом пытки для леди, которые должны вставать не позже девяти утра. Наспех умывшись, юная Харрис зевала все то время, что служанка укладывала её волосы и затягивала корсет платья, что, кстати, тоже можно было бы отнести к особому виду пыток. Агату несказанно радовало отсутствие у прислуги привычки задавать лишние вопросы, потому что объясняться за свой помятый вид желания у леди не было совершенно. Сидя за столом с Аннет и Ульриком, девушка еле сдерживала нагло прорывающиеся за пределы тела зевки, и с заслуживающими уважения усилиями держала глаза открытыми. - Агата, тяжело было уснуть на новом месте? – с понятным только брюнетке упреком поинтересовалась тетушка. - Вовсе нет, я видела прекрасные сны, - наглая ложь, но лишь наполовину. Ту часть ночи, что девушке все же удалось провести в кровати, Агата действительно считает вполне удачной. Жаль только, что длилось это счастье не так долго, как хотелось бы. - Не могу не согласиться с леди Харрис, я тоже сегодня отлично спал, - буквально пропел неожиданно появившийся Александр, который только спускался на кухню. «Клянусь, однажды я задушу его» - пронеслась совершенно безобидная мысль в голове девушки, приветственно улыбающейся мужчине. Ульрик и Аннет неопределенно переглянулись, решив не придавать этому разговору значения. - Агата, вы знакомы с домом Линд, верно? – протирая уголки рта салфеткой, неожиданно спросил старший Нильсен. – Аннет упоминала, что вы имели честь общаться с леди Рэйчел. - Да, мы довольно близкие приятели, мистер Нильсен. А почему вы спрашиваете? – девушка отложила вилку, потеряв всякий интерес к еде. - Дело в том, что семья Рэйчел устраивает бал по случаю её скорой помолвки, и вы с Александром приглашены. – с улыбкой протянула Аннет, совершенно игнорируя шокированное лицо племянницы, и по странному довольное лицо Александра.