Fatum

Осень. Небо затянулось бледными облаками, настолько ленивыми, что вероятно те даже не соизволили бы выпустить дождь из своих объятий, оставляя лишь пустые обещания в виде влажного свежего воздуха. Погода сегодня вообще весьма прозаичная, такая, в которую любым из нас овладевает сонливость и лёгкая меланхолия. Таким выдался третий день после открытия нового учебного года в Хогвартсе. В одном из укромных местечек внутреннего двора школы в одиночестве сидела новоиспечённая четверокурсница. Она что-то расслаблено записывала на свежем пергаменте. Сентябрьский ветерок то слегка подымал края бумаги, то увлекался тёмными волнистыми прядями, выпущенными из аккуратной, довольно замысловатой причёски девушки. Сама леди то и дело поднимала глаза и оглядывала просторный дворик. Деревья вокруг уже слегка желтели, некоторые листья отрывались и пускались в короткий, но чрезвычайно плавный и умиротворяющий полёт. Трава постепенно высыхала, и только величавые хвои оставались непоколебимыми в этой увядающей красоте. Студенты оживленно наматывали круги по замку, вдыхая знакомый и уже приевшийся запах старой школы, но в глазах их горел огонёк и надежда на многое в течение этого учебного года. «Всё-таки в это время он выглядит лучше всего...» - пронеслось в голове Элизабет. Она по-настоящему любила осень и отметила для себя, что именно в это время года школа кажется ей наиболее эстетичной. Девочка закончила свою писанину, забрала бумагу, перо и чернильницу и направилась внутрь здания. Поднимаясь по винтовой лестнице в башню Когтеврана, она невольно задумалась о чём-то своём и даже не заметила, как оказалась перед дверью в гостиную. После ответа на очередную странную загадку стража, девушка направилась в свою комнату, чтобы положить вещи. Бет аккуратно сложила пергамент и письменные принадлежности в нужный ящик и немного помедлила с уходом, засмотревшись в приоткрытое окно. Ей безумно нравился вид с самой высокой башни замка. Отсюда, казалось, можно разглядеть целый мир: возвышенности и равнины, леса и водоёмы; а облака были так близко, словно стоит чуть-чуть потянуться и ты сможешь дотронуться до них. Ей даже пришла вдруг мысль, что в этом году стоит как-нибудь тайком пробраться на крышу замка и поглядеть на всё это оттуда. Но из мыслей Элизабет выдернули приближающиеся голоса её однокурсниц. Она была не против общения с ними, но в первые дни учебного года они были слишком уж активны, как казалось девочке, будто эти школьницы хотели за три дня обсудить всё произошедшее во время трёхмесячного отсутствия в школе. Так что пока те не успокоятся и не войдут в обычный режим, Бет предпочла их слегка избегать. Пока компания из её соседок по комнате задержалась в гостиной, она быстро проскользнула мимо них ловкой тенью и направилась прямиком к классам. Обеденный перерыв подходил к концу. У когтевранки оставалась ещё пара занятий. Хоть Бет и любила учёбу, но сегодняшние уроки интересовали её не особо сильно из-за весьма увлекательных планов на вечер. Дело в том, что в конце предыдущего года студентке удалось обнаружить один из тайных ходов замка, причём произошло это совершенно случайным образом. Она успела исследовать лишь пару развилок, но их там оставалось ещё немыслимое количество, точно коридор тянулся через весь кампус. Со своей неугомонной любовью к загадкам, Бет, при условии, что помещение будет стоить того, хочет исследовать тайный ход вдоль и поперёк, пусть даже придётся захлебнуться местной пылью. А её, к слову, было такое же немыслимое количество, как и уже упомянутых развилок. Судя по всему, этот коридор давно забыт и, можно даже сказать, заброшен, но от этого ведь куда интереснее, не правда ли? Говоря простыми словами, весь день Элизабет жила мыслью о том, что этот вечер она проведёт в исследованиях. Первые два дня учёбы были очень загруженными всякими речами и обязательными мероприятиями по вечерам, а вот сегодняшний должен был стать началом клубов и факультативов. Так как Бет снялась с них, её время полностью было свободно для собственных развлечений. Уроки пролетели незаметно. Вот только на последнем, а точнее на ЗОТИ, профессор Галатея вновь задержала ребят с Когтеврана, пытаясь раздать всем свои мудрейшие наставления. Декан по-особенному относилась к своим ученикам, со строгостью, но, в некоторой степени, даже по-родственному. Самое же большое внимание Вилкост уделяла наиболее выдающимся или крайне активным студентам. Галатея сначала долго обменивалась любезностями, а после обратилась чуть ли ни к каждому лично. Только после этого ученики с уже успевшими окислиться лицами наконец были свободны. Не обделила старушка вниманием также Элизабет. – Мисс Стаффорд, дорогая, чуть не забыла, – выдохнув, она продолжала. Бет, смотрела на неё из полуразворота, – Слизнорт мне уже все уши прожужжал. Он очень будет рад видеть вас сегодня в своём клубе. Я уже сказала мисс Маркес и мисс Бланко, они тоже будут там. Может, и вы заинтересуетесь. – Спасибо, профессор, – девушка натянуто и сжато улыбнулась, – Правда, я, пожалуй, откажусь от его предложения, – сказала Бет, уже выходя из аудитории и не давая шансов продолжить её убеждать. Ну уж нет, Элизабет ни за что на свете не променяет возможность пошариться в тайных проходах на какой-то кружок избранных. Даже несмотря на то, что большинство ужас как хотят попасть к Слизням, ей это не особо импонирует. Да, обёртка у Стаффорд точно, как полагает аристократке, вот только конфетке предпочтительнее проводить время не на светских вечерах, а в грязных и страшных потаённых коридорах, где в случае смерти тебя даже вряд ли смогут обнаружить. Ну, согласитесь, намного более приятный экспириенс, чем какой-то там чай с печеньками. И вот вечерние краски потихоньку заполнили собой небо над Хогвартсом. Магические свечки в коридорах стали загораться с наступлением темноты. Отличное время для всякого рода мистических приключений. Элизабет дождалась пока большинство студентов разойдутся по клубам или просто по своим делам. После девушка решилась выдвигаться, взяв с собой лишь палочку, ибо посчитала этого достаточным. Тайный ход находился под лестницей в Астрономическую башню. Там в укромном местечке стоял книжный шкаф со старыми книжками, которые, конечно же, никому совершенно не сдались... Никому, кроме любопытной ученицы Когтеврана. Так, собственно, она и обнаружила этот ход, потянув за одну из книжек. Довольно банальный способ прятать тайные проходы, что ещё сказать. Хотя, даже учитывая это, его всё равно забросили. Убедившись, что никого нет поблизости, девчушка аккуратно проникает в проём за открывшимся книжным шкафом. Вооружившись Люмосом на конце палочки, Бет доходит до первой развилки. Что ж, направо она успела заглянуть в прошлом году, так почему бы не сходить в левый туннель. Пробираясь всё дальше и дальше, студентка заворожено внимала местной атмосфере. Казалось, будто путь начинает вести немного вниз. Затхлый запах незаметно сменялся чуть сырым, в воздухе улавливалось ощущение усиливающегося холодка, и в ушах точно раздавался тихий писк. Нельзя однозначно сказать, были ли то мыши или же невнятный звон в голове из-за обволакивающей тишины, что нарушалась лишь аккуратными шагами Стаффорд. А между тем она бесцельно идёт вперёд, или вниз, чёрт его разберёт, уже минут десять, вот только тёмно-серая кладка вековых кирпичей всё никак не сменяется чем-нибудь другим. И мысли в голове одна страннее другой. С одной стороны начинает казаться, что это просто бесконечный путь в никуда и, быть может, он не стоит всего этого потраченного времени. А вот с другой... Если уж так долго идёшь вперёд и ничего не происходит, значит там в конце по-любому что-нибудь крайне удивительное. Главное не сойти с ума от такой заманчивой интриги. А ещё неплохо было бы всё-таки увидеть конец этого уже успевшего порядком надоесть коридора. Ведь если Бет ещё хотя бы лишнюю минуту пройдёт без происшествий, то точно поддастся гипнозу загадочного туннеля и начнёт копаться в собственной голове, размышляя на темы, столь же мрачные, как и то пространство, по которому она бродит. И вот наконец еле различимый блеск впереди привлекает внимание девушки. Она тут же ускоряет шаг. Воздух вокруг наполняется новыми запахами, появляются как будто нечёткие травяные нотки, мешающиеся с чем-то... Сладким? Но пока сложно что-то разобрать. На подходе к источнику блеска, начинает потихоньку виднеться очертание отражающего свет объекта. Когда же Бет наконец оказалась рядом с этим объектом, она смогла разглядеть фигуру. Это был кованый настенный держатель для факела. Оторвав взгляд от него, Элизабет оглянулась и тут же осознала, что ровно в две стороны от неё идут очередные два прохода. Казалось бы, теперь осталось только выбрать в какую сторону направиться. Только вот этот подсвечник никак не давал покоя. Как-то он слишком уж прямо расположен. Да уж, ну такое мы точно уже раз сто видели... Рука обхватывает держатель и тянет на себя. И тут же раздаётся сильнейший грохот стены, на которой расположен факел. Из щелей сыплются пыль и песок. Шум даже немного пугающий. Сколько же стоял этот проход в нетронутом состоянии, что теперь вот так кряхтит и стонет? Да, впрочем, это совсем неважно. Ведь сейчас перед Элизабет покажется какая-то немыслимая тайна. Вот уже в щель между проходом и стеной просачивается тусклый тёплый свет. И разум Бет опьяняет только одна мысль о том, что там может находиться. Как же всё-таки сильна в ней жажда раскрытия таких загадок. Сейчас она увидит... Что же там?.. Это может быть чья-нибудь старинная тайная сокровищница, или кладезь забытых знаний! Это, возможно, проход в громадные катакомбы! Или это одно из знаменитых и ненайденных тайных мест Хогвартса! Или это... Кучка студентов? За столом... И... Профессор Слизнорт?! Ещё и с чашкой чая в руках. А нет, она уже летит на пол. Как, кажется, и челюсти всех присутствующих. Ну что за злая ирония? Бет думала, что она так долго шла и уже давно вышла за пределы учебного кампуса. А туннели оказались не более, чем прозаичными ходами между разными частями замка. Эх, Бетти, меньше ожидаешь, меньше разочаровываешься. И всё-таки как же забавно вышло, что именно то, ради чего ученица проигнорировала данное собрание, в итоге и привело на это самое собрание. Ну, забавно оно только для нас. А вот Стаффорд сейчас думает только о том, как из всей этой ситуации выкручиваться. Она ни с того ни с сего посреди чайных посиделок просто объявилась в странном проходе, о существовании которого, вероятно никто в этой комнате даже не знал. Так ещё и с таким невероятным грохотом и треском, что более эффектное появления вы вряд ли вообще увидите в этой жизни. А ведь, как назло, в самом начале года в клубе Слизней народу хоть отбавляй. Ведь только к середине половина из них отпадает, половину просто перестают приглашать. И вот она стоит как бедный родственник и не знает куда смотреть. Пытается улыбнуться и разыграть вид, будто так всё задумано, но так, наверное, даже хуже. Студенты просто зависли на этом моменте. Но вот уже слышны вопросительные перешептывания, среди которых Бет может также различить собственное имя и ещё, разумеется, дурные смешки слизеринских парней, устроившихся кучкой поближе к месту профессора. Сам Гораций, кстати говоря, ещё секунды три простоял ошарашенный. Потом вдруг очнулся, поняв, что разбил выроненную чашку, и резко засуетился в непонимании того, что ему делать первым: убрать осколки или всё-таки заговорить с объявившейся когтевранкой. Что ж, стало понятным, что, как бы не хотелось характерно исчезнуть в проходе, и закрыть за собой дверь хлопком, пускай это и не дверь, придётся в итоге брать ситуацию в свои хрупкие девичьи руки. – А-а-а... – Элизабет немного потупила перед тем, как заговорить, – Добрый... вечер, – эта фраза вырвалась со странной вопросительной интонацией, после чего девушка взглянула на Слизнорта. – Мисс Стаффорд... Я... – он всё ещё явно был растерян. Но вроде как начал собираться, – Весьма неожиданный способ появления, – говорил зельевар, опустив взгляд и поджав подбородок, – Признаюсь, даже я понятия не имел о наличии этого тайного хода в собственном кабинете, – он с одной стороны было и подумал, что всё это чистая случайность, но почему бы не добавить капельку поэтичности и фальшивой продуманности в эту ситуацию, вывернув её в более выгодную сторону, – Что ж, браво! Я думаю, вы сегодня смогли удивить всех нас. – тут его мысли, по всей видимости, встали на место. Гораций даже заулыбался. Среди учеников, к слову, также сошла на нет первая реакция, – А я уже боялся, что вы нас не посетите. Присаживайтесь рядом с Маркес и Бланко, ваше место пока ещё никто не успел занять. Она молча кивнула. Не думала, что хочет отвечать. Или что вообще хочет здесь находиться. Определённо не хочет. Но раз уже объявилась, так ещё и профессор столь благосклонно отнёсся к её появлению, то отказываться и уходить будет просто-напросто дурным тоном. А его Бет не очень хотелось проявлять, по крайней мере, к профессорам. Спасибо хоть на том, что здесь её однокурсницы. В каком-то смысле даже приятельницы. Элизабет хорошо общалась со всеми на курсе, но ни с кем особо не дружила, как это по идее должно было быть. Но Виви Маркес и Хлоя Бланко были теми, с кем она общалась чаще обычного. Они были вполне эрудированными и воспитанными девочками, так что их нечастая компания не отягощала студентку, а даже была в некотором смысле приятной. Когда Бет села за стол, девочки пытались шепотом аккуратно спросить, что это за проход и почему шатенка пришла из него. Отделавшись коротким «потом объясню», девушка уже было хотела выдохнуть, но тут чей-то холодный и точно недавно сломавшийся голос резко выдернул её из ещё даже не обретённого состояния покоя. – Несомненно, появление крайне эффектное, настолько, что ужасно не хочется это игнорировать. Похоже, что наша дорогая мисс Стаффорд открыла одно из тайных чудес школы, – Элизабет повернулась на источник голоса и сразу же узнала это по-слизерински надменное выражение лица. Том Реддл. Мрачный юноша с тёмными волосами и практически белым оттенком кожи. Они с девочкой в прошлом году не очень-то и общались. Но Бет для себя в любом случае составила мнение о своих одногодках слизеринцах как о невпечатляющей компашке заносчивых мальчишек. Ну, или как минимум, это было её мнение с прошлого года. А тем временем Реддл продолжал, – Не соизволишь поделиться с нами, что же это был за ход? Интересно ведь послушать, – он звучал так естественно и непринуждённо, что в его голосе лишь едва улавливалась скрытая издёвка и ещё парочка каких-то мрачных подоплёк, – А быть может, тебе известны и другие невероятные секреты? – Ну, – она тут же включила режим «сама невинность» и с наигранным смешком попыталась отмазаться, – Секреты же ведь на то и секреты, чтобы оставлять их в тайне, не правда ли? – тут вдруг её прервал ещё один голос. – Да ладно, не скромничай, мы же тут все свои, – это был сидящий рядом с Томом Нотт, после подачи голоса которого, парни вокруг Реддла чванливо заулыбались. – Прекратите уже её пытать! Пристали к бедной Бет, – выпалила Виви, недовольно посмотрев на парней. Элизабет же, чувствуя, что запахло жареным, лишь сделала тяжёлый вдох. Но тут же вмешался Слизнорт. И слава всем богам, у него получилось развеять обстановку. Дальнейший вечер прошёл спокойно. Слизни просто как обычно вели пустые светские разговоры, от которых Стаффорд ужасно часто хотелось зевать. Чай всё никак не переставал заканчиваться, а воск на свечах, казалось, даже не плавился. Разве что изредка возмущали мальчишечьи перешептывания с подглядываниями в сторону Бет, но этого, конечно, недостаточно для проявления даже доли эмоций. Наконец этот затянувшийся фарс закончился. Три когтевранки уже двигались в сторону своего общежития, как вдруг всё тот же Нотт окликнул одну из них. Нетрудно догадаться, кого именно. – Эй, Стаффорд, – она обернулась на него, остановившись и подняв одну бровь, вопрошая тем самым причину нарушения её бесценного покоя, – Мы ведь не договорили. – Мне не о чем с вами говорить, – отрезала девушка. Кабинет и профессор были позади, так что можно было не размениваться на всякого рода любезности. – И всё-таки нам интересно, – никак не унимался Нотт, – Кое-кто хочет предложить тебе что-то не менее интересное взамен. – Бет, не слушай его, пойдём, – настороженно сказала Хлоя, – Ты ведь знаешь, у этих слизеринцев вечно что-то мрачное на уме, – Но Бет не слушала уже её. Сделка Нотта заинтриговала когтевранку. – Вы идите, я догоню, – обратилась Элизабет к однокурсницам. Те уже поняли, что дело гиблое и решили не ввязываться в это, поэтому разочарованно потопали вперёд. А Бет тем временем подошла ближе к мальчишке, – И что же там у тебя такого стоящего? – Не у меня, говорю же. Вот пойдём и узнаешь, – заманчивое предложение, правда? Да ни черта подобного! Идти на поводу у этого нахального парнишки, чтобы что? Но всё-таки любопытство Бет не унималось. Да и в целом, что такого страшного может произойти? Пусть они и слизеринцы, к которым вроде как нет никакого доверия, они всё ещё подростки. Вряд ли там что-нибудь действительно страшное. А вот упускать шанс на открытие какой-нибудь очередной тайны крайне не хотелось. – Веди. И он повёл. Правда прошли они всего несколько метров до мужского туалета. Оригинальность просто зашкаливает. Там уже стояла одинокая фигура никого иного как Реддла. – А я думала только девочки собираются в туалетах для того, чтобы посекретничать, – ухмыльнулась Бет Тому, – А остальные где, неужели забыли? – Кончай уже разыгрывать комедию, никого тут больше нет, – Реддл отвечал с неким недовольством, выражающемся во взгляде его и тоне. – Как скажешь, только не делай такой грозный взгляд, – снисходительно произнесла девушка, – Так что ты там хотел мне предложить? – Раз уж ты у нас такая любительница замковых секретов, то должно быть знаешь о секции невидимости в библиотеке. Как тебе книжки оттуда? – его уголки губ приподнялись в лёгкой насмешке. И он как назло попал в самое больное место. Бет совершенно не знала, каким способом можно их прочитать. И это раздражало не на шутку. Казалось бы, вот они знания, прямо перед тобой, даже в руки можно взять. Но прочитать всё-таки нельзя. – Смешно, не спорю. Но их ведь даже Ревелио не берёт, – Бет прищурила глаза и поджала губы, смотря на Реддла. – Если бы ты чуть больше увлекалась зельеварением, то знала бы об одном рецепте, который помогает человеку видеть невидимое, – Том нагло пользовался одним слабым местом Стаффорд за другим, будто бы видел её насквозь, – Я знаю его и могу поделиться флаконом, если ответишь на два вопроса, – Марволо выжидающе взглянул на Элизабет. – Идёт, – ответила та, – Задавай свои вопросы. – Банально, но первое, что меня интересует, это местонахождение входа в те катакомбы, из которых ты вышла, – его, конечно же, увлекало это, ведь юноше явно хотелось держать всё в своих руках. Особенно Том интересовался вещами о которых ничего не знал. Что ж, видимо не одна Бетти у нас обладает такой страстью к загадкам. – Вход в Астрономическую башню. Под лестницей есть старый книжный шкаф. Если потянуть единственную красную книгу в нём, откроется проход, – она сильно не церемонилась с объяснениями. Хотела быстрее перейти к той части, где ей выдают заветное зелье, – Но, честно говоря, ловить там нечего. Скорее всего, это просто альтернативный вариант перехода между частями замка. Что там со вторым вопросом? – Итак, я полагаю, что данный проход – не единственное, что тебе удалось обнаружить в Хогвартсе. За всё это время ты видела что-либо похожее на этот символ? – Реддл показал бумажку с чёрным рисунком. И у Бет сжалась челюсть. Нет, в Хогвартсе она не видела упоминаний о нём. Но сама знала этот символ. Слишком хорошо знала. С плохо скрываемой яростью взгляд её исподлобья поднялся прямо в светлые глаза юноше.