Make sure you kiss your knuckles (before you punch me in my face)

Это было обычное воскресное утро. Скарамуш сидел за своим крошечным столом в углу комнаты и яростно строчил в что-то в блокноте, метая быстрые взгляды на текст на экране ноутбука. Он больше не разговаривал с Чайльдом после того, что сделал прошлой ночью. Ему, вообще-то, просто не приходилось — матчей в последние дни не было. Скарамуш убедил себя, что так ему только лучше. Скарамуш закрыл крышку своего ноутбука, встал с места и задвинул стул. Ему нужно было торопиться в спортзал. Он и без того потратил много времени на учебу вместо тренировки. Скарамуш вышел из комнаты, шагая к лестнице. Внезапно телефон в его кармане завибрировал. «Синьора: ты свободен?» Он положил одну руку на перила, пока печатал ответ. «Скарамуш: я в спортзале» «Скарамуш: зайду потом» Он толкнул центральные двери и вышел наружу. Здание студенческого спортзала находилось рядом со спортивным центром. Скарамуш немного ускорил шаг, чтобы добраться туда быстрее. Его телефон снова издал звук входящего уведомления, и Скарамуш со вздохом достал его из кармана. «Синьора: крыса» «Синьора: ты собираешься увидеть потного Чайльда?» «Скарамуш: отвали» Покачав головой, он толкнул дверь спортзала. Внутри было прохладно – работал кондиционер. По воскресеньям в спортзале обычно было мало народу. Скарамуш схватил две гантели, встал перед зеркалом в полный рост и начал. Он не нагружал себя изнурительными тренировками — обычные регулярные занятия, чтобы держать себя в форме для занятий хоккеем. В зеркале он увидел, как вошли еще несколько парней, занятые своими делами и непринужденной беседой. Скарамуш окинул взглядом зал, прежде чем снова сосредоточиться на том, что делал сам. Через несколько минут его мышцы начали побаливать. Как только Скарамуш наклонился, чтобы опустить гантели на пол, на его голову вылилось что-то холодное. Он задохнулся от удивления и злости. Обернувшись, Скарамуш и увидел улыбающееся лицо Чайльда. Он чувствовал, как вода стекает с его волос на рубашку, и стиснул зубы. — Что это, черт возьми, было? — Я не знал, что ты пришел сюда, — сказал Чайльд, ероша волосы Скарамуша так, что капли воды разбрызгивались повсюду. — Хотел поздороваться. — Да, поэтому облить меня водой — это хороший способ сказать привет, — он нахмурился, разворачиваясь, чтобы поднять гантели. Подойдя к стойке, Скарамуш положил их на место. Чайльд последовал за ним по пятам. — Ты был слишком горяч. Я сделал тебе одолжение. Скарамуш проигнорировал его, проходя мимо, но его мгновенно схватили за руку. Он обернулся, глядя на Чайльда сквозь мокрую челку. — Что? — Помоги мне, — сказал он. — Помоги мне с контролем веса на гантелях. Сморщив нос, Скарамуш сузил глаза, размышляя об этом. Часть его хотела просто уйти и заняться своими делами, но другая не желала, чтобы Чайльд разбил себе гантелей лицо. — Черт возьми, — в конце концов сказал он, позволив увлечь себя в сторону тренажёра для жима лёжа. Скарамуш смотрел, как Чайльд все расставляет вокруг себя, ложится на скамью, чтобы занять нужное положение. Он подошел ближе, когда Чайльд схватился за перекладину, помогая ему поднять ее над головой. Гантеля действительно оказалась тяжелой, и Скарамуш даже не знал, как тот мог жать такой вес. Он отодвинулся назад, когда Чайльд опустил штангу к груди, а затем поднял ее. Скарамуш скрестил руки на груди и лениво наблюдал, переводя взгляд с гантели на самого Чайльда. На нем снова не было рубашки, и Скарамуш уставился на то, как его мускулы напрягались при каждом движении. — Здесь довольно пусто, — внезапно прокомментировал Чайльд, и Скарамуш посмотрел ему в лицо. — Например, по сравнению с тем, куда я ходил раньше. Его голос едва ли звучал напряжённо, и Скарамуш молча проклинал его за то, что он так без усилий хорош во всем. — Тогда почему ты перевелся? Послышались звуки тихого ворчания, когда руки Чайльда начали слегка уставать. — Зачем тебе? — Просто, — невозмутимо ответил он, постукивая пальцами по руке. — Должна же быть какая-то причина. Чайльд фыркнул. Пот каплями проступал на его груди, когда он продолжил. — Ты всегда задаешь так много вопросов? — Я спросил только об одном, — сказал Скарамуш, начиная терять терпение. — И на этот вопрос легко ответить. Ответа от Чайльда не последовало, поэтому он решил продолжить. — Похоже, тебе есть что скрывать. Чайльд сделал паузу, держа штангу на весу, прежде чем снова опустить ее на подставку. Сев, он схватил свою бутылку воды и сделал большой глоток. Он бросил бутылку Скарамушу, который поймал ее обеими руками. — Ты не взял воду? — спросил он, избегая предыдущих вопросов Скарамуша. — Допей, я больше не буду. Скарамуш посмотрел на бутылку. Ему очень хотелось пить, и он действительно забыл свою воду дома. Он отвинтил крышку и сделал один большой глоток. Чайльд прислонился к оборудованию, наблюдая, как Скарамуш осушил всю бутылку и одним движением вытер уголки рта. — Спасибо, — пробормотал он, возвращая бутылку обратно. — Ты уходишь? Скарамуш кивнул. — Наверное, встречусь с подругой. Она написала сегодня утром, — он не знал, зачем делился информацией о своей жизни с Чайльдом. Но говорить о простых вещах было очень приятно. — Э-э, а ты? — То же самое, — сказал он. — Ну, я встречаюсь с ней вечером, не сейчас. Скарамуш прикусил нижнюю губу. — С ней? — Та девочка из нашего класса. — А, ну да, — он знал, о ком Чайльд говорил. — Свидание? Чайльд ухмыльнулся, когда они направились в раздевалку спортзала, а Скарамуш наблюдал за ним со стороны. — Наверное. Хотя и не совсем так. Она просто хотела посмотреть фильм или что-то в этом роде. — Это и есть свидание. Он пожал плечами. — Я удивлен, что кто-то реально хочет встречаться с тобой, — усмехнулся Скарамуш. — Ты даже не моешь руки после того, как помочился. — А кто так делает? — спросил Чайльд, толкнув дверь и подойдя к душевой. Скарамуш отвернулся и принялся раздеваться; Чайльд отодвинул занавеску, чтобы войти в кабинку. Скарамуш слушал стук воды о пол. — Обычные люди? — Он слегка повысил голос, чтобы Чайльд мог его услышать. — Это элементарная гребаная гигиена, Чайльд. — Говорит тот, кто не принимает душ после тренировки. Скарамуш закатил глаза, повернулся и прислонился спиной к стене душевой кабины. Он не знал, почему вообще ждет, пока Чайльд закончит. — Я не тренировался так много, как ты. Я не потная свинья, как ты. За занавеской послышался слабый смех. — Конечно. Когда Чайльд закончил, повисла удивительно уютная тишина, а через пять минут душ выключился. Занавес отодвинулся, и Скарамуш отошел от стены, наблюдая, как Чайльд вышел с полотенцем, низко обернутым вокруг талии. Он порылся в сумке, доставая одежду. — А что насчет твоего? — спросил Чайльд, оглядываясь через плечо. — Моего чего? — Свидания. Скарамуш отвел взгляд, когда Чайльд уронил полотенце, чтобы натянуть штаны, и в замешательстве нахмурился. — У меня его нет. — А что насчет девушки, с которой, как ты сказал, ты сейчас встречаешься? Слегка расширив глаза, Скарамуш понял, что говорит о Синьоре. — Она? Нет, блять... она просто мой самый близкий друг. Мы не встречаемся. Чайльд хмыкнул, натягивая рубашку. Его волосы все еще были влажными после душа. Скарамуш заметил, что, будучи мокрыми, волосы становились темнее. — Она твой самый близкий друг? — Чайльд схватил свою сумку и перекинул ее через плечо. — Обычно это означает, что ты хочешь с ней встречаться. — Нет. — Ты гей, что ли? Скарамуш замер, глядя на Чайльда через всю комнату. Он слышал, как из лейки для душа позади него капает вода, а сердце бешено колотится в груди, во рту пересохло. Он сглотнул, прежде чем заговорить. — Нет. Чайльд подошел ближе, а Скарамуш остановился. — Да? — Я не гей, — выплюнул он, отталкивая Чайльда. — Не лезь не в свое дело. Подняв руки в защитном жесте, Чайльд попятился назад. — Просто спросил. — Перестань вести себя так, будто ты не дал бы мне пощечину, если бы я сказал «да». Чайльд на секунду нахмурился, прежде чем выражение его лица снова стало обычным. — Думаю, теперь тебе не придется это узнавать. — Придурок. Он легко рассмеялся, поправляя лямку сумки на плече. Они посмотрели друг на друга. — Увидимся. — Необязательно было это говорить. Чайльд прошел мимо, похлопав его по плечу. — Повеселись на свидании. — Это не… — Скарамуш замолчал, когда дверь закрылась, и он остался один в раздевалке. Оглядевшись, он провел рукой по лицу и судорожно вздохнул. Скарамуш достал из кармана телефон, открывая сообщения Синьоры. «Скарамуш: где ты хочешь встретиться?» Скарамуш вышел из спортзала, по-всякому вертя телефон в руках. Он посмотрел вниз, когда на экране появилось уведомление. Скарамуш направился к месту, которое указала Синьора — это было маленькое кафе недалеко от кампуса, и ему удалось добраться до него за несколько минут. Колокольчик над дверью зазвенел, когда он вошел. Оглядев комнату, Скарамуш заметил, что Синьора сидит за столиком в углу. Он сунул телефон в карман. — Привет, — сказала она, легко улыбнувшись. Скарамуш отодвинул стул напротив, чтобы сесть. — Как прошла твоя тренировка? — Ужасно. Он был там. — Потный пресс Чайльда? — Она оживилась, подавшись вперед. — Рассказывай. Потрепав волосы на макушке, он вздохнул, опершись локтем на стол. — Не знаю, мы начали разговаривать, и все было хорошо. Потом он начал вести себя… странно. — Как? — Обычная чайльдская странность, — сказал он, отпивая глоток ее кофе. Он был совершенно горьким, совсем без молока и сахара. — Спросил меня, гей ли я. Синьора глубоко вдохнула. — И ты сказал ему? — Нет, черт возьми, — он вгрызся в ноготь на большом пальце. — Зачем? — Ну да, — сжав губы, Синьора оперлась подбородком о стол. Скарамуш лениво уставился в кофе, и они погрузились в недолгую тишину, пока мысли роились в голове. Он посмотрел на нее снова. — Мне нужно тебе кое-что сказать, — сказал Скарамуш, прежде чем задуматься. — Но только если ты пообещаешь не… осуждать меня. — Когда я это делала? Он прикусил внутреннюю часть щеки. Оглядев кафе, Скарамуш наклонился вперед. — Я дрочил прошлой ночью. Синьора отодвинулась к спинке кресла. — Ладно, слишком важная информация. — Нет, — прошипел он, снова притягивая ее ближе. — Я дрочил на него. Синьора с удивлением раскрыла рот. Ее лицо выражало множество разных эмоций, прежде чем она разразилась смехом. Ударив кулаком по столу одной рукой, она прижала другую ко рту, чтобы не издавать громких звуков. Скарамуш откинулся назад, нахмурив брови в ожидании, пока Синьора успокоится. — Прости… — выдохнула она, пытаясь унять внезапный приступ смеха. Через несколько секунд ей удалось прийти в себя. — На Чайльда? — Да, на гребаного Чайльда, ладно, — выплюнул он, сжав кулаки. Это лишь заставило ее рассмеяться еще больше. Скарамуш пнул Синьору под столом. — Заткнись, это даже не смешно. — Это так забавно. Тебя возбудила мысль о твоем заклятом враге. Скрестив руки на груди, Скарамуш сполз по стулу. — Не конкретно на него. Это было просто… — замолчав, он попытался придумать, как бы это сказать. — На ту фотографию без рубашки. — Из его гребаного профиля? — воскликнула Синьора, и он зажал ей рот рукой. — Ты можешь помолчать ? Что, если кто-то здесь его знает? Оттолкнув Скарамуша, она проигнорировала его слова. — Значит, ты посмотрел на эту фотку и подрочил на нее? Ты серьезно? — Он нерешительно кивнул, и она подавила еще один смешок. — Черт, для тебя это как новый фикс¹, Скара. — Это не так уж и важно, — пробормотал он. — Это была просто фотография. Я терпеть его не могу. — Конечно. — Я серьезно, Синьора. — Тогда зачем ты мне рассказал? Скарамуш помолчал, не зная, что сказать. Он действительно не понимал, почему вообще почувствовал необходимость поднять эту тему, ведь обычно он никогда не рассказывал ей о своих сеансах дрочки, но сейчас все было по-другому. — Не знаю, — наконец сказал Скарамуш. Она кивнула. — Значит, тебя возбуждало только его обнаженное тело? Закатив глаза, Скарамуш сложил руки на столе. Он оперся подбородком на них, глядя вперед, на нее. — Да. — Но он тебе не нравится? — Нет. — Нет, — Синьора потянулась, слегка погладила его, прежде чем скользнуть рукой за чашкой кофе. — Можешь допить. Тебе пригодится больше, чем мне. Он взял чашку, держа ее в руках. Жар разливался по коже. — Эта девушка на фотках с ним, должно быть, просто его бывшая. — Он сказал тебе? Скарамуш покачал головой. — Он сказал, что сегодня вечером идет на свидание с какой-то девчонкой из класса, — он посмотрел на отражающую поверхность кофе, наблюдая, как жидкость слегка рябит. — А это значит, что он холост. — Если только он не изменяет. — Не знаю, он не похож на изменщика. Синьора поджала губы, размышляя. — Ну, я никогда не встречалась с ним, поэтому я не знаю, — наступила короткая пауза. — Он тебе нравится или что? Скарамуш вскинул голову при этих словах и сузил глаза. — Нет. Ничуть. — Ага. Сделав глоток напитка, Скарамуш сосредоточился на тепле, растекающемся по его телу. Позже той же ночью Скарамуш лежал на боку в постели. Он выключил свет в комнате и бездумно листал ленту соц-сетей. Обновив страницу, он увидел, что Чайльд опубликовал новую историю. Он автоматически щелкнул по ней, прежде чем содрогнуться от того факта, что она была опубликована всего минуту назад, и он, вероятно, был одним из первых, кто ее увидел. По-прежнему прижимая большой палец к экрану, он внимательно рассмотрел изображение. Это было фото телевизора в темной комнате. На экране красовалось начало какого-то фильма. Скарамуш почувствовал что-то странное в груди, когда увидел силуэт девушки на фоне яркого экрана. Выдохнув, он выключил телефон, положив его на грудь. *** — Постарайтесь сдать свои работы до конца урока, пожалуйста. Скарамуш замолчал, переводя взгляд с затылка Чайльда на профессора, стоящего впереди кабинета. Сердце у него подпрыгнуло в груди — бормоча себе под нос, он рылся в сумке, с ужасом осознавая, что совсем забыл сдать листок с выполненным заданием. Это было совсем не похоже на него. Скарамуш всегда выполнял все свои задания задолго до того, как их нужно было сдать, поэтому он не понимал, с чего это вылетело из его головы. Прозвенел звонок. Быстро встав со своего места, Скарамуш попытался уйти незамеченным. — Скарамуш? Он остановился, держась одной рукой за ручку двери. Отойдя в сторону, он пропустил других студентов, прежде чем повернуться лицом к своему профессору. Он неохотно подошел. — Да? — Ты не сдал свою работу, — сказал он, аккуратно складывая все остальные на своем столе. — У тебя она с собой? Скарамуш закусил нижнюю губу, теребя лямку рюкзака. — Нет. Подняв глаза, его профессор слегка наклонил голову. — Все в порядке? — Я просто забыл… сделать это, — признался он, почесывая затылок. — Могу я сдать завтра? — Одна ночь, чтобы закончить подробное эссе? — он выглядел слегка обеспокоенным, но Скарамуш кивнул. — Хорошо. Просто положи это на мой стол завтра утром, пожалуйста. — Спасибо, — делая шаг назад, Скарамуш неловко улыбнулся. — До свидания. Повернувшись, он вышел из кабинета в холл. Вокруг бродили другие студенты. Скарамуш стремительно направился к выходу через толпу. В тот вечер у них была запланирована тренировка. В единственный раз, когда он пропустил тренировку, в Скарамуша имелась уважительная причина — травма, однако он больше не хотел допускать пропусков, чтобы не оказаться в немилости у Дотторе. Направляясь обратно в свою спальню, он решил закончить как можно большую часть эссе до тренировки, а затем продолжить ночью. Как только Скарамуш добрался до комнаты, он устроился за своим столом, открыв крышку ноутбука и набрав пароль. Перед ним висела вкладка с пустым документом. Он положил пальцы на клавиши, готовый печатать. — Дерьмо, — пробормотал Скарамуш, поняв, что даже не знает, о чем нужно писать. Скарамуш откинулся на спинку стула, пытаясь найти ответы в своем мозгу. Должно быть, он снова отключился, глядя Чайльду в затылок во время урока, и пропустил момент, когда его профессор рассказал им о задании. Он внутренне проклинал себя за то, что допустил такую оплошность. С неохотой Скарамуш взял свой телефон, открывая директ Чайльда. «Скарамуш: Привет.» Он застыл, не зная, как сформулировать свое сообщение. Хотя ему и нужна была помощь, Скарамуш не хотел, чтобы Чайльд считал его глупым. Он моргнул, увидев всплывающее сообщение на экране, которое отвлекло его от мыслей. «Чайльд: привет» Три точки ненадолго появились под сообщением Чайльда, а затем исчезли. Скарамуш, скрестив ноги на стуле, печатал ответ. «Скарамуш: Ты выполнил это задание?» Ответ был почти мгновенным. «Чайльд: с сегодняшнего дня?» «Чайльд: да» Он закатил глаза. «Скарамуш: Какая была тема?» Прикусив ноготь на большом пальце, он положил телефон на ногу и стал ждать. Прошло добрых несколько секунд, прежде чем появилось еще одно сообщение, и он уставился на него. «Чайльд: ты этого не делал?» «Скарамуш: Забыл» «Скарамуш: Можешь просто сказать мне» Прошло еще несколько минут, а ответа не последовало, и Скарамуш начал беспокоиться. До тренировки оставалось мало времени. Он нервно тряс ногой. Как только Скарамуш подумал, что Чайльд его проигнорировал , пришло еще одно уведомление. Это была фотография. Нажав на нее, Скарамуш быстро переместил пальцы на кнопки, чтобы сделать скриншот чайльдовских заметок, которые тот прислал, прежде чем вернуться в основной чат. «Скарамуш: Спасибо» «Чайльд: не списывай точь-в-точь» Он усмехнулся, сдерживая улыбку, когда вернулся к изображению в своей галерее. На фотографии был блокнот Чайльда, лежащий у него на коленях. Почерк у него казался немного небрежным, но Скарамуш все еще мог прочесть надписи. Он опустил взгляд с книжки на руку Чайльда, которая держала блокнот на месте. Глаза Скарамуша расширились, и он дважды взглянул на заметный бугор на спортивных штанах Чайльда. Недолго думая, он вернулся к их беседе. «Скарамуш: У тебя реально стояк» «Скарамуш: Сейчас пять гребаных вечера, животное.» Как только он отправил сообщения, он тут же пожалел об этом, но было уже поздно. «Чайльд: почему ты вообще смотришь туда» «Скарамуш: Он буквально смотрел на меня» Его руки внезапно покрылись холодным потом. Положив телефон на стол, он смотрел на экран, ожидая ответа. «Чайльд: ты ведешь себя так, как будто хочешь это увидеть» Скарамуш почувствовал, как у него пересохло во рту. Он не знал, что ответить — что он мог сказать на это? Его пальцы зависли над клавиатурой, пока он думал. «Скарамуш: Нет» Несколько минут ответа не следовало, и он чувствовал, что должен был сказать что-то ещё. Его большие пальцы зависли над клавиатурой. «Скарамуш: Держу пари, он все равно маленький» Он выключил телефон, как только сообщение было отправлено. Глядя вниз, Скарамуш увидел свое отражение на черном экране. Он откинулся на спинку стула. Прошло несколько минут, ответа не было. Как раз когда он собирался приступить к эссе, его телефон звякнул. «Чайльд: [Прикрепленное изображение]» Нахмурившись, Скарамуш щелкнул по нему, не зная, что бы прислал Чайльд. Потребовалось несколько секунд, чтобы картинка загрузилась, и при этом Скарамуш застыл, чуть приоткрыв рот. Это была фотография Чайльда, точнее, его промежности. Он держал свой член через спортивные штаны. Взгляд Скарамуша задержался на его контуре, ясном и видимом сквозь тонкую ткань. Хотя в тот день он уже видел часть его члена в душевой, теперь, когда он был твердым, он казался еще больше. Ближе к середине экрана была короткая надпись: «Маленький?», и если бы его мозг уже не плавился, он бы закатил глаза. Скарамуш сглотнул ком в горле и сделал скриншот. Его пальцы дрожали, когда он держал телефон, возвращаясь к основному чату. «Скарамуш: Все еще маленький» «Чайльд: та девушка поспорила бы» Он выключил телефон и с грохотом швырнул его на стол. Скарамуш наклонился вперед, проводя пальцами по волосам, дергая за пряди и судорожно выдыхая. — Черт… — Он хлопнул руками, встал со стула и схватил телефон. Подойдя к кровати, он лег, свернувшись на бок, и набрал номер Синьоры. Он держал телефон прижатым к уху, пока раздавались гудки. — Привет? Он облегченно вздохнул, услышав ее голос. — У меня проблема. Повисла тишина. — С переходным возрастом или ориентацией? — Заткнись, — сказал он. — Мне нужен совет. Синьора не ответила, и он воспринял это как приглашение продолжать. Скарамуш засунул руку под подушку, думая, что сказать. — Мне понравился его член. Прошло несколько секунд молчания, прежде чем Синьора расхохоталась. Он нахмурился, когда она на минуту отключила звук. Скарамуш нетерпеливо ждал ее возвращения. Раздался тихий звук, когда она включила микрофон обратно. Синьора откашлялась. — Тебе понравился его член, — повторила она чуть дрожащим голосом ближе к концу фразы. — Продолжай. — Нет, иди нахуй, — он сел, наведя большой палец на большую красную кнопку. — Скара… — быстро позвала она, как будто знала, что он собирается сбросить звонок. — Черт, извини. Ты только что застал меня врасплох. В ее голосе все еще чувствовался легкий намек на веселье. — Да, конечно, — лежа на спине, он смотрел в потолок. — Чайльд прислал мне фотографию… этого. Но через штаны. — Его члена? — ее голос стал звонче, и Скарамуш немного уменьшил громкость. — По какому поводу? Скарамуш открыл рот, чтобы заговорить, но снова закрыл его, мельком взглянув на время. — Черт, — пробормотал он, быстро вставая с постели. — Мне нужно идти, я опаздываю. Он держал телефон зажатым между ухом и плечом, когда хватал свои вещи. — Куда? — На тренировку, — Скарамуш натянул ботинки, неплотно завязав шнурки. — Черт, я не написал эссе, — оглядев свою комнату, его глаза остановились на пустом документе, все еще открытом на его ноутбуке. — Я чертовски тупой, о боже. — Ничего, напишешь потом как-нибудь. Скарамуш кивнул, прежде чем понял, что Синьора его не видит. — Правильно, да, — прикусив нижнюю губу, он схватился за дверную ручку. — Хорошо, я поговорю с тобой позже. — И расскажи мне остальную часть истории. — Обязательно, — Скарамуш убрал телефон от уха, когда вышел из комнаты. — Люблю тебя, пока. Он быстро закончил разговор, спускаясь вниз по лестнице, спрыгнув с двух последних ступеней. Прогулка к спортивному центру превратилась в полупробег, и Скарамуш, наконец, распахнул двойные двери, мельком увидев всех, кто уже находился на катке. Переодевшись в рекордно короткие сроки, он вышел на лед так быстро, как только мог на коньках. — Ты опоздал, — раздался голос Дотторе, и все внимание внезапно было приковано к нему. Поправляя перчатки, он подъехал. — Нихрена, — пробормотал он, подходя ближе. — Ты не видел Чайльда по дороге сюда? — спросил Дотторе, скрестив руки. — Его еще нет. Скарамуш нахмурился, прежде чем вспомнить сообщения, которые он получил не так давно. Он понял, что Чайльд, вероятно, опоздал, потому что был слишком занят дрочкой. — Он не со мной. Дотторе сжал губы. — Тогда приступай к упражнениям. Сморщив нос, Скарамуш направился к остальным, пока они занимались тренировкой конькового бега. Он присоединился к остальным. Мысли его копошились в голове сами по себе, пока он двигался с группой. Краем глаза он заметил, что кто-то приближается — оглянувшись, Скарамуш заметил Чайльда, когда тот выходил на каток и подъезжал к нему. Он быстро отвел взгляд. Скарамуш попытался сосредоточиться на том, о чем он собирался написать в своем эссе, но ничего не придумал. Он не потратил много времени на просмотр заметок, которые дал Чайльд, в основном потому, что слишком отвлекся , и теперь до сна оставалось совсем немного времени. Он уже устал. Тренировка продолжалась в тишине, на катке слышались лишь звуки скрежета острых лезвий по льду. Скарамуш изо всех сил старался не смотреть в сторону Чайльда. К тому времени, как они закончили, он почувствовал, что его ноги вот-вот отвалятся. Прозвучал свисток. Однако прежде, чем Скарамушу позволили уйти вместе с остальными в раздевалку, Дотторе подозвал его на пару с Чайльдом. — Мне нужно поговорить с вами обоими, — сказал Дотторе, прислонившись к стене. Сначала он повернулся к Чайльду. — Не знаю, как было в твоем старом колледже, но здесь опоздания недопустимы, — затем он повернулся к Скарамушу. — А ты и так знаешь. — Да, — Скарамуш заерзал на месте, собираясь уйти. — Этого больше не повторится. — И не надо, — твердо сказал Дотторе. Он бросил на обоих еще один суровый взгляд, прежде чем прогнать их. Скарамуш поспешил в раздевалку, увидев, что остальные уже ушли. Быстро добравшись до шкафчика, он снял шлем и майку и засунул их в сумку. Двери открылись, и Чайльд подошел. Эссе всё ещё занимало значительную часть его размышлений. Прежде, чем обернуть себя, Скарамуш заговорил: — Я еще даже не начал. Чайльд взглянул в его сторону. — Что начал? — Чёртово эссэ. Я должен сдать его завтра. Вдохнув, Чайльд снял свой хоккейную экипировку, переодеваясь. — Удачи. Скарамуш закончил переодеваться и схватил свою сумку. Он повернулся к Чайльду, не зная, что хочет сказать. — Можешь… — замолчав, он сжал пальцы на лямке рюкзака. Скарамуш подавил свою гордость. — Можешь помочь мне? Чайльд промолчал, все еще держа пальцы на ручке своего шкафчика. Даже сбоку на его лице Скарамуш мог разглядеть слабые следы ухмылки, растянувшейся на его губах. — Тебе нужна моя помощь? Скарамуш сузил глаза. — Ты единственный человек, которого я знаю в этом классе, — сказал он. Чайльд закрыл свой шкафчик, схватил телефон, чтобы сунуть его в карман. — А что взамен? — Ничего. Он напевал себе под нос, проходя мимо. — Тогда нет. Рот Скарамуша приоткрылся в удивлении. Он развернулся на месте, чтобы посмотреть, как Чайльд направляется к выходу из раздевалки. Он быстро последовал за ним, думая о том, что бы такого предложить. — Я куплю тебе мерч Бэтмена. Тут Чайльд остановился, и Скарамуш чуть не врезался ему в спину. — Замётано. Обратный путь в общежитие Скарамуша прошел относительно тихо — снаружи уже стемнело, и они могли смутно слышать чириканье птиц неподалеку на деревьях, окружающих кампус. Поднявшись по лестнице, Скарамуш отпер дверь, прежде чем войти внутрь, и Чайльд последовал за ним. Было странно видеть в своей комнате кого-то, кто не был Синьорой. Отбросив эти мысли в сторону, он направился к столу, поняв, что у него только один стул. — Черт, — пробормотал он, оглядываясь по сторонам. Его взгляд остановился на Чайльде, который уже сидел на его кровати спиной к стене. — Что ты делаешь? — Жду тебя, — сказал он. — Просто сядь здесь, если нет другого стула. Скарамуш помедлил несколько секунд, а затем схватил свой ноутбук и забрался на кровать рядом с Чайльдом. Он тоже сидел спиной к стене, держась немного в стороне от другого, когда открывал крышку, набирая свой пароль. — Знаешь, я не кусаюсь, — фыркнул Чайльд, глядя на него. — Можешь сесть поближе. — Не хочу заразиться твоими противными микробами, — пробормотал он, шаркая ногами по кровати, чтобы, несмотря на его слова, оказаться рядом с Чайльдом. — Вот. Пустой текстовый документ все еще был открыт, и Чайльд взглянул на него. — Тут пусто. — Точно, — вздохнул он. — У меня… мозговой застой. Чайльд рассмеялся, и звук разнесся по воздуху. Скарамуш почувствовал, как что-то неприятное зашевелилось в его животе. — Ты такой чертов ботан. — Отвали, — Скарамуш достал из кармана телефон. — У меня есть скриншот твоих заметок. Он открыл галерею. Чайльд внимательно смотрел в его телефон. Первым, что появилось на экране, был сделанный им ранее скриншот с твердым членом Чайльда в его штанах, который он прислал. Сердце Скарамуша заколотилось в груди, когда он быстро смахнул прочь. В комнате воцарилась тишина, и Скарамуш затаил дыхание. — Какого хрена, — наконец сказал Чайльд низким голосом. — Ты сделал скриншот? Пальцы Скарамуша сильнее сжали телефон по бокам. — Случайно, — он вздрогнул от того, насколько заметно звучала дрожь в его голосе. — Я опоздал на тренировку, и… да. Я сделал это случайно. Чайльд не ответил, и Скарамуш неохотно повернул голову в сторону, чтобы посмотреть на него. Они встретились взглядами. — Точно? — Ага, — выдохнул он. Скарамуш прикусил нижнюю губу и увидел, как взгляд Чайльда на мгновение скользнул по ней, прежде чем вернуться к его глазам. — Ты собираешься дрочить на это или что-то в этом роде? Сердце Скарамуша заколотилось. — Нет. Выражение лица Чайльда было серьезным, прежде чем оно превратилось в улыбку, когда он слегка рассмеялся, глаза его прищурились. — Я просто шучу. — Это чертовски не смешно, — пробормотал Скарамуш, возвращаясь к галерее. Он нашел фотографию заметок Чайльда, приложив телефон к экрану ноутбука. — Ты можешь просто заткнуться и помочь? Чайльд поерзал на кровати, прежде чем просмотреть записи. — Ты хочешь, чтобы я просто изложил тебе некоторые из своих выводов, чтобы ты мог изложить их своими словами? Скарамуш вздохнул с облегчением. — Да. Он записывал то, что говорил Чайльд. Они невольно сблизились на кровати, когда Чайльд оперся подбородком на плечо Скарамуша, чтобы читать текст с экрана. — О, и теперь ты можешь написать о событиях, которые привели к восстанию, и о том, как все они связаны, — сказал Чайльд, указывая на абзац в документе. — Однако я забыл большинство из них. Скарамуш фыркнул. — Все хорошо, я помню, — он выделил для этого отдельный абзац ближе к началу, прокручивая каждую мысль в голове, пока все записывал. Чайльд посмотрел на сосредоточенное лицо Скарамуша, не поднимая головы. Тот задумчиво печатал эссе, предложение за предложением. Неловко кашлянув, Чайльд отодвинулся и прислонился обратно к стене. — Думаю, я закончил, — сказал Скарамуш, поворачивая экран в сторону Чайльда. Он наблюдал, как быстро Чайльд просматривал страницу, читая слова, медленно кивая. — Выглядит неплохо. — Ты думаешь? — спросил Скарамуш, и Чайльд снова кивнул. — Бля, спасибо, — закрыв крышку, он откинулся назад. — Конечно, — Чайльд наблюдал, как Скарамуш сжимал пальцы, морщась от боли. Он нахмурился. — В чем дело? — Кажется, я слишком долго печатал. Чайльд мгновение смотрел на его ладонь, прежде чем взять ее в свою. Скарамуш напрягся, он сжал его руку, однако все напряжение в его пальцах растаяло, стоило Чайльду помассировать костяшки. Скарамуш зашипел от боли, когда его суставы хрустнули. — Извини, — сказал другой, прикосновение стало более мягким. Он нажал в последний раз, прежде чем отпустить, и Скарамуш встряхнул его руку, сгибая пальцы. Он чувствовал себя лучше. — Дерьмо, — сказал он, уставившись на свою руку, прежде чем снова взглянуть на Чайльда. — Эм, спасибо. — У меня были сильные судороги после хоккейной тренировки. От неправильного хвата на клюшке или чего-то подобного, — его глаза по-прежнему были прикованы к рукам Скарамуша, которые теперь лежали у него на коленях. Чайльд облизал губы, прежде чем продолжить. — Массаж действительно помогает. Было что-то в том, как он говорил — так мягко и совершенно без обычного сарказма, — что заставило Скарамуша чувствовать себя странно. Это казалось таким естественным, как будто они были почти друзьями. — Ага, — выдохнул он. Их лица были невероятно близко друг к другу, и он мог слабо ощущать дыхание Чайльда на своей коже — оно пахло странно хорошо, мятой и сигаретами одновременно. — Ты куришь? Чайльд моргнул. — А? — Знаешь, сигареты, — Скарамуш смотрел в тусклые голубые глаза, видя, что его зрачки почему-то слегка расширились. Они, казалось, немного сжались, когда он отодвинулся на кровати, оставив между ними немного пространства. — Ага. Уже много лет, если честно. Плохая привычка, — сказал он, прежде чем сделать паузу. — Что, у меня зубы курильщика, что ли? Скарамуш не мог не вздохнуть от удовольствия. — Нет. Я просто… мне просто интересно. Чайльд хмыкнул. — Да? — Я тоже курю, — пробормотал он, устраиваясь на кровати так, чтобы его позвоночник не впивался в стену. — Такими темпами у меня будет рак легких. Раздался смех, и Скарамуш посмотрел на него. — Я уверен, что с тобой все будет в порядке. — Мне, черт возьми, пока хочется пожить. В разговоре возникла короткая пауза. Чайльд улыбнулся, покачал головой и посмотрел вниз. Прежде чем заговорить, он потеребил край своей футболки. — Хочешь пойти покурить прямо сейчас? Скарамуш на секунду задумался. — Конечно. Они вместе вышли из здания. Скарамуш обхватил себя руками, когда холодный ночной воздух обжег его кожу. На нем была только футболка с короткими рукавами, и Чайльд видел, как он дрожит. Он закурил сигарету и передал ее Скарамушу. — Спасибо, — сказал он, держа сигарету между двумя пальцами. Скарамуш сунул ее в рот, делая глубокий вдох. Его легкие жгло, но то совсем не согревало. Чайльд прикусил внутреннюю сторону щеки, прежде чем сбросить толстовку. — Возьми, — он накинул ее на плечи Скарамушу, и тот замер с сигаретой во рту. Чайльд отошел, прочищая горло. — Ты, эм, замёрз, наверно. Подцепив сигарету зубами, Скарамуш засунул руки в рукава кофты — она была ему велика, так что из-под рукавов торчали только кончики пальцев. Она была теплой и пахла Чайльдом. Он передал сигарету. — Тебе не будет холодно? Чайльд взял ее, качая головой и делая долгую затяжку. Когда он выдохнул, в воздухе между ними повисли тонкие струйки дыма, прежде чем рассеяться на легком ветерке. — Нет, мне тепло. Они продолжали передавать сигарету между собой, пока от нее не остался один лишь окурок. Чайльд держал его в руках, и взгляд Скарамуша задержался на том, как его губы обхватили остатки сигареты. Чайльд сделал глубокую затяжку, прежде чем шагнуть вперед, схватив Скарамуша за подбородок и выдохнуть табачный дым прямо в его губы. Глаза Скарамуша судорожно расширились. Их губы едва соприкоснулись, но при прикосновении по венам Скарамуша пробежал электрический разряд. Он вдохнул дым, наслаждаясь знакомым жжением. Чайльд отстранился. — Ты никогда не делал этого раньше? — спросил он; фирменная ухмылка блистала на его лице. Бросив окурок на землю, Чайльд раздавил его ногой. Скарамуш пытался подобрать слова. — Нет. — Не хотел тратить остатки дыма, — сказал Чайльд, прислонившись боком к стене здания. Скарамуш еще сильнее обхватил себя руками, прячась в толстовке Чайльда. — Надеюсь, ты не заразил меня бронхитом. Чайльд усмехнулся. — Я здоров. — Хорошо, — еще одна минута тишины. Чайльд оттолкнулся от стены, засунув руки в карманы. — Мне нужно встретиться с другом, — сказал он, слегка покачиваясь взад-вперед на носках. — Удачи с этим эссе. Скарамуш почувствовал, как у него чуть не ухнуло сердце в груди. — Да спасибо. Чайльд кивнул, прежде чем развернуться и уйти в противоположном направлении. Скарамуш смотрел, как он уходит, пока тот полностью не исчез из виду. Посмотрев на себя, он понял, что не вернул толстовку. Возвращаясь в свою комнату, Скарамуш держался за перила, пока поднимался по лестнице. Толкнув дверь, он вошел внутрь, позволив ей закрыться за собой. Скарамуш выдохнул, положив свой ноутбук на стол, прежде чем забраться на кровать, выключив свет и включив тусклую лампу. Он все еще мог чувствовать губы Чайльда на своих собственных. Подняв руку, Скарамуш слегка провел рукой по своему рту, слегка поерзав на кровати и перевернувшись на спину. Он повернул голову в сторону, уткнувшись носом в мягкую ткань толстовки, прикрывая глаза. К нему пришла какая-то здравая мысль, но Скарамуш проигнорировал ее, позволяя руке соскользнуть вниз, между ног. Скарамуш почувствовал, как затвердевает, вдыхая сильный запах, вспоминая, как Чайльд держал его за челюсть и поднимал лицо — он вспомнил, как он схватил его за руку, чтобы так нежно помассировать напряжение, и его спину. Его шея вспыхнула, когда он издал тихий стон, потирая себя через боксеры. Сбросив спортивные штаны, Скарамуш перекатился на живот, перегнувшись через край кровати. Он слепо возился в ящике, пока его пальцы не наткнулись на прямоугольную коробку. Скарамуш поднял ее, открыв крышку и высыпав содержимое на матрас. Снова перевернувшись на спину, он поднял бутылку со смазкой, достаточно обмазав ею пальцы. Он расположил их у ануса, прежде чем медленно протолкнуться внутрь. Скарамуш издал тихий вздох от первого ощущения, приглушая свои звуки огромным рукавом куртки Чайльда. Он прижал его ко рту и носу, глубоко вздохнул и еще немного раздвинул ноги, просовывая пальцы внутрь. Он скрутил их вверх, разум был слишком затуманен от удовольствия, чтобы осознать, что он делает, и его тело свело судорогой, когда он коснулся простаты. Потершись о кофту, он выругался, переминаясь с ноги на мятое одеяло. Добавив еще один палец, Скарамуш не остановился, пока не почувствовал, что достаточно готов. Вытащив их, он дрожащим голосом вытер руку об одеяло и потянулся, чтобы схватить другой предмет из коробки. Скарамуш намазал игрушку достаточным количеством смазки, чувствуя, как часть ее капает ему на живот из-под слегка задравшейся рубашки. Он прикусил рукав, прикрывающий рот, когда толкнул его… Голова откинулась на подушки, он уставился в потолок, чувствуя дрожь в коленях, когда он пронзил себя этой штукой. Фаллоимитатор был большим, и все его внутренние стенки жгло, пока он продолжал вдавливать его внутрь, не останавливаясь, пока он не вошёл полностью. Задыхаясь, Скарамуш посмотрел на себя. Он мог видеть слабую выпуклость в нижней части живота, и его голова закружилась, когда он схватился за основание, вытягивая его, прежде чем снова втолкнуть еще сильнее. — Черт, — заскулил Скарамуш, приспосабливаясь к ощущению. Он повторил движение, сильнее прижимая руку ко рту, когда его глаза закатились. Коснувшись игрушкой простаты, Скарамуш почувствовал, как его бедра начали дрожать. Его спина выгнулась над кроватью, и он ускорил темп, пытаясь вести себя тихо, чтобы не беспокоить соседей. Изображение кое-кого мелькнуло в его поле зрения над ним, и он представил, как тот человек держит его, трахает его в матрац, крепче сжимая его бедра. Скарамуш чувствовал головокружение при каждом попадании в простату и не мог удержаться от того, чтобы простонать его имя. — Дерьмо, Чайльд… — выдавил он. — Пожалуйста, сильнее… Все его тело разрывалось от удовольствия, когда он по-всякому наклонял игрушку, толкая ее в одном и том же положении снова и снова, пока слезы не хлынули из его глаз, промокая рукав толстовки. Он повернулся в сторону и резко прикусил ткань, подавляя серию стонов; его нетронутый член дёрнулся. Приглушенные звуки сорвались с его губ, когда он ощутил, как в животе закипает возбуждение. Оргазм со всей силой накрыл его, и Скарамуш задохнулся; бедра дрожали вокруг игрушки, когда он сжал ноги вместе, прижимая к себе, чтобы продлить миг удовольствия. Его лицо сморщилось, брови были сведены вместе, когда он кончил. Зрение полностью помутнело; он вдохнул дешевый лосьон после бритья Чайльда, все еще чувствуя запах сигаретного дыма, оставшийся на его куртке. Зарывшись лицом в тепло кофты, он чувствовал, как ткань становится еще более влажной от слюны, смешанной со слезами, текущими по его щекам. Зрение вернулось к Скарамушу очень скоро. Затаив дыхание, он тяжело дышал, глядя в потолок. Скарамуш почувствовал влагу на щеках, стекающую к ушам, и медленно вытащил из себя игрушку, отбросив ее куда-то в одеяло. С трудом сглотнув, он протёр глаза. — Чёрт… — выдохнул Скарамуш, вытирая месиво на животе рукавом. Его глаза расширились, когда он понял, что это была толстовка Чайльда. — Ебать. Сев, он проигнорировал боль, пронзившую его позвоночник, и уставился на пятна. Осознание сразу обрушилось на него — глядя вперед, на стену, Скарамуш почувствовал звон в ушах, когда гул его оргазма исчез, оставив его с тупой пустотой. Он чувствовал себя отвратительно. Проведя чистой рукой по лицу, Скарамуш судорожно выдохнул, прижимая пальцы к губам. Его руки подрагивали. Он сидел, тупо глядя в стену, и молчал, пока телефон не издал звук входящего уведомления. Очнувшись, Скарамуш повернул голову и увидел, как загорается экран на прикроватном столике. Он потянулся, чтобы схватить телефон. «Чайльд: только что понял, что у тебя осталась толстовка» «Чайльд: можешь вернуть? я живу всего через несколько дверей по коридору» — Дерьмо, — снова выругался Скарамуш, прижимая руку ко лбу. Оглянувшись на пятна, он понял, что единственный способ вывести их — это постирать всю толстовку, а прачечная была слишком далеко, чтобы он мог добраться туда в таком состоянии. Снова взглянув на чат, Скарамуш глупо уставился на сообщения. Его большие пальцы зависли над клавиатурой, а затем он выключил телефон и бросил его на стол. Он разберётся с этим завтра.