Make sure you kiss your knuckles (before you punch me in my face)

Скарамуш прищурился от яркого света, который бил сквозь закрытые веки. Музыка гремела в барабанных перепонках, когда он, спотыкаясь, пробирался сквозь толпу людей, выискивая глазами Синьору. Минут десять назад она ушла с кем-то, сказав что, скоро вернется. Ну, этого до сих пор не произошло. Застонав, он откинул волосы с глаз. Именно она затащила его в клуб, несмотря на его протесты. Теперь, оглядевшись вокруг, Скарамуш понял, что Синьора на самом деле бросила его. Вынув телефон из кармана, он нажал на их чат. «Скарамуш: Куда, черт возьми, ты делась» Они выпили не так уж и много. Скарамуш нетерпеливо отошел в угол, ожидая ее ответа, и по прошествии, казалось, целой вечности, на экране появилось сообщение. «Синьора: можнилти» «Синьора: можешь идти*» Уставившись на сообщения, он прижал руку к вискам. «Скарамуш: у тебя в сумке мой бумажник идиотка» «Скарамуш: каким образом мне уйти» Ответа не последовало. Скарамуш вздохнул и еще раз огляделся по сторонам. Он медленно вышел на улицу, избегая нескольких человек, слонявшихся у входа. Холодный ночной воздух ударил по коже, заставив еще сильнее обхватить себя руками и прислониться к стене. Он пожалел, что оставил у Синьоры свою куртку. Сигареты тоже остались в кармане. — Блять, — пробормотал Скарамуш, снова доставая телефон. У него не было с собой ни денег, ни чувства ориентации в пространстве. Не успел он опомниться, как уже писал первому человеку, о котором вспомнил. Скарамуш: Я заблудился Скарамуш: и замрз Дрожь пробежала по его спине, когда он отправил сообщение, не удосужившись исправить опечатку. Перед глазами все плыло, слегка искажая сообщения на экране, поэтому Скарамуш уменьшил яркость. Не прошло и минуты, как его телефон завибрировал. Чайлд: что Чайльд: где ты? Скарамуш вздохнул с облегчением — на радость, Чайльд ответил быстро. В клуб входило все больше и больше людей, и каждый раз, когда распахивались двери, музыка била по ушам. Скарамуш: Какой-то клуб хз Скарамуш: Можешь прийти за мной? Он видел, что Чайльд сразу же прочитал сообщение, но ответа не последовало. Страх комом застрял в животе, он грыз ногти, пристально глядя на экран, как будто это заставило бы Чайльда ответить быстрее. Чайльд: пришли свое местоположение Скарамуш выдохнул ещё раз и замерзшими пальцами нажал на кнопку. Некоторое время он просто стоял и смотрел на относительно чистое ночное небо, и ему становилось скучно. Скарамуш заметил несколько звезд, разбросанных по кругу, и вытянул шею, чтобы рассмотреть всех. Он почувствовал, как его и без того чувствительные глаза начали слезиться от света яркой луны, и Скарамуш моргнул, потирая веки пальцами. Подъехавшая машина вырвала его из мыслей. Он вытянулся, смотря на переднее окно и на Чайльда, который открывал дверь с пассажирской стороны. Скарамуш подошел так быстро, как только мог. Холодный металл ручки обжег кожу, когда он распахнул дверь, а затем хлопнул ею. Чайльд откашлялся, наблюдая, как Скарамуш потирает замерзшие руки. — Ты в порядке? — спросил он, оглядывая Скарамуша с ног до головы. — Не пострадал? Он покачал головой, и она закружилась еще сильнее. — Я в порядке. Взгляд Чайльда задержался на нем еще на секунду, прежде чем он протянул руку, схватив что-то с заднего сиденья машины. — Вот, — сказал он, протягивая толстовку Скарамушу. — Извини, что не чистая, но это все, что я смог найти у себя. — О, — знакомый запах мягкой кофты поразил его так же, как и в первый вечер, когда Чайльд подарил ему толстовку. Эти воспоминания нахлынули на него — кровь из головы хлынула вниз, заставив его напрячься. — Э-э, спасибо. Скарамуш застегнул молнию, изо всех сил стараясь отвлечься от растущей твердости в штанах. Он всегда легко возбуждался, когда был пьян. Он поймал себя на том, что смотрит на лицо Чайльда в мягком оранжевом свете. Его взгляд скользнул по веснушкам, украшавшим переносицу, вверх по ресницам, обрамляющим темно-синие глаза, прежде чем опуститься на губы. Ему потребовалась секунда, чтобы понять, что Чайльд, оказывается, что-то говорил. — Скара? — повторил Чайльд, сморщив лоб. — Ты слушаешь? Его взгляд скользнул вверх ото рта собеседника, когда он вышел из странного транса. — А? — Я спросил, ты хочешь вернуться в общежитие? — Скарамушу понадобилось несколько секунд, чтобы обдумать слова. Он кивнул. — Хорошо. Прежде чем снова завести двигатель, Чайльд повернулся и протянул руку к телу собеседника, чтобы схватиться за ремень безопасности. Его волосы коснулись носа Скарамуша, и тот поймал себя на том, как резко втянул воздух, закрыв глаза. Он снова открыл глаза, когда Чайльд отпрянул назад, взявшись за руль и устремив взгляд вперед. Обратная дорога по большей части была относительно тихой. Скарамуш чувствовал, как его желудок бурлит от алкоголя, когда они проезжали по лежачим полицейскии, и поэтому он все время держался за внутреннюю сторону двери. Пальцы Чайльда крепко сжали руль, когда он украдкой взглянул на него сбоку. Прошло несколько мгновений, прежде чем Чайльд снова заговорил. — Знаешь, в это время опасно выходить на улицу одному, — начал он, остановившись на светофоре. Его взгляд не отрывался от дороги. — Особенно, если ты пьян. Скарамуш фыркнул, прислонившись головой к стеклянному окну. Оно неприятно завибрировало, когда машина тронулась с места. — Я был с подругой, но она ушла. Какое-то время он просто молчал. Закрыв глаза, Скарамуш прислушивался к шуму дороги под колесами. — Да, ну... — Чайльд вздрогнул, покусывая губу. — И все же. Хмыкнув, он снова выпрямился. — Мы уже почти на месте? Он вздохнул, Чайльд кивнул и завернул за угол. Прошло совсем немного времени, прежде чем он подъехал к стоянке и заглушил двигатель, как только нашел свободное парковочное место. Чайльд сунул ключи обратно в карман и вышел из машины, чтобы подойти к Скарамушу. Открыв дверь, он помог ему подняться. — Я сам могу ходить, — сказал Скарамуш, пытаясь оттолкнуть его. Он пошатнулся, но твердые руки Чайльда крепко держали на месте. Скарамуш сдался. — Хорошо. Они тихо пошли обратно к зданию. Чайльд вызвал лифт, как только они оказались внутри, не опуская руку с талии Скарамуша. Он старался не обращать внимания на то, как пальцы Чайльда мелко сжимали его талию и на то, как толстовка касалась голой кожи на руках — все это было опьяняющим в десять раз сильнее, когда алкоголь тек по венам. Скарамуш старался не обращать внимания на то, как натянулись штаны, когда они входили в лифт. Скарамуш резко прижал ладонь ко рту. — Меня сейчас вырвет. Чайльд запнулся, его рука скользнула от пояса к спине. Он обеспокоенно посмотрел на него сверху вниз. — Мы почти на месте. Двери открылись, как только они поднялись на свой этаж. Чайльд помог ему пройти по коридору, пройдя мимо комнаты Скарамуша в свою. — Что… — он вздрогнул, оглянувшись. — Ты прошел мимо моей. Он молча наблюдал, как Чайльд открыл дверь и ввел их обоих в свою комнату. Он запер дверь за собой и бросил ключи на стол в углу. — Я не могу просто оставить тебя спать, — сказал он, направляя Скарамуша к кровати. — Это опасно. Ты можешь задохнуться. Он позволил мягко толкнуть себя вниз и с тихим бурчанием опустился на матрас. Джинсы казались слишком тесным, натирая растущую эрекцию в боксерах. Скарамуш даже не знал, что его возбудило прямо сейчас. Чайльд повернулся к ящикам стола, достав пару спортивных штанов. Тревога вспыхнула в голове Скарамуша, когда тот встал перед ним на колени, повозившись с молнией на джинсах, прежде чем расстегнуть их. Язык ощущался слишком тяжелым, а разум слишком затуманен, чтобы что-то сказать. Наступила тишина. Скарамуш посмотрел вниз и заметил взгляд Чайльда, устремленный на очевидную выпуклость на боксерах. Из комнаты будто выкачали весь воздух. Скарамуш почувствовал, как у него закружилась голова. — Ты хочешь… — начал он, прикусив щеку и глядя на задумчивое лицо Чайльда. Скарамуш не мог мыслить здраво, что было довольно заметно по словам, которые сорвались с его губ: — Трахни меня. Чайльд нехарактерно застыл и отвернулся. — Ты пьян, — сказал он, натягивая на себя спортивные штаны. Скарамуш впился пальцами в одеяло, слегка приподняв бедра, чтобы другой мог натянуть на него спортивки. — Нет, — солгал он. Скарамуш сам себе бы не поверил. — Да, — Чайльд встал, помогая ему залезть под одеяло. — Иди спать, Скара. Скарамуш подавил зевок и снова сжал челюсти. Чайльд встал, подошёл к дивану и плюхнулся на него. — Места достаточно, — сказал Скарамуш, переворачиваясь на бок и наблюдая за ним. — У тебя будет болеть спина, если ты будешь спать там. Его слова звучали невнятно, и Скарамуш сглотнул, как только закрыл рот. Посмотрев в сторону, он схватил с тумбочки полупустой стакан воды и одним глотком выпил до капли. К тому времени, когда он поставил стакан обратно и снова поднял голову, Чайльд уже нерешительно стоял подле него. Он откинул одеяло. Между ними оставались считанные сантиметры, потому что Чайльд явно держался поодаль. — Ложись спать. Скарамуш надул щеки и повернулся спиной к Чайльду. — Сам ложись. Чайльд выдохнул. — Я собирался это сделать, но ты написал, — прошло несколько секунд в молчании, прежде чем он продолжил: — Но я рад, что ты написал мне. Взгляд Скарамуша не отрывался от стены перед ним в тусклом свете. Он чувствовал, что его глаза становятся тяжелыми, но он не знал, сможет ли он заснуть. Он был слишком беспокойным. Вместо этого он отшатнулся назад, так что они оба оказались прижатыми друг к другу на тесной кровати, чувствуя, как Чайльд напрягается позади него. — Почеши мне спину. — А? — Чайльд вздохнул, и его голос едва звучал громче шепота. Скарамуш слегка повернул голову на него, видя, как кадык Чайльда дергается. Протянув руку, он схватил ладонь Чайльда и сунул себе под рубашку. — Почеши мне спину, пока я не усну. Теплые пальцы нежно касались кожи, не двигаясь, будто бы Чайльд был напуган. Скарамуш закрыл глаза, слегка двигаясь, чтобы побудить его шевельнуться. Через мгновение Чайльд отмер и сделал, что просили. Твердые пальцы скользнули по позвоночнику, двигаясь вверх, прежде чем скользнуть по лопаткам. Скарамуш вздохнул, чувствуя, как напряжение сходит на нет, а Чайльд продолжал проводить руками по коже. Он потянулся вниз, почти касаясь пояса спортивных штанов, но Чайльд резко остановился, когда почувствовал, как Скарамуш едва заметно прижимается к нему. Он словно пытался побороть самого себя. — Я не могу. Скарамуш повернулся к нему лицом. — Почему? — сонно спросил он. Чайльд прикусил губу. — Ты пьян, — он повторил ту же фразу, что и раньше, от чего Скарамушу захотелось закатить глаза. — Неправильно как-то. Он хмыкнул. — Так ты бы согласился, если бы я был трезв? Атмосфера, казалось, изменилась. Чайльд пошевелился, все еще держа руку на талии. — Ложись спать. — Ты все время так говоришь. — Потому что ты меня не слушаешь. Скарамуш выдохнул, переводя взгляд с Чайльда к потолку. Он смахнул руку собеседника прочь. — Хорошо. Свет выключили, и они оба лежали в молчании. Чайльд чувствовал, как его нога прижимается к ноге другого в темноте, но ни один из них не пытался пошевелиться. Это казалось невыносимым. — Чайльд? — прошептал Скарамуш через некоторое время, опустив голову набок и глядя в его сторону. Было темно, так что он мог разглядеть только смутный силуэт. — Ты проснулся? Он услышал вздох, сопровождаемый тенью руки Чайльда, которой тот зачесал волосы назад. — Прошло пять минут. Скарамуш еще глубже зарылся в толстовку. — Холодно, — прокомментировал он, натягивая на себя одеяло. Скарамуш сморщил нос. — Я пахну тобой. Он не мог разглядеть лица Чайльда, но слышал, как он вдыхает. — Потому что ты одет в мою одежду, идиот, — пробормотал тот, хотя в его словах не было ни капли язвительности. Еще одна долгая пауза затянулась надолго. — Как прошло ваше свидание? Нахмурившись, Скарамуш замер. — Что... Свидание? — спросил он, не понимая, о чем говорит. — Я никогда… — С тем парнем, о котором ты мне рассказывал на днях, — перебил Чайльд. — Когда мы были в душе. Ты сказал, что у тебя свидание. Воспоминание прояснилось в голове. Глаза Скарамуша слегка расширились, и он раскрыл рот. — А-а, — он видел глаза Чайльда, когда они лежали непозволительно близко друг к другу, и понимал, что тот смотрит на него. — Я просто... да никак. Ничего хорошего. На мгновение их снова окутала тишина. — Как же так? — его голос звучал мягко, будто таял в теле Скарамуша. Он хотел быть еще ближе. Вместо этого Скарамуш просто пожал плечами. — Не то, что я искал. Следующие слова Чайльд произнес тихо, почти нерешительно. — Тогда что ты ищешь? — он почти ничего не видел, но ему показалось, что взгляд Чайльда скользнул к его губам. Голова Скарамуша раскалывалась, ему становилось все жарче. Он сопротивлялся желанию сказать «ты», потому что не был достаточно пьян для этого. В глубине души Скарамуш хотел бы быть достаточно в хлам. — Не знаю, — он не думал, что Чайльд ответит на это, поэтому добавил: — А ты? Скарамуш прислушивался к дыханию собеседника, наблюдая за тем, как поднимается и опускается его грудь. — А я знаю, — наконец сказал он, смочив губы. — Думаю, что у меня просто плохо получается это показывать. Он хотел спросить что-то еще, но внезапно охватило желание зевнуть. Чайльд обнял Скарамуша за талию и притянул к себе, потому что тому было холодно. — Ложись спать, — повторил он снова, положив подбородок на голову Скарамуша. — Завтра у нас тренировка. Последнее, что он почувствовал, это что-то мягкое, почти как поцелуй, прежде чем провалиться в сон. Кто-то тряс его за плечо. Скарамуш приоткрыл один глаз и поморщился от резкого света, который тут же ударил по глазам. Он со стоном зажмурился, потирая веки руками. — Эй, — позвал Чайльд. Взгляд Скарамуша упал на горячую кружку в его руках, и он быстро схватил её за ручку. — Осторожнее, это... — все, что Чайльд мог сделать, это смотреть, как Скарамуш начал пыхтеть, шипя от боли, когда кофе обжег рот. Чайльд подал ему стакан воды. — Я собирался сказать горячо, но… Скривившись, Скарамуш вытер рот тыльной стороной ладони. — Да, спасибо, — он смотрел, как Чайльд ставит кружку обратно на тумбочку. Некоторые воспоминания о прошлой ночи всплыли в голове, заставляя снова скривиться. — Извини, что побеспокоил тебя, — сказал он. — Вчера вечером. — Все в порядке, чувак, — Чайльд неловко улыбнулся. — Ты, эм... Ты уходишь? Скарамуш медленно кивнул. — Наверное, стоит навестить мою подругу. — Верно, — он сжал губы, отойдя в сторону, чтобы позволить Скарамушу подняться с кровати и направиться к двери. Он обернулся, положив руку на дверную ручку, и бросил на Чайльда короткий взгляд. — Увидимся позже. Спасибо. — Ага, — он постучал пальцами по мягкому матрасу, как будто хотел сказать что-то еще, поэтому Скарамуш ждал. — Хочешь, я приготовлю завтрак? Я умею, например, жарить яйца и все такое. Скарамуш не ожидал такого. Он даже не ожидал, что Чайльд умеет готовить, не говоря уже о том, чтобы предложить сделать это для него. Что-то жгло в груди, но жужжание телефона отвлекло быстрее. — Э-э... — вытащив его, Скарамуш проверил сообщение на экране. Он выдохнул с облегчением, когда увидел, что Синьора написала «я дома». Скарамуш положил телефон обратно в карман и снова посмотрел на Чайльда через всю комнату. — Конечно. Чайльд, казалось, был слегка ошеломлен, прежде чем подняться на ноги. — Круто. — Круто, — повторил Скарамуш, сдерживая улыбку. Он почувствовал запах лосьона после бритья Чайльда, когда проходил мимо, чтобы открыть дверь. Должно быть, он только что помылся. Они вместе спустились на общую кухню, избегая людей на лестнице. Скарамуш запрыгнул на табуретку, и наблюдал за Чайльдом, который искал среди множества кастрюль сковороду. — Что будешь? — спросил он, обернувшись, чтобы посмотреть в его сторону. — Яичницу? — Фу — он прищурился. — Я могу есть еë только с хлебом, — Скарамуш смотрел на Чайльда, когда тот прекратил свои дела и смотрел на него с недоверием. — ... Что? Он вскинул брови, но покачал головой. — Ничего, — сказал Чайльд, поворачиваясь, чтобы положить хлеб в тостер. — Ты просто... ничего. Лоб Скарамуша сморщился от досады. — Ну что? — повторил он, на этот раз с большей силой. — Скажи это мне в лицо. Чайльд что-то схватил с верхней полки. Он поставил это на стол и разбил яйца, выливая их на сковороду, а затем повернулся, прислонившись к столешнице. — Собирался сказать, что это забавно. Скарамуш почувствовал, как вспыхнули щеки. — Заткнись, — пробормотал он слишком быстро, чтобы его можно было воспринять всерьез. — Это просто яйца. — Абсолютно. Просто яйца, — тон Чайльда казался игривым, губы изогнулись в улыбке. — Не нужно смущаться. Скарамуш отбивал ритм о стул своим ботинком. — Нет. В этот момент тост выскочил из тостера, заставив его слегка подпрыгнуть. Глаза Чайльда сморщились от удивления. — Конечно. Он выругался про себя, когда Чайльд с любезным видом поставил перед ним тарелку с едой. Налив стакан сока и протянув его Скарамушу, тот присоединился к трапезе. Он сидел молча, пока другой ковырял яйцо с ломтиком тоста в руке. — Спасибо, — сказал Скарамуш, подняв взгляд и встретившись с тускло-голубыми глазами. — За... все это. Чайльд кивнул, опершись локтями на столешницу и позволив Скарамушу немного спокойно поесть. Его взгляд задержался на том, как его тонкие пальцы взяли вилку, и обнаружил, что смотрит на чужие губы. Чайльд оторвался от этого занятия, как только понял, что Скарамуш смотрит на него в ответ. — Что? — пробормотал он, все еще набивая рот тостом. — Перестань так на меня смотреть. Выпрямившись, Чайльд потер затылок. — Я не смотрю. Он проигнорировал скептический взгляд Скарамуша и уставился на стол. Куски дерева откололись ещё много лет назад, что заставило его задаться вопросом, сколько времени прошло с тех пор, как общежитие вообще ремонтировали. — Всë, — он отодвинул тарелку и вытер руки салфеткой. — Спасибо. Чайльд быстро встал и отнес еë к раковине. Он помыл посуду и сложил на полку сушилки. — Конечно, — вытерев руки о кухонное полотенце, Чайльд подошел к столу. — Уходишь? — Ага, — Скарамуш поправил свою одежду, прежде чем понял, что он все еще носит толстовку Чайльда. — Э-э, — о расстегнул молнию и сложил кофту настолько аккуратно, насколько смог. Вышло плохо. — Вот. Чайльд на мгновение заколебался, как будто на самом деле не хотел возвращать свою же вещь. — Верно, — он взял кофту. — Значит, увидимся сегодня вечером? Для нашей практики? В его голосе звучал проблеск надежды, который он явно пытался скрыть. — Ага. — Круто, — он улыбнулся, прежде чем откашляться. — В то же время? — Скарамуш засунул руки в карманы спортивных штанов и кивнул. — До скорого. С этими словами Скарамуш повернулся и пошел прочь. Держался за перила, он поднимался по лестнице на этаж Синьоры, и чуть не столкнулся с кем-то, когда завернул за угол. Извинившись, он продолжил идти по коридору, не сбавляя скорости. Настигнув дверь, он занëс кулак и постучал. Дверь распахнулась за долю секунды, и она одарила его зубастой ухмылкой. — Знаешь, у меня была лучшая ночь. Приподняв бровь, Скарамуш прошел в комнату и опустился на кровать. — Куда ты вообще ушла после того, как оставила меня? Она села рядом, скрестив ноги. — В туалет. Потом я встретила девушку, которая познакомила меня со своими друзьями, и мы хорошо поладили. — И ты совсем забыла обо мне. Вау, — Скарамуш прижал руку к груди, лежа на спине. — Оставила меня гнить в этом дерьмовом клубе в полном одиночестве. Синьора улыбнулась его драматизму, ковыряясь в шнурках его кроссовок. — Я была слишком занята поиском новых друзей. Теперь я бросаю тебя. Он фыркнул. — Никогда. Пожав плечами, Синьора достала телефон. — Кто знает, — Скарамуш наблюдал за тем, как она постукивает по экрану, и ее ногти издают довольно приятный звук. Он закрыл глаза, чувствуя, как головная боль отступает. Через несколько минут Синьора заговорила снова. — Как твой парень? Скарамуш открыл один глаз и посмотрел на нее. Он знал, что она имела в виду Чайльда. — Не мой парень, но с ним все хорошо. Синьора издала звук любопытства, глядя на него сбоку. — Больше никаких супружеских ссор? Скарамуш помолчал. На самом деле он не задумывался об этом, но, похоже, они хорошо ладили, как будто сближались. Он нахмурился. — Можно сказать и так. Синьора тихонько присвистнула и вернулась к телефону. — Должно быть, он захотел стать ближе к тебе. Пнув ее по голени, он нахмурился. — Нет. Мы не... — Скарамуш оборвал себя, не зная, что сказать. — Не знаю. Он... Ага, — что-то теплилось в груди, когда он вспомнил вчерашнюю ночь и то, как Чайльд смотрел на него в тот день на катке, прежде чем он в отчаянии убежал. — По-моему, мы друзья. — Друзья, — повторила она, откладывая телефон. — Я думаю, это прогресс. Скарамуш лежал на спине, пытаясь смягчить боль в мышцах. — Но я не думаю, что я ему так нравлюсь. Я думаю, что мы просто останемся друзьями. Скарамуш был слишком занят, глядя в потолок, чтобы разглядеть явную перемену в выражении лица Синьоры. В тот же вечер, после того как Скарамуш попрощался с ней, он трусцой побежал вниз по лестнице, чуть не споткнувшись в спешке о последние несколько. Одной рукой он толкнул дверь, слегка вздрогнув от холодного воздуха, который резал кожу. Зима почти наступила, небо за окном было совершенно черным, освещенным только несколькими фонарями, которые усеивали дорожки в кампусе. Скарамуш ускорил шаг, обхватив себя руками, когда в поле зрения появилось спортивное здание. Он знал, что Чайльд, вероятно, уже будет там. Войдя внутрь, Скарамуш столкнулся с еще более низкой температурой, когда прошел мимо катка. Он натянул самый минимум своей экипировки, не беспокоясь ни о шлеме, ни о щитках, прежде чем сесть, чтобы поправить коньки, и снова встал. Он заметил сумку Чайльда на скамье. Скарамуш застегнул перчатки, перекидывая клюшку из одной руки в другую. Он смотрел, как Чайльд поворачивается к нему, и смутно видел, как тот улыбается издалека. Он скользнул и остановился в нескольких футах перед ним. — Привет, — сказал он, шмыгая носом. — Снова. Чайльд облизнул губы, не сводя глаз со Скарамуша. — И снова привет, — сказал он в ответ, теплая улыбка все еще играла на лице. — Ты готов? — Конечно. Он бросил шайбу на пол и клюшкой расположил ее по центру. — Надеюсь, твое похмелье тебя не замедлит, — сказал Чайльд, глядя вверх. В его глазах был какой-то блеск. — Я хочу, чтобы ты победил меня на этот раз. Скарамуш подавил желание ухмыльнуться, сосредоточившись на шайбе. Прошла доля секунды, и он начал двигаться — он выхватил шайбу у Чайльда, оттолкнувшись от него, а сердце бешено колотилось в груди. Он слышал звуки лезвий коньков, скользящих по льду позади, но ему удалось избежать попыток Чайльда сбить его с курса, развернувшись, чтобы направиться к своей цели. Он чувствовал себя лучше, чем в прошлый раз, когда они тренировались вместе. Скарамуш даже не знал почему. Нервы оказались на пределе, когда он приблизился к воротам, взмахнув клюшкой. Он затаил дыхание, наблюдая, как шайба влетает в ворота будто в замедленной съемке. Скарамуш даже не заметил, что Чайльд подошел к нему, пока на его плечо не легла чужая рука, и рядом не послышалось легкое дыхание. Он повернул голову и посмотрел на собеседника. — Ты сделал это, — сказал Чайльд, взъерошив волосы. Их лица были близко друг к другу, и Скарамуш почти мог сосчитать веснушки на его лице. — Молодец. Похвала от Чайльда ощущалась иначе, чем от кого-либо другого. Скарамуш почувствовал, как затылок загорелся, когда он открыл рот, но потребовалось ещё несколько секунд, чтобы наконец что-то сказать. — Спасибо, — это все, что он смог выдавить из себя. Чайльд, казалось, не обращал внимания на его слова. Он отошел назад. — Бог любит троицу? Скарамуш согласился, и они начали сначала. Второй раунд прошел немного по-другому, и Чайльд вёл шайбу с самого начала. Он вырвался вперед, умудряясь маневрировать вокруг Скарамуша, почти дразня его этим. Скарамуш сумел перехватить шайбу через несколько минут, врезавшись в стенку. Адреналин захлестнул с головой, когда он снова приблизился к воротам, но Чайльд в последнюю секунду вмешался, чтобы вырвать шайбу обратно. Ругаясь себе под нос, Скарамуш смотрел, как он направляется к воротам, забивая гол. Он прищурился. — Мы сыграли вничью, — сказал он, когда Чайльд нагнулся, чтобы поднять шайбу. — Сейчас я тебя побью. Чайльд выпрямился и улыбнулся. — Посмотрим, — его тон звучал дразняще, заставив Скарамуша закатить глаза. Он не знал, как собирается побеждать, но было весело. Они вернулись в центр. Чайльд бросил шайбу на кружок на льду, стоя на месте. Их дыхание смешалось от близости — Скарамуш поймал себя на том, что на секунду поднял голову, чтобы увидеть, как Чайльд смотрит в ответ. Их глаза встретились, и чужой взгляд на мгновение коснулся его губ, прежде чем вернуться обратно. В мгновение ока Чайльд убежал с шайбой, а Скарамуш отвлекся. Он сумел помешать ему забить, отобрав шайбу клюшкой. Его сердце бешено колотилось, волосы начали прилипать ко лбу от холодного пота. Скарамуш крепче сжал палку, сосредоточившись на том, куда он пытается попасть. Чайльд появился из ниоткуда, снова уводя шайбу. Скарамуш нахмурился и резко остановился, сменив направление, и помчался за ним. Он прищурился, ускоряя шаг, приближаясь к центру катка. Недолго думая, он врезался прямо в Чайльда. Не рассчитал силу. Они упали на землю. Спина Чайльда резко ударилась об пол — он ухватился за руку Скарамуша и утянул его за собой. Скарамушу понадобилась секунда, чтобы понять, в каком положении они находятся. Он приземлился на Чайльда. Он почувствовал, как жар охватывает щеки, и другой моргнул, глядя в ответ, и вспышка в его глазах означала, что он тоже это понял. Клюшки с грохотом попадали на лед; свободной рукой Скарамуш оттолкнулся от земли и приподнялся на локтях. Чайльд издал тихий звук, когда их ноги соприкоснулись, рефлекторно сжимая руку Скарамуша, прежде чем быстро отпустить. Скарамуш посмотрел на него сверху вниз, заметив, как слегка расширились его зрачки. Кровь хлынула в уши, нагрянул звон и белый шум, пока они смотрели друг другу в глаза. Губы Чайльда приоткрылись. Скарамуш не мог не смотреть, как он что-то говорит. — У меня болит спина. — А, — сказал он с совершенно пустым разумом. Скарамуш сел, стараясь не обращать внимания на то, что у Чайльда, казалось, встал. — Верно, эм... Извини. Схватив свою клюшку, он воспользовался ею, чтобы помочь себе подняться. Смахнув с себя снег, он краем глаза увидел, как Чайльд делает то же самое. Он не знал, что сказать, поэтому промолчал. Первым заговорил Чайльд. — Может, все на этом? — спросил он, держа шайбу в руке в перчатке. — Ты неплохо играл сегодня. Скарамуш внутренне сжался от похвалы. — Да, — скупо ответил он, пребывая в трансе. — Хорошо, — они покатились к выходу, и Скарамуш украдкой глянул на свои штаны — насколько сильно заметно стояк? — Я расскажу Дотторе. Он снова поднял глаза, пытаясь понять, не поймал ли Чайльд его за этим. Тот, видимо, не обращал внимания. — Спасибо, — начал он. — За то, что помог мне. Чайльд пожал плечами, придерживая двери раздевалки. — Всего два занятия, все в порядке, — подойдя к скамейкам, они открыли свои шкафчики, чтобы переодеться. — Не думаю, что нам понадобится больше. Скарамуш снял с себя майку и нацепил футболку. — В любом случае, спасибо, — он посмотрел на Чайльда, который сидел на скамейке, расстегивая коньки. — Я... Ценю это. — Оставь эти формальности, чувак, — сказал Чайльд, закрывая свой шкафчик. Он запихнул что-то в сумку и застегнул ее. — Мы друзья. Хотя сказал он это с относительной уверенностью, Скарамуш мог полагать, что это был скорее вопрос. — Друзья, да, — он застегнул молнию на сумке, отвернулся, перекинув ее через левое плечо. — Спокойной ночи. Чайльд сжал губы и кивнул. Как только Скарамуш повернулся, чтобы уйти, он снова заговорил. — Эй, я... — он остановился, ожидая, пока он повернется, прежде чем продолжить. — Хорошо провели время сегодня. Скарамуш моргнул. — Увидимся завтра, — продолжал он, хватая свою сумку. — Спокойной ночи. Он задержался на несколько секунд, прежде чем уйти, и Скарамуш услышал звук закрывающейся за ним двери. Борясь с эмоциями, захлестнувшими его, он вместо этого провел рукой по лицу, подавляя улыбку.