Каша в пионерском галстуке

      Володе сразу показалось, что он умирает. Никак иначе нельзя было объяснить этот жуткий громкий звук, раздающийся будто отовсюду. Володя в ужасе подскочил на кровати и зажал руками уши.       — Что это? — простонал он, в надежде, что ему кто-то ответит. Но в комнате было слышно только гул.       Собравшись, Володя отпустил свои уши, взглянул на соседнюю кровать, которая оказалась пустой, и вылез из-под одеяла.       Будильник.       Наконец, до него дошло, что это был будильник. Но не обычный, на его телефоне, а общий для всего лагеря, идущий прямо из колонок на улице, выкрученный на полную громкость.       — Блять, — Володя выругался, и в ту же секунду, будто по волшебству, звук прервался. Тишина звучала настолько волшебно, что Володя на мгновение остановился и просто залип.       На улице послышались какие-то крики, будто несколько человек переругивались между собой. Это заставило Вову наконец-то надеть что-то поприличнее, и выйти из комнаты. Потратив катастрофически малое количество времени на умывание, он поспешил к входной двери.       — А я тебе говорю, все нахуй оглохнут такими темпами, — кричал высокий парень, размахивая руками.       — Да ты весь кайф ломаешь, Ден, — ругался в ответ Макс. — Только послушай какие басы. Я ещё раз поставлю, может ты не понял.       — Не надо, — хором закричали Денис и Володя, который как раз к этому моменту понял, про какие басы идет речь.       — А что? Зато все точно проснутся, — стоял на своём Максим.       — Ага, с боевым настроем сломать ебало тому, кто эту херню включил, — хмыкнул Володя. — И это я по себе знаю.       Денис вскинул голову, довольный тем, что его поддержали. Максим поднял руки, в знак примирения.       — Хорошо, хорошо, ваша взяла, поставлю что-нибудь потише, более атмосферное, — и он скрылся за домом, будто опасаясь, что ему действительно прилетит в лицо.       — Спасибо за поддержку, — Денис повернулся к Володе. — Уже и не знал, как его убедить. А тут ты со своей недовольной физиономией.       — Да уж, — Володя улыбнулся, — эта морда и не такое может.       Денис засмеялся, прикрывая рот рукой.       — Раз уж ты встал, то пойдём со мной, поможешь. Дети приедут в девять.       — Блять, ещё и дети.       Денис вновь заржал. Вместе они пошли к центральной дороге, в глубине которой была слышна музыка.       — Нам сюда, — Денис резко свернул, парни прошли мимо здания столовой и вновь оказались у того сарая, где ещё вчера упал Мазеллов. — Надо достать коробку.       — Опять лезть в окно? — спросил Володя, уже прикидывая, что он может сломать, если упадёт с такой высоты.       — Нет, зачем? — удивился Денис. — Там же дверь есть.       — Да? Понятно тогда.       Дверь у сарая и правда была. Она находилась, почему-то, с другой стороны, была покрыта лёгким слоем пыли, открывалась почти в забор и при открытии заметно скрипела. За дверью располагалось затхлое помещение, совсем не удивившее Володю. Так, по его мнению, и должны были выглядеть сараи, раньше он видел такие же.       Денис наклонил голову перед дверью, чтобы не удариться, Володя, которому наклоняться не пришлось, зашёл следом.       Внутри все было еще более старое и душное. В нос ударил резкий запах пыли, престарелой бумаги и, почему-то, сушёной травы. Стены были до полотка заставлены коробками и другими вещами. Здесь было всё, от спортивного инвентаря, до книг и старинной печатной машинки на маленьком столике.       — Нам нужно, — пробубнил Денис себе под нос, встав на одно колено перед коробками и перебирая их. — Нам нужно вот… вот это, — он вытянул одну из коробок, поставил на пол и тут же открыл, потянув за одну из коробочных створок.       Володя всё ещё стоял у двери, не решаясь ступить дальше. Пол выглядел не самым надёжным, одна из досок опасно возвышалась над полом. Свет сюда попадал только через открытую дверь и несколько маленьких окон под потолком, поэтому, было темновато.       Денис тем временем раскопал коробку, видимо, найдя всё, что искал, закрыл её, подошёл к Володе и вручил ему в руки.       — Отнеси это Дане. А мне ещё кое-что надо найти.       — А где сейчас Даня? — уточнил Володя. Коробка была не тяжёлой, но бегать с ней по всей территории и искать Даню, было бы тем ещё приключением.       — Он в конце главной улицы, рядом с аппаратурой, — Денис уже снова зарылся в коробки и показывал рукой в какую-то неопределённую сторону. — Там ещё Ленин стоит, ты найдёшь.       Володя с удовольствием вышел из сарая, вдыхая свежий воздух. Крепко держа в руках коробку, он направился туда, куда, как ему казалось, ему и нужно, именно туда, где играла музыка.       В конце главной улицы, действительно, стояла статуя Ленина. Перед ней расположилась импровизированная музыкальная установка — ноутбук и несколько колонок. За всем этим сидел очередной парень, имени которого Вова не помнил, а может, и не знал.       — Эм, — Володя подошёл ближе к столу, поставил коробку на землю и обратился к незнакомцу. — Привет. Не знаешь, где Даня? Он мне нужен.       — Доброе утро, — обратился парень. — Конечно, я знаю, где Данила. Он точно слоняется без дела на спортивной площадке. А должен был мне помогать. Так что, найди его и передай ему эту информацию.       — Да заткнись ты, блять, — Володя обернулся на голос, это был очень вовремя подошедший Даня. — Конечно, тут же только ты делом занят, гений, я так, хуи пинаю.       — Я не совсем так выразился, — пробормотал парень. Он заметно поскромнел, с появлением Кашина.       — Ну вот и ебало завали, раз не умеешь слова в предложения адекватно складывать, — злобно прошипел Даня. — Володя, привет, — он заметил Володю, стоящего рядом с коробкой.       — Бери коробку, идём в зал.       Володя послушно поднял коробку и поплёлся за Кашиным. После этой перепалки, он окончательно убедился, что Даня здесь авторитет.       — А кто это был? — спросил Володя, когда они свернули на дорожку, проходящую мимо домов.       — Да так, ёбик местный, — фыркнул Даня презрительно. — Артём его зовут. Строит из себя не пойми что, а на деле ничего не представляет.       — Понятно, — ответил Володя, мысленно делая выводы.       — Тоже мне, блять, не делаю я ничего, — ворчал Даня. Тем временем, они прошли все пять домов и подошли к большому дому в конце улицы. — Это дом взрослых. Тут живёт директриса, повариха и все остальные. Кстати, Мазеллов тоже.       — А почему он тут живёт?       — Так он же тогда тебе кровать уступил, получается, — пояснил Кашин. — Выгонять не стал, решил спать в зале на диване.       — Типо я занял его кровать? — уточнил Володя. В его голове не укладывалось, что кто-то был готов на такое для незнакомого человека без особых пререкательств.       — Ну да, я же так и сказал, — подтвердил Даня. — Проходи, — он открыл перед Володей входную дверь.       Володя зашёл в дом. Теперь всё, о чём он мог думать, заканчивалось на Мазеллове. Он именно сейчас отчего-то вспомнил, как тот был с ним добр вчера, как помогал ему, можно сказать, первому встречному. Как они курили там, в сказочном лесу у озера. И клубы дыма от чужой сигареты…       — Вов, ставь сюда, — от чужого голоса Вова вздрогнул, но коробку поставил куда сказали, на стул рядом с длинным столом.       Наверняка, это и был зал. Большая просторная комната с прямоугольным столом, кучей стульев и большими окнами. С краю стоял диван.       — Привет, Володя, — из одной из комнат показался Илья. Он улыбался, как и всегда, а в руке у него был бутерброд.       — Без нас тут хаваешь, да, — возмутился Кашин. — Завтрака же ещё не было.       — У меня блат просто, не завидуй, — Мазеллов поболтал бутербродом в воздухе. — Хотите вам тоже принесу?       — Ещё спрашиваешь, Илюх. Давай, метнись, — Даня сел на один из стульев, открывая коробку. — Володя, садись.       Володя сел. Он с утра вообще не сильно много чего мог, кроме выполнения элементарных действий.       — Смотри, тут всякие канцелярские штуки, — Даня придвинул коробку поближе к Володе. — Пригодятся, когда будем рисовать эмблему.       — Эмблему? — Володя взял в руку первый попавшийся маркер, покрутил его в пальцах и вернул на место.       — Да, у каждого отряда будет своя. С каким-нибудь животным. Ну мы так придумали в этом году.       В зал вернулся Илья с бутербродами. В этот момент жизнь стала чуточку легче.       — Вообще, — прожевал Даня, пытаясь запихнуть бутерброд в рот, — у нас ещё завтрак в восемь. Но восемь это ещё не так скоро.       — Да, — хмыкнул Илья. — Всего лишь через полчаса. Даня не доживёт.       До завтрака они разбирали коробку с канцелярией, раскладывали всё по частям, переругивались. Ровно в восемь все трое направились в столовую.       — А я говорю тебе, мы в эту смену опять лагерные соревнования затащим, — уверял Мазеллов, хлопая Кашина по плечу.       Володя плёлся за ними. Одинокий бутерброд с сыром бился о стенки его желудка, не желая быть таким жалким и одиноким.       — А ты даже можешь и не говорить, — закивал Даня. — Я сам в этом уверен. Вон у нас какой шкет уверенный теперь есть, — он показал на еле идущего Володю рукой. Илья прыснул от смеха.       В столовой было шумно и пахло едой. Здесь были не только будущие вожатые, но и взрослые работники лагеря, которых Володя ещё не видел. Вместе с Даней и Ильёй они сели за свой четвёртый стол. Пока детей не было, они сидели за ним одни.       На столе уже были три тарелки с овсяной кашей, чайник с неким напитком, серые чашки и большая тарелка, наполненная составляющими для бутербродов с сыром: маслом, булкой и сыром.       Даня тут же принялся мазать масло на кусок батона, Илья налил себе в кружку неясной жижи и заключил с умным видом:       — Какао.       Володя тоже налил этого «какао», которое оказалось крайне разбавленым, но всё ещё вполне употребимым. С неким прнебрежением он сжевал бутерброды с сыром, а по каше только несколько раз провёл ложкой, уверяясь в том, что для питания она не пригодна.       — Что с кашей? — спросил Илья, наблюдающий за попытками Володи подступиться к тарелке.       — Каша в ауте, — фыркнул Володя.       — Прямо как ты? – усмехнулся Даня, отвлекаясь от еды.       — А ему даже подходит, — влез Мазеллов.       – Что именно? – уточнил Даня.       – Ну каша.       — Да ну вас, — Володя закатил глаза, но было уже поздно. Даня с Ильёй давились какао от смеха минут десять, а потом нарекли Володю Кашей, под свои собственные громкие апплодисменты.       — Вы два мудака, знали? — буркнул Вова.       — Я догадывался, — вздохнул Илья.       — А я всегда это знал, — кивнул Даня.       Из столовой Володя вышел с куском сыра в руках и новой кличкой. Всё было бы не так плохо, но уже через час должны были приехать дети.