Нарисуй

Сижу на остановке. Толпы людей, не смотря на то, что уже ночь. Они все куда-то спешат, бегут, опаздывают, а я просто жду автобус с подходящим номером "13". Только он едет до того района. Вообще, в том районе, где он живет, не самые благоприятные условия. Нет, я не говорю об условиях жилья и тому подобного. Я говорю о том, что там постоянно кого-то убивают. Когда похищают какого-то ребенка или даже взрослого человека, то его находят именно там или в лесу, что находится неподалеку. Почему детей не ищут сначала там? А у людей, живущих в том районе, свои связи с полицией. Взятки. Только они важнее жизней людей. Когда автобус подъехал я не спеша залез внутрь. Там было теплее, чем на улице, теплее, чем у меня дома. Я сел на первое попавшееся место, ведь они все были пустым. Я был единственным пассажиром. В принципе, это не должно настораживать: ночь, да и конечная не самая радужная. Но что-то меня все напрягло. Может быть оценивающий взгляд водителя, а может угнетающая музыка, которая играла по радио или же на диске. Когда мы почти подъехали к месту назначения, водитель начал как-то странно смеяться. Нет. Это была фактически истерика. Становилось немного не по себе. Но не более. Не так уж и сильно я боялся всяких маньяков в автобусах с номером 13 ночью, едущих в неблагоприятный район и ужасно смеющихся. Да. Смотрю на часы. У меня в запасе еще полчаса. Успею, пожалуй, пешком дойти. И то будет не так боязно переться до дома заказчика. Подхожу к водителю, отдаю деньги за проезд и прошу остановить здесь. Тут еще освещенный участок. Он не спорит: открывает двери, все так же смеется. Псих какой-то. Как таких вообще на работу берут. Выхожу и быстро бегу в сторону остановки, стараясь ничего не замечать. Оттуда ориентируюсь уже по номерам домов. Черт подери, да где же он живет? И почему тут так темно, как будто вот-вот ты провалишься в бездну. Решаюсь позвонить заказчику, надо бы, чтобы встретил, а то я совсем заблужусь и не успею его обслужить, как следует. Не хочу рисовать картину второпях. Набираю его номер. Гудок. Два. Три. Сбрасываю и еще раз звоню. Поднимает трубку с четвертой попытки. - Фран? Ши-ши-ши. Полагаю, Вы заблудились? - говорит с некой издевкой, но как-то плевать если честно. Мне уже немного не по себе становится. - Да~. Не составит ли Вам труда меня встретить? - говорю предельно тихо, но так, чтобы собеседник мог различить. Как-то не хотелось бы наткнуться на гопников с просьбой "позвонить". - Конечно, где Вы находитесь? - оглядываюсь по сторонам. - Ватерлоу, дом 43, - присматриваюсь, как следует к табличке, чтобы не ошибиться. - Ши-ши-ши, сейчас буду, - сбрасывает. Замечаю, что на улице похолодало. Тут, наверно, температура даже ниже, чем у меня дома. И тьма непроглядная. Наверно, тут все же есть неподалеку бездна, куда все трупы невинных жертв сбрасывают. Ведь как иначе объяснить увеличение без вести пропавших? Их что, в рабство сдают? Бред какой-то. Я скорее поверю в черную дыру, в пропасть, в воронку, что будет находиться тут, на углу, чем я поверю в то, что их всех собирают в рабство на какой-нибудь подпольной фабрике по производству, например, наркоты. Смешно от своих мыслей. Так и представляются детишки в кандалах, за серыми столами, курящие марихуану и делающие таблеточки для увеселения молодежи. Смешно же, не правда ли? Прислушиваюсь - тишина. Нет, она куда громче, чем у меня дома. Странно, что тут нет никаких посторонних звуков. Вообще. Нет звука мигания фонарей, стрекота кузнечиков или ему подобной утвари, тут не слышны машины, а в домах не горит свет в окнах. Это немного тяготит, становится несколько страшно от осознания того, что я тут один. Такой же одинокий, как горящий фонарь, под которым я стою. Это, по правде говоря, страшно. Где-то слышатся шаги. Кажется, справа от меня. Чей-то знакомый голос из темноты, произносящий мое имя. Увидев мой кивок, меня куда-то тащат за руку. Мне бы должно быть страшно, но я доверяю этому человеку. Как же это странно. Я бы должен испугаться того, что меня в темноту тащат. Может он потащил меня в ту черную дыру и собирается с утеса скинуть. Но почему-то мне хочется верить ему, хоть я его даже не знаю и не видел ни раза. Ну что же, Фран, могу тебя поздравить, твоя крыша полностью съехала, и ты ее уже не догонишь. Ты сошел с ума, друг мой.