There is no fate but what we make for ourselves.

Выйдя, наконец, из аэропорта, Тэхён тяжело вздыхает, понимая, что из-за незнания английского языка, вряд ли сможет вызвать такси, но все же пытается сделать это через приложение. Какая-то милая девушка на выходе подсказала, как воспользоваться интернетом и после как переподключить связь, чтобы можно было созваниваться с людьми. Ким быстро отходит в сторону, чтобы не мешать, проходящим мимо него людям, а после все же принимается заказывать такси, устанавливая в приложении корейский язык. — Чёрт, как же тяжело… — бубнит про себя мужчина, а после вновь нажимает на заказ, не понимая, почему с первого раза ничего не получилось. — А ты всё-таки решил послушать меня, раз прилетел сюда, — с улыбкой проговаривает, подошедший к Киму Чон, держа обе руки в карманах, пока младший, замерев, пялит в экран своего телефона. — С нашей последней встречи прошло чуть больше недели, а ты как истукан стоишь и даже на меня не взглянешь, серьёзно? — Я не… — Тэхён облизывает губы и медленно, как-то неуверенно поднимает взгляд на мужчину. Внутри зарождается какое-то странное чувство, которое так и велит подойти и заключить того в объятия, однако брюнет не спешит с такими действиями. — А что ты тут делаешь? — Каким-то магическим чудом, у твоего друга, кажется, Мухёна, оказался мой номер телефона американский, и он решил набрать меня, попросить тебя встретить, ибо, как выразился Мухён, в английском ты как акула тупорылая, — с легким смешком отвечает Чон, а после, подойдя ближе, забирает чемодан, кивая в сторону парковки. — Поедем домой, или ты и дальше будешь тыкать в свой телефон и вызывать пятую по счету машину? — П-пятую? — Ким сразу с испугом смотрит в телефон, совсем не зная, что предпринимать. К счастью, Чонгук это быстро понимает, поэтому забирает телефон из чужих рук и отменяет все машины, после отдавая обратно. — Спасибо… и я не представляю, откуда у Мухёна был твой телефон, ведь я сам его не знаю. — Твой друг коп? Тэхён в ответ кивает. — Значит, поедешь в какую-нибудь уютную гостиницу, но не ко мне домой! Развернувшись, Чонгук быстрым шагом вместе с чужим чемоданом направляется к своей машине, которую пришлось ненадолго одолжить у друга. Свою покупать сейчас не хочется, потому что Гук не уверен, что останется надолго в Америке, так что выручает старый знакомый и по совместительству друг — Ыну. Тэхён, скорее, бежит следом, и когда ему удается поймать старшего за руку прямо возле чужого багажника, он тут же разворачивает его к себе и, крепко обняв, проговаривает: — Совсем не скучал по мне? — Скучал, — на выдохе отвечает Чон, а после обнимает аккуратно за плечи в ответ, слабо улыбаясь. — Но я не хочу, в случае чего, оказаться за решеткой, если в твою сторону взгляну не так, как надо было. — Я же вообще не думал, что он сделает это! Тем более я ему сказал, что попробую сам найти, — Тэхён отстраняется немного и, наблюдая за тем, как Чонгук убирает чемодан в багажник, продолжает. — И мой английский не настолько плох! Наверное… — И пять машин ты по ошибке заказал, да? — Перенервничал… — Да-да, — с улыбкой продолжает Гук, а после, открыв дверь, кивает, тем самым приглашая Кима сесть. — Запрыгивай, скорее, красотка, пока я не передумал. Тэхён нервно сглатывает, а после, более-менее расслабившись, улыбается и садится на переднее сидение, принимая более удобную позу. Чонгук же тем временем, убедившись в том, что багажник закрыт хорошо, выезжающих машин поблизости нет, а дверь Тэхена закрыта, садится за руль и покидает парковку, улыбаясь. Он уже давно подстроил эту машину под себя: оставил в салоне все самое необходимое, а также настроил свой плейлист, который, к счастью, нравится и Ыну. Именно поэтому, натянув солнцезащитные очки, мужчина включает музыку, но не слишком громко, чтоб, в случае чего, можно было расслышать все то, что захочет сказать ему младший, и ускоряется, не забывая предупредить о ремне безопасности. Так как на дорогах Лос-Анджелеса не так часто останавливают и не так часто включают камеры, штрафы даются очень редко, поэтому мужчина катается всегда на большой скорости. Особенно на трассе, куда он и выехал. Тэхён, привыкнув к такой скорости, поворачивает голову в сторону старшего и, решив немного понаблюдать за мужчиной, что сексуально ведет машину, слабо улыбается. Чонгук же, ощутив чужой взгляд на себе, улыбается в ответ и когда понимает, что скрывать эту слежку бесполезно, первым начинает диалог: — Я красивый, что ты с меня взгляда свести не можешь? — Да, — честно признается Тэхён и, вздохнув, на секунду прикрывает глаза, совсем не понимая, в честь чего он такой честный, однако замолкать не собирается. — Раньше я видел лишь фотки, а теперь с уверенностью могу сказать, что в жизни ты еще лучше. — И ты также сторонник того, что мне больше идет мой натуральный цвет глаз, а не линзы голубого цвета, да? Повернув голову в сторону младшего, Чон слегка щурится, а после, вспомнив, что на нем очки и Тэхён этого просто не заметив, ненадолго приподнимает их, прожигая того взглядом, пока не получается ответа: — Неа. — Нет? — вскинув брови вверх и вернув свой взгляд на дорогу, Чонгук нервно постукивает пальцами по рулю. — Тебе больше нравятся голубые? — Неа. Да он издевается? — Если ты прямо сейчас не дашь мне четкого ответа, то я согласен посидеть пару лет за решеткой! Тэхён по-доброму улыбается, а после, устремив свой влюбленный взгляд на старшего, наконец, дает развернутый ответ: — Ты мне нравишься любым. Будь ты с линзами, будь ты с натуральным цветом. Ты будешь красив в любом виде. — Ты мне льстишь, — фыркает тот, позабыв вовсе о существовании комплиментов в его сторону. — И вообще, я просто так поинтересовался. Закрыли тему. — Я говорю чистую правду, а не лесть. Если человек нравится, то он нравится любым. Вот и всё, — Тэхён улыбается слегка и, когда появляется возможность, внезапно берет мужчину за руку. — А ты мне нравишься. — Еще одно слово и ты поедешь в отель, Ким Тэхён, — с натянутой, хитрой улыбкой отвечает Чон, и когда Тэхён отпускает его руку и отворачивается к окну, укладывает руку на свое бушующее сердце, продолжая. — Меня, кстати, не взяли на работу. Тэхён сразу охает удивленно и начинает заваливать вопросами о причине, не забывая при этом угрожать ресторанчику, что расправится с директором за то, что не взял такого желающего работать человека. На что Чон лишь звонко хохочет, а после, чтоб не вызвать подозрения, убирает руку с груди на свое бедро, отвечая: — Он сказал, что я достоин лучшего… оказывается, этим ресторанчиком владеет дедушка, который читал все мои книги. Также он сказал, что я должен попробовать снова себя в писательской деятельности, но перед тем хорошенько отдохнуть, что сейчас и делаю. Поэтому если ты меня не застанешь ни в шесть утра, ни в десять вечера дома, то знай, я где-то отдыхаю. — Хорошо… буду верно сидеть дома и ждать! Однако все равно жаль, что ты не смог попасть туда, куда хотел, но, может быть, оно и к лучшему. — Хочешь, можешь попробовать устроиться ты туда. Тем более знать английский там не нужно… ну, кроме банального общения: привет, что хотите заказать, до свидания и спасибо. Но думаю, базовые словечки ты знаешь, ведь так? — Ну, вроде как да? — Тэхён пожимает плечами. — Кроме заказов. Думаю, всё равно я сначала пару дней хотя бы попытаюсь освоиться… подучу как раз, что нужно, и пойду устраиваться! Не буду же я на твоей шее вечно сидеть. — Ну, все заработанные деньги ты будешь тратить на себя, а свои я буду тратить на нас. — Нет, подожди, — неловко посмеявшись, Ким машет руками в знак отрицания. — Я так не могу. — Ну, тогда, я не могу приютить тебя у себя, — пожав плечами и надув губы, Чонгук паркуется у своего дома, а после быстро выходит из машины, открывая младшему дверь. —Так что сейчас решай, если ты выйдешь из машины, то соглашаешься на мои условия, если нет, то я сажусь обратно и увожу тебя… Не успев договорить, Чон наблюдает за тем, как Тэхен покидает машину и, захлопнув за собой дверь, подбегает к багажнику, чтоб достать чемодан. Но его вовремя останавливают и, развернув к себе лицом, прижимают через секунду к багажнику и, став максимально близко, аккуратно проводят ладонью по щеке, проговаривая: — Серьёзно согласен со всеми моими условиями? Тэхён прикрывает веки, наслаждаясь чужими касаниями, и, выдохнув, наконец-то шепчет в ответ: — Даже если не хочу так, то привыкну. Это не такая важная вещь, чтобы я бросал тебя, ради которого и прилетел, и ехал в отель. — Но ты даже не в курсе всех условий… «А вдруг я там попрошу делать мне минет каждое утро, м?» — мысленно спрашивает сам себя Чонгук, а после замирает, когда пересекается с чужим вопросительным взглядом, надеясь, что Тэхён не вампир и не читает его мысли. По крайней мере, не сейчас. — Ну, я всё равно согласен, однако буду не против, если ты мне все назовешь их. — Может быть, потом. Отойдя от младшего и отодвинув его в сторону, Чонгук, наконец, достает из багажника чужой чемодан и, поставив машину на сигнализацию, быстрым шагом направляется в сторону своего дома. Тэхён, выдохнув и пару раз поводив своей ладонью по груди в области сердца, медленно идет следом, осматривая чужой дом с открытым ртом. Мужчина раньше видел такие дома лишь во всяких популярных американских сериалах или же фильмах, а сейчас он будет жить в одном из них и, быть может, наконец, сможет прочувствовать тот самый вайб американской жизни. По крайней мере, изо всех сил постарается и ради себя, и ради Чонгука. Тосканский стиль легко узнается по узким окнам арочной формы, по охристо-жёлтому цвету фасада, по наличию кованых решёток в украшении экстерьера. Дорожки перед домом выкладываются из плитки рыжего цвета, а рядом красуется фонтан и несколько декоративных арок. Входная дверь находится прямо в центре, куда заходит сначала Чонгук, а после уже и Ким, чтоб не отставать от старшего. Окна располагаются по бокам от неё в строго симметричном порядке. Узкие проёмы имеют вытянутую форму, остекление поделено на квадраты. В интерьере присутствуют декоративные элементы, выполненные из дерева, а на второй этаж ведут лестницы округлой формы. Камин и стены украшает лепнина. — У тебя красивый дом, — восторженно проговаривает Тэхён, не в силах оторвать взгляда от интерьера. — Мой руки и идем кушать, — с легкой улыбкой проговаривает Чон, оставляя чужой чемодан у лестницы, ведущей наверх. — За комплимент спасибо, но подогревать еду никто не будет. Тем более горячие суши. — А где ванная? Как только Чонгук говорит, какая именно дверь тому нужна, Тэхён сразу же уходит в нужном для себя направлении. Брюнет успевает удивиться огромной ванной, а также идеальному ремонту, который сделали, такое ощущение, совсем недавно. Не желая заставлять Чонгука слишком долго ждать, Тэхён быстро делает то, за чем пришел, а затем идет на кухню, вход в которую успел заметить. — А почему именно суши? — интересуется Ким, когда садится за стол и осматривает свой сегодняшний ужин. м Потому что американская еда очень жирная и вредная, а я такую пищу на дух не переношу. Мне моментально становится плохо, — с тихим вздохом отвечает старший, а после, разлив по небольшим тарелочкам соевый соус, присаживается напротив, кивая в сторону еды. — Кушай то, что любишь… но, кажется, я не ошибся с ассортиментом и взял все то, что ты любишь. — Но в книгах не упоминалась моя любовь к роллам… — Зато твоя любовь к ним упоминалась твоим другом. — Он тебе все решил рассказать, что ли? — как-то недовольно хмыкает Тэхён, хоть в душе и рад, что поест то, что обожает всей душой. Чонгук на чужой вопрос лишь пожимает плечами и, принявшись обедать, достает из кармана телефон, решая параллельно прочесть все письма, отправленные на его новую почту. Он, конечно же, успел подать заявку в одну из лучший в Америке писательских агентств, поэтому с того момента и сидит, словно на иголках, дожидаясь чужого ответа. Но, к сожалению, его нет уже как три дня, что очень плохо. — О чём задумался? — аккуратно интересуется Ким, выхватывая из чужих рук телефон, чтоб отложить во время еды. — Тебе нужно сосредоточиться, чтоб не переесть... не хочу, чтоб тебе стало плохо. Чонгук тихо усмехается и, подняв на брюнета взгляд, тихо задает интересующий его вопрос, откладывая палочки в сторону, потому что, кажется, правда, уже успел наесться: — Ты серьезно прочел все записи? — Ну, да, тем более это интересно, — Тэхён пожимает плечами и скорее закидывает в рот суши, тщательно пережевывая. — А фто? — Сначала прожуй хорошенько, а после уже вопросы задавай, ребенок, блин, — хмыкнув и поднявшись из-за стола, чтоб приготовить чай, Чон после расплывается в улыбке, считая младшего очень даже милым. — Фто-фто… точно ребенок! Тэхен что-то бубнит в ответ непонятное и, когда наконец-то прожевывает, повторяет свой вопрос четче. — Странный ты просто, вот и все. — Это ещё почему? — с недовольством в голосе спрашивает Ким, поднимая взгляд на русоволосого. — Я просто захотел и прочел… это плохо? — Нет, это просто странно. Некоторые люди читают мою бредятину за деньги, никто не читает ее лишь потому, что захотел. — Я влюблен в тебя, как в писателя. Ты красиво пишешь, заставляешь пережить все чувства… поэтому твои произведения хочется читать, потому что захотел, а не за деньги. — А кто-то даже за деньги не хочет… Грустно улыбнувшись, Чонгук ставит две кружки с чаем на стол, а после присаживается за него, подпирая голову рукой. Тэхён хмурится, совершенно не понимая, о чём тот говорит, поэтому, подсев чуть ближе, хватает мужчину за щеки и поднимает голову так, чтоб была возможность взаимно смотреть друг другу в глаза. Чон несколько секунд сидит неподвижно, даже боится моргнуть и вдохнуть, а после все же тихо задает интересующий его вопрос: — Т-ты чего…? — Ты что-то скрываешь от меня, да? — Что? — Кто за деньги читать тебя не хочет? О чём ты? Гук на это лишь ухмыляется и, аккуратно убрав чужие руки со своих щек, берёт в руки кружку, медленно попивая чай. — Это долгая история. — Но мне хочется ее выслушать, — решив продолжить настаивать на своём, Тэхён укладывает руки теперь на чоновы плечи, крепко сжимая их. — Расскажи! — Тогда, отстанешь и дашь попить спокойно чай? — Да. — Обещаешь? — Обещаю. Чон закатывает глаза и убирает кружку в сторону, но всё же отвечает на ранее поставленный ему вопрос: — Я отправил пару глав в одно писательское агентство, но меня продолжают игнорировать уже третий день… — Может, они не успели прочесть…? — Нет, Тэхён. У них на официальном сайте четко и ясно всё написано: если мы Вам не даем ответ в течение трёх дней — вы бездарность и Ваши книги лучше никому не читать. — Идиотизм. Ты гений современной литературы. У них просто неполадки, потому что ты точно не бездарность. Готов жизнь свою на это поставить. — Я не буду больше ничего ждать, — шёпотом продолжает тот, а после протягивает руку, кивая в сторону своего телефона. — Давай, я удалю главы. — Нет, ни за что! Сдаваться еще нет причин! Чонгук, может у них правда какие-то проблемы, просто дай им время. Тебя обязаны принять! — Я уже как-то и сам не хочу… решением отправить им главы, было слишком импульсивным! А я обещал себе таким не бы… Не успев договорить, Тэхён затыкает мужчину легким чмоком в губы, который достаточно долго не разрывает, словно пытаясь подверстать чужую реакцию. Чонгук, хлопая ресницами, пребывает в огромном шоке, но всё же через несколько минут, когда Тэхён уже собирается отстраниться и извиниться, потому что как он понял, всё было напрасно, старший впивается в губы поцелуем. Самым настоящим. Тэхён теряется поначалу, но быстро ориентируется, поэтому уже через несколько секунд отвечает, укладывая ладони на чужие щеки, которые начинает поглаживать с некой нежностью. В мыслях он уже давно на крыльях любви летает где-то в облаках, хотя звучит это достаточно банально, однако точно описывает это чувство влюбленности и удовлетворенности от происходящего. Как только появляется ощущение нехватки воздуха, брюнет отстраняется, растерянно глядя в чужие глаза, и лишь приподнимает уголки губ в легкой улыбке. Чонгук чмокает мужчину в губы и, отстранившись окончательно, поднимается из-за стола, начиная молча убирать всё по своим местам. Тэхён, нахмурившись, наблюдает за чужими действиями, а после, поднявшись следом, обвивает руками чужую талию и, уложив голову на чоново плечо, проговаривает: — И что теперь будет между нами? — Я дам шанс, — спокойно отвечает Гук, аккуратно убирая кружку в раковину, а после поворачивается лицом к брюнету, обнимая в ответ. — Но если случится то, что случилось в моих записях, между нами всё будет кончено. — Я верю, что ничего не случится. Мы изменим судьбы и будем жить счастливо! — с неподдельной надеждой в голосе проговаривает Тэхён, пока улыбается широко. — Это точно. — Не хочу с тобой спорить, поэтому просто сделаю вид, будто согласен, ладно? Ким кивает и, аккуратно обхватив чужие щеки, оставляет вновь легкий поцелуй на чужих губах, а после, быстро обернувшись, убегает прочь. — Эй! — недовольно бубнит Чон, выходя из кухни. — Ты же даже не знаешь, куда идти. — На второй этаж. — А потом? — В-в твою комнату? – с хитрой улыбкой отвечает Тэхён, поднимая свой чемодан, который через минуту из кимовых рук выхватывает Чон. — Ну, блин, я бы и сам донес! Я всё-таки взрослый. — Прямо, потом налево и снова прямо. Ким хмурится, непонимающе смотря на Чонгука. — Просто иди. Там моя комната. Тэхён кивает и, поднявшись по лестнице, скорее по чужим направлениям подходит к двери. Он кидает сначала взгляд на Чонгука, который кивает, тем самым разрешая войти, а затем дергает ручку двери и проходит внутрь. Мужчина сразу окидывает взглядом помещение и, заметив большую кровать, падает на нее, радуясь, как ребенок. — Как же приятно полежать после самолета! Как же мягко, ох, убейте меня тут. — Ну, сначала иди и прими душ, а после уже поговорим о твоем убийстве. Но я не думаю, что после душа или же принятия ванной, ты захочешь умирать, — с лёгкой ухмылкой отвечает мужчина, а после плюхается на пол, начиная открывать чужой чемодан. — Я разберу твои вещи, так что можешь не беспокоиться об этом. Иди, а я позже принесу и полотенце, и одежду с бельем, чтобы переодеться. Брюнет сползает с кровати на пол под чужой взгляд и, как только садится рядом, чмокает в щеку. — Ты такой заботливый и миленький. Чувствую себя школьником, который только влюбился. — Да ты и ненамного перерос школьника, если честно… особенно по внешности, да и по развитию, быть может, тоже. Тэхен кидает мимолетный взгляд на собеседника, а затем поднимается с места и ставит руки по бокам. — По развитию я еще как перерос. — Снова же: спорить с тобой не хочу. Мужчина показывает Чонгуку язык, а после покидает спальню, захлопывая за собой дверь, и уходит в ванную комнату, месторасположение которой, к счастью, помнит. Он уже собирается закрывать за собой дверь на замок, но вовремя вспомнив о том, что Чон должен принести ему и одежду, и полотенце, и белье, все же оставляет дверь открытой. Старший же тем временем продолжает разбирать чужой чемодан, аккуратно укладывая одежду то по полкам шкафа, то по вешалкам, то по полкам комода. Если бы друг Тэхёна не набрал бы его, то Чонгуку пришлось бы отправить мужчину в гостевую комнату, потому что в его частый беспорядок. Творческий, конечно же. Закончив через минут двадцать с разбором вещей и небольшой уборкой, а также украшением комнаты чужими небольшими рамочками с фотографиями и красивыми огоньками, Чон покидает комнату, держа все самое необходимое для Кима в руках. Он медленно спускается по лестнице в низ, потому что ванная, находящаяся напротив его комнаты оказывается пустой, а после, постучавшись в дверь ванной комнаты, проходит вовнутрь, как только ему позволяют это сделать. Чонгук пробегается глазами по ванной комнате и, заметив Тэхена в самой ванной, лежа под толстым слоем пены, аккуратно убирает одежду с полотенцем в сторону и после медленно походит к младшему, присаживаясь рядом на край ванной. — Ну как ты? Умирать теперь не хочешь? — Неа. — А ругать меня? — улыбаясь, задает, наверное, самый главный вопрос, параллельно зарываясь пальцами в темные волосы Кима. — Тем более за правду… Тэхён ухмыляется слегка и, прикрыв глава, подстраивается немного под чужую ласку, словно кот, которому все мало. — Пока что нет. У меня настроение лишь просто лежать и думать о том, что счастье, кажется, меня настигло. — А когда же оно настигнет меня, м? –— надув губы и став на колени, Чонгук решает поменяться местами и теперь сам, словно кот, льнется к чужим щекам и губам, в надежде получить ласку. — Неужели я не заслужил, м…? Тэхен сразу же касается чужой щеки рукой, предварительно смахнув с нее большую часть пены, а затем пару раз целует во вторую щеку и в губы, шепотом отвечая: — Заслужил еще как. — Тогда, почему все еще несчастлив? — Потому что меня не было рядом, дурашка, — бубня, отвечает младший, а после быстренько отодвигается, проверяя вместительность. — И, кажется, сейчас я смогу тебя немного осчастливить. — М? — Чонгук вскидывает брови вверх и, заметив некое напряжение в кимовых глаза, улыбается, понимая, в чем дело. — Хочешь, чтобы я принял душ с тобой? — Ага… — Ладно. Пока Тэхён удивленно смотрит на старшего, не веря в то, что ему удалось «уговорить» мужчину, тот уже снимает с себя всю одежду, без какого-либо стеснения, чтоб, скорее, занять место рядом. Чонгук на самом деле всю жизнь был каким-то стеснительным мужчиной, который даже слова лишнего не скажет, хотя на публике часто показывал характер, чтоб защитить то ли себя, то ли свои права, то ли кого-то из присутствующих, что были правы. Но с появлением Кима в жизни старшего, он понял, что стеснение ушло в сторону, также как и желание быть чересчур нежным с человеком. Нет, даже не так. Чонгук устал все время нежиться, ему временами хочется поругаться, в шутку, конечно, с любимым человеком, побиться подушками, а после без сил свалиться на кровать и заснуть в обнимку. Также ему хочется чаще проводить время со своим любимым человеком и если из-за работы это осуществить сложно, то его устроят совместные походы в магазин, ванную и душ, либо же просто посиделки за завтракам или ужином. Мужчина надеется, да и пытается всячески верить в то, что ему удастся завоевать отношения мечты, но если же нет, то он согласен просто смириться с судьбой и жить вместе с любимым человеком. Лишь бы не остаться одному. — Чонгук, — нежный голос заставляет русоволосого вернуться в реальность и взглянуть на Тэхёна, сидящего рядом.— Ты чего завис-то? — Просто думал о том, какими мы будем счастливыми через пару лет, если пройдем все испытания, что подготовила или же, в скором времени, подготовит для нас судьба. — Все еще боишься, да? Чон, поджав губы, кивает. — Не думай, что я не верю тебе… просто все может случиться, Тэхён. Никогда нельзя доверять людям, даже дорогим, понимаешь? Даже тем, которых ты знаешь лет десять-двадцать. — Я понимаю, просто я все же верю, что будущий «я» тебя не разочарует. — А даже если и разочарует, всё, что я сделаю – это смирюсь. — Что? Тэхён моментально выпрямляется, обхватывая чоновы щеки руками. — Почему, Чонгук? — Потому что будущий я будет влюблен в тебя. А когда «я» влюблен, я прощаю все. Даже измены. Тэхён ничего не отвечает Чонгуку и даже вообще не решается начинать какой-либо диалог, как и сам Чонгук, конечно. Они вместе молча покидают сначала ванную, вытираясь насухо и помогая друг другу высушить волосы, а после, одевшись, возвращаются в спальню, чтоб дать возможность Киму отдохнуть после длительного перелета. Ведь если Чонгук с легкостью переносит перелеты, то Тэхён – нет. — Почему ты молчишь, крошка? — шёпотом спрашивает Кима Чон, беря за руку, как только они входят в спальню. — Я что-то сказал не так, да? — Н-нет, все в порядке… И Тэхён не врет. Он просто находится в приятном шоке от того, что старший заморочился и, не забыв о том, что в этой спальне теперь будет жить не один, решил подстроиться под него. Ким моментально накидывается на Чонгука с объятиями и, оставив огромное количество поцелуев на чужих щеках, мужчина тихо продолжает, заглядывая в глаза напротив: — Спасибо тебе… мне безумно приятно. И-и стыдно. — Ох, крошка, мне, наоборот, в радость смотреть на твое миленькое личико каждый день. Особенно когда тебя, по какой-то причине, не будет дома, рядом со мной. Чонгук тут же подходит к одной из фотографий младшего и, полюбовавшись ею некоторое время, поворачивается к мужчине, что лишь молча улыбается, любуясь в ответ. Но не собой, а одним прекрасным мужчиной, что за короткий промежуток времени смог сделать достаточно счастливым. И только через несколько минут Тэхён, не придумав ничего лучше, медленно идет к кровати и, повалившись на нее вместе со старшим, крепко обнимает его и руками и ногами, не желая того отпускать вовсе. По крайней мере, сейчас.