заново

«Before I die

I want to do something nice»

— the drums

вторая.

пробуждение шести сердец

      пирог уже давно доеден, сигареты выкурены, а из колонок теперь играет «last disco — super komfort», которую так любит чонин. хан включает телефон и видит, что время близится к трём. — твою мать, парни, мне уже пора. в первый день я всё-таки должен вовремя прийти… — сказал хан, хватая свой рюкзак и подскакивая с места.       он выбежал из кладовки, схватил свой скейт и хотел уже было уходить. — эй, стой, — окрикнул его чонин. он повернулся на звук. вся компания вышла из помещения. — прежде чем уйти, ты должен сделать подношение нашему пристанищу, если конечно хочешь вернуться сюда, — улыбнулся чан. — подношение? — ага, феликс, например, принёс сюда гирлянду, сынмин — посуду… — начал перечислять чанбин, — хм… я притащил из дома старый телек, починил его, а чан диски. чонин принёс свою старую приставку, а минхо- — а что я могу оставить? — перебил джисон. — что-то, что тебе очень дорого, либо то, что ненавистно, — важно произнёс минхо, тыкая пальцем в воздух.       хан задумался. в рюкзаке кроме книги, жвачки, пары ручек и листочка с каракулями лежали комиксы marvel и плед с лапками, который только казался маленьким. его джисон всегда носил с собой когда волновался, своеобразный оберег. готов ли он был с ним расстаться?.. — а подойдёт мой старинный большой плед с лапками и комиксы? — да, видимо он был готов. — конечно! — сказал чанбин. хан стал рыться в рюкзаке. в конце концов он достал оттуда пару журналов и маленький комочек мягкой ткани. — вот. бан чан подошёл и взял подношение. — поздравляю, хан джисон, теперь это, — он обвёл рукой скейт площадку, — твой дом, ты всегда можешь поделиться с ним чем угодно и приходить сюда когда угодно. добро пожаловать! глаза джисона заблестели. минхо подошёл и подарил новому другу самые крепкие объятия. — возвращайся, мы будем тебя ждать! — улыбнулся кошко-человек, и джисон развернулся, помахал компании, встал на скейт и, разгоняя воздух, направился домой.

***

— мам, я дома! — крикнул джисон, скидывая туго затянутые кроссовки. — привет, хани, — улыбнулась молодая женщина, выглянувшая из кухни, — ну как? рассказывай. джисон прошёл по коридору, закинул портфель в комнату и вернулся на кухню. — ну… в школе всё хорошо, не так интересно, но я нашёл кажется друзей… — хан сидел за столом и поклёвывал салат. — оу, малыш это просто здорово! расскажи о них. — хорошо, — хан закинул очередную ложку салата и задумался, — хм… бан чан — он, получается, как отец, сделан из заботы и мягкости, но при этом строгий в нужное время…       мать внимательно слушала и кивала, давая знать что ей интересно. сын наконец-то улыбался. она была искренне рада за него. — потом чанбин. он курит, отвечает за музыку и любит сынмина! кстати о минни… его голос такой… — он задумался, мечтательно перемалывая салат, — как мёд, чёрт возьми. феликс, стреляет солнечными зайчиками, даже если облачно. хенджин рассыпается блёстками, стоит да него дотронуться… чонин — лис, без лишних слов…       он усмехался, пережевывая мясо, огурцы и морковь. — и минхо… он неповторимый просто… как будто сотворён из всего самого лучшего… — джисони, я так рада, что теперь ты не один, — женщина поднялась и поцеловала сына в лоб, — пусть заходят как-нибудь, арбуз поедим, — она улыбнулась и хан, доев салат, ушёл к себе.       в его комнате, стены были серые, давящие. «надо будет что-то делать с этой серой атмосферой, умереть всё-таки хочется в красивой комнате…» — подумал джисон. парень встал с кровати и настежь открыл окно, чтобы хоть как-то разбавить атмосферу. за окном трещали птицы, шептали деревья и стрекотали кузнечики. в наушниках играла какая-то спокойная музыка. джисон провалился в сон.

***

      голова раскалывалась. в комнате было чересчур свежо и темно. джисон открыл глаза и зажмурился от сильной боли в ушах, наушники надавили. первой пришедшей в голову мыслью было поехать кататься. терять было нечего, всё равно осталось немного. он накинул кожаную жилетку поверх красной футболки, расчесал волосы, схватил скейт и подскочил к двери. — мам, я кататься! не теряй. люблю, пока! — крикнул парень затягивая кроссовки. — так поздно, сони? — а сколько времени? — он совсем забыл посмотреть во сколько проснулся. — ровно полночь, — ответила женщина с кухни. — нормально, к трём часам буду! — хорошо, малыш, люблю, — мать вышла с кухни и обняла сына, — будь осторожен и не уезжай далеко. пока.       ветер со всей силы бил в лицо и развевал футболку. ночь была соткана из тишины, но она вовсе не была немой, ее создавало всё что двигалось, порхало, трепетало, вздымалось и падало, подчиняясь своему ритму.       «шумную тишину» нарушил зовущий обернуться голос. — джисо-о-он! хей, я тут! — кричал кто-то.       парень обернулся и увидел феликса, который разрезал асфальт на разные части своими роликами. хан дождался друга. — приветик, ты куда это на ночь глядя? — спросил запыхавшийся ликс. — не знаю, иду куда глаза глядят и куда ноги ведут. — тогда поехали в «туда»?       хан улыбнулся и кивнул. этих слов теперь было достаточно, чтобы вытащить парня из серой комнаты.       между домом джисона и скейт парком был всего один квартал и переулок. теперь джисон знал короткий путь, который показал ему феликс.       только заехав на скейт площадку феликс бросился в кладовку, проверять есть ли тут кто. по валяющимся самокатам можно предположить, что чанбин и сынмин точно где-то рядом. а на самой далёкой рампе сидел минхо. его светлые волосы сверкали при свете луны. он снова курил сигареты чанбина и притягивал к себе просто своим существованием, как магнит всё металлическое. джисон залез на рампу и сел рядом. минхо слегка вздрогнул, оглядел парня, затем продолжил наблюдать за маленьким небесным светилом. теперь «шумная тишина» стала немой. казалось мир замер и ни кузнечики и сверчки, ни зарянки и кукушки, никто не издавал звуков. — хей, минхо, а ты знал насколько ты невероятный? — нарушил тишину джисон и улыбнулся, — люди такими как ты не бывают. ты такой чудесный. ты круто катаешься. а ещё чем-нибудь занимаешься? и выглядишь тоже крутецки! я хочу знать о тебе больше. ты кстати мне котиков очень сильно напоминаешь… ты любишь котиков? — тараторил джисон.       хо лишь вопросительно посмотрел на хана, а затем положил свою голову ему на плечо. — мне столько приятностей за раз никто не говорил… совсем не знаю как реагировать…       по всему телу забились шесть сердец: два в ушах и столько же в запястьях, одно в горле и самое главное в груди. — оу, можешь промолчать. в этом нет ничего плохого, я понимаю тебя. — а котиков, я обожаю. у меня тут, где-то три кошки бегают… они появляются ближе к утру. приходи как-нибудь, познакомлю. — это чудесно! я хочу их увидеть! — схватился за голову хан. — увидишь ещё…       минхо лежал на плече джисона и напевал какую-то незамысловатую мелодию, давно затушив сигарету. а джисон знал, что может не увидеть… хотя за три месяца коты должны были            появиться как-никак. цветы кивали своими бутонами. кузнечики и сверчки стрекотали на свой лад. эту прекрасную картину нарушил чанбин. — эй, ребят, батька кличет чай пить!       минхо сладко потянулся и соскочил с рампы. а джисон сидел и смотрел куда-то вниз, глаза поблёскивали. «зачем я это сказал? что случилось? почему? как я к этому пришел? ему было неприятно со мной?» — по поверхности мозга ходило много подобных вопросов. — «ну, если сказал… получается, это была воля чувств? так все и должно быть? но я ведь не чувствую, что соврал… значит сказал правду…» — ну, хани-и… ты долго там асфальт прожигать собираешься? —окликнул минхо.       да. джисон определённо не ошибся в своих чувствах, ведь минхо замечательный. потрясающий. кажется, это он заставляет сердце хана биться быстрее. джисон влип по полной.