заново

фееричные прогулки с ежевикой и богом забытый диван

       после вчерашнего дождя утро казалось удивительно спокойным. от него остались лишь мелкие капли. В лучах вновь появившегося в комнате солнца они тут же превращалась в радужную россыпь, оседавшую на прохладном ламинате. Пахло влажной корой деревьев.       минхо открыл глаза навстречу потолочному аксолотлю. джисон ещё спал. раскладной мобильник показывал девять утра. ли приподнялся на локтях и стал разглядывать комнату, которую не так давно разрисовывал со всеми. на полке, висевшей над столом, стояли несколько книжек, а на самом столе стояли свечки и валялась пачка от таблеток.       просто втыкать в потолок минхо надоело уже через десять минут. он сгрёб джисона в свои руки и продолжил свою ночную операцию по съеданию его лица милыми поцелуйчиками. — это было самое доброе утро в моей жизни... — пробубнил джисон пытаясь открыть глаза.       минхо победно упал на кровать рядом и залез в сонные объятия джисона. в каждом миге сейчас было столько теплоты, доверия. это утро казалось чудом, в которое никто не верил, но оно наступило тихо и спокойно, как и подобает настоящему чуду. — ну, что, — пробубнил уже проснувшийся джисон, — пошли есть и шарлотку готовить!       но минхо вцепился в его плечи и, не теряя возможности, прилип к губам хана. младший моментально отскочил на приличное расстояние и сказал самую глупую вещь: — у меня ведь зубы не чищены, ты чего...       минхо звонко рассмеялся, вновь обнял джисона. — и что? а у меня чищены? — хан в ответ пожал плечами, — вот, значит и не сопротивляйся!       он взял в руки лицо джисона за щёки и накрыл его губы своими. так они сидят ещё долго. потому что могут и хотят. между сломанными рёбрами летают бабочки в попытках провести кислород к лёгким.       так и умерли эти двое, целуясь, а рядом валялись незабудки.       спустя какое-то время они всё-таки встали, умылись, позавтракали жареным рисом, который оставила мама, и принялись готовить шарлотку.       на фоне зазвучала музыка, а на столе появились четыре яйца. минхо разбил их в глубокую миску и начал взбивать миксером, пока джисон бегал по кухне в поисках муки. когда она была найдена хан начал просеивать её к яичной основе минхо. добавили соды с уксусом в качестве разрыхлителя (мать джисона всегда так делала, вот и парни решили не отставать). духовка уже разогревалась. парни звонко смеялись, раскрасив себе носы белым порошком. мило, очаровательно. когда тесто было готово мальчики нарезали несколько яблок кусочками. затем залили это всё в круглую форму и оставили на сорок минут, а сами ушли переодеться.       для минхо была выделена белая футболка, толстовка на молнии и чёрные джинсы, а его вчерашняя промокшая одежда была в стирке. на джисоне были надеты однотонная толстовка и джинсы.       старший взял свой раскладной мобильник и набрал контакт «мама». послышались гудки. затем звук снятия трубки. — приветик, минхоша, ну, как ты там? — я нормально, — спокойно соврал минхо (он не просто нормально, он отлично, прекрасно, очаровательно). — хорошо. гуляй. вечером только дома хоть покажись, — попросила женщина.       минхо согласно промычал в трубку и они попрощались. — как там всё? — поинтересовался джисон. — нормик, — хо снова чмокнул джисона в щёку, — надо чану набрать, сказать, что встретимся возле дома ликса.       так он и сделал. все пятеро по другую сторону трубки скидали в рюкзак хенджина кружки, колонку, "спичечный коробок" феликса, плед джисона, прихватили гитару чана и направились к назначенному месту. тем временем, шарлотка была уже готова (оставшееся время мальчики снова лежали и целовались). джисон проверил шарлотку зубочисткой, а затем аккуратно переместил её в большой контейнер. заварил душистый цветочный чай и залил его в два больших термоса. взял за руку минхо, и на крыльях ветра парни вылетели из дома.

***

возле дома феликса их встретили шесть подростков с тремя котами на руках. — джисон, там суни, дуни и дори! помнишь я обещал тебя познакомить? бежим! — В лес? — коротко поинтересовался бан чан, прочитав все намерения хана, пока минхо тискал и рассказывал о его "кошко-детях". джисон согласно кивнул. — а за лесом ручей отпадный! половим любимых стрекоз чонина.       чан похлопал его по плечу и пригласил всех следовать за ним. а феликс и хенджин успели забежать домой к другу, схватить нектаринов и половинку арбуза.       восемь подростков тонули в доходящей до подбородка траве, которую никто никогда не косил. рядом, под ногами, путались суни, дуни и дори, прекрасные создания. в рюкзаке гремели кружки и свежеиспеченная шарлотка. из колонок доносилось she saw flesh as a flaw, а старые потёртые кроссовки несли в руках. кому они нужны когда трава мягкая как болгарские ковры? в руках ликса был арбуз от его бабушки. из глоток этих детей прорастали ветви дикой сирени. они росли, разрастались и сплетались в один куст, который поливали энергетиками. над ниточным полем кружились ласточки. крепче дружбы этих детей разве что морские узлы, которые пираты вязали, дабы их сокровища не были украдены.       все удивлённо вскрикнули, когда на горизонте действительно появился куст дикой ежевики. они достали свои кружки и принялись собирать любимые ягоды. разнотравье кололо ноги.       когда кружки были полны, прекрасные создания, взлетая до небес, пронизывали чащобу под кронами деревьев, оставляя после себя лишь неуловимое эхо.       феликс крутился колесом по тропинке (арбуз уже был у сынмина). мило. потом у него закружилась голова, и чан отдал ему свою кепку. не хватало ещё умереть от солнца.       они ступали босыми ногами между великанских деревьев. солнце в этой чаще уже не палило. пятки кровоточили. кошки довольно мяукали. а на их пути встал диван. с облезлой обшивкой, старый, промокший под каждым проливным дождём. вероятно он многое повидал. — ну что? заберём? — чан проверял диван на прочность. а в ответ послышалось синхронное: — несомненно! — тогда на обратном пути, — отец пожал плечами, и летние создания отправились дальше.       на выходе из чащи тёк ледяной прозрачный ручей. парни располагались, при этом радостно восклицая.       на примятую траву опустился мягкий плед с лапками. на самую середину поставили яблочную шарлотку, рядом нектарины, арбуз и восемь кружек с ежевикой.       ликс соскочил с пледа, подогнул свои джинсы до колен и спрыгнул в ручеёк. — водичка отпад! идёмте ловить стрекоз!       и все помчались на зов солнечного мальчика (чонин зашёл в воду первым). холодная вода слишком контрастно отдавала по кровавым пяткам, зато теперь ноги будут чистые. ветер развевал футболки. в лесу значительно прохладней. ни одна блестящая, длиннохвостая стрекоза не попалась мальчикам, и они вышли из каменистого ручейка. где-то в глухой чаще леса восемь подростков жуют ежевику, закусывая ромашками, и жаждут бесконечного лета.       молчание было слишком долгим для этой компании, поэтому чан взял свою гитару. — pretty lights roll over the river, — тихо начал он, — my, oh my, the sky′s so much bigger than we thought, and I wanna see it all       песня homesick была его обожаемой. пока играла гитара, души сливались в единое целое. жаль, конечно, что не получилось поймать стрекоз. зато они нашли диван. под ним они похоронят это лето.       когда мелодия замолкла, парни вновь оживились. музыка сближает. — шарлотка отпад, — пробубнил с набитым ртом хенджин. забавно.       пока джисон и сынмин ели ромашки, запивая их цветочным чаем, минхо и чанбин плели венки из трав и цветов, что были поблизости. джинни и ликс продолжали купаться в холодном роднике. чонин дожёвывал свою ежевику. суни, дуни и дори спали на краю пледа. а чан никогда не хотел бы расставаться с этим созданиями летней поры. ни за что.       арбуз и нектарины тоже вскоре пропали. чудесные создания, с сигаретами вместо волшебных палочек, собрали свои рюкзаки, надели потёртые кроссовки (которые скоро задохнуться под тяжестью лесного ковра) и отправились домой. и диван не забыли. тащили его поочереди, ловя на себе удивлённые взгляды прохожих. он, на удивление, оказался лёгким. они прошли по короткому пути возле дома феликса и оказались на площадке значительно быстрее. руки кровоточили. лучше бы они сломались от объятий. зато теперь половину кладовки занимал диван, теперь можно не сидеть на полу. сынмин запечатлил это на спичечный коробок. солнца не видно на горизонте последний час. темнеет.       мальчикам вновь пришлось распрощаться. минхо на последок обнял джисона. — передай своей маме, что мы не встречаемся, а связываемся сердечными нитками-венами между рёбер, — он накрыл его губы своими, — до встречи, хани, моё незабудковое чудо. — и тебе тёплых сновидений, ежевичный минхо.       дети похватали свои транспорты и, отталкиваясь от сухого трескающегося асфальта, отправились по домам.