Ты хуже кокса, что лежит у меня в пиджаке

—Только вякнешь и останешься лежать здесь бездыханным телом. Быстро на улицу через черный выход! После этих слов стал труднее дышать, тело покрылось мурашками и его стало бить мелкой дрожью, а в голове всплывал тишь один момент — когда она лежала без сознания в заброшенном здании, уже не надеясь на то, что выйдет оттуда живой. И если тогда был крошечный шанс на спасение, сейчас же его не было абсолютно совсем. Друзья не сразу поймут, что дела слишком плохи, а потом может оказаться слишком поздно. А что до Саши… да черт с ним, этим Сашей! Кто вообще знает, что творится в его голове? Может он решил вести двойную игру и против сестры, и против Каверина? Может быть, это Белов подговорил своего верного дружка напасть на Настю, чтобы потом спасти ее, словно он принц на белом коне? Но об этом Холмогорова думала в последний момент… она даже про себя-то и не размышляла, лишь о малолетнем сыне, который даже не будет помнить о том, что у него когда-то была мать, если сейчас все пойдет по худшему сценарию. Поэтому она даже не пискнула — голова была забита совершенно другими мыслями. А тем временем, обескураженный потерянностью девушки Каверин, уже убрал с ее горла нож и грубо толкнул ту к выходу. Она чуть не свалилась на своих ватных ногах, но обретя опору в виде стены, которая была ее помощницей до неприметной двери, шагать стало немного легче. —Ну же, Анастасия Николаевна, куда делать былая уверенность? — Смеялся ей в спину Володя, подталкивая к черной тонированной машине, стоящей у входа. И снова в ответ ему прилетела лишь тишина. Девушка был не здесь, по крайней мере душевно. Она была рядом с любимыми и пыталась подобрать последние слова, которые они не услышат. Тысячу раз извинялась, что не справилась и завалила такое ответственное дело. И просто молилась, что Каверин ее отпустит. Ведь он, возможно, лишь ведет себя как загнанный в клетку зверь? —Я что, с глухонемой разговариваю?— кинул он ее на заднее сидение, совершенно не церемонясь.— Отвечай, когда старшие говорят! —Да что тебе от меня нужно?— тихо проскулила Настя, схватившись за бедро, ноющее от удара о подлокотник. —Ну наконец-то. Я уж думал, что ты решила поиграть в молчанку, за что могла бы поплатиться своим скверным язычком,— он достал нож и медленно провел острием по щеке Холмогоровой. — Только попробуй рассказать хоть кому-то о нашем разговоре, я его действительно отрежу. А лучше оторву, чтобы еще больнее было. —Ты перейдешь к делу или так и будет лирика?— пыталась не терять лицо девушка, понимая, что она обречена. —Когда ты молчала и смотрела на меня бессильными глазками, все же было лучше, но опустим,— расхохотался он.— Меня очень интересует содержимое бумажки, которая упала к моим ногам недавно. Что-то про «выполни или пойдешь в утиль». Что же такого натворила наша горячая испанка, раз перешла дорогу самому фсб, находясь в Москве от силы месяц? —А с чего ты так заволновался, Володенька? Сам где-то оступился?— ответила она, сжимая кулаки со всей дури. Острый нож вновь оказался у ее лица и полоснул по щеке уже сильнее. Теперь точно останется царапина. И как после этого молчать про существование данного разговора с полным психопатом? —Надеюсь, что ты поняла, что язвить здесь не уместно. Что ты имеешь против меня с машиной, полностью оснащенной удобным для меня оружием машиной? —Зачем тебе эта информация? Она касается лишь меня и ФСБ.— Девушка была непреклонна, хоть это и грозило ей смертью. Но посмотреть на бешенного Каверина, раскрывающего всю свою суть, тоже очень хотелось. Жаль, что в машине нет камер, а то потом можно было показать братцу его любимца в деле. —Ну, если уж даже тебя приняли в какую-то «секретную» службу, не выполненное задание в которой грозит отправлением туда,— показал мужчина наверх,— то, у меня есть отличный шанс соскочить. А потом тихо и мирно, находясь в сторонке, смотреть, как несут гроб с твоим бездыханным тельцем по кладбищу. —Смотри, как бы тебя первым не унесли за это «невыполнение»,— едко усмехнулась девушка прямо ему в лицо. В любом случае, даже если она сейчас умрет, Космос и Ник смогут уехать в Испанию, не боясь преследования. Потому что она выполнит все, как велело ей «начальство». И, даже захлебываясь в собственной крови, она до последнего будет убеждать этого гада уйти от ФСБшников.— Меня ведь привлекли только потому что я в Москве засветилась. Поэтому они и решили пустить хрупкую девушку в расход и копать под крупную банду наркобаронов. Бауманцев знаешь?— слова сами вылетали из ее рта, а она лишь пыталась не удивиться собственному вранью, вытекающему из ее рта без всяких подготовок. Неподготовленная речь просто появлялась в голове и быстро вылетала наружу, при этом формируясь в довольно логическую цепочку. —Не говори, что копаешь под них,— вот теперь-то самоуверенность Володи испарилась. Кому как не ему знать про этих бандитов, он ведь пытался и у них найти «крышу»,— это ведь самоубийство! «Боже, волноваться за меня начал, как мило»— пролетело в голове Холмогоровой. —А что, начальству разве не плевать, самоубийство это или нет? Они поставили цель и только попробуй не выполнить,— голос стал дрожать. Видимо, актерский талант всю жизнь хранился где-то глубоко в крови, иначе это ничем назвать невозможно.— Хотя, ты и сам понимаешь, что тут без вариантов — я либо умираю от рук бауманцев, либо от фэбэсов. —А если сбежать?— было ощущение, что Каверин давал советы не Насте, а себе. Иначе его потерянный вид было бы трудно описать чем-то другим. —Они поставили запрет на покидание Москвы. Если я только попробую, то меня и Космоса загонят на нары, а Ник останется в детдоме. Как думаешь, хочу ли я им такую жизнь? —Почему ты?… —Русская рулетка. Просто так сложилось, что я оказалась не в том месте и не в то время. И все из-за твоего звонка. Хорошо вернули меня в Москву на пару с Сашей? —Откуда ты это знаешь? —Уж не глупая,— она резко усмехнулась, но в этот момент дрожь вновь забила со телу, что заставило девушку поежиться. —Ладно, прости за этот цирк,— он щелкнуло какую-то кнопку и двери разблокировались.—Тебе и так не сладко, иди уж. Ни сказав ни слова, Холмогорова вылетела из машины, наконец позволив себе сделать полный вдох грудью. Рана на щеке ныла, а кровь не хотела останавливаться, поэтому она приложила руку к больному месту и поспешила к себе в машину, решив, что за сумкой и прочими вещами заедет потом. Сейчас ее главной целью был главный штаб ФСБ в Москве. Пора бы ей встретиться с Введенским тет-а-тет. Может быть в нем проснется совесть, когда он увидит свою «подопечную» с красивой раной, от которой точно останется шрам. Выжав газ в пол и совсем наплевав на собственную безопастность, Настя приехала к нужному месту уже через полчаса, объехав все столичные пробки по сквозным дворам. Однако молоденькая секретарша, явно раздраженная тем, что ее отвлекли от увлекательного подкрашивания ресничек, сообщила девушке, что ей придется подождать. Прямо сейчас у Введенского собрались представители правительства, поэтому она не может бесцеремонно ворваться в кабинет и распылять угрозами, как, в прочем, она и собиралась сделать. Дверь распахнула б лишь через сорок минут, когда пыл Холмогоровой уже поутих, а сердце не стучало так бешено. Однако это не помешало ей с оскалом зверя посмотреть на Фсбшника, когда та вошла в кабинет. —О, Анастасия Николаевна, приятно и неожиданно вас здесь видеть. Только, видок у вас не очень.— Оценил ее состояние Игорь Леонидович и продолжил попивать кофе. —Спасибо за чуткое замечание. Ваш так называемый «объект» только что чуть не разрезал меня на куски! —Это была ваша идея, показать ему, что вы работаете с нами. Не стоит спихивать ваши недочеты на меня. Вы же знаете, какой на самом деле Владимир. —То есть так?— еще чуть-чуть и девушка бы вспыхнула вновь.— Вы подослали девушку, у которой, между прочим, грудной ребёнок, к этому амбалу и все решили скинуть на нее? У вас там как, совесть и мужское достоинство не жмет? —На войне все средства хороши, кому как не вам это знать. —Немного напомню вам, что в эту войну ввязали меня Вы, тогда как я сама отошла от этих дел уже давно. Зато теперь в перспективе у меня шрам на половину лица! —Что вы сказали Каверину, раз стоите передо мной, а не лежите в земле где-нибудь в лесополосе?— беспардонно перебил ее Введенский, заставив ее описать все в подробностях. После рассказа, девушка вновь хотела вернуться к теме, которая волновала ее намного больше, чем этот Володя, но ее перебил телефонный звонок, пришедший мужчине. Он жестом показал ей подождать и поднял трубку. —Да, Владимир Евгеньевич?— на этих словах он взглядом обратился к Насте, уже предвкушающей свою победу и скорое возвращение с Испанию.—Это не телефонный разговор, давайте встретимся в Зарядье на шестой от входа лавочке. Слева. До свидания.