My Kind of Woman

      Мэри кривит губы, теперь просто не зная как поступить. Широкая ладонь мужчины лежала на ее ноге, очевидно, сбежать ей не выйдет. Бороться тоже. Собирать ДНК - снова мимо. Остаётся только... смириться.       "Призрачное Лицо" с увлечением ел нарезанные яблоки, которые видимо он подготовил в ее отсутствие. — Поешь, — убийца протягивает ей кусочек, но Уотсон не берет. Рука мужчины, замерев в воздухе, терпеливо ждёт и тяжело вздохнув, Мэри берет яблоко с тарелки и надламывает, проверяя, нет ли внутри чего-либо. Она устало кладет еду в рот.       "Призрачное Лицо" удовлетворённо откидывается на спинку дивана, утягивая за собой Уотсон. — Почему ты убил ее? Сестру Тома, — Мэри не помнила ее имени. Она старалась не воспринимать вскрываемые трупы как личности.       Пальцы мужчины медленно проходятся по ее запястью, заставляя вздрогнуть, прежде чем остановиться на двух бусинках на ее руке. — Кейси Мейсон, — убийца с удовольствием растягивает имя, совершенно не раскаяваясь в содеянном. — А ты как думаешь? Почему я ее убил?       Уотсон ощущает, как чужая горячая перемещается к ее бедру, чтобы сжать и подтянуть ближе. Мэри вздрагивает от неприязни. — Ты считал ее... — о мертвых или хорошо или никак. — Плохим человеком. Неужели это повод расправиться с ней?       "Призрачное Лицо" закинул в рот ещё один кусочек. — Почему нет? Без нее стало только лучше. Меньше шлюх, меньше грязи, — мужчина наклоняет голову к Уотсон, ставя подбородок на ее макушку. Мэри старается не двигаться, сжимая кулаки от того, что убийца начинает рассеяно гладить ее. — Почему Том? Только потому, что он ребенок?       Звук синтезированного жевания неприятно режет уши. — Правда хочешь знать? — "Призрачное Лицо" довольно хмыкнул, слегка сжав ее бедро. Ему явно нравилась ее компания. — Замечала за ним что-нибудь странное? Что он не боится меня, идёт навстречу, слушается ... детка, да твой приемный малыш психопат.       Тонкие пальцы Мэри сжимают кофту на его груди, когда она на мгновение замирает, все обдумывая. И вправду. Маленький Том при ней ни разу не заикнулся о родителях, сестре или о страхе быть убитым. Ему было плевать. Плевать точно так же, как и "Призрачному Лицу". Мужчина хрипло рассмеялся, наблюдая за ее реакцией. Его пальцы медленно и мягко коснулись волос. — Не переживай. Я однозначно... займусь его воспитанием. — Уотсон может поклясться, что слышит ухмылку в его изменённом голосе.       Мэри отчаянно поджала губы. Он не собирался ее убивать, но других людей вполне. Поймать неуловимого призрака тяжело, практически невозможно. Мужчина явно разбирается в работе полиции. Он подбирает время, момент и не позволяет себе оставлять следы. Черт. — Что насчёт бартера? — едва слышно для самой себя говорит Уотсон. — Поцелуй в обмен на информацию. Имя следующей жертвы.       Мэри непроизвольно касается браслета. "Призрачное Лицо" не двигается, рука на ее бедре мертво замирает, прежде чем он низко наклоняется к ней. — Идёт, — его пальцы больно хватают ее за челюсть, притягивая к себе прежде, чем она успеет передумать. Мужчина спешно и нетерпеливо сдвигает маску, прижимая ее губы к своим.       Ему явно приносит удовольствие отзывчивость. Принуждение не в его стиле. Убийца надавливает на поясницу Уотсон, заставляя прогнуться и оказаться ближе. Поцелуй выходит долгим и тягучим, мужчина не спешит, сминая женские губы и не позволяя ей отстраниться. Он чувствует, как она непроизвольно сладко выдыхает и позволяет своим рукам начать двигаться. Его прикосновения жадно проходятся по ее талии, легко касаясь низа груди и останавливаются на лице. "Призрачное Лицо" непозволительно умел, Уотсон стоило бы постыдится. Мужчина мягко управляет поцелуем, не позволяя ей ни отстраниться ни перехватить инициативу.       Горячий язык прослеживает ее губы, желая углубиться в страсть, когда Мэри наконец действует. Ее рука тянется к его ножу, но вновь оказывается схваченной. — Информация, — сбивчиво шепчет Уотсон, пытаясь наладить дыхание и перестать так позорно краснеть. Она быстро рассматривает открывшуюся часть его лица, пытаясь запомнить. Ни родинки, ни щетины, ни ямочки. Довольно тонкие губы и мощная челюсть.       Мужчина возвращает маску на место, прежде чем наконец сказать. — Эрик Хилл, — его руки удерживают Мэри, не позволяя ей ёрзать в опасной близости от его ширинки. — А мне пора идти. ***       Через пару часов Мэри снова тухла в участке - но уже как свидетель. Том сидел рядом, тихо что-то мурлыкая себе под нос, играя с машинкой. Уотсон перевела на него усталый взгляд. Что-то с ним было не так. Совершенное отсутствие эмпатии, страха перед "Призрачным Лицом" и угрызения совести, по поводу того, что он так-то бросил ее наедине с убийцей. Мэри вздохнула, убеждая себя, что он просто ребенок. Детям не свойствены некоторые взрослые чувства. Уотсон мягко погладила Тома по темным волосам.       Памела и Сидни уже собирали вещи для переезда - для безопасности маленькая семья Уотсон должна была обосноваться в небольшом доме недалеко от Вудсборо. Где пропадали родители Мейсона, было неизвестно. Они внезапно просто перестали выходить на связь, а Тома кажется, это вовсе не волновало. — Добрый день! — раздался бодрый голос рядом. Мэри оторвала глаза от ребенка. — Мисс Уотсон?       Молодой, с густыми усами и крысиными маленькими глазками мужчина протягивал ей руку. Он был в лёгком медицинском халате и белых перчатках. На новеньком бейджике красовалось "судмедэксперт". Мэри поспешила выпрямится и принять более собранный вид. Видимо из-за ситуации с "Призрачным Лицом" участок пригласил новых работников. Ей на замену. Уотсон неловко поджала губы. — Верно. Мистер Томпсон?       Мужчина кивнул, явно очень довольный собой. Он шмыгнул носом и неловко убрал руку, которую Мэри так и не пожала. Клэй спрятал ее в карман халата. — Те полицейские... — Томпсон не спешил говорить о том, в каком состоянии их нашли подле дома Уотсон. — Я провожу их вскрытие. Думал, вам выбудет неловко... делать это самой.       Вчера промелькнувшая мысль о том, что кто-то должен был следить за ее безопасностью, подтвердилась. Приехавшие после ухода убийцы стражи порядка нашли несколько убитых. Мэри не знала, в каком они состоянии и знать не хотела. Она отстранено кивнула. Резать людей, мертвых очевидно из-за нее было... немного неприятно. Томпсон быстро заметил, как скисла Уотсон и поспешил уйти. Ей не хотелось задерживаться в участке и тем более, растягивать дачу показаний. Она собиралась рассказать все, что знает. ***       Эрика Хилла, местного журналиста, быстро нашли и привели в участок. Он был одной из самых скандальных личностей Вудсборо и то, в чем он провинился перед "Призрачным Лицом" было очевидно. Его, в целях безопасности, заключили под стражу - ничего надёжнее тюрьмы сейчас не было. Это Мэри проверила на себе же.       Мэри монотонно вела машину к новому дому, пока Том, сидя на переднем сиденье, весело покачивал ногами. Уотсон прежде особо с ним не говорила. Этим утром она была слишком занята. — Он сделал тебе больно? — Уотсон осторожно нарушила тишину. Мейсон оторвал глаза от пейзажа за окном, теперь глядя на нее. — Нет, —мальчик повертел новую машинку в руке. — Он прочитал мне сказку. И подарил подарок.       Том демонстративно поднял игрушку, а Мэри тяжело вздохнула. — В следующий раз ничего от него не принимай. Ясно?       Мейсон недовольно морщит нос, машинка ему явно очень нравилась и мысль о том, что новых таких он получить не сможет, его расстраивала. — Хорошо.       Когда они подьехали к новому дому, уже вечерело. Зайдя в новый дом, Уотсон поспешила снять каблуки. Маленькие аккуратные туфельки остались в стороне. Дом был пустым и совершенно не обжитым. Мэри вздохнула, проводив убегающего на задний двор Тома. Мэри без сил упала на диван, с которого отлично было видно играющегося ребенка. Уотсон подтянула к себе ноги, расслаблено выдыхая. *** "Привет!" сообщение от ее близкого друга со школы. Дрейк был ботаником, редко выходил гулять, но часто был в сети. "хай" немногословно ответила Сидни и вернулась к тому, чем занималась прежде - просмотру странного корейского шоу по ноутбуку. "Слышал, ты не очень любишь свою сестру" Сидни не удивлена его словам. Об этом знала вся школа. "типо того" как и любого подростка, Сидни раздражал контроль, под которым ее пыталась держать Мэри. Сидни не нравилось что старшая сестра так заботит где она, с кем, девственница она еще или нет. "Не хочешь проучить ее?" Сидни с подозрением щурится, глядя на сообщение незнакомца. Заманчиво, но кажется их семье уже достаточно странных мужчин в доме. Однако злость и обида на сестру не отпускали. "как?" "Припугнем ее. Я постучу в окно или устрою шум на чердаке. Как тебе?" ответ приходит сразу же, будто он не сомневался, что Сидни согласится и написал его заранее. Младшей Уотсон нравится эта идея, тем более Дрейк не чужой. Будет весело. "ок. одень маску" ":)" отвечает Дрейк и выходит из сети. Сидни выходит из кухни за печеньем и краем глаза видит сестру на диване. Мэри выглядит усталой и крайне расстроенной. Сидни никак не взволновало. ***       Мэри без сил лежала на диване, словно овощ. Это было ужасно. Так отвратительно, что ее просто тошнило. Она - объект обожания психа. Психопата, если быть точнее. Он убивает людей. Из-за нее или ради нее ... не столь важно. У них ведь были дети. Семьи. Как у Тома. У него ведь больше нет сестры. Из-за "Призрачного Лица". Подбородок Уотсон задрожал, но сдержать позорный всхлип она не смогла и спустя мгновение, разрыдалась. Неприятные холодные слезы текли по ее лицу, заставляя мелко вздрагивать. Соленые капли падали на ее майку, оставляя за собой темные пятна. Мэри даже не находила сил их смахнуть.       Слишком тяжело. Ощущать груз ответственности, возложенный на нее по вине маньяка. Словно кровь этих людей теперь на ее руках. Уотсон закрыла лицо ладонями, судорожно выдыхая и впиваясь ногтями в кожу лба. Нужно успокоиться. Если она впадет в истерику, кто будет его сдерживать?       Никто - Мэри заплакала лишь сильнее, так и не справившись с тем, чтобы убедить саму себя в том, что все в порядке. Ничего не было в порядке. Все было ужасно. И ничего с этим не поделаешь. Ничего.       Сидни на секунду поставила видео на паузу. Она слышала, как Мэри плачет. Ее старшая сестра плакала очень редко и то, только тогда, когда уже все становилось настолько плохо, что ее психика просто не выдерживала. На мгновение ей стало совестно за все сказанные Мэри грубости. Задумавшись на мгновение, Сидни допустила мысль, что по сути... старшую Уотсон никто особо и не любит. Нет у нее парня, или близких друзей, она никогда не приводила никого к себе домой. Вечно работающая мать была занята как тогда, так и сейчас, а сама Сидни... знала, что она не тот человек, который поддержал бы Мэри. Ни сейчас ни когда либо. Сидни не вышла из комнаты, но и вернутся к видео не смогла себя заставить. Где был тот мальчик, о котором ее сестра так пеклась, она не знала. Наверное, Мэри его тоже не особо волновала. ***       Уотсон пришла в себя лишь выплакав все накопившиеся - начиная со времён учебы в ВУЗе. Она не следила за временем, но ей казалось, будто на это ушли часы. С трудом Мэри уснула, даже не потрудившись лечь в новой спальне. Ей ничего не снилось. И она была рада. В подростковом возрасте из-за сильного стресса у нее были кошмары. Уотсон не хотела видеть Призрачное Лицо ещё и в своей голове. Тогда бы Мэри просто не смогла больше спать.       Утро было словно с похмелья, а сама Уотсон ощущала себя сурком. В доме было тихо, никого не было. Все уже ушли, или на учебу или на работу. Том еще спал. Все, кроме нее. Мэри обхватила себя руками, пытаясь убедить себя, что если она сейчас пойдет и поест, все станет лучше. Обязательно... станет лучше. Обязательно. Мэри жуёт хлопья, глотая слезы, даже сейчас у неё не выходит успокоиться. Сдавленно всхлипнув, она с тихим стуком опустила ложку в тарелку, прежде чем снова разреветься. *** — Черт, детка... — он проводит пальцем по экрану, словно касаясь ее нежного лица через стекло. — Я вспылил. Я обязательно извинюсь...       Призрачное Лицо тихо выдохнул, неосознанно прикусив губу, рассматривая на небольшом дисплее наспех сфотографированную Мэри. Она просто прекрасна. Разве можно быть настолько идеальной? Каждый изгиб, каждая впадинка - будто все создано лишь для него. На мгновение он хочет позвонить ей и наговорить всяких пошлостей, чтобы она забеспокоилась, очаровательно покраснела и конечно же, весь оставшийся день думала о нем одном. — Нет-нет, нельзя-нельзя... — ища утешения в разлуке, Крик опускает ладонь на собственный пах, не спуская глаза с фото Уотсон в одной майке и трусиках. — Прости милая. Мы не можем пока видеться... Дам тебе отдохнуть.