Край Земли

Внезапная - и, пожалуй, ожидаемая лишь где-то глубоко в памяти - новость о предстоящей учебе неприятно сдавила виски. Желание овладеть долгожданной магией затмевалось мыслями о скучных и однообразных занятиях в академии, которые, наверняка займут большую часть времени. К удивлению и счастью Юхэя - Хэнлай вызвался взять на себя роль наставника. Боец был более чем уверен: обучаться у лидера клана - пускай даже бывшего - мечтал каждый второй из живущих на острове. Окрыленный радостной вестью, Юхэй ожидал заветного дня, ненадолго забыв про столь ненавистную для него учебу. Рассвет следующего дня павлин встретил на самом верхнем этаже храма. Оперевшись на холодные перила, отблескивающие на слабом солнечном свете, он провожал взглядом уходящую тьму ночи. Кровавое солнце поднималось ввысь, вступая в свои законные владения. Словно огненный феникс одержал победу в долгой, растянувшейся на всю ночь, битве над чернокрылым демоном, неизбежно возвращавшимся после каждого окончания дня в надежде взять реванш. Прохладный утренний ветер, который на подобной высоте был намного сильнее, трепал ханьфу, явно надеясь вернуть бойца из мыслей в реальность. Однако, Юхэй был непокорен природной стихие и с ледяным спокойствием продолжал оглядывать бескрайние просторы, слегка прикрыв глаза. С каждой утекшей в небытие минутой, палящее солнце поднималось все выше, согревая похолодевшие перья павлина. В подобные моменты - когда утренние тишина и умиротворенность достигали своего пика - Юхэй волей-неволей вспоминал о часах, проведенных с отцом. Алый рассвет, прохладный ветер и оглушающая тишина - зеркально отражали то минувшее утро, которое бойцу так больно вспоминать сейчас и так приятно было встречать тогда. Павлин глубоко вздохнул и на сей раз полностью закрыл глаза, позволив навязчивым воспоминаниям заполнить собой слепоту сомкнутых глаз.

***

Юхэй стоял на балконе с резными перилами, наблюдая за тем, как черные, словно бездна, грозовые тучи медленно поглощали некогда голубое небо. Без того мрачный день очернялся еще сильнее мощным ливнем, идущим уже несколько часов. Серые просторы время от времени разрезали белоснежные молнии, сопровождаемые оглушительными раскатами грома. Однако, Юхэй каждый раз наслаждался подобной погодой. В бесконечном дожде и непрекращающейся грозе он видел отражение своих души и настроения, что последние несколько лет не менялись. Величественный город, прекрасный в любое время года, не производил на бойца впечатление от слова совсем. В полной мере привыкнув к монотонным звукам, павлин вздрогнул, услыхав знакомый скрежет металлических когтей по паркету. И почти сразу подавил в себе страх - что успел подкрасться к нему буквально на долю секунды - пытаясь в очередной раз уединиться с природой. Отец поравнялся с сыном, оперевшись крыльями о перила, и также устремил взгляд на свой город. Молчание продолжалось еще некоторое время. Юхэй вовсе не собирался нарушать устоявшуюся тишину, но терпение Шена было на порядок слабее. — И грозы ты, видимо, тоже не боишься. — усмехнулся лорд и потрепал сына по голове. Юхэй позволил себе на секунду улыбнуться и вновь принял равнодушный вид. Продолжать разговор и все-таки рассказать отцу о своих страхах, чего Шень ждал очень долго, боец не хотел. Увы, зная характер лорда, павлин понимал, что отвертеться ему не удасться, по-крайней мере, в этот раз. — Я не бесстрашный, — вздохнул Юхэй и посмотрел на отца. — Меня всегда пугало одиночество и я боюсь этого до сих пор.

***

Хэнлай стоял от ученика по правое крыло, разделяя с ним этот момент. Сегодня ему предстояло провести первое занятие и бывший лидер клана чувствовал, как нарастало волнение у сына лорда. Павлин волновался и сам, ведь Юхэй стал его первым подопечным. Прежде, Хэнлай не был чьим-то наставником, а теперь - ему предстоит обучить нового лидера Лунного света всем навыкам, какие он знал. И хотя бойцу придется посещать академию, эту будут лишь поверхностные знания. Практически полную ответственность клановцу все же придется возложить на свои плечи. — Я надеюсь ты готов? — спросил Хэнлай, когда солнце уже было в зените и от утренней прохлады не осталось и следа. — Мы отправимся к поистине волшебному месту, где пробуждается магия каждого из живущих на острове. — павлин улыбнулся, наблюдая возрастающий интерес в глазах товарища. — Только там мы сможем выяснить, какая сила таиться внутри тебя. И все же интересно: какое из двух направлений тебе было бы интереснее изучать. Юхэй вновь направил взор на улицу, явно призадумавшись. Благодаря прочитанной книге и некоторым рассказам своего учителя ему удалось завладеть небольшой информацией о магии. Несомненно, павлин жаждал владеть двумя направлениями, однако, подобная удача светила далеко не каждому. Не в силах был помочь и новый статус, сколь высоким бы он не был, играла основную роль лишь врожденная предрасположенность, не больше. Юхэй ненадолго представил себе лекарем и архитектором из синего пламени и подобная перспектива показалась ему не слишком привлекательной. Практически всю жизнь он тренировался с оружием совсем не для того, чтобы в один момент резко сменить деятельность. И хотя, любая магия, какой бы она ни была, могла так или иначе дать преимущество в бою, павлин с большей завистью смотрел на обладателей магии красного пламени. Он представил, как подкрепит собственные навыки во владении оружием мощной боевой магией и станет практически непобедимым. Такие мысли казались бойцу весьма привлекательными и если он и видел себя в роли лидера, то исключетельно владеющего магией красного пламени в совершенстве. — Мне хочется направить все силы на изучение магии красного пламени. Нутром чувствую, что она мне ближе. — Прекрасный выбор, — одобрительно кивнул Хэнлай. — Не забывай всегда держать такую мощную силу под контролем. Кстати, контроль - тема нашего первого занятия! Клановец ловко взлетел на перила, приготовившись к полету, и махнул крылом, призывая павлина следовать за ним. Окинув прощальным взглядом комнату, Юхэй последовал примеру старшего сородича и оказался на перилах. Холодный поток ветра ударил по телу с новой силой, отчего павлин прикрыл глаза и невольно глянул вниз. Высота казалась ужасно непривычной, даже слишком. Первый и, как надеялся до этого дня боец, последний раз пикировать пришлось с огромной скалы. В сравнение с ней башня казалась лишь жалким макетом. Однако, Юхэй за небольшой промежуток времени уже успел отвыкнуть от подобной высоты, взяв в привычку прыжки только с маленьких зданий. В очередной раз павлину приходилось мысленно напоминать самому себе, какой он носит статус. Напоминание о лидерстве пусть и не сильно, но все же притупляло страх. Юхэй раскинул крылья, расправил хвост и камнем упал вниз, словно собирался покончить жизнь самоубийством. Практически преодолев эту, как ему казалось большую, высоту всего за несколько секунд, сын лорда с силой замахал крыльями и на уровне пятого этажа удачно вошел в воздушный поток. Приложив еще немного усилий, он набрал высоту и, вскоре, лишь изредка разрезал крыльями воздух для поддержания равновесия. Боец догадался о приближении клановца не поворачивая головы. Тот довольно усердно боролся со встречным ветром, стараясь нагнать друга. — Я полечу впереди и буду указывать дорогу, — крикнул Хэнлай, слегка вырвавшись вперед. — Не отставай! Юхэй с готовностью кивнул и внимательно следил за направлением полета своего наставника, иногда позволяя себе оглядывать проплывающий под ними остров. Богатый на красоту остров крайне быстро менял перед новым лидером клана одни окрестности на другие, не давая долго фокусировать взгляд на чем-то одном. Павлин миновал центр, пестрящий, даже днем, сотнями огней и домами, совершенно непохожими друг на друга. Удалось ненадолго остановить взгляд и на собственном, щедро подаренном, доме и на библиотеке, что хранила в себе столько тайн, до сих пор не изученных лидером целиком и полностью. Когда центр уже остался позади, боец невольно почувствовал гордость и даже ответственность за собственный город, для процветания которого он собирался приложить все возможные усилия. Не заостряя внимание на стремительно проносящихся лесах и полях, павлин уже начинал чувствовать слабую дремоту, когда в один момент сон как крылом сняло. Часто заморгав глазами, Юхэй, как зачарованный уставился на мирный залив. Он бы не счел нужным так внимательно осматривать его, если бы не признал в заливе то место, где когда-то находился на грани жизни и смерти. Прежде смутные очертания прошлого в одно мгновение стали необычайно яркими и отдались в голове неприятной болью. Соленая вода, практически заполнившая легкие, огромные волны, сдирающие перья и мясо с костей, острые камни, способные легко размозжить голову при ударе. Юхэй разом вспомнил эти болезненные события в своей жизни. Вспомнил, как всеми силами цеплялся за милосердно подаренную жизнь, рискуя потерять её навсегда. Павлина даже ненадолго посетила мысль опуститься вниз. Хотелось пройтись по месту, которое долго вселяло страх. Хотелось перебороть тот самый страх и покинуть этот залив уже навсегда. Попросту забыть, как жуткий и долгий сон. Юхэй до сих пор был бесконечно благодарен Хэнлаю за свое спасение. Не появись бывший лидер клана в нужное время в нужном месте, он уже был бы мертв. Такой благородный поступок боец никогда не забудет. Через некоторое время павлин миновал и другое, до боли знакомое, место. Маленький, с высоты полета, но, такой значимый в жизни лидера клана, госпиталь надежно зафиксировался в памяти. Юхэй прекрасно помнил тот день, когда благодаря магическому исцелению только оправился после болезни. Еще достачно слабый и неуверенный он стоял на самом краю скалы, готовясь к прыжку. Павлин невольно улыбнулся, прокручивая в голове тот момент, когда с недоверием слушал наставления Хэнлая. Вспомнил и длинную деревянную лестницу, на спуск по которой был готов потратить хоть целый день, только бы не нырять в пропасть, отправившись в быстрый, но до смерти пугающий полет. Как ни крути, а было в этих моментах что-то приятное и согревающее холодную душу. Павлин встряхнул головой, пытаясь прогнать мысли о прошлом и сосредочился на дороге, которая, судя по всему, уже подходила к концу. Он не сразу обратил внимание на то, что Хэнлай уже был на земле. Упустив нужный момент, Юхэй резко скосил вправо и, переборов встречный ветер, все же опустился рядом с учителем. Боец огляделся вокруг, созерцая красоту ранее не изведанного им места. Он стоял у подножья огромной скалы, с вершины которой шумным потоком сбегала вода, образуя водопад. С противоположной стороны подножья ледяная вода лилась в пропасть, образуя горную реку. Хэнлай повел ученика к обрыву, где между скалой и ревущим потоком образовывался узкий коридор, заслоненный прозрачной и тонкой стеной воды. По пути бывший лидер клана успел поведать павлину об этом месте. Водопад скрывал за собой основную силу, без которой ни одна птица на острове не смогла бы владеть магией. Это место было сердцем клана, питавшим организм одаренных магией. — Я привел тебя сюда, дабы древняя сила смогла пробудить в тебе энергию и раскрыть потенциал. — заключил Хэнлай, когда они практически достигли цели. Только вблизи Юхэй смог разглядеть странную пелену воды, издалека казавшуюся совершенно обычной. Казалось, что все, что скрывала вода, было погружено во мрак, резко исказив собственные черты. Боец коснулся крылом искрящейся от магии воды и резко отдернул его назад. Перья словно обожгло, чего павлин никак не ожидал от обычной, на первый взгляд, воды. Сын лорда покривился от боли и с недоумением посмотрел на учителя. — Я не просто так сказал тебе о контроле, — ответил Хэнлай на немой взгляд. — Ты должен научиться держать под контролем собственные эмоции, а в данный момент - страх. — клановец спокойно пронзил крылом стену воды и вытащил обратно. — Если сейчас сумеешь преодолеть боязнь перед этим магическим препятствием, то с легкостью пройдешь дальше. Юхэй вздохнул, признавая всю тяжесть обучения. Даже не прислушиваясь к собственным эмоциям он ощущал, как неприятно все тело бросало в жар от постепенно сковывающего страха. Павлин понимал свой вполне естественный страх перед неизвестностью. И если раньше он принимал этот факт, меняя направление, пусть даже на более трудное, то сейчас твердо решил преодолеть границу в первый раз. За то время, что боец жил на острове, ему удалось справиться со страхом, пришедшим во время полета со скалы. То преодоление старого себя уже было первым шагом и отступить назад прямо сейчас - значит признать собственную слабость. Юхэй закрыл глаза и сделал уверенный шаг вперед. Сотни чувств всколыхнулись внутри, среди которых, как показалось бойцу, он почувствовал собственную, еще слабую, магию. Столкнувшись с водой, павлин ощутил на себе неприятное жжение — магия всеми силами старалась зацепить и выпустить на первый план умело спрятанный страх - но было терпимо. Когда слабые болевые ощущения отступили, Юхэй раскрыл глаза и к собственной радости обнаружил, что ему удалось преодолеть эту магическую преграду. Оглядевшись, он обнаружил, что находится будто бы в куполе. По правую сторону была скала, а по левую - льющийся поток воды. Прямо перед Юхэем, на высеченной из камня поверхности, в воздухе парила сфера. Сгусток магии, имеющий форму, спокойно ливитировал в воздухе без какого-либо воздействия на него. Разбрасывая искры и издавая странный шипящий звук, сфера плавно переливалась, меняя цвета, что ощутимо влияло на атмосферу в куполе. Когда она приобретала холодные оттенки, то воздух постепенно становился ледяным, практически зимним. Поток воды замедлялся и Юхэю казалось, что он видит в нем маленькие осколки льда. Однако, стоило сфере осветиться теплыми оттенками, как воздух становился горячим и сухим. Вода моментально закипала и от неё валил густой пар. От такой резкой смены температуры, сердце Юхэя застучало в разы быстрее. Стихия же не трогала его и не наносила вреда здоровью, словно видела в нем одаренного. Наблюдая за сферой, павлин не заметил, как подошел Хэнлай. Бывший лидер клана прикоснулся крылом к сфере и та на секунду дрогнула. Боец заметил, что аура учителя осветилась зеленым светом. Через несколько мгновений тот сменился на синий, а после - на алый. Меж перьев замеркали еле заметные линии тех же цветов. Хэнлай перевел взгляд на павлина и оторвал крыло от сферы. Этого зрительного контакта хватило, чтобы боец понял своего наставника без слов. Юхэй подошел ближе и с готовностью опустил крыло на источник магии. Сын лорда невольно прикрыл глаза и перед ними замерцали различные символы, значение которых он не мог раскрыть, как ни старался. Огненно-красные и морозно-синие иероглифы оттесняли друг друга и смысл этого бойцу все же удалось познать. Мысли были спутанными и он понимал, что стихии красного и синего пламени старались взять над ним контроль. Павлину не удавалось создать гармонию между двумя противоположными направлениями магии, дабы полностью овладеть ими. Вспомнив о своем выборе, павлин решил сосредоточить сознание на красном пламени. Все тело резко передернуло и часть энергии выпорхнула из сферы, закружившись вокруг нового владельца бешеным потоком. Юхэй чувствовал, что терял контроль над собственным телом, как бы ни старался сдерживать дикую силу. Он открыл глаза и великое множество символов и линий заиграли перед его взором, сводя с ума. Крылья заискрились и кровь словно начала закипать. Ощущения были в точности, как во время первой встречи Юхэя и Лиджуан. И если в тот раз ему удалось подавить в себе бушующую энергию, то сейчас все тело заболело от невидимой тяжести, которую так хотелось сбросить с себя. Пламя словно разрывало плоть, умоляя выпустить его на свободу и с каждой секундой павлину было все сложнее удерживать такую силу. Отпрянув от сферы, Юхэй потерял самообладание и взмахнул крылом, надеясь избавиться от сковывающей тяжести. Неожиданно, крыло ученика встретилось с крылом учителя, крепко сжавшим чужую конечность. На мгновение перья Хэнлая вспыхнули огнем чужой магии, однако, в тот же миг пламя погасло, даже не оставив ожогов. Все видения перед глазами мгновенно испарились и алая магия прекратила сжигать все тело, оставив после себя лишь небольшую теплоту. Однако, она лишь затаилась глубоко внутри, ожидая того часа, когда Юхэй решит воспользоваться ей вновь. — Почему ты остановил меня, когда магия вырвалась наружу? — поинтересовался павлин, вспомнив, как клановец сжал его крыло. — Я всего лишь помог тебе не навредить самому себе, — ответил Хэнлай. — Твоя магия еще слишком слабая и не может причинить мне вред. Поэтому я принял её удар на себя. Боец лишь пожал плечами и поспешил выйти из купола. Жаркое пламя магии, казалось иссушило все тело и Юхэй прильнул клювом к льющемуся потоку воды, в надежде утолить жажду. От холодной воды подрагивали крылья и намокала одежда, но сын лорда продолжал пить, наслаждаясь этим моментом. Только спустя несколько минут он оторвался от водопада, переводя дыхание. — Здесь и проведем наше первое занятие, — Хэнлай привлек внимание ученика и подошел ближе. Он изогнул перья и едва заметные потоки начали собираться над крылом. Постепенно крыло загорелось голубоватым огнем, который под влиянием магии вскоре сформировался в сферу, подобную той, что Юхэй видел под куполом, и та мирно левитировала над крылом. Хэнлай подержал в воздухе сформированный сгусток магии еще некоторое время и поднял на павлина глаза, тепло улыбнувшись. — Попробуй также, — сказал клановец и перестал воздействовать на сферу. Она резко погасла, обратившись тусклой дымкой. — Я тебе помогу. Первое задание не казалось сложным. По крайней мере, так думал боец. Однако, трудности возникли уже на первом этапе. Павлин чувствовал, что красное пламя бурлило горячим потоком в его молодом теле, а как вызвать это самое пламя - не знал. Для наилучшего эффекта он прикрыл глаза и постарался прислушаться к колебаниям в своем организме. Запомнив все движения учителя, ученик точно также выставил крыло вперед, слегка согнув перья, и представил над крылом парящую сферу. Увы, это не дало должного результата и боец лишь почувствовал, как крыло нагрелось от подступившей к нему магии. — Запомни: любое заклинание, даже самое простое - это поэтапный процесс. — видя первую ошибку лидера клана, Хэнлай решил дать совет. — Чем опытнее ты будешь становиться, тем лучше будет поддаваться магия. У меня это происходит буквально рефлекторно. — Юхэй криво усмехнулся, признавая, что не может с этим поспорить. — Представь, что тебе нужно развести костер. Сколько действий понадобится для достижения результата? Весьма полезная подсказка вселила в павлина уверенность и он решил попытаться вновь. Сын лорда закрыл глаза и представил, что высекает над крылом искру, необходимую для разгорания пламени. Почувствовав приятное тепло, свидетельствовавшее о правильном ходе мыслей, Юхэй открыл глаза и увидел, как перья на конце крыла мирно полыхали алым огнем. Павлин не мог оторвать восторженного взгляда от собственного крыла. Он и подумать не мог, что когда-нибудь его конечность будет гореть, а боли чувствовать он не будет от слова совсем. Это было лишь началом и Юхэю еще предстояло превратить непокорное пламя в сферу. Он снова закрыл глаза и направил всю силу магии на пламя, стараясь придать ему необходимую форму. Заклинание можно было практически назвать удачным. Буквально на долю секунды что-то похожее на сферу повисло в воздухе. И тут же превратилось в полыхающий огненный шар, взорвавшись сотнями искр, не выдержав потока магии. Огорченный, но не сломленный первой неудачей, Юхэй всеми силами заставлял сферу парить в воздухе. Магия словно не могла остановиться и превращала обыкновенное светило в смертельное оружие. Иногда пламя и вовсе затухало, даже не успев принять нужную форму. Спустя десятки неудачных попыток павлин так и не смог понять, на каком этапе он допускал ошибку. — Юхэй, не нужно призывать на помощь всю силу магии, — Хэнлай вновь решил поделиться опытом. — Тебе нужно создать и удержать в воздухе всего лишь маленькую сферу. Для этого понадобится небольшое количество энергии. Уже не веря в положительный исход, боец попытался успокоиться и рассчитать необходимый поток энергии. Отбросив излишнее напряжение, от которого вся накопленная магия сосредотачивалась на одном заклинании, Юхэй слегка напряг крыло, направив в него незначительную часть энергии. Увидев, как пламя медленно формируется в сферу, лидер клана уже приготовился к тому, что она снова взорвется или попросту погаснет. Однако, маленькие языки пламени упорно собирались воедино и вскоре боец добрался до последнего этапа в заклинании, которого так долго ждал. Кроваво-красная с примесью черного, подобно оперению своего владельца, сфера ровно горела, повиснув над крылом. Тихонько шипя и разбрасывая в стороны искры, она продолжала стабильно светиться даже после того, как Юхэй осторожно убрал крыло. Хэнлай заинтересованно взглянул на результат первого заклинания, приблизившись к павлину. Рассматривая левитирующую сферу, бывший лидер клана на мгновение вспомнил себя, еще совсем юного. В тот день отец впервые обучал павлина магии.

***

Хэнлай вышел в самый центр зала, робко осмотревшись вокруг. Пара лет, проведенных на острове, казались павлину лишь парой дней и он по-прежнему ощущал себя некомфортно в непривычной обстановке. Каждую ночь, ложась спать, Хэнлай смотрел в окно и тихонько всхлипывал, вспоминая о прошлом. Вспоминал свой родной, пусть небольшой, но такой уютный, город, в котором он родился и прожил несколько счастливых лет своей жизни. Прокручивал все радостные моменты, проведенные с отцом - который погиб во время этого проклятого шторма - и матушкой, которая уже наверняка скончалась, не выдержав потери единственного сына. Хэнлай до сих пор не считал Вейшенга своим новым отцом. Хотя он относился к подопечному с максимальной теплотой и обучал многим навыкам, о каких в детстве павлин мог только мечтать. Все же ястреб казался ему чужим и будущий лидер клана не спешил полностью доверять приемному отцу. Однако, Хэнлай благодарил судьбу за счастливое спасение не только самого себя, но и единственной близкой из оставшихся птиц - Дингксианга. — Хэнлай, — стоило Вейшенгу произнести это имя, как павлин тут же сложил крылья и почтенно поклонился. — Это твой первый экзамен и сегодня я узнаю, сумел ли ты обучиться первому заклинанию. Вызови шар света. Хэнлай выставил крыло вперед и изогнул перья, как учил отец. Павлин в течение нескольких дней внимательно слушал все наставления отца, стараясь не упустить что-нибудь важное. За его спиной уже были успешно пройденные уроки по владению холодным оружием и наступление нового этапа в виде обучения магии не должно было закончиться неудачей. Хэнлай тщательно готовился к первому экзамену и все таки заметно нервничал, какую бы стену сосредоточенности не выстраивал перед наступающим волнением. Павлин закрыл глаза и представил, как высекает искру для разведения воображаемого костра. Первый этап был позади и будущий лидер клана рассмотрел крыло, спокойно полыхавшее зеленоватым пламенем. Отвлекаться на неестественное для него явление Хэнлай не стал и сосредоточился на создании магической сферы. Из лекций ястребя павлин уже знал о том, что заклинание было крайне простым и для его воплощения была необходима лишь небольшая часть энергии. Пламя не сразу поддалось влиянию начинающего чародея. Однако, постепенно приобретало нужную форму и, вскоре, Хэнлай своими глазами увидел, как над его крылом взмыла сфера и покорно зависла в воздухе, поблескивая мягким зеленоватым свечением. Вейшенг одобрительно кивнул головой, давая понять, что экзамен был успешно сдан. Прячя, разрывающие все тело на части, радостные эмоции за барьером ледяного спокойствия, Хэнлай взмахнул крылом, превратив шар света в тусклую дымку. Лишь когда ястреб подошел ближе и обнял сына, павлин дал волю чувствам и едва не расплакался от счастья, делясь с отцом переживаниями, что терзали его во время подготовки к экзамену. Вейшенг молча улыбался и гладил сына по голове, позволяя выговориться будущему лидеру клана. — Поздравляю с успешной сдачей первого экзамена в области магии, — заговорил ястреб. — Впереди тебя ждет еще много интресных, но сложных заклинаний. Если будешь внимательно слушать мои советы, а главное - верить в себя, то обязательно добьешься успеха и станешь достойным наследником. — Если у меня когда-нибудь будет ученик, то первое, чему я его обучу - будет создание этой магической сферы! — гордо ответил Хэнлай и ястреб тихонько усмехнулся. — Не сомневаюсь!

***

Юхэй осторожно провел перьями по поверхности сферы, всколыхнув её. Он позволил себе полюбоваться на собственное творение еще несколько счастливых мгновений, прежде, чем погасил энергетический шар, обратив его кровавой дымкой. Хэнлай все это время не сводил гордого взгляда с ученика. Он смотрел на молодого Юхэя и тот час видел в нем себя, еще юного и неуверенного, впервые сдававшего экзамен по магии несколько сотен лет назад. В глазах подопечного учитель легко считывал необычайную радость, которую тот умело скрывал, и вновь видел себя, разрывающегося от эмоций, в тот день. — Первый и крайне удачный экзамен позади, — Хэнлай пожал крыло Юхэю, дружески улыбнувшись. — Не могу не поздравить с этим событием! Павлин ничего не ответил. Он почувствовал, как участилось сердцебиение, а дыхание стало тяжелым, словно после изнурительной тренировки. Продолжать разговор стоя было уже не так просто и боец лег на нагретую солнцем землю, раскинув крылья. Использование магии в течение длительного времени вызывало усталость даже при должной подготовке. Сын лорда, что начал познавать всю силу магии только сегодня, был полностью измотан и старался привести дыхание в норму, а мышцы - заставить двигаться. — Пока отдыхаешь, я расскажу об этом месте. — произнес павлин, присаживаясь рядом. Юхэй собрал мысли воедино и приподнял голову, с интересом уставившись в сторону собеседника. — Еще очень давно магическая сфера находилась в храме клана Лунного света. Клановцы приводили одаренных птиц в храм ради соприкосновения с волшебной сферой. В то время любой из живущих на острове мог овладеть магией. Однажды, и мне отец позволил прикоснуться к этой сфере. Все было прекрасно, до тех пор, пока не настал тот день, который я до сих пор вспоминаю со страхом. Хэнлай на секунду остановился и потупил взгляд, но продолжил: — Мой младший брат Дингксианг развязал кровавую войну, желая стать лидером и получить власть над всем островом. Я видел, как в его сердце разгоралось пламя ненависти, но ничего не мог с этим сделать и просто надеялся, что он не доведет ситуацию до такого состояния. Дингксианг сломил волю очень многих птиц и заставил их встать под его знамена. Он обучил безжалостных бойцов магии настолько опасной, что полная сила оной известна лишь ему. Ночь нападения на клан он выбрал не случайно. Хэнлай сжал в крыле свой амулет, словно надеясь, что тот поможет ему. Голос павлина задрожал, однако он продолжил рассказ: — Все дело в том, что магическая сфера и действующий лидер клана тесно связаны между собой. Всего раз в несколько сотен лет, буквально на одну ночь, наступает явление кровавой луны. Как раз в эту ночь сердце клана наиболее уязвимо. Если на завете красной луны магическую сферу обагрить кровью лидера, то клан Лунного света падет навсегда. Магия полностью исчезнет, ослабив всех птиц. Остров погрузится во мрак и в конечном счете превратится в настоящий ад. Хэнлай всхлипнул, с трудом сдерживая слезы: — Этого и добивался Дингксианг. Он серьезно ранил отца, как самого значимого соперника, и к тому же завладел немалой частью его магии. С той ночи отец потерял прежнюю силу и я, увы, не могу рассчитывать на его помощь. А меня этот злобный лебедь хотел убить больше всего! Я был его путем к долгожданной власти и препятствием одновременно! Он намеревался притащить мой изувеченный труп в храм и облить моей кровью сферу. К большому счастью для всех нас победу удалось одержать, но Дингксианг выжил и до сих пор где-то скрывается, явно собираясь исполнить свое обещание. Решение перенести магическую сферу в более безопасное место было принято в самый рискованный момент, но другого выбора не было. Хэнлай закончил рассказ и закрыл глаза предавшись воспоминаниям. Давние события сейчас так ярко отобразились в памяти, словно произошли только вчера.

***

Запах крови и горящих тел, пораженных магией, доводил до безумия каждого из бойцов, сражающихся за родную землю уже который час. Вся округа охвачена огнем и завалена горой трупов и лишь единственное священное место, до сих пор не тронутое беспощадной стихией магии красного пламени, держало оборону. Лучшие клановцы, которых оставалось не больше десяти, распределились по всему храму, отбивая атаки превосходящей по численности армии противника. — Лианг, Вейшенг собирается принимать хоть какое-ниибудь решение? — крикнул Варганар, всадив кинжал в горло одной из птиц, которым, уже казалось, не было конца. — Не пройдет и часа, как мы все здесь поляжем. Измученный долгим боем, и едва формирующий мысли в голове, Лианг развернулся и злобно, почти как на врага, взглянул на молодого беркута. Как бы не был талантлив Варганар, недавно ставший главным архитектором клана, орел не мог стерпеть его дерзкого характера. Даже сейчас, в критической ситуации, Лианг ждал более уважительного отношения к старшему воину. — Он сражается на равных с нами, — нервно ответил орел. — И что по-твоему он должен сделать? Варганар сплюнул кровь и выскочил из храма. — Я не знаю! Но, пока наш доблестный лидер клана прячется за спиной отца, победы ждать не стоит! Вейшенг и Хэнлай отбивались от армии Дингксианга, прорывающейся к главному входу, но тщетно. Бойцы красного пламени яростно прорывались вперед, а силы отца и сына заметно иссякали. Двое изувеченных птиц оттеснили выдохшегося павлина к обрыву, надеясь этой ночью отдать лебедю мертвое тело брата и покончить с кланом Лунного света навсегда. Меч взмыл в воздух, готовясь пронзить грудь перепуганного лидера, в ту же секунду, когда острый клинок, разрывающийся от магии, со свистом разрезал воздух и вонзился в спину темного война. Павлин воспользовался возможностью и пустил кровь второго бойца. Почти сразу к нему подбежал беркут и схватил Хэнлая за одежду, словно тот и не был выше его по статусу. — Хэнлай, какого дьявола, ты еще здесь?! — заорал Варганар в приступе бессильной злобы. — Ждешь, пока твоя кровь прольется на сердце клана и наступит неизбежное поражение? Забери сферу из храма и спрячь её как можно дальше отсюда - это приказ твоего отца! Беркут врал. Вейшенг из последних сил отбивался от врагов и не слышал диалога. Тем более не давал сыну такой приказ. Варганар принял решение сам и понимал, что если с Хэнлаем или сферой что-либо случится, то смерти ему не избежать. Однако, на кону были судьба клана и недавно обретенного статуса, потому беркут был готов рисковать. Хэнлай поверил и с готовностью взмахнул крыльями, устремившись в направлении храма. Слабость выводила лидера из колеи и сил хватило влететь в разбитое окно только двенадцатого этажа. Нужно было подняться на последний этаж, схватить сферу и отнести её в безопасное место. Звучало просто, но не во время кровавой войны. Павлин бежал вверх по ступеням, дергаясь от ужасного смрада и вида мертвых птиц, которых он знал уже столько лет. Вбежав на конечный этаж, Хэнлай позволил себе на мгновение остановиться, дабы перевести дыхание. От поднявшегося до предела адреналина и сильной усталости уже начинало тошнить, а сердце, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. Дверь была целой, ни единой царапины, как и весь девятнадцатый этаж. К счастью Хэнлая, никто из армии Дингксианга не успел сюда добраться. Сфера мирно парила в воздухе, переливаясь и отбрасывая искры. Павлин подбежал к ней и взял в крыло, стараясь переместить всю магию в свой амулет. Энергия покорно потекла по венам в крыле, ненадолго согрев тело лидера, и надежно упряталась в полумесяце, выдавая свое присутствие лишь прежним переливанием всеми цветами радуги. Хэнлай поплотнее надел разорванное ханьфу и, вздохнув, бросился к окну. Разом он выбил стекло и вылетел на улицу, замахав крыльями. Он улетал все дальше от основного эпицентра событий, тщательно ведя поиск безопасного места. Потоки лавы и выженная огнем местность, едва видневшаяся из-за едкого серого дыма, начала сменяться живой нетронутой природой. Здесь, словно на другом острове, была обычная жизнь. Шел сильный ливень, позволяющий наконец наполнить легкие свежим и чистым воздухом. Перья и одежда павлина промокли насквозь и он из последних сил делал взмахи крыльями. Когда же держать себя в воздухе уже не было возможности, Хэнлай тяжело опустился на скалистую местность у водопада. Лидер клана лег на спину, драматично раскинув крылья и хвост. В глазах сильно темнело от давления и черная ночь только усугбляла положение. Каждый вдох отдавал сильной болью в груди, а дышать приходилось усиленно. Холодный дождь хлестал по телу павлина и ему казалось, что он попросту потеряет сознание. Хэнлай приложил крыло к сердцу и принялся медленно залечивать самого себя магией. Необходимо восстановить силы, ведь еще предстояло упрятать сферу в этой местности и вернуться к храму, чтобы спасти клан Лунного света от армии Дингксианга.

***

— Думаю, пора возращаться домой, уже начинает темнеть. — вздохнул Хэнлай и посмотрел на павлина. — У тебя завтра все-таки первый день учебы в академии. Вспомнив о завтрашней учебе, Юхэй усмехнулся и отправился в обратный путь. Всю дорогу ученик и учитель молчали, погрузившись в собственные мысли. Юхэй почти не думал о том, что рассказал ему о прошлом Хэнлай. Первое и самое сильное впечатление он получил после прочтения книги и сейчас не придавал прошедшей войне особого значения. Его больше занимали первые успехи, произошедшие сегодня. Боец только пустил по венам энергию, как уже выполнил первое задание практически без ошибок. Он гордился собой и от радости даже был готов пойти на учебу, ведь теперь надеялся, что там сможет улучшить свои навыки. Бывший лидер клана напротив, рассказав о своем прошлом, вновь погрузился в него. Он со страхом вспоминал все то, что ему чудом удалось пережить той ночью. Хэнлай вспоминал о выжившем брате и боялся, что тот объявится вновь. Боялся, что война вновь опустится на остров в ближайшие дни. Только на этот раз более страшная и кровопролитная и с совершенно неизвестным исходом. Домой они добрались уже ближе к ночи, когда последняя полоса света сверкала в небе и еще не была поглощена чернотой. Юхэй распахнул дверь и дом встретил своего владельца кромешной тьмой и легкой прохладой. Уставший после насыщенного дня, павлин добрался до кровати и тяжело опустился на неё, закрыв глаза. Постепенно проваливаясь в сон, он видел перед собой мелькающие картины минувшего дня. Дремавшая магия восстановила собственные силы и теперь ласкалась к телу приятным телом, надеясь, что носитель решит воспользоваться ей прямо сейчас. Однако, боец хотел лишь спать. — Пусть моя кровь закипит сегодня ночью! — прошептал Юхэй в темноту.