Край Земли

Острые шипы веток непроходимых зарослей полоснули по лицу Варганара. Он тут же отступил назад и схватился крылом за лицо, уже зиявшее десятками мелких порезов. Неприятная боль, полученная от, неожиданно вступившегося за свою жалкую жизнь, кустарника моментально сменилась вспышкой гнева. Беркут сделал резкий взмах мечом. Остро заточенное лезвие, со свистом разрезав воздух, легко разрубило живую изгородь, расчистив дальнейший путь для двух клановцев. Мост над пропастью, у которого должно было свершиться едва ли не самое судьбоносное сражение, становился ближе с каждой секундой. С каждым пройденным шагом, Варганару казалось, что боковое зрение целиком и полностью затуманивалось и в зоне видимости оставалась лишь узкая тропа, ведущая к назначенному месту. Беркут ускорялся, отчего Лианг едва мог нагнать его. Глаза мастера по холодному оружию налились кровью, а крыло, крепко державшее рукоять верного меча, дрожало от злости и страха. Изрядный выброс адреналина сыграл по правилам Варганара и затмил его сознание до того момента, когда бойцы добрались к месту боя. Беркут в мгновение ока очнулся, услышав, как гуляет ветер на самой глубине пропасти, огибая острые обломки валунов. Хлипкий мост, из треснутых досок и старых канатов, неистово раскачивался из стороны в сторону, повинуясь силе беспощадной стихии воздуха. Глядя на это архитектурное строение, на ум приходили лишь мысли о том, что сей мост не выдержит и самую легкую птицу острова, стоит ей только вступить на одну из досок. А в грядущую битву на мосту готовились вступить двое сильнейших бойцов клана, обвешанные холодным оружия. От подобных мыслей Варганар почувствовал тошноту и нервно сглотнул, сделав шаг назад. Лианг вызвался проверить прочность моста на себе, не подозревая, что подобное действие могло повлечь за собой роковые последствия. Все неучтенные опасения, медленно накалявшие атмосферу главы, словно были услышаны и оказались явно не на стороне света. Шаг за шагом, орел осторожно ступал на хрупкие доски, медленно продвигаясь вперед. Оказавшись над самым центром пропасти, он несколько раз нанес удар ногой по импровизированному мосту, готовясь взлететь в любую секунду, ведь оказаться в ситуации, где от кровавого месива из собственного тела его будут отделять лишь несколько секунд свободного падения, Лиангу не хотелось никаким образом. В то мгновение времени, когда орел собирался сообщить беркуту более менее приятные вести, случилось то, чего никто из птиц не мог предвидеть. Прямо за спиной Варганара, уже на территории клана Лунного света, неожиданно возникли двадцать темных воинов. Где они скрывались и каким образом оказались по ту сторону моста, одному Богу было известно. Беркут едва успел развернуться, как враги оцепили его полукругом, оттесняя бойца к пропасти. Группа из тридцати противников, возглавляемая Дингксиангом, оказалась и с другой стороны, поставив тем самым двух клановцев в практически безвыходное положение. Мгновения молчаливых взоров перед кровавым боем затянулись. Часть армии переглядывалась, ожидая приказа лебедя. Однако, один из врагов, посчитавший, что птицам, одаренным способностью полета, мост ни к чему, посмел нарушить тишину. Сбросив с себя тяжелое оружие, он взмахнул крыльями и взмыл вверх, устремившись к противоположной стороне. Спустя несколько секунд сталь пронзила слух всех присутствующих. Брошенный Лиангом клинок вонзился, уверенно летящей птице, точно в грудь. Алая жидкость брызнула во все стороны и сотни мелких капель чужой крови окропили белоснежное оперение орла. Раненый противник истошно заорал и беспомощно замахал ослабшими крыльями, стремительно падая в бездну. Мерзкий хруст костей где-то в глубине пропасти окончательно подтвердил смерть недалекого воина. Раздвоенный лязг мечей с обеих сторон пронзил воздух. Варганар и Лианг обнажили оружия, приняв боевые стойки. Их сердца дрожали от страха и волнения, но тренированные тела оставались непоколебимыми. — Убить их! — яростный крик Дингксианга разлетелся на всю округу. Тот час темные воины метнулись на своих противников, попутно вырывая мечи из ножен. Варганар моментально взмахнул крылом, выбросив из рукава несколько спрятанных лезвий, некоторые из которых удачно добрались до своих целей. Трое врагов заметрво упали на землю. Первый, кто успел подступить к беркуту на предельно близкое расстояние, был пронзит острием меча. Взмахнув мечом, клановец отбросил мертвое тело в другую птицу, вывев её из боя. Он старался держаться, как можно ближе к обрыву, дабы никто из врагов не мог напасть на него со спины. Варганар уже было собирался со всего размаху рубануть следующего соперника, как вдруг силуэт нападавшего буквально растворился тьмой перед лезвием его меча. А в следующую секунду нечто появилось прямо за спиной беркута и, схватив за шею, начало душить. Чужая магия обожгла горло, моментально обернувшись темнотой в глазах. Одновременно ударив, и оттолкнувшись от, врага, нацелившегося мечом в самое сердце Варганара, он упал в пропасть вместе с предыдущим противником. Однако, в последнюю секунду успел уцепиться крылом за край моста и, подтянувшись, вновь оказался втянут в битву. Первого из атакующих Лианг даже не стал ранить. Оценив все свои возможности, орел взлетел на канат, держащий мост, и вцепился в него когтями. Сменив центр тяжести, он качнул мост, когда враг был совсем рядом. Потеряв равновесие, темный воин выронил меч и упал на хрупкие доски. Спустя мгновение, он уже падал в пропасть с отчайным криком. Сосредочиться в самом пылу битвы и в подобном акробатическом положении было по меньшей мере нереально. Лианг кривым жестом метнул в другую птицу что-то вроде огненной стрелы, до конца не понимая каким заклинанием он воспользовался, и едва не промахнулся мимо цели. Взглядом оценивая врагов, их и свои возможности, орел понимал, что бой грозит закончиться плачевно. Даже если они с Варганаром одержат победу, то сил на битву с Дингксиангом у них не останется от слова совсем. Энергия, как физическая, так и магическая, будет истощена полностью. Оставшись без оружия, Варганар почувствовал еще больший прилив адреналина. Схватил крыло, замахнувшегося мечом, воина, беркут буквально начал иссушать его. За считанные секунды крыло врага рассыпалось черной трухой. Завладев чужим мечом, клановец сильным ударом ноги уронил птицу без крыла на землю и, резко развернувшись всем корпусом, рубанул другого соперника с такой силой, что обезглавленный труп отлетел на несколько метров. Мысли беркута и орла в те мгновения оказались невероятно схожи. Каждый из них думал о возможности быстро и эффективно закончить бой и к первому уже начинали подступать подходящие мысли. За несколько энергозатратных движений, Варганар удачно обогнул всех противников и оказался в центре моста, встав спиной к спине с Лиангом. — Лианг! — тяжело дыша выкрикнул беркут. Сейчас он больше всего надеялся, что сумеет правильно донести свои мысли до орла, ведь времени было совсем мало. — Как только все, или большая часть армии, окажутся на мосту, мы должны отлететь вправо и обрубить канаты. Иначе, мы их не победим! — Думаешь, получится? — с недоверием спросил орел, метнув очередной поток магии куда-то в толпу. — Выбора нет. Придется рискнуть! Противники, окружившие пропасть по правой и левой сторонам, становились ближе с каждой секундой. Их острые мечи пронзали воздух, а бездушные глаза наливались кровью от злобы. Лианг и Варганар мысленно отсчитывали каждое мгновение, параллельно наблюдая за, вступавшими на мост, врагами. Застав противников врасплох, они одновременно взмыли в воздух. Вся тяжесть снаряжения тот час опустилась на плечи клановцев тяжелейшим грузом, грозясь отправить их на дно обрыва. Однако, птицам удалось опуститься у самого начала моста, отбросив от него двух воинов. Резкий взмах двух мечей и острые лезвия моментально обрубили параллельно натянутые канаты. Мост, теперь державшийся лишь на одной стороне, стремительно полетел в противоположную стену оврага. Большинство воинов, оказавшись во власти воздуха, отправились в, безысходный для них, последний полет. Оставшихся птиц тьмы, чудом удержавшихся на оборванном мосте, также постигла незавидная участь. Стена твердых острых камней встретила своих жертв со всей жестокостью. Хруст досок и костей, омытый горячей кровью, слился воедино и изувеченные тела безмолвно скрылись в черной пасти оврага. Дингксианг, даром потерявший часть армии, застыл в немом ступоре. Его замершее крыло разжалость и меч со стальным звоном упал на землю. Секунды непонимания и обессиленности очень быстро сменились приступами гнева и боли. Повинуясь жажде мести, лебедь едва не заставил себя пересечь глубокую пропасть с помощью крыльев. Видение перед собой двух вооруженных клановцев и осознание полной беспомощности во время полета удерживали его от навязчивой идеи. Использование магии в подобной ситуации было также бессмысленным: приличное расстояние давало возможность Лиангу и Варганару среагировать на любую неожиданную атаку. Оставалось лишь продвигаться к храму обходным путем. — Все за мной! — скомандовал Дингксианг и оставшиеся в живых воины молча двинулись за ним. Не сговариваясь, Лианг и Варганар тут же рванули в обратную сторону, надеясь добраться до храма, и предупредить об опасности, раньше, чем лебедь и его армия.

***

Хэнлай нервно вертел кинжал в крыльях, погрузившись в собственные мысли настолько глубоко, что даже не замечал порезов, оставленных вследствие невнимательных движений. Поднимая взгляд на окно, за которым все сильнее сгущались сумерки, а ночь была готова окутать остров, он начинал нервничать до дрожи во всем теле. До явления кровавой луны оставалось все меньше времени и ужасная война, оставленная далеко в прошлом, должна была напомнить о себе вновь. Павлин совершенно не знал, к какому тактическому маневру врагов стоит готовиться и молча ждал, осознавая насколько не равны их силы. Бывший лидер клана лишь надеялся, что судьба не забрала жизни орла и беркута. Ведь потеря двух лучших бойцов Лунного света неизбежно подписывала смертельный приговор всем птицам острова. Юхэй, крепко сжимая меч в крыльях, стоял у самых ворот храма, и старался не прикрывать глаза перед последними лучами закатного солнца. Глядя вдаль, павлину казалось, что он видит приближающиеся силуэты птиц, восставших со страниц древней книги. Сотни черноперых воинов, тщательно скрывавших свой лик под мрачной рваной одеждой продвигались вперед. Клинки их острых мечей волочились за своими владельцами по земле, оставляя в мягкой почве глубокие следы. Создавалось впечатление, что эти птицы когда-то были мертвы, а сейчас выбрались из своих могил. Они не шли грозно и величаво, подобно армии импратора. Все воины двигались хаотично, словно по мере лишь собственных сил и возможностей. Они цеплялись лапами за корни деревьев и камни, отчего некоторые падали на землю, но вновь поднимались. Впереди всей безликой толпы, ведя её за собой, твердым уверенным шагом ступал лебедь. Под последними лучами солнца, на фоне индиговой мантии, его выжженое оперение казалось окровавленным. Предатель клана не позволял себе склонять меч к земле и решительно держал его перед собой на согнутом крыле. В тех местах, куда ступала нога лебедя, трава тут же сгорала, оставляя лишь треснутую почву. Не мигающий взгляд красных и злобных глаз смотрел прямо на стражника. Вздрогнув всем телом, Юхэй замотал головой и вновь вгляделся в чернеющую даль, часто моргая. Все жуткие видения, навеянные встревоженным и возбужденным сознанием, тот час рассеились. Однако, два силуэта, стремительно приближавшихся к храму, оставались неизменными. В темноте было непросто разглядеть тех, кто становился ближе. Павлин с облегчением выдохнул, когда признал в двух птицах Лианга и Варганара. Впрочем, обратив внимание на ранения и взбудораженные взгляды клановцев, лидер клана понял, что пришли птицы явно не с благими вестями. — Собирай всех бойцов, — без долгих предисловий начал Лианг. — Армия Дингксианга уже идет сюда! — А мост? — спросил сын лорда, стараясь держаться спокойно, подобая собственному статусу, хотя страх уже начинал окутывать его. — Вам удалось уничтожить единственный источник пересечения? — Не единственный, — резко перебил его орел. — На эту часть острова можно попасть еще несколькими путями, а мост - лишь самый короткий из них. Нам с Варганаром удалось убить около сорока воинов, но это ничтожно мало. Дингксианг остался жив и вскоре приведет сюда уже всю армию! Дальше Юхэй не слушал. Теперь им двигала лишь одна цель: как можно быстрее сообщить всем об опасности и собрать собственное войско.

***

Бессильный гнев овладевал Дингксиангом сильнее с каждой минутой. Он едва отправился войной на ненавистный ему клан, как тут же потерпел поражение в битве у моста. Эта неудача ужасно злила кровавого Бога, а пугала - еще сильнее. Если и в этот раз ему не будет суждено убить лидера Лунного света, то демон жестоко расправится с ним. От прилива незавидных мыслей лебедь судорожно сглотнул и постарался отогнать их как можно дальше. Густой и, казалось, бесконечный лес наконец начал редеть. Сдвинув крылом ветку дерева, Дингксианг увидел храм вдали. Высокая темная башня, казалось, внушала страх, но только не в сердце лебедя. Он прекрасно знал, что это всего лишь никчемная постройка, на защите которой стоят такие же ничтожные бойцы. Этой ночью кровавый Бог был твердо намерен навсегда покончить с ненавистным ему кланом и птицами острова. Все окна одинокого здания были черными. Дингксианг не мог разглядеть даже тусклого огня свечи за стеклами. Ни одной живой души не было поблизости, отчего стояла гробовая тишина. — Там никого нет, — с неким сожалением в голосе сказал лебедь, обернувшись к остальным. — Может, они решили сдаться без боя? — Неважно, — холодно ответил демон. — Отправляйся с армией к храму, найди Хэнлая и убей его. Я начну поиски этой проклятой сферы! Как только мы прольем кровь лидера на сгусток этой магии, все закончиться. Ответив призраку молчаливым кивком, Дингксианг взмахнул крылом и двинулся вперед, ведя за собой войско. Темные воины послушно следовали за ним, безжалостно разрубая ветки молодых и старых деревьев, что раскидывались на их пути. Лебедь приблизился к воротам храма, но ничего не изменилось. Могильные тишина и пустота продолжали царствовать на территории Лунного света. Приложив крылья к тяжелому стальному засову, кровавый Бог прикрыл глаза. Закаленный металл легко поддался чужой магии и вскоре осыпался серым прахом. Прочные доски ворот, прослужившие ни одно столетие, моментально прогнили и едва держались на своих местах. Дингксианг ударил мечом по воротам и те в миг рассыпались в щепки. Полностью убедившись в отсутствии всех клановцев на территории храма, птицы мрака заметно осмелели. Некоторые, опередив лебедя, первыми выступили вперед, подняв мечи над головой. Звук разбитого стекла резанул по слуху всей армии, нарушив мертвую тишину. Стальной клинок, пробив окно, вылетел на улицу с третьего этажа башни. Разрезая воздух с мерзким свистом, клинок вонзился точно в шею одного из воинов. Из пробитой артерии хлынула черная, как уголь, кровь. Выдернув клинок из шеи, раненый успел сделать лишь пару неловких шагов и рухнул на землю, захлебываясь собственной кровью. Никто из присутствующих не успел до конца оценить всю серьезность ситуации, как из окна вылетел второй клинок. Дингксианг успел перехватить его крылом и, развернувшись, метнул обратно. После этого маневра, звон разбивающихся стекол слился в один оглушающий грохот. Разбивая своими телами окна, на улицу выпрыгивали птицы. Делая взмахи крыльями, они плавно, но молниеносно опускались на землю. Их легкая черная одежда, прикрывающая даже лицо, развевалась на ветру. Максимально темное одеяние сливалось со тьмой, делая бойцов практически невидимыми. Оказавшись на земле, клановцы, как по команде, обнажили длинные острые мечи и приняли боевые стойки. Не успев до конца оценить численность и силы возникших птиц, Дингксианг увидел, как его армию окружили остальные клановцы. Он не смог заметить их раньше, ведь темная одежда бойцов, позволяла им оставаться незамеченными, скрываясь в тени деревьев. — Засада! — только и успел вымолвить лебедь, разрываясь от гнева. В эту же секунду клановцы набросились на армию кровавого Бога. Они передвигались резкими непредсказуемыми скачками и переворотами. При такой скорости, в темноте можно было заметить лишь сверкающие мечи и холодные глаза бойцов. Каждый из воинов армии едва успевал сделать взмах мечом, как неожиданно зашедшая за спину птица быстрым точным движением перерезала ему горло. Один из таких клановцев набросился на Дингксианга. Преисполненный гневом, лебедь со всеху размаху отрубил ему голову. Прежде чем, обезглавленное тело рухнуло на землю, Дингксианг ударом ноги отправил его на встречу другому бойцу. Мертвая птица столкнулась с живой, лишив последнюю равновесия. Юхэй оказался в самом центре битвы союзников с врагами. Звон металла и крики умирающих оглушали его, а от стремительно проносящихся силуэтов уже рябило в глазах. Павлину, давно забывшему о реальных сражениях, было невероятно сложно держаться на одном уровне с более опытными бойцами. В судную ночь, где царствовала война, сыну лорда, привыкшему к обычным тренировкам, было суждено растеряться и застыть с поднятым мечом на одном месте, задумавшись над дальнейшими действиями. Лишь вид мрачного воина, готового зайти за спину клановца, храбро отбивавшего все атаки противников, вывел Юхэя из ступора. С мечом наготове, он бросился вперед, но было поздно. Воин армии лебедя полоснул лезвием по горлу клановца. Прижав в миг ослабшее тело к себе, он жадно впился клювом в кровоточащую шею. В эту же секунду, павлин прошил птицу насквозь. Одним движением выдернув меч, Юхэй остановился, ожидая, что поверженный соперник сейчас рухнет на землю. Однако, вовремя полученная, чужая кровь способствовала моментальной регенерации и заживлению всех ранений. Полностью исцеленный враг, стоявший секундой назад с раной в груди, что никак не совмещалась с жизнью, обернулся и накинулся на павлина. Выбив из крыльев последнего меч, воин, мощным ударом крыла, уронил его на землю. Лезвие вознеслось над лидером клана и тот покорно закрыл глаза, приготовившись к неизбежной участи. Хриплый крик и упавшие на лицо капли крови, заставили его вновь взглянуть на этот мир. Открыв глаза, Юхэй увидел, что птица, почти убившая его, уже лежит рядом без движения. Над павлином стоял Хэнлай. Протянув крыло, бывший лидер Лунного света помог сородичу подняться. Он едва раскрыл клюв, как боковым зрением заметил стремительно приближавшегося Дингксианга. Хэнлай метнул в него клинок, но, увы, промахнулся. Опасаясь за жизнь Юхэя и всего клана, старший павлин рванул к храму. Он уводил разъяренного врага с поля боя, готовясь наконец прикончить его в честной битве один на один.

***

Оказавшись в храме, Хэнлай, подобно выпущенной стреле, взметнулся на третий этаж. Нырнув за несущую колонну, он прижался спиной к холодному камню, медленно сползая вниз. От переизбытка адреналина и дикого страха, павлину казалось, что его сердце сейчас разорвется - столь сильно оно билось в груди. Сквозь его оглушающие удары бывший лидер клана постарался прислушаться к тишине, где каждый неосторожный вдох черно-белой птицы отдавался эхом по всей башне. Он уже успел привыкнуть к бесконечным крикам и звонам мечей, смешавшихся с треском магии, что до сих пор доносились с улицы. Хэнлай боялся, и одновременно жаждал, услышать шаги. Тяжелые и гневные, приближавшиеся с каждой пройденной ступенью. Неожиданный громкий треск дерева заставил павлина повернуть голову в сторону источника звука. Дингксианг, а клановец не сомневался в том, что это был именно он, пытался проломить дверь главного входа. Резко поднявшись с места, Хэнлай поспешил продолжить свой путь вверх по лестнице, панически ускоряя шаг. Он знал, что преследователь не остановится, пока не разделается со своей главной целью. Почти достигнув пятого этажа, павлин внезапно остановился. Пугающих звук шагов теперь донесся сверху, совсем рядом с ним. Тень, до боли знакомого силуэта, скользнула по правой стене. Глаза Хэнлая расширились, а кровь в жилах моментально вскипела, мучительно застывая. На лестничный пролет вышел Дингксианг. Казалось, что он совсем не изменился с последнего боя двух братьев. Клановец в его глазах видел лишь возросшую злобу, все больше оттесняющую последние остатки здравого рассудка. Увидев брата, лебедь вымученно улыбнулся. — Как же я скучал по этому трусливому взгляду, — кровавый Бог сделал еще один шаг вперед и обнажил свой меч. — Теперь я сам прекрасно вижу, что ты неуверен в том, что история повторится, ведь так? Хэнлай опустил взгляд. — Твои бойцы умирают один за другим, а мы - готовимся к бою один на один. В точности, как той ночью! — продолжил Дингксианг, приближаясь к противнику. — Но, сегодня ты будешь виноват в гибели своих собратьев и клана! Павлин поднял взгляд. Каждое слово лебедя выводило его из себя все сильнее, но он продолжал держаться. — Ты основал академию, думая, что в ней способны подготовить к настоящей войне. Увы, но ваше кунг-фу - лишь красивые танцы, а магия - просто красочные фейерверки в небе! — видя, как эти слова бьют по самолюбию клановца, Дингксианг ухмылялся. — Ты не способен защитить себя и обучить этому других! Кровавый Бог с размаху ударил ногой по лестнице, отпрыгнув на пролет. Ступени из векового камня тут же рассыпалась, словно песок. Не успев среагировать, Хэнлай упал вниз, ударившись спиной о лестницу нижнего этажа. Корчась от боли, он посмотрел вверх и был вынужден вскочить, ведь секунду спустя острие меча вонзилось туда, где он лежал. Дингксианг вновь взмахнул мечом, однако павлин умудрился ловко выбить оружие из крыльев противника. В приступе ярости, лебедь схватил соперника за шею и приложил к стене с такой силой, что тот проломил её своим телом и оказался в зале этого этажа. Хэнлай стремительно терял силы. Он лежал на холодном полу, пытаясь подняться, но выходило крайне печально. Замутненным зрением он смотрел, как в зал, через пробитую стену, заходит Дингксианг. Голова павлина жутко болела, он едва мог думать над созданием какого-либо заклинания. Сейчас кровавый Бог убьет его и, обнаружив, что отправил на тот свет не ту птицу, отправится вырезать всех клановцев до тех пор, пока не найдет истинного лидера. Лишь от осознания угрозы, нависшей над всем островом, Хэнлай нашел в себе силы для решающего боя. Подняв крыло, павлин пустил во врага огненную стрелу, объятую чистым светом. Пламенное порождение магии вонзилось лебедю прямо в грудь. Сильнейший взрыв, завершенный белоснежными вспышками ослепляющего сияния, сотряс весь храм. Кровавого Бога, обожженого сотнями иск, отбросило в едва державшуюся стену. Мощная опора начала стремительно разрушаться, засыпая Дингксианга обломками. Преодолевая боль, тот сумел подняться и отскочить в сторону, пока более крупные части стены не превратили его в окровавленного выходца из хоррора. Поднялся с исцарапанного пола и Хэнлай, держась за почти сломанную ногу. Двое заклятых врагов, ненавидящие друг друга до мозга костей, вновь встали напротив друг друга, стараясь до последнего сохранять боевой вид. Сила магии и физическая медленно покидала их. Крылья птиц, покрытые кровью и пеплом, с трудом держали на весу тяжелые мечи. Тела судорожно содрогались от боли. Лебедь двинулся на встречу павлину. Тот продолжал стоять неподвижно, ожидая, когда противник приблизится. Лишь меч тихонько подрагивал в его крыльях. Когда расстояние между врагами сократилось до предела, Хэнлай отбросил меч в сторону, чем заставил кровавого Бога застыть на месте в недоумении. Меж перьев павлина замерцали бирюзовые линии, чье количество и сияние увеличивалось с каждой секундой. Принимая совершенно иную боевую стойку, последнего обладателя которой уже никто не помнил, клановец поднял холодный и уверенный взгляд на врага. Радужка глаз моментально вспыхнула насыщенным зеленым цветом. Дингксианг провел крылом по шее, без слов намекая брату о его скорой гибели и взмахнул мечом, намереваясь исполнить обещанное в эту же минуту. Хэнлай перехватил крыло соперника и, подскочив, зацепился ногами за его шею. Свесившись вниз всем телом, он перебросил лебедя через спину, перехватив меч последнего во время приема. Дингксианг упал на пол и увидел, как павлин бросил ему меч, вновь готовясь продолжить бой без оружия. Кровавый Бог злился только сильнее, понимая, что проигрывает сражение. Следующие несколько минут Дингксианг бессмысленно размахивал мечом. Клановец легко уклонялся от каждой атаки, изматывая врага все сильнее, и наносил непредсказуемые удары без использования оружия. Когда лебедь вновь лишился меча, то вовремя возникший в крыле кинжал пронзил живот Хэнлая. Одежда в месте ранения тут же окрасилась в красный. Превозмогая боль, павлин схватил крыло Дингксианга, прежде чем тот успел выдернуть клинок. Развернув противника на сто восемьдесят градусов, клановец вывернул крыло кровавого Бога, ломая кость. Подхватив оброненный кинжал, Хэнлай приставил его к шее, хрипевшего от боли врага. — Так вот, что чувствовал отец, — переводя дыхание сказал бывший лидер клана. От злости он сильнее сдавил шею Дингксианга, отчего тот невольно начал склоняться к полу. Однако, павлин не позволил ему упасть, заставляя держаться на ногах. — Ты ведь перерезал ему горло той ночью! Чем он заслужил такую смерть? — Я не убивал его, — еле слышно прохрипел лебедь. — Не пытайся обвинить меня в смерти, которой не было! После этих слов, Хэнлай провел лезвием по выженным перьям, чувствуя, как горячая струйка стекает по его крылу. Дингксианг задергался в мертвой хватке клановца, но тот лишь сильнее прижал его к себе. — Он столько лет прожил на грани жизни и смерти, прежде чем судьба отняла его у меня! Ты ранил его много лет назад и чего добился? — голос павлина дрожал от злости и подступивших слез. — Можешь наслаждаться последними секундами своей жалкой жизни, пока острый нож не вспорол твое горло, сука! — Дай мне шанс, Хэнлай! — Дингксианг был готов пойти на что угодно, дабы сохранить свою жизнь. — Я никогда больше не потревожу твой клан. Подумай... — Уже слишком поздно думать, — резко перебил его Хэнлай. — Пора действовать!