Край Земли

Хэнлай рывком дернул кинжал вправо. Остро заточенное лезвие моментально распороло горло Дингксианга. Выпустив брата из удушья, павлин сделал шаг назад. Лебедь схватился крыльями за шею, повинуясь приступам судороги. Он тщетно старался залечить глубокую рану, однако, кровь необратимо хлестала из горла. Алая жидкость заливала дрожащие крылья Дингксианга, его одеяние и красным дождем брызгала на Хэнлая. Тот лишь брезгливо вытирал крылом окровавленное лицо и тяжело дышал. Издавая горлом жуткие булькающие звуки, кровавый Бог уже начинал медленно опускаться на пол. Жизнь стремительно покидала его тело. — Сдохни! Этот крик был столь громким, что, казалось, был слышен на каждом этаже храма. Будучи сдержанным и спокойным, Хэнлай, на мгновение, поразился глубине агрессии и отчаяния собственного крика. Павлин ударил брата ногой точно в грудь, вложив в удар всю боль и злобу. Дингксианга с силой отбросило назад. Ударившись в стекло всем телом, лебедь с треском разбил его и выпал на улицу. Последние звуки, издаваемые практически мертвым братом, тут же донеслись до бывшего лидера клана и через секунду он услышал сильный удар и хруст костей. Судорожно сглотнув пересохшим горлом, павлин, на трясущихся ногах, медленно приблизился к выбитому окну и выглянул наружу. Увиденное было до невозможности ожидаемо, тем не менее, тошнота медленно подступила к горлу Хэнлая. Абсолютно мертвый, в чем нельзя было усомниться, Дингксианг лежал на земле. Кровь до сих пор вытекала из его перерезанной шеи, образовывая под лебедем целое озеро. Переломанные от падения кости, в некоторых местах, пробивали плоть и оперение насквозь. Сотни стеклянных осколков оставили на теле кровавого Бога многочисленные царапины. Самый огромный кусок стекла, на который Дингксианг рухнул с высоты, пробил его грудную клетку насквозь, переломав ребра и разорвав легкие. Мертвые серые глаза лебедя безразлично смотрели в небо, на сей раз действительно не выражая ни единой эмоции. Хэнлай больше не мог взирать на изувеченный труп. Выронив кинжал, он тяжело опустился на холодный пол и прижался спиной к стене. Ноги, казалось, полностью ослабли, а крылья сильно дрожали, как бы павлин не старался сдерживаться. Перед глазами все плыло и раздваивалось. Клановец закрыл лицо крыльями. Однако, ему почудилось, что даже тьма закрытых век способна изменяться. Он не хотел верить в то, что остался совершенно один. Однажды, Хэнлай был уверен, что убил брата, но покинул поле боя прежде, чем Дингксианг должен был покинуть этот мир. Он знал, что поступает правильно. Знал, что Дингксианга нельзя было оставлять в живых. Но, черт возьми, не мог смириться со смертью последней родной птицы и не желал смотреть на то, как душа покидает мучительно сгоравшее тело. Горячие слезы потекли по лицу Хэнлая, а тело содрогнулось от всхлипываний. Застывший крик разрывал его горло, готовясь выбраться на свободу. В приступе боли и безысходности павлин ударил крылом об пол. Магия тот час оставила на плитке паутину трещин, иную часть паркета разбив на куски. Осколки вонзились в крыло Хэнлая, но его душевная боль была куда сильнее мелких физических воздействий. — Каждый, кто жаждет войны - умирает, ты так это и не осознал! Собственные слова многолетней давности впервые вонзились в разум спустя столько времени. Они становились все более громкими и навязчивыми. Слова оттесняли другие мысли, дробили измученное сознание до приступов жуткой мигрени. Хэнлай вцепился крыльями в голову, в тщетных попытках заглушить боль целебной силой магии. Ничего не помогало. Он неистово бился в конвульсиях, до крови царапая тело осколками. Лишь внезапная и долгожданная потеря сознания избавила его от ужасной боли. — Прости меня!

***

Резко возникшие удары по лицу, становились более реальными и сильными с каждой секундой. Хэнлай с трудом открыл глаза. Ничего, кроме, до предела размытых силуэтов, он не увидел. Зрение начало медленно проясняться и через несколько минут павлин увидел перед собой Лианга. Орел выглядел встревоженно. Убедившись, что к бывшему лидеру клана вернулось сознание, Лианг помог ему подняться. Оказавшись на ногах, павлин с трудом держал равновесие. Все пространство перед глазами по-прежнему крутилось. Сильные жажда и тошнота даже не думали отступать. Только сейчас, оглядевшись, Хэнлай заметил присутствие Юхэя и Варганара. Немногочисленные клановцы в темном одеянии также находились в комнате полуразрушенного храма. — Мы победили? — хрипло произнес старший павлин и сильно закашлялся. Лианг отрицательно покачал головой. — К сожалению, нет. Армия Дингксианга убила многих из наших бойцов. Нам удалось укрыться в храме, дабы восстановить силы и обсудить дальнейшие действия. — говоря эти слова, орел не мог скрыть своего измотанного битвой состояния. — Боюсь, для нас наступил конец. Никто не знает, что делать дальше. Эти слова словно разряд молнии ударили Хэнлая. Глядя на братьев по оружию, он начинал осознавать, что они близки ему, как никто более. Ведь именно эти птицы много лет шли с ним крыло об крыло. Стойко проходили все жизненные испытания и готовы были прийти на помощь в любую трудную минуту. Павлин уже собирался отдать Богу душу, но вовремя одумался. Так легко отдаться смерти выглядело по меньшей мере, как предательство. Еще есть за что бороться. И даже если гибель для всех и каждого неизбежна, встретить её нужно достойно. В полной готовности дать врагам последний бой, Хэнлай подозвал к себе Юхэя. — Ты помнишь, где проводился обряд исцеления? — младший павлин согласно кивнул. — Отправляйся туда и доложи Нианзу о том, что произошло. Он единственный, кто в силах помочь. Я и остальные постараемся заманить противников в храм. Как только сделаем это, я сразу вернусь к тебе! Все внутри Юхэя заледенело, стоило ему услышать словосочетание "обряд исцеления". Он моментально вспомнил свой первый проход в этот ад, скрытый под видом обычной постройки. Вспомнил, как бесконечная тьма погрузила его в мир страхов, агонии и безумной боли. Павлин до последнего момента хотел спросить у старшего сородича подробнее о таинственном месте. А в момент, когда необходимость посетить бескрайнюю пустыню стала невероятно острой, желание узнать всю правду усиливалось до предела. Однако, времени не было, и, видимо, все мысли молодому бойцу вновь предстояло проверить на практике в полном одиночестве.

***

Хриплый стон вырвался из клюва Дингксианга, чудом находящегося на грани жизни и смерти лишь благодаря последним каплям магической энергии. До ужаса размытый силуэт Хэнлая, наблюдавший за ним из окна, вдруг сменился силуэтом Призрака, нависшего над ним. Трясущийся от гнева, Демон ударил крылом лебедя по лицу. Однако, кровавый Бог уже не чувствовал боли. Он отсчитывал последние секунды пустой жизни перед уходом в мир иной, не надеясь уже ни на что. — Прошу, помоги мне! — Дингксиаг с трудом выжал из себя эти слова. Он глотал собственную кровь и от неё же задыхался, хрипло выплевывая сгустки алой жидкости, растекавшиеся по его изувеченному лицу. — Мне не нужен воин, который не может справиться даже с одним врагом, — оскалился Демон, поглощая последние остатки энергии лебедя. — Подыхай на здоровье! Обернувшись в сторону разбитого окна, откуда доносились тихие голоса клановцев, Призрак решительно направился в сторону входа. — На сей раз я расправлюсь с этими ублюдками самым жестоким образом!

***

Юхэй с разбегу выпрыгнул в разбитое окно и замахал крыльями, набирая высоту. Он мчался так быстро, что, оглянувшись через пару минут, обнаружил, что храм остался далеко позади. Всю земное царство, проносившееся под павлином, обернулось таким хаосом, что в точности подходил под описание прочитанной книги. Всегда чистое голубое небо заволокли тяжелые свинцовые тучи. Лишь в редких просветах можно было разглядеть алые полосы кровавого небосвода. Кристально чистая вода озер и водопадов больше не питала черную треснутую землю. Были видны только многочисленные потоки раскаленной лавы, чей жар высушивал и уничтожал еще чудом живые деревья. Воздух был пропитан едким дымом, свежей кровью и трупным смрадом. С каждой секундой Юхэю становилось все тяжелее лететь. Его глаза слезились, а легкие наполнялись новым "кислородом", отчего приступы кашля иной раз становились настолько сильными, что боец едва не терял сознание. — "Все, как в том сборнике легенд!" — пронеслась вялая мысль в его голове. Подобие одинокой пустыни предстало перед глазами павлина. Стихия Дингксианга не пощадила даже это, и без того мертвое, место. Более сильный, чем в центре острова, жар, всегда правящий в этом месте, стал еще более невыносимым. Горячий сухой ветер резал глаза и сушил горло. Бескрайние поля, теперь уже угольно-черного, песка по-прежнему расстилались на многие километры. Здание в виде полусферы, крепко засевшее в памяти лидера клана, становилось ближе и отчетливее. Одинокая птица, в одеянии индигового цвета, стояла у входа и смотрела, как показалось Юхэю прямо на него. Сделав круг над песчаной постройкой, павлин опустился перед птицей. Белоснежный ворон скинул с головы капюшон. Вид его шрамированных иероглифов на лице заставил бойца невольно вздрогнуть, как и при первой встрече. — Нианзу, война поглотила наш остров! — сбивчиво кричал на ворона Юхэй. — Ты единственный, кто в силах спасти всех! — Досадно. — безразлично и даже опечаленно ответил Нианзу. — Разве я могу чем-то помочь? Юхэй застыл в полном недоумении. — Но, Хэнлай говорил... — Я же сказал, что ничем не могу помочь! — резко выкрикнул ворон и обнажил меч. Не спуская глаз с Нианзу, павлин начал осторожно отступать назад. Изучая птицу, он вдруг зацепился взглядом за его амулет. Длинная сверкающая цепь, на которой висела, вырезанная из металла, ярко-красная фигура лебедя, отчетливо выделялась на шее ворона. Юхэй тот час вспомнил, что видел изображение красного лебедя на одной из страниц книги. Надпись гласила, что все сторонники кровавого Бога носили амулеты с этим изображением. От осознания, что тот, на кого весь клан возложил надежды оказался предателем, стало дурно. Дрожащим крылом павлин схватился за рукоять меча. Противники осторожно ходили по кругу, присматриваясь друг к другу. Каждый ждал от оппонента первой атаки. Ворон неожиданно приблизился, но вместо удара мечом, выпустил часть магии в землю. Песок, поднявшийся в воздух, резанул Юхэю по глазам. Отвлекшись от боя, он едва не получил острие меча прямо в сердце. Обменявшись еще несколькими ударами, соперники вновь оказались в нескольких шагах друг от друга. — Как ты мог опуститься до предательства? — со злобой выпалил Юхэй. — Я знаю, что Лунный свет проиграет это войну, — холодно ответил Нианзу, чем гневал павлина лишь сильнее. — К чему мне становиться кормом для трупных червей, если можно примкнуть к врагам и занять место в новой династии клана? Юхэй метнулся к противнику. Неудачный взмах мечом. Ворон пригнулся и подсечкой сбил врага с ног. Разрывающееся от магии крыло ударило в грудь, еще не успевшего подняться, павлина. Лидер клана вскрикнул, ощущая как острая боль разошлась от сердца по всему телу. Как можно быстрее, он поднялся и вновь попытался пойти в наступление, однако, Нианзу схватил его за шею и перебросил через себя. Юхэй в очередной раз принял попытку встать, но удар ногой между лопаток вернул его в горизонтальное положение. Схватив противника за голову, ворон опалил его оперение магией и ударил об землю. Задыхаясь от боли и песка, павлин с трудом перевернулся на спину. Нианзу отошел от поверженного, дабы поднять свой меч. Вместо размытых пейзажей засушливой пустыни, перед глазами Юхэя замелькали все кадры прошедшей жизни. Все смерти близких, что он пережил. Даже собственные минуты, когда боец уже думал, что погибнет, восстали перед его взором. Боль, пульсирующая во всем теле, казалось, не оставляла ни единого шанса на спасение. — "Столько раз мне удавалось избежать смерти, — проносилась мысль в его голове. — Неужели, пришел мой последний час?" — Зря ты не с нами, Юхэй, — белый ворон решил поговорить с противником перед тем, как убить его навсегда. — Геройствуют только дураки, поэтому и умирают быстро. У тебя был шанс, но ты его упустил! Упершись в песок крыльями, Юхэй, не без усилий, медленно поднялся. Его крылья дрожали, ноги тряслись, однако, глаза горели гневом и решимостью. Глядя на еле стоявшего лидера клана, Нианзу мечтал быстрее добить столь ничтожного соперника. — Я здесь не для того, чтобы геройствовать, — ответил павлин, принимая боевую стойку. — Я пришел избавить остров от предателя! Ворон лишь усмехнулся его словам. Мастерски раскрутив меч, он ринулся на бойца. Юхэй резко развернулся и ударил противника своим хвостом, чего Нианзу совершенно не ожидал. Взлетев в воздух, павлин ударил правой ногой ворона в грудь, а в следующую секунду - левой в шею. Отступив, Нианзу вцепился крылом в пораженную шею и злобно взглянул на врага. Лидер клана выбросил из под рукава несколько стальных перьев точно так же, как это делал лорд Шень. Один из клинков вонзился ворону в левое крыло. Пока он обливался кровью и избавлялся от стали в крыле, Юхэй сбил его с ног. Несколько точных и быстрых ударов, сияющим от энергии, крылом по ребрам Нианзу и перелом был обеспечен. Однако, бойцовский дух не позволил ворону так быстро принять поражение. Прежде чем павлин успел сделать что-либо еще, Нианзу схватил его крыльями за пояс. Навалившись на соперника всем телом, ворон прижал его к стене песчаной постройки. Сквозь приоткрытые глаза Юхэй увидел, как Нианзу вооружился кинжалом и прижал лезвие к его горлу. Павлин моментально вспомнил себя в равносильном положении за миг до смерти. Он в ужасе смотрел на шрамированное лицо ворона Нианзу, а видел перед собой безумного ястреба Хенга. Холодные безжалостные глаза, злобная ухмылка и расположение рукояти кинжала в крыле. Предатель клана, как никто другой, был похож на давно мертвого врага Юхэя. — Пробил твой час, павлин! — злорадно сказал Нианзу и сильнее надавил лезвием на шею противника. Лидер клана почувствовал, как горячая струйка крови стекает по его телу. — Я буду править новым кланом, а ты умрешь в этих песках всеми забытый! — боец видел лишь силуэт ястреба и слышал его голос. Правым крылом Юхэй схватил крыло ворона, прижимавшее клинок к его горлу, и всеми силами постарался отвести его как можно дальше от уязвимой точки своего тела. Полыхавшая магия лидера клана вспыхнула в его глазах и накалила все тело до самых кончиков перьев. Нианзу почувствовал, как его крыло буквально горит заживо от чужой хватки. Вырвав крыло из захвата, он сильно ударил павлина в лицо. Ледяной иней обжег своим холодом глаза Юхэя. С клюва медленно закапала кровь. Ударив врага еще несколько раз, ворон схватил его свободным крылом за шею, не отводя от неё кинжал. Павлин ощутил жуткий холод и чужая морозная магия начала стремительно подавлять его - огненную. Зрачки лидера клана расширились, а разум уже затуманивался. Только что горячая, льющаяся из его шеи, кровь вдруг застыла, примерзнув к ране мелкими кристаллами алого льда. Когда сердце бойца отбивало последние медленные удары, Нианзу приложил его спиной о стену и отступил назад. Медленно сползая по стене здания на песок, Юхэй тяжело и редко дышал. Хрипло кашляя, он всеми силами старался отогреть заледеневшее горло. Наблюдая за страданиями и близкой смертью своего врага, ворон довольно ухмылялся. Ценой больших усилий павлин сумел подняться на ноги и, едва сохраняя подобие уверенности в себе, принял боевую стойку. Глядя на соперника, до последнего сражавшегося за свою жалкую жизнь, Нианзу тяжело вздохнул. Сделав невероятно быстрый взмах крылом, явно рассчитывая на завершение боя, он метнул в павлина кинжал. Клинок летел столь быстро, что, казалось, уклониться от острого лезвия было невозможно. К глубочайшему удивлению своего противника, Юхэй поймал летящий кинжал точно за рукоять. Несмотря на отсутстствие оружия, ворон яростно ринулся на врага. Сделав выпад правой ногой в небольшом прыжке, Юхэй крутанулся вокруг себя. В следующее мгновение, уже в более высоком прыжке, он нанес сокрушительный удар в голову врага правой ногой. От сильнейшего удара у ворона мгновенно потемнело в глазах. Находясь на грани сознания и его потери, он зашатался, осознавая, что сейчас рухнет на землю. Лишь грубый захват шеи со спины и приставленный к горлу кинжал привели Нианзу в чувства, однако, уже было поздно сопротивляться. — Хэнлай сказал, что ты единственный, кто может помочь, — злость разрывала Юхэя на части и он с трудом мог говорить спокойным и твердым голосом. — Поэтому рассказывай, в чем заключалась твоя помощь, и, быть может, я оставлю тебя в живых! Ворон предпринял несколько попыток высвободиться из захвата и убрать лезвие кинжала, чей образ уже успел врезаться в его память, как можно дальше от своего горла. Однако, хватка павлина была твердой, если не сказать - железной. Понимая, что оказание сопротивления не даст никаких результатов, предатель был вынужден выложить всю правду. — Демон острова, что завладел волей Дингксианга, невероятно силен. Ни тебе, ни кому либо еще, его не одолеть. Единственное, что может навсегда избавить остров от Призрака - мое святилище, — Нианзу коротко кивнул в сторону постройки. — Его можно отправить в мир искупления точно также, как я отправил тебя. Ворон снизил тон, делая акцент на последних словах. При этом, голос его непроизвольно захрипел от злости. Как бы то ни было, у павлина это не вызвало ни единой эмоции. — Продолжай! — потребовал Юхэй и сильнее сдавил шею Нианзу крылом. — Ты смог выбраться из иного измерения, как только обряд был завершен. А Демон сможет выбраться из этой западни намного быстрее. Чтобы запереть его навсегда, потребуется перекрыть портал в тот момент, когда Призрак окажется в мире искупления. — предатель резко замолчал. Повисло, до безумия напряженное, молчание. — Говори, как перекрыть этот чертов портал! — заорал лидер клана, больше не в силах сдерживаться. Вдали он заметил несколько чернокрылых птиц, что означало лишь одно - времени оставалось катастрофически мало. — Говори, иначе я добуду правду вместе с твоей кровью. — Доступ находится лишь в одном месте. Там есть возможность закрыть портал сразу же после его открытия. Однако, доступ к этому месту есть лишь у действующего лидера клана. — Где это находится? — уже на срыве голоса кричал Юхэй. — Отвечай! — Ты и так узнал слишком много, — ворон вымученно улыбнулся. — Мы еще поквитаемся в аду, когда ты и твой Лунный свет исчезнете с острова навсегда! Терпение павлина, уже дошедшее до предела, иссякло окончательно. Времени уже не хватало, чтобы выпытывать информацию у предателя до конца. Воины тьмы приближались. Лидер клана убрал кинжал от горла Нианзу. Вместо проливания крови, он резким ударом переломал шею ворона о свое плечо. Без единой капли крови предатель безмолвно упал на песок. Подняв меч, Юхэй уже было собрался вступить в бой с врагами, однако, остановился, вглядываясь в отдаленные силуэты. Он вдруг заметил брызги крови из каждого тела птицы. Один за другим, раненые воины падали на землю. Лишь сверкающее лезвие меча, пронзающее врагов, можно было уловить в этих молниеносных маневрах. Расправившись с противниками, Хэнлай подлетел к павлину. Он был весь в крови, взмокший и тяжело дышал. — Что ты сделал?! — возмущенно крикнул старший павлин, разглядывая мертвое тело Нианзу. — Зачем ты убил его? — вновь рявкнул он и направил меч на бойца. Юхэй молча подошел к ворону. Сорвав с его шеи амулет, павлин протянул его Хэнлаю. — Нианзу предатель. — тихо ответил Юхэй. — Он с самого начала поддерживал сторону Дингксианга и пытался убить меня. Но, я узнал, как остановить Демона и закончить эту войну. — после этих слов лидер клана принялся рассказывать наставнику обо всем, что ему удалось выведать у ворона. Хэнлай внимательно слушал. Он, то и дело, удивленно поднимал глаза на собеседника или боязливо оборачивался назад. — К сожалению, мне так и не удалось узнать, где находится место, способное перекрыть портал. — закончил павлин. Хэнлай на секунду задумался. — Госпиталь на горе, — выдал он, собравшись с мыслями. — За одной из дверей находится некая связь с миром искупления, способная закрыть портал. Я вместе с Лиангом и Варганаром постараюсь заманить Демона в святилище. А ты отправляйся к госпиталю и закрой портал, справишься? — И как именно я это сделаю? — прежде чем согласиться, Юхэй задал вполне логичный вопрос. — Есть какое-то особое заклинание, способное перекрыть вход? — Понятия не имею. — заметив испепеляющий взгляд собеседника, бывший лидер поспешил продолжить: — Вся надежда только на тебя - более никто не имеет доступ к этому месту. Вздохнув, Юхэй молчаливо кивнул и крепко пожал Хэнлаю крыло, надеясь, что следующее испытание не станет для каждого последним.

***

Демон не заставил себя долго ждать. Его появление было неожиданным для всех клановцев. Стоило Лиангу и Варганару добраться до павлинов, как Призрак нагнал их. Все четверо развернулись к Демону, что уже был окружен темными воинами, но ничего не успели сделать. Злобный Дух ударил крылом в землю и клановцев тот час отбросило в разные стороны, словно от сильного взрыва. — Юхэй, улетай! — крикнул Хэнлай, пытаясь подняться и разглядеть окружение сквозь пелену, поднявшегося в воздух, песка. Еще не успев до конца отойти от шока, вызванного внезапной атакой Демона, младший павлин вернул меч в ножны и, как можно быстрее, поднялся в воздух. — За ним! — он услышал приглушенный крик и яростное хлопанье чьих-то крыльев тут же донеслось до бойца. Удачно выбравшись из песчаного вихря, Юхэй оглянулся. Трое черных, как уголь, птиц преследовали его. Как бы павлин не старался лететь быстрее, воины лишь приближались. Лидер клана покинул пустыню, однако, погодные условия за её пределами были в разы хуже. Идущий ливень был настолько сильным, что Юхэй едва разбирал дорогу. Лишь частые вспышки ярких молний на секунду могли разрезать стену дождя. От оглушающих раскатов грома, казалось, сотрясался даже воздух. Такие тяжелые условия моментально вымотали, и без того ослабшего, павлина. Мокрая насквозь одежда стала значительно тяжелее и неумолимо тянула вниз. Выброшенный клинок, вонзившийся бойцу прямо в крыло, разделил события на до и после. Юхэй успел запомнить свой хриплый крик и обессиленное падение в море. В следующую секунду он погрузился под толщу воды. Черная вода моментально обожгла все тело ледяным холодом. Соленая жидкость проникала во все открытые раны, принося своей жертве новые всплески боли. Вынырнув из глубины, павлин начал жадно глотать воздух. Дождь хлестал его по лицу, а раскаты грома - оглушали. Разум практически не работал в чрезвычайной ситуации и боец едва мог контролировать сознание и тело. Все мышцы сводило от ужасной судороги. Мокрое одеяние всякий раз тянуло лидера ко дну. Он выныривал вновь и вновь, надеясь вдохнуть побольше кислорода. Стальные перья давно смыло сильным течением. Лишь тяжелый меч верно болтался на поясе павлина. Одна из птиц, делающая круги над врагом, решилась нырнуть следом. Сотни брызг обрушились на Юхэя и он почувствовал, как враг впился клювом в его рану на крыле. Крылья темного воина сомкнулись на шее врага и начали топить, практически сдавшегося, противника. Пытаясь вытащить одним крылом меч из ножен, павлин кричал от боли, однако, погружался все глубже. Он понимал, что сопернику терять нечего и тот готов пожертвовать собой ради убийства столь значимого клановца. Магия, пробужденная всполыхнувшим адреналином, пришла на помощь своему владельцу в самый последний момент. Вся огненная энергия собралась в воспаленном мозгу лидера клана, отчего ему казалось, что он сгорит находясь в воде. Вдруг, голова павлина вспыхнула ярким пламенем. Горячие языки огня окутали его лицо. Сгорало оперение, плоть и даже кровь. Остался лишь, охваченный огнем, голый череп, чьи пустые черные глазницы вонзили свой взгляд в соперника. Дрожащий от холода и страха, темный воин не мог найти в себе силы, чтобы отвести глаза от павлина, сгоравшего в воде. Вцепившись в крылья врага, что сжимали его шею, Юхэй просто оторвал их от тела птицы. Не отводя взор от расчлененного, но еще живого, тела воина, боец сжег его дотла за несколько секунд. Черный пепел и алая кровь обагрили ледяную соленую воду.

***

Не помня себя, с затуманенным сознанием, павлин очнулся только тогда, когда его лапы коснулись холодного мокрого песка. Тяжело дыша, лидер клана упал на берег. Голова жутко болела и пульсировала, а сердце билось с силой, явно рассчитанной на то, чтобы пробить грудную клетку. Здоровье стремительно покидало даже его молодое, тренированное и, переполненное магией, тело. Ценой больших усилий, Юхэй поднялся на ноги. Оторвав кусок ткани от своей одежды, он перевязал кровоточащее крыло. Боец боязливо огляделся по сторонам, однако не увидел двоих, преследующих его, врагов. Думать над тем, куда внезапно исчезли противники, не было ни сил, ни времени. Оперевшись на рукоять меча, павлин медленно двинулся в сторону горы, на вершине которой он отчетливо видел миниатюрное сооружение. Когда до огромной, тянувшей свои ступени далеко вверх, лестницы оставалось всего несколько метров, чужие шаги и голоса коснулись слуха лидера клана. Всего полуоборота головы хватило, чтобы заметить два черных силуэта. Вновь поддавшись страху, всего в двух шагах от маячевшей победы, Юхэй отбросил меч в сторону врагов. Глухой и яростный крик не заставил себя ждать. Вступив ногой на первую ступень, павлин поднял голову. — "Мой заклятый враг - лестница!" — кажется так однажды сказал воин дракона? Лестница тянулась вверх и, казалось, ей не было конца. Лишь на самой вершине горы, с большим трудом, можно было разглядеть размытые очертания жалкого госпиталя, что являлся единственным ключом к спасению. Делая шаг за шагом, Юхэй медленно поднимался, превозмогая боль и усталость. Он всеми силами молился своей магии, надеясь что она вновь спасет его от смерти. Сильная боль пронзила голову павлина, да так, что пришлось закрыть глаза. Все тело зажгло настолько, что захотелось вновь погрузиться в ледяное море. Все события, что прошли в течение десяти лет жизни на острове, вдруг всплыли перед глазами, сменяя друг друга. С каждой секундой, они сменялись все быстрей и больше походили на психоделию. Лидер клана схватился крыльями за голову, но вместо безысходного крика, из его горла вырвался истошный смех. Смеясь безумно и хрипло, едва не срываясь на кашель, боец развернулся и ударил, уже подошедшего близко, врага. Темный воин потерял равновесие и скатился с лестницы, ломая кости о твердые каменные ступени.

***

Когда Хэнлай открыл глаза, оправившись после взрыва, Демон уже стоял перед ним. Вскочив на трясущихся ногах, он взмахнул крылом. Однако, прежде чем хоть одна магическая атака успела отправиться в сторону Демона, тот схватил павлина за крыло. Вывернув сильную конечность практически до перелома, Призрак отбросил клановца в стену. Варганар взмахнул, сверкающим энергией, мечом. Злобный Дух легко остановил эту атаку своим крылом, зажав острие меча между перьев. Отбросив меч беркута в сторону, Демон откинул туда и владельца оружия. Атака Лианга со спины, также едва не стоила ему жизни. — Легко сражаться, когда места много, Демон? — услышав крик Хэнлая, Призрак обернулся к нему. Бывший лидер Лунного света уже поднялся на ноги и остановился у самого входа в святилище. Как бы ни было больно и тяжело, но он помнил, что должен был заманить Демона под единственный луч света. — Справишься со мной в закрытом пространстве? Издав утробный рык, Призрак поднял с земли чей-то меч. В одно мгновение оказавшись перед Хэнлаем, он ударил его ногой в грудь. От удара павлин пролетел несколько метров по коридору, вновь ударившись спиной в одну из стен. Очередной болезненный хруст в позвоночнике не предвещал ничего хорошего. Погрузившись в волну боли и апатии, Хэнлай ощутил связь с реальностью лишь тогда, когда мощное крыло Демона схватило его за шею и легко подняло над землей. — Не устал бегать, Хэнлай? — ухмыляясь спросил Призрак, сдавливая горло клановца до потемнения в глазах последнего. — Тебе давно пора отправиться к праотцам!

***

От сильнейших передозов магии, Юхэю казалось, что он сойдет с ума. Он практически потерял контроль над телом и разумом. В поле зрения павлина все расплылось до предела. В четком видении оставалась лишь лестница. Он видел каждую царапину и каждый скол на вековом камне на многие метры вперед. Лестница манила лидера клана, заставляла ступать на каждую следующую ступень против воли. И павлин не мог противиться этому желанию. Он поднимался выше, как ему казалось, намного быстрее, чем это происходило на самом деле. Лишь столкновение с дверью заставило кипящую магию успокоиться. До сих пор находясь под страхом преследования, Юхэй рывком открыл дверь и захлопнул её с такой силой, что грохот сотряс госпиталь. Лишь одна дверь, ровно напротив него, бросилась в глаза павлина. Не задумываясь, он рванул к ней и надавил крылом на ручку. Родная палата, что была забыта на долгие десять лет, предстала взору бойца. Он на секунду замер, поражаясь тому, что никакие изменения не коснулись этой маленькой комнаты. Все осталось в точности, как в день выписки. Волна ностальгии была готова поглотить нового лидера Лунного света с головой. Была готова оставить его в этой комнате на бесчисленное количество времени и погрузить во все воспоминания прошлого. Однако, трезвый разум был сильнее. Оказавшись в коридоре, Юхэй обратил внимание на три двери, что не были замечены им ранее. Только одна из них, до жути исцарапанная и поврежденная, привлекла его внимание. Дернулась ручка и дверь со скрипом открылась. Перед павлином открылась лишь безграничная тьма. Казалось, она не была материальна и, стоит сделать хоть шаг в её владения, тебя навсегда поглотит бесконечное черное пространство. Холодный ветер, что прежде был упрятан за старым куском дерева с петлями, вырвался на волю. Он трепал перья и одежду бойца, грозясь утащить его за порог. Глубоко вздохнув, Юхэй задержал дыхание. Закрыв глаза, он осмелился сделать шаг в неизвестность. Вопреки всем ожиданиям, он не рухнул в пропасть. Павлин лишь почувствовал, как его лапы увязли в чем-то вязком и холодном. Внешне ничего не изменилось. Тьма оставалось непоколебимой. Стоило ему сделать еще несколько осторожных шагов, как дверь захлопнулась за его спиной. Поддавшись панике, Юхэй начал судорожно перебирать в голове все изученные им заклинания. Найдя нужное, он зажег над крылом сферу. Увы, её тусклый свет едва пробивал непроглядную тьму хотя бы на пару сантиметров. Лидер клана направлял все больше энергии в крыло, надеясь увеличить яркость своего импровизированного светильника и разглядеть хоть что-нибудь в этой бесконечности. Вдоволь напитавшись магией, сфера вдруг сорвалась с его крыла. Застыв в воздухе, она разгоралась все сильнее и превращалась из примитивного светила в настоящий огненный шар бирюзового цвета. Вдруг, со всех её сторон разошлись яркие полосы, представлявшие собой сплошные символы и иероглифы. Различные руны оказались и под ногами бойца. Их яркий синий цвет внушал спокойствие и доверие, однако, не мог перебить мрачную атмосферу этой жуткой бездны. Ответа не было. Юхэй ступал по холодным искрящимся рунам. Проводил дрожащими крыльями по левитирующим линиям. Те, в свою очередь, лишь слабо шипели и подрагивали. Ни один из иероглифов не был знаком павлину. Он не мог их прочитать. Отчаяние начинало брать над лидером клана верх, а он не мог ничего с этим поделать. Неужели, после стольких испытаний, остров проиграет войну по вине лишь одного павлина, что не смог перекрыть портал, погрязнув в собственном незнании? Боец отказывался это признавать. Он готов был умереть, но спасти жизнь тем, кто однажды спас его. Надежда умирает последней. Юхэй судорожно представлял себе подобие портала. Плавно проводил крылом, стараясь начертить в воздухе заклинание. Он надеялся, что за великой тайной скрывается банальный принцип открытия и закрытия двери. Символы медленно пришли в движение. Вместе с тем, павлин ощутил сильнейший упадок сил. Все тело погрузилось в такую слабость, что он упал на колени. Однако, не переставал чертить заклинания и повторять в голове одни и те же слова. С каждой секундой становилось все труднее доводить начатое до конца. Каждую мышцу в теле пронзала жуткая боль. Сердце билось в груди все яростней. Сфера разгоралась еще ярче и ослепляла лидера клана. Кровь вскипала. Он чувствовал её мерзкий металлический привкус, что обжигал и без того высушенное горло. Амулет на шее раскалился настолько, что оставлял ожоги. Юхэй тяжело дышал, однако, не остановился, пока не дочертил формулу до победного конца. Яркая вспышка в одно мгновение осветила все вокруг.

***

Трепыхаясь в стальной хватке Демона, Хэнлай ощущал себя беспомощным. Лезвие кинжала блеснуло перед его лицом. Всего один точный удар в сердце и жизнь навсегда покинет тело павлина. Волна острой боли разошлась по всему телу клановца. За ней последовала еще одна. Клинок разрывал одежду, пронзал плоть. Уже не меньше десяти ножевых ранений виднелось на теле Хэнлая. Неожиданно, Демон зарычал и отпустил жертву. Зашедший со спины Варганар, вонзил меч в тело Призрака. Именно этот маневр союзника дал шанс на последний рывок. Превозмогая ужасную боль, павлин набросился на Демона. Весом всего тела ему удалось оттолкнуть злобного Духа точно под луч света. Злобный, медленно переходящий в жалобный, рык заглушился стенами святилища. Демон пытался вырваться из ловушки. Он хрипел, выворачивал собственные суставы, однако, луч света медленно поглощал его тело. Вскоре, призрак полностью исчез. За ним погас и луч света, погрузив постройку во тьму. Задыхаясь от боли, Хэнлай с трудом смог улыбнуться впервые за долгое время.