Заключенный с совиными глазами: Сезон 1

      Фукуро стояла на открытой площадке, ведущей к прямому выходу из тюрьмы Намба. Она курила одну из последних своих сигарет, которые она хранила столь долгое время. Когда она только попала в камеру Намбы, ей казалось, что сигареты уж точно ее добьют, и когда она умрет, то останется как минимум одна пачка. Но удивительно, ее здоровье совсем не подводило. Не было даже намека на начавшийся туберкулез. А может, его вообще не было…? Мало ли, может, «русский дух» мешал развиться такой страшной болезни…       Фукуро сейчас ни о чем не думала. Ей хотелось простого покоя. В последнее время к ней все чаще подходил Нико и пытался вывести на разговор, особенно в игровом зале, когда она проводила время за ритм-автоматом. Не говоря уже о том, что Труа и Хани начали как-то подозрительно часто приглашать к себе и настойчиво ухаживать. Самой девушке такое внимание было крайне некомфортно.       Она привыкла, что ее никто не замечает. Она привыкла, что если уж ее видят, то обязательно критикуют. За что угодно — за уродливое лицо, покрытое папулами и волдырями, за «безвкусную» одежду, за ее пристрастие к курению и алкоголю в столь юном возрасте, за игру на варгане, за свой рост, за недюжую силу… В общем, ее никто по-настоящему не хвалил, не любил. Даже собственная мать считала, что Сова ей всю жизнь испортила, и открыто об этом говорила, не стесняясь никого. Фукуро свыклась с этим…       А потому она искренне считала, что не достойна комплиментов.

*****

      — О, Фукуро! — услышала она вдруг знакомый мальчишеский голос. — Ты тоже здесь! Вау!       — Привет, Нико. — спокойно ответила девушка, даже не повернув голову на звук.       — А чего ты грустная такая? — парень не хотел отставать. — А, и, это… Дай сигарету, пожалуйста… — он немного стеснительно опустил голову.       Фукуро вздохнула, вытащила сигарету из пачки, протянула незадачливому другу, после чего дала прикурить. Тот моментально вдохнул дым и впал в уже такой знакомый и приятный кайф расслабления, опершись о стену рядом с девушкой.       — Это последняя. — сухо констатировала та, держа свою сигарету в руке и наблюдая за тлением табака. — Больше сигарет у меня нет. Вообще. Тебе придется забыть о кайфе.       — Блииииин… — грустно протянул Нико, махнув рукой куда-то в сторону. — А как же теперь?       — Тебе — никак. — вздохнула заключенная. — Я и так нарушила закон, когда дала тебе, несовершеннолетнему, закурить. Забудь о сигаретах, а то еще туберкулез подхватишь…       — Подожди, а как же ты? — Нико удивился. — А ты разве не заболеешь?       — Мне двадцать шесть. И мне плевать.       Молчание. Нико задумчиво стоял рядом и изредка затягивался сигаретой. Он не мог и предположить, что такой приятный кайф так внезапно и быстро закончится… А ведь он уже втянулся в это. Правда, с курением у него исчезли некоторые сверхспособности, то есть даже от транквилизаторов и других наркотиков не возникало никаких побочных эффектов, типа обрастание жертвы прикосновения волосами… Фактически, Нико стал просто обычным ребенком, хоть и умеющим до сих пор копировать чужие движения. Да и темная сущность никуда не делась, наоборот, она активизировалась все чаще и чаще…       — И как я буду курить тогда?       — Говорю ж, никак. Ну, в крайнем случае ты можешь попросить у твоего доктора вейп…       — Вейп? А это что такое? — парень тут же заинтересовался.       — Ну типа… Как бы сказать… — Фукуро замялась, не зная, как объяснить. — Ну вроде ты как куришь, только дышишь не дымом, а паром с интересными вкусами. Ты куришь не табак, а специальную жидкость с минимальным содержанием никотина… Слухи есть, что, мол, этот вейп безопаснее сигарет… Как-то так…       — Вау! Хочу вейп со вкусом клубники! Или со вкусом конфет! Или!..       Договорить Нико не успел, так как по корпусу раздалась сирена. Замигали красные огни, повсюду послышалась беготня охранников. В общем, типичная ситуация, только непонятно было, на кого объявили облаву — на Фукуро или на Нико с его друзьями, которые так предусмотрительно спрятались за углом и наблюдали за парочкой друзей… Похоже, те трое о чем-то поспорили. В любом случае, сейчас было не время рассуждать.       Фукуро, как обычно, слилась с тенью, скрывшись из вида, так что никто ее увидеть не смог бы, даже если бы он попытался вглядеться в темноту. А вот пареньку пришлось смыться… Но он не успел. В этот самый момент он увидел, как его друзей обезвредил Хаджиме, и теперь медленно направлялся к Нико. Вид у него был крайне яростным, хоть на лице практически отсутствовали явные эмоции.       — Э-э-эй, Хаджиме… Ты это, не злись… — заключенный залепетал, поняв, что он попал на большую оплеуху. — Да и… Это… Н-не надо меня трогать… Ты же…       — Вы уже третий раз сбегаете. Вы что, нарываетесь специально на карцер? — тихо проговорил надзиратель. — И с кем это ты разговаривал?       — Н… Ни с кем! Я сам с собой говорил! — Нико начал бегать глазами и отступать.       — Врешь. Ты же ведь откуда-то достал сигарету, в то время как у тебя самого никогда своих сигарет не бывало. Ты говорил с той девкой из третьего корпуса. Верно?       — Э… Нет! Н-нет! — похоже, мальчик был не намерен «сдавать» свою подругу, хотел сохранить тайну во что бы то ни стало, хотя сейчас было не лучшее время проявлять благородство.       — Как же вы меня бесите… В последнее время вы постоянно убегаете. Ваша задача — сидеть в клетке! Вы же понимаете, что вы себе пожизненное зарабатываете?! — Хаджиме чуть ли не кричал, видимо, его все выбесило. — Надоело! Я сейчас вам такого пропишу!       И он замахнулся, чтобы отвесить смачную оплеуху Нико. И плевать ему было в этот момент, что он мог бы покрыться волосами или получить другой побочный эффект. Похоже, что он немного устал ловить этих заключенных, ему надоели эти насмешки. Он хотел в кои то веки нормально поработать как типичный охранник и надзиратель в спокойной тюрьме, выполняя бумажную волокиту. Это было крайне несвойственно ему, трудоголику. Возможно, у него накопилось просто, вот он и «взрывался» в данный момент…       Кулак летел в сторону лица Нико. Тот зажмурился и приготовился было к боли, но ни через секунду, ни через две удара не последовало…       — Что за…? — он только и услышал от Хаджиме. — Ты!!!       Парень приоткрыл один глаз и посмотрел в сторону своего надзирателя. И увидел кое-что невероятное. В тот момент, когда кулак его охранника должен был достичь лицо, за его запястье ухватилась другая рука, покрытая редкими, но явными папулами. Рука держала очень крепко, было такое ощущение, что если рука «спасителя» сожмется крепче, то кулак нападающего просто раскрошит.       Из тени вышла Фукуро. Она довольно сильно отклонила кулак Хаджиме в сторону, не прилагая к этом практически никаких усилий. Ее лицо было таким же пофигистичным, только вот глаза скрылись в тени из-за челки, лишь два желтых огонька светились в темноте. Сам же Хаджиме был удивлен, и он пытался освободить свою руку, но у него ничего не получалось.       — Ты!!! — повторил он, пытаясь вырвать свою ладонь.       — Да. Я. — проговорила девушка, глядя ему прямо в глаза. — А Вы, я так понимаю, только и можете, что драться и наносить увечья… Как же я вас всех…       — Это не твоего ума дело. Ты из другого корпуса. Хотя я должен доложить твоему надзирателю…       — Он и так все знает. Но он никогда никого не бил так жестоко… А Вы… Вы постоянно бьете своих заключенных… Да и не только их. Я слышала, как Вы прикладывали силу к остальным, которые Вас доводили до ручки… Как же я вас всех ненавижу…       — А ну отвали! Не твое дело! Возвращайся в свой корпус! Иначе…       Он не успел договорить. Ибо вторая рука Фукуро, сжатая в кулак, прилетела прямо в лицо Хаджиме, откинув его на добрых пять метров в сторону. Тот едва устоял на ногах, схватившись за висок. Похоже было на то, что девушка ему проломила череп… Но все обошлось. Просто на лице начал образовываться очень большой синяк, почти гематома. Хаджиме выглядел при этом крайне удивленным — еще никому не удавалось дать ему такой мощный отпор. Да даже Джуго с его лезвиями не мог нанести такой сильный урон…       — Хах… А ты не промах… — проговорил он, потирая ушибленную часть лица. — Но ты кое-чего не поняла. Я здесь главный, в этом корпусе. Эти четверо — моя юрисдикция. Ты не имеешь никакого права вмешиваться.       — Ненавижу… — только и ответила Фукуро очень тихо. — Ненавижу вас, охранников. Только и можете, что применять насилие. Совершенно не умеете работать с людьми… Ненавижу вас всех.       — Э… Фукуро? — Нико осторожно подошел к своей подруге, пытаясь привести ту в чувства.       — Уходи. Уходи, Нико. Лучше тебе скрыться сейчас… — девушка была настроена решительно, сжав кулаки.       Парень сглотнул и отошел подальше. Он понимал, что в этом случае ему не удастся убедить ее не драться и просто мирно решить этот конфликт. Он ведь уже привык к тому, как Хаджиме их бьет, но как это объяснить ей? Как объяснить ей, что это уже в порядке вещей, и Сугороку просто выполняет свою работу, контролируя свою силу…       — Хех… Странно, что тебя подселили к этому крашеному петуху. — Хаджиме начал наступать на Фукуро, разминая пальцы. — Тебя стоило бы отдать хотя бы к той крикливой обезьяне. Уж он-то справился бы… Или вот, навязчивый Пес, тоже бы справился с тобой…       — Я вас всех уничтожу… — и тут девушка как будто стала намного больше и мускулистее. — Вы просто кучка отбросов, которых отправили сюда ради того, чтобы мы стали для вас «козлами отпущения»… — похоже, она уже не особо соображала, с кем имеет дело. — Чтоб вы все сдохли…       Хаджиме сорвался от таких слов. Уж кем-кем, а «отбросом» его еще никто не называл. «Вертухаем» еще ладно, но чтобы «отбросом»… Он побежал на девушку и приготовился к удару, но промахнулся — она успешно уклонилась от атаки, после чего отвесила ему хороший удар по заднице ногой. От такого у Хаджиме невольно заныла нижняя часть спины. «Черт возьми, да она просто медведица! — подумал он, собираясь с мыслями. — Нет, две медведицы в одном человеке! Надо ее нейтрализовать!».       Началась драка. Она была жестокой. Но, тем не менее, достаточно интересной и захватывающей. Что примечательно, Фукуро никогда не атаковала, а лишь отвечала на атаку Хаджиме, отражала, либо парировала. Было похоже на единоборство в спортивной школе… Но чем больше надзиратель пытался обезвредить чужую для него заключенную, тем больше в ответ он получал сильных ударов. И даже если ему удавалось нанести какой-то удар, то девушка стояла как камень, не шелохнувшись. Было очевидно, что заключенная была словно скала, которую было невозможно разбить одним человеком.       — Это все, что у Вас есть? — в какой-то момент спросила она, глядя на Сугороку. — Вы просто жалкий кусок мусора! Ха-ха… Ха-ха-ха! Да! Вы мусор!       С этими словами она выждала нужный момент и схватила Хаджиме, снова атаковавшего, за шею и прижала к стене. Тот начал вырываться, но это было бесполезно — «медвежья» сила Фукуро не позволяла даже разжать пальцы с его шеи. И чем больше он сопротивлялся, тем сильнее сжимались «тиски», начиная его медленно и планомерно душить. В глазах Фукуро читалась ненависть, злоба, а также легкий азарт. Похоже, она искренне хотела придушить его и сломать ему шейные позвонки…       — Стой! Прекрати это! — закричал Нико, попытавшись оттолкнуть девушку. — Пожалуйста, не надо!       — Вот черт… — в этот момент прибежали очнувшиеся Джуго, Уно и Рок. — Она ж его придушит как нечего делать… Фукуро, стой! Это мы виноваты!       — Вам не за что извиняться. Я видела, как он вас избивал… — тихо проговорила собеседница, продолжая душить Хаджиме. — Я просто избавлю вас от…       — Это мы поспорили, кто сильнее! — вскричал Уно, тряся девушку за плечо. — Мы поспорили, чтобы выяснить, правда ли ты такая сильная!       — Хах… Ха-ха… Ха-ха-ха-ха, а-ха-ха-ха-ха-ха-ха! — безумно засмеялась Фукуро. — Ну теперь вы убедились в моей силе?! Как вам она?       Никто не ответил, и все начали попытки спасти своего надзирателя. Да, возможно, он их и бил, но ведь это было скорее воспитательной мерой, нежели садистское удовольствие. А вот у девушки из третьего корпуса проснулась кровожадность, подпитанная ненавистью, накопленной в течение всей ее жизни. Фукуро реально хотела убить человека. Она в свое время хотела убить собственную мать вот таким же способом — удушив ее.       Сколько бы остальные не старались — ничего не выходило. Сова стояла как валун, не двигаясь ни на йоту. А Хаджиме потихоньку становился все слабее и слабее, вот он уже не пытается разжать пальцы, а просто царапает руку, вот глаза начали наливаться кровью… Еще несколько минут — и кровь и вовсе перестанет поступать ему в мозг…       — Фукуро! — вдруг послышался более высокий, женственный голос. — Немедленно прекрати! И возвращайся в свою камеру!       Та лишь глазами посмотрела и увидела… Киджи. Он держал в руках свое оружие, готовый метнуть в руку девушки. Пожалуй, сейчас он выглядел намного строже и более сердитым, чем обычно. Несмотря на то, что по силе он явно уступал своей подопечной, он определенно готовился к этому случаю драться с Фукуро.       — Что, Вы тоже меня изобьете? — саркастично спросила Сова, немного ослабив хватку на шее Хаджиме. — Вы думаете, что можете меня остановить? Вы ведь сами прекрасно видите, что я сильнее вас всех!       — Подумай еще раз. — уже более спокойно ответил Мицуба, приближаясь к ней. — У меня есть энергия Ци, и если ты не прекратишь сейчас же этот беспорядок, мне придется воспользоваться этой энергией. И обезвредить тебя.       — Ха-ха… Мне плевать. Ведь все равно я потом встану и добью этого гориллу неотесанную…       — Фукуро! — Киджи снова стал строгим, приблизившись к ней вплотную, несмотря на солидную разницу в росте. — Прекрати! Иначе я доложу Начальнице об этом! И тогда тебе придется пойти на смертную казнь!       — Как будто Вас это заботит! — рявкнула девушка, повернув к нему голову с яростным выражением лица. — Вы с самого начала не принимали меня в расчет! Я знаю, что я Вам не нужна! Я никому в этой жизни не нужна! Я ненавижу тех, кто бьет людей без причины! Я ненавижу всех, кто вообще кого-либо бьет! Я уничтожу всех, кто встанет у меня на пути!       — Фукуро! — тут в дело вступил Нико, хватая ее за свободную руку. — Пожалуйста, прекрати! Это уже слишком!       И все затихли. Тишина была липкой, жгучей, невыносимой. Даже волны, и те будто бы поняли, что сейчас они будут неуместны. Тишина была еще и мертвящей, словно все вымерли вокруг, а если и не вымерли — то превратились в статуи…       — Нико. Беги из этой тюрьмы, пока можешь… Сейчас тебя ничто не держит. Я всех остановлю, и ты сможешь быть свободным… — проговорила Фукуро.       — Но ты всех убьешь! Это страшно! И потом, я не хочу тебя оставлять! — паренек потянул на себя девушку, словно мягкую игрушку.       — Мне плевать… Я все равно не жилец…       — Хватит! Я не хочу тебя терять!       — Хах… Сколько раз мне это говорили… А потом бросали… Просто бросали, как ссаную тряпку… — из глаз девушки потекли слезы. — Не ты первый, не ты последний…       Она наконец-то отпустила Хаджиме. Тот обессиленно упал на пол, держась на шею, которая тоже покрылась большими и обширными гематомами. Он попытался издать звук, но, похоже, у него были повреждены голосовые связки. В общем, он получил очень знатную травму горла, и ему теперь требовалась срочная медицинская помощь. Заключенные из тринадцатого корпуса мигом бросились помогать Хаджиме, поднимали его на ноги, чтобы отвезти внутрь тюрьмы, в лазарет.       Тем временем сама Фукуро села на край пропасти, закрыв лицо руками. Она вся дрожала, плечи подергивались… Казалось, что она чего-то боялась. Она будто боялась… Саму себя.       — Фукуро… — сзади к ней подошел Киджи. — Возвращайся. Тебе нельзя здесь находиться.       — Да… Да… — девушка как-то неоднозначно ответила, глядя на волны. — Вот было бы здорово утонуть… Верно?       — Ты о чем говоришь? — Мицуба заставил девушку подняться и пойти за ним. — Ты должна отбывать свое наказание. У тебя пожизненный срок, а не смертная казнь. Но мы потом с тобой поговорим о том, что ты натворила.       — Угу…       И они вдвоем направились в третий корпус. Фукуро, на которой сейчас были наручники, смотрела на своего надзирателя. Он ей сейчас казался тем редким прекрасным человеком, который в теории мог бы выслушать ее и как-то поддержать… Ведь… Он ведь не применил к ней силу… Он всего лишь остановил ее от… Очередного убийства в порыве слепой ярости.       Медвежья сила вновь и вновь завладевала ее разумом. И это становилось все чаще… Кто знает, может, этот петух крашеный сможет «укротить» медведицу внутри Фукуро?