Любовь, смерть и демоны

Вчера бушующие воды

Моей гордыни потопили корабли,

Мои мечты склевали чайки, 

И голоса твердили — не умри.

Со мной вступила в разговор

Сияющая бездна.

Она хотела уговор — её я предал безмятежно.

Лишь ты моя судьба — тебя одну любил я вечно.

— Откуда у тебя полицейская рация? — Дин крутил соски на приёмнике полицейской волны, слушая перекличку патрульных. — От полицейских. — Хитрый ты пидор, Данте. — Да, я пидор. То есть, да, я хитрый. Сэм подавился травяным чаем на переднем сидении. Кипяток обжёг его нёбо, теперь у всего будет привкус регенерации эндометрия в полости рта. — Погоди, что за хуйня? Крутани назад, на пару волн. Все прислушались к крякающим звукам подобия радио. «Пшшш… Сорок первый участок, как слышно? Пшшш…» «Сорок первый на связи, сержант Куно. Что такое? Пшшш…» «У нас потасовка в баре, сходка анимешников походу… Пшшш… Какой-то фрик разодетый в синий плащ с катаной посреди местной пивнушки… Мы его забрали в отделение, пошлите на место детективов… Пшшш… Диктую адрес…» — Нам надо в участок, срочно! — Да блять, Данте! Нахуя? Мы должны выследить Амодеуса, пока он не пришил ещё пару семей и не оставил ещё больше скейтерок сиротками. Дин, стоящий у открытой дверцы Импалы, размешивал горячий кофе, облокотившись о чёрный корпус. Салли с разгона уселась на капот, подвеска накренилась, лишая Дина равновесия. Он пролил кофе на джинсы и тихо зашипел. — Это Вёрджил, да? — Взгляд её смородиновых глаз был обращён к морю. Синее и тусклое, оно шумело волнами, кормя чаек уловом с палубы рыбацкой яхты. Дары океана. — Как ты узнала? — Данте сел рядом. — Я слышу его шёпот… Как ему удалось пробраться в наш мир из Зазеркалья? — Красивое имя ты придумала для Ада. Она пожала плечами. — Я вижу его только в зеркалах. Ад находится за ними? — Нет, это его фокусы магические, понятия не имею, как он их проворачивает. — Так и думала. — Она спохватилась. — В плане, насчёт фокусов. Не про тебя. — Ага. — Ты по нему скучал? — С чего ты взяла? — Данте прятал глаза. — Он скучал по тебе. — Сомневаюсь. Вёрджил мне такого не говорил. — Данте. — Да? — Я свою сестру не спасла. Хоть ты своего брата убереги, хорошо? — Соболезную. — Не стоит. Говно случается. Она глотнула зелёный чай из термоса с розовыми пони. Данте протянул ей свой стакан. — Угостишь? — Почему нет? — Кхм, ну и погодка сегодня, а? — Сэм втиснулся между ними, Данте пришлось подвинуться на холодный капот. Нагретое место досталось Винчестеру. — Так вы типа встречаетесь? — Нет. — Сэм дёрнулся, боясь, что Дин услышит. — С чего ты взял? — Да так. Ну хорошо. Не хотелось бы, чтобы вы с Вёрджилом из-за этого не поладили. — При чём тут он? — Мы должны его подобрать. Сначала вытащить из полиции, потом — подобрать. — А без него никак не обойтись? — Если кто и может выследить Амодеуса, так это Вёрджил. Иначе никак. — А ты не умеешь их выслеживать что ли? — Только низших, увы. Отец на такую жизнь натаскивал только Вёрджила. — Быть охотником на демонов? — Нет. Быть одним из них. Ветер трепал волосы, принося раскаты грома. Надвигался шторм. Дин завёл мотор, Сэм забрался назад в Импалу. Данте, Себастиан и Салли сели в пикап. Процессия выдвинулась в сторону полицейского участка 41. Приёмное отделение охраны правопорядка в Санди встретило их душным запахом канцелярских принадлежностей с примесью красок в засохшем принтере. Бесконечные хлопания дверьми и стук клавиатуры: офис мало чем отличался от корпоративных зданий Даунтауна, те же щёлкания шариковых ручек, одни и те же строгие вороты белых рубашек. Салли с щепоткой грусти вспомнила о наушниках с кошачьими ушками, их так не хватало сейчас, чтобы заглушить классическим роком стрекот внешнего унылого мира. Таким как она в нём не место, и его звуки действовали на нервы — голова разболелась, росла раздражительность. — И как мы будем вытаскивать Вёрджила? — Заплатим залог и заполним документы. — Ты сейчас прикалываешься? Нет уж, любитель-халтурщик, смотри, как это делают профи. — Дин в строгом костюме подошёл к стойке регистратуры. — Агент Смит, а это мой напарник — агент Андерсон. — Сэм достал удостоверение. — Чем могу помочь? — К вам поступил подозреваемый по нашему делу — некий косплеер с седыми волосами. — Ага, сидит в камере, медитирует. — Грёбанные наркоманы. Он замешан в торговле запрещёнными средствами. — Он ваш. — Этот в красном идёт с нами на опознание, он у нас свидетель. — Как-то они с ним больно похожи. — А это тоже косплеер, они одного и того же персонажа изображают. В таком виде их не отличить друг от друга. — Да уж, ну и времена нынче пошли. Что дальше? Исторические реконструкторы станут торговать швалью в костюмах конфедератов?! Куда катится этот мир! — И не говорите, офицер. Нам с вами предстоит очень много работы. Благодарю за помощь. Дин и Сэм, подхватив Данте, уронившего челюсть от происходящего, зашагали к камерам с задержанными. Вёрджила привели в комнату для допросов, наручники сковали бледные кисти, идеально чистое лицо без изъяна на фарфоровой коже переливалось мелкими блёстками, как блики на воде в солнечный день июля. Белые волосы упали на лоб, он убрал их назад одним изящным движением. С такой грацией балерины Большого Театра совершают пируэты из Лебединого Озера. В нём было больше от танцора, чем от демона — лёгкий атлет в исполнении мастеров Эллады. Рядом с ним человеческое в Данте проявлялось отчётливей, он был прообразом, Вёрджил — бессмертным воплощением. Человек и его портрет, который будет признан  великим произведением искусства. Копия, превзошедшая оригинал. — Ты пришёл! — Данте бросился на шею Вёрджила, не стесняясь проявлять чувств. Какая разница, смотрят ли на них Винчестеры? Они лишь мгновение в их вечности, а Данте так долго его ждал. Даже для полудемона это было невыносимо, единственная пытка, вытерпеть которую он не мог. — Данте. Ты меня позвал. Как я мог не прийти? — В этом более лучшем мире, где судьба была к ним менее жестока, Вёрджил похлопал брата по спине. В этом мире Данте бросился за ним вслед, прыгая в пропасть. И там, в полёте, Вёрджил его поймал.