Magic Shop

— Этот… Розовенький. И ещё этот… И с кремом сверху, — Тэхён, наклонившись, водил пальцем туда-сюда, указывая какие пончики ему сложить. Тот, с кремом сверху, был уже седьмой. Парень по другую сторону удивлённо наблюдал за ним, за его сосредоточенным взглядом, но послушно складывал в бумажный пакет то, что он выбирал. — Я не толстею, — пояснил Тэхён, подняв на секунду голову. — А сладкое люблю. — Понятно, — равнодушно ответил тот, поглядывая на часы. Тэ выбрал всё, что хотел, забрал пакет из рук продавца, заглянул в него, придирчиво оглядывая содержимое. Парень из-за прилавка закатил глаза на секунду, но тут же взял себя в руки. — Спасибо, — Тэхён кивнул ему в знак благодарности. Он развернулся, дошёл до двери и уже почти вышел на улицу, даже дверь уже открыл. — Я тебя сменю, иди, опаздываешь наверняка, — то, что услышал Тэ позади, когда вдруг резко в груди что-то защемило. Как будто свело сердечную мышцу или типа того, острая боль, словно кто-то спицей протыкает грудь. Тяжело и больно. Тэхён на автомате сделал несколько шагов вперёд, готовый уже в ужасе повалиться на землю, но стоило ему пошевелиться, как эти пара шагов уняли боль. Словно телу необходимо было движение. Стоя на тротуаре, возле светофора, Тэхён на пробу несколько раз глубоко вдохнул, задерживая дыхание, ожидая нового приступа боли, но ничего не произошло, внутри всё спокойно, сердце качает кровь, гонит её по организму, как и раньше. Никаких отклонений. Боль была каким-то кратковременным сбоем, ничего особенного. Наверное. Тэхёну всего двадцать три, что с ним может случиться. Ну, то есть кроме несчастных случаев, конечно. Автобус там собьёт, или сумасшедший психопат с пушкой, мало ли. Но со здоровьем у Тэ всё в порядке, не о чем волноваться. — Эй, вы забыли! — парень из магазина догнал Тэ, когда тот уже перешёл на другую сторону улицы. Он протянул ему телефон, и Тэхён пощупал свой карман. — Мне казалось, он со мной… — Тэ наморщил нос, он и впрямь точно помнил, что забирал телефон. Но очевидно, что нет. Тэхён сунул телефон в карман и поблагодарил парня. Наверное, в тот день Тэхён должен был вернуться, но он не вернулся, потому что парень с пончиками догнал его и отдал телефон. Но от судьбы, говорят, не уйдёшь. Это не точно, просто выражение, но очень подходящее для описания жизни Ким Тэхёна. Он проводил взглядом убегающего парня, что вернул ему телефон, посидел немного в парке, дочитывая свою книгу, съел три пончика — с кремом в том числе. Ему захотелось кофе, и он ушёл домой. Обычный день, таких дней было множество в его жизни, Тэ и не запоминает их. Обычный день, но было и что-то необычное, о чём он быстро забыл. Просто вылетело из головы. По пути домой он заскочил в магазин неподалёку от дома, где купил еду своей собаке. Ёнтан у Тэ уже давно, и, если становится одиноко, его можно взять на ручки и гладить пушистую шёрстку — становится легче. Он маленький и смешной, помещается в сумке, ласковый. Похож на самого Тэхёна. — Эй! — на выходе продавец догнал его и схватил за руку. — Что? — Тэ удивлённо взглянул на него. — Тебе нужно принять обезболивающее. — Вот как… — Тэхён округлил глаза, качая головой. — А вы меня сейчас ударите что ли? Он саркастично усмехнулся, но продавец снова сжал его руку. — Если заболит, нужно обезболивающее. — Я понял, спасибо, — Тэ, желая отвязаться, несколько раз согласно кивнул головой, выдёргивая руку из чужих пальцев. И вся следующая неделя прошла без особенностей. Ничего такого, что имело бы значение — как и всегда. Пока Тэхёну снова не захотелось пончиков. Или лучше бисквитный торт. Он шёл той же дорогой, что и в тот день, когда забыл телефон в магазине, и снова остановился на том же месте. Через стеклянную дверь он смотрел на пирожные в витрине, но за прилавком никого не было. Тэхён стоял, пока не понял, что мешает людям входить и выходить, и только тогда вошёл сам. Чего он колебался, он был без малейшего понятия. Внутри, немного поразмыслив над тем, что именно он хочет, Тэхён в ожидании облокотился на стойку, подпирая руками голову, и принялся рассматривать посетителей. Почти одни девчонки. Ещё бы, тот пацан довольно симпатичный был, тут школьницами небось всё забито, как только уроки заканчиваются. — Привет. Хочешь чего-нибудь? Тэ поднял голову, осматривая говорившего — это другой человек, не тот, что был в прошлый раз. Этот постарше, повыше и, кажется, даже посимпатичнее. — Привет, я… — Тэхён собирался ответить, уже начал говорить, но не успел, его фразу прервала боль в груди, такая же, как в тот раз, жуткая, пронизывающая насквозь, не одна, а сотни спиц протыкали его грудь и все проходили сквозь сердце, причиняя невыносимые страдания. — Боже, больно… — только успел произнести он, прежде, чем отключиться. А очнулся Тэ уже в машине скорой помощи, но они никуда не ехали, стояли неподалёку от магазина. — Какого… — он приподнялся, хватая руками себя за грудь. Ничего не болело, прошло так же, как пришло, неожиданно. — Мы всё проверили… — девушка в форме врача виновато заглядывала ему в лицо. — Но вы в порядке. У вас сейчас что-то болит? — Нет… — рассеянно покачал головой Тэ. Он оглянулся и заметил в стороне ещё одного врача, тот говорил с парнем из магазина. И в тот момент, как только мозг Тэ обработал увиденное, боль медленно начала возвращаться. Постепенно, словно наполняющийся водой сосуд, внутри тела растекалась тяжесть. Тэхён схватил девушку за руку, та принялась щупать ему пульс, слушать сердце — но там ничего, тело Ким Тэхёна совершенно здорово. Не отводя взгляда, он наблюдал, как те двое, что разговаривали неподалёку, подходят, и, когда они оказались рядом, Тэ схватил за руку парня из магазина, прижимая вторую руку к груди. — Уйди, умоляю! В приступе панической, невыносимой боли, разум Тэ разгадал загадку — виноват этот человек. Рядом с ним внутри Тэхёна словно мясорубка. Чем он дальше, тем меньше болит. То есть… болит, когда Тэ видит его. Когда он близко — он делает Тэхёну очень больно. Так больно, что кажется, будто из груди заживо выдирают сердце. Незнакомец достал из кармана визитку и протянул врачу, с которым говорил. — Я Чон Чонгук, это моё здание, — он кивнул на магазин. — Позвоните мне, когда станет ясно, что с ним? — Зачем? — Да уйди ты пожалуйста! — закричал на него Тэхён. Тот немного неловко извинился, поклонился и отошёл на пару шагов, секунду ещё посмотрел, отошёл ещё на пару шагов. Он уходил неспеша, но потом всё же скрылся из вида. И только тогда Тэ смог нормально дышать. — Я не знаю, как он это делает, но это он… Это… — Тэхён вытер с лица выступившие слёзы. — Я знаю, что такое невозможно, но это так. Может быть он радиоактивный? Или типа того, такое случается? — он вопросительно уставился на девушку-врача, та растерянно взглянула на коллегу и отрицательно покачала головой. — Ну конечно. Само собой… Такого не бывает, — Тэхён потёр ладонями лицо, осмотрелся вокруг, вылез из машины скорой и глубоко вдохнул, запрокинув голову — боли словно не было никогда. Мир прекрасен, пока этого парня нет рядом. Тэ повернулся к врачам. — Просто никогда больше не есть торты из этого магазина… Это мне по силам, — он пожал плечами. Всё просто, до безобразия. С того момента, как однажды совершенно случайно у себя за спиной Тэхён впервые услышал этот голос, который даже не к нему обращался, его жизнь ознаменовалась болью. Этот человек причиняет ему боль. Ненамеренно, но это так. Оказавшись дома, Тэ принялся воспроизводить в голове черты его лица, волнистые волосы, собранные в маленький хвостик на затылке, маленький рот, приятная улыбка и белые зубы, чувственные уши, чистые, искренние глаза, и даже изящные пальцы — Тэ помнил в мелочах. Воспоминания не вызывали боли, наоборот, в воспоминаниях он был прекрасен, как луч солнца по утру, как глоток воды, утоляющий жажду в жару. Странное противоречие — при встрече он убивал Тэхёна, заставлял его сердце истекать кровью, умирать от боли, а находясь вдалеке, он приносил ему радость. Обшарив свои карманы, Тэхён обнаружил, что телефона нет, и он обречённо рухнул на диван. Запрокинув голову, он чётко вообразил в голове лицо парня со сладостями. До мелочей Тэ помнил черты его лица, он видел его всего пару минут, но это были невероятные пара минут, наполненные болью. И она не помешала запомнить этого человека прекрасным, воспоминание о нём не было связано со страданиями. Наоборот. Образ вызывал всплеск эмоций, словно передоз эндорфинами, приятное ощущение внутри, и ничем не объяснимое. Всё, что связано с этим парнем — необъяснимо… — Интересно, проклятие ли это… — Тэхён даже глаза закрыл, не упуская из головы его лицо. С закрытыми глазами стоило представить, как он протягивает руку и касается лица, проводит пальцами по щеке, вниз, по шее, ключицы, грудь, живот… У него ласковые руки, прикосновения нежные. Интересно, в реальности он такой же? Этого Тэхён никогда не сможет узнать, ведь он даже подойти к нему не сможет. Всё, что ему позволила Вселенная, это представлять у себя в голове улыбку этого парня, воображать о его прикосновениях. Тэ просовывает руку себе в джинсы и глубоко вдыхает, сжимая свой член пальцами, задерживает воздух в лёгких. Единственное взаимодействие, которое он может себе позволить одновременно с такой простой вещью, как дыхание — это подрочить на своё собственное воображение. Дышать без боли… Почему же не получается рядом с ним… Тэхён запрокинул голову, не открывая глаза, несколько раз провёл пальцами по всей длине члена, по кругу погладил головку, размазывая вытекающую смазку. Приятно, внизу всё напряжено, но само тело полностью расслаблено, и всё, что ощущается — лёгкое дыхание и сладкое желание кончить. Воспоминания заводили, хоть между Тэ и тем парнем ничего не произошло, не было никакого интимного контакта, Тэ даже толком ему в глаза не взглянул, но он притягивал просто так, сам по себе. Жаль только, что он убивает своим присутствием. — Боже… — Тэхён медленно выдохнул, прикусил губу и наконец открыл глаза, продолжая ласкать себя руками. Перед его глазами — потолок, а в голове лишь ясные глаза, на которые падают пряди волос. И чем чётче вырисовывался в голове образ, тем сильнее намокала в трусах рука, и скользила всё легче, и вырывающийся порой стон — всё громче. Это такое интересное возбуждение, Тэ подобного раньше не испытывал. Какое-то ничем не обоснованное влечение, и вместе с тем — абсолютно естественное, будто бы так и должно быть, и никак по-другому. Будто бы это судьба. — Только какая-то дерьмовая судьба, дрочить в одиночестве, — признался сам себе Тэ, размазывая вытекшую сперму пальцами у себя между ног. Утром его разбудил стук в дверь. Девушка из скорой накануне протянула ему телефон. — Вы забыли. Тэхён искренне поблагодарил её и уже хотел закрыть дверь, но она остановила его, коснувшись руки. — Подождите. Вот ещё, — она протянула ему визитку. — Позвоните ему, он выглядел обеспокоенным. Повертев в руках визитку, Тэ неуверенно кивнул. Он бросил её на стол и подумал, что просто забудет, как забывает мелочи. Но забыть не удалось. Как забыть то, что практически вросло в мозг, и не собирается никуда уходить. А всё, что остаётся Тэхёну — это позвонить ему. Или написать. Хоть это и жутко неловко, особенно понимая, что ты испытываешь к этому человеку такое нездоровое влечение. — Привет, это Ким Тэхён, твоё существование убивает меня, но ты мне нравишься! — Тэ обречённо вздохнул, рассматривая своё лицо в зеркало. — Класс… да, отличный вариант. «Я Ким Тэхён. И мне жаль, что я накричал, ведь твоей вины в этом нет.» — ну, то есть, Тэхён думал, конечно, что именно он и виноват, но не станет же он его обвинять. Ведь он ему нравится… Что не могло не ставить в тупик самого Тэ, ведь он о нём ничего не знает. Он с ним даже не говорил ни разу, но чувствует внутри с ним связь… Поэтому Тэ написал. И он ответил. И это вдруг сделало Тэхёна счастливым. Когда Чонгук рядом — он причиняет боль, а когда далеко — счастье. Они иногда звонили друг другу. Часто звонили. А что ещё оставалось. По началу разговоры были немного неловкими, похожими на плохую актёрскую игру, но, чем больше они говорили, тем естественнее звучали голоса. У Чона нежный голос, тихий и спокойный. — Почему так происходит, как по-твоему? — однажды поинтересовался Тэ. — Сперва, признаться, я думал, что ты притворяешься. Такого ведь не бывает, — Чонгук рассмеялся в трубку. — Но, наверное, бывает всё… Я не знаю, почему так, — честно признался он. Тэхён сидел на своём балконе, просунув ноги через прутья и свесив их вниз. Он щипал листочки с плюща, что обвивал его балкон. Весь дом Тэ — зелёный, как из сказки, и сам Тэхён всегда выглядел, как принц из сказки. Теперь он счастливо-несчастный принц, щипающий листочки плюща. А, может быть, это какое-то другое вьющееся растение. У Чонгука волосы тоже вьются, и Тэ об этом задумался, пальцами поглаживая гладкие, гибкие стебли. — А ты бы… хотел, чтобы было иначе? — слегка неуверенно поинтересовался Тэ. Он спросил, не зная, хочет ли на самом деле слышать ответ. То есть, он немного боялся его услышать. — С того момента, как впервые тебя увидел, — не задумываясь, ответил Чонгук. — Почему? — Тэ облегчённо выдохнул, прижался лбом к железным прутьям, глядя вниз, на дорожку к дому. — Я ведь не впервые тебя увидел, ты почти каждый день мимо проходишь. Просто пришёл тогда только во второй раз, — Чонгук вздохнул. — Я думал, что здорово, даже делать ничего не пришлось. Забавно, да, — он печально усмехнулся, и Тэхён тоже грустно улыбнулся, болтая в воздухе босыми ногами. — А знаешь, что… — Тэхён засмеялся. — В тот день я… ну… подрочил на тебя, просто вспоминал твоё лицо. Ужасно, да? Тэ стеснялся сам того, что сказал, но ему понравилось быть таким честным. — Правда? — Чонгук был удивлён, но в его голосе Тэ не услышал осуждения. — Значит… я нравлюсь тебе? — Нравишься. — И ты не ненавидишь меня? Вопрос справедливый. Ведь не важно, каким образом люди нам причиняют боль, намеренно или случайно, мы интуитивно испытываем к ним неприязнь, если это так. Но это не их случай. Не их. — Странно, но нет. Думал, что буду. Но нет… — Тэхён говорил тихонько, повалившись на спину и глядя в небо. — Я даже иногда начинаю думать, что это всё неправда. Вдруг это какое-то совпадение, а? Может, я просто болен? — Или я? — Можно… — Тэхён немного замялся. — попробовать тебя увидеть ещё раз? — Я бы не хотел, чтобы тебе было больно. Потому что ты мне тоже нравишься. Каждый раз, когда ты проходил мимо, я говорил себе «вот завтра точно догоню его», и каждый раз откладывал. Может это и впрямь я виноват? — Чонгук усмехнулся, но совсем не весело. — Это не так. Мы оба знаем. Но… Даже если бы это было так, я вряд ли смог бы тебя обвинять. Поэтому… позволь тебя увидеть? Тэ лежал на спине, рассматривая глубокое, тёмное небо. Где-то там очень высоко мигал огонёк — это летит самолёт, и Тэхён провожал его взглядом. Кажется, что эта точка такая одинокая, одна в огромном чёрном небе, но там внутри десятки человеческих жизней, и ни одна из них не связана с кем-то такой безумной, фантастической болью, какой связаны Тэхён и Чонгук. — Я хотел бы тебя увидеть. Может быть… ты мог бы не смотреть на меня? — Да… может быть… — мрачно согласился Тэхён. Он бы хотел его увидеть, хотел бы взглянуть в его глаза, он только об этом и мечтает. Ах, его глаза… Тэ видел их совсем секунду, долю секунды, но они у него в голове. — Эй… — позвал его Чонгук, слушая, как тот молчит в трубку. — А не хочешь повторить? — Что?.. — рассеянно отозвался Тэ. — Немного подрочить? — Сейчас?.. — Тэхён даже резко выдохнул от удивления. — Да. А что такого? Ты нравишься мне, а я тебе. Давай? — Боже… — Тэ закрыл глаза и представил себе, как он бы слушал его голос, будь Чонгук рядом. Может быть попробовать?.. — Это «да»? — Да… давай, — Тэхён даже не вставал, так и остался лежать на балконе. Зимой балкон всегда холодный, иногда в снегу, а летом весь зелёный. И приятно на нём валяться по вечерам, как сейчас. Но куда приятнее, когда в наушниках голос Чонгука, такой ласковый, чувственный, наверняка, его прикосновения такие же — нежные, интимные. Тэхён затаил дыхание, прислушиваясь, как на том конце Чонгук дышит, глубоко и часто. Это так возбуждает, это прерывистое дыхание. Интересно, какой он, его член, который он там сейчас трогает, сжимает, гладит его. Так хочется взглянуть, так хочется дотронуться. — Хочу на тебя посмотреть… — тихо шепчет Тэхён, сдерживая голос и инстинктивно запрокидывая голову. Он и вообразить не мог, что когда-то будет мастурбировать на своём балконе под вздохи незнакомого парня. Они ведь толком почти и не знакомы, но его голос в ушах — тихий, сексуальный. — А я хочу к тебе прикоснуться… с самой первой секунды… как только тебя увидел в окно… хочу тебя. Тэхён слышал, как он со стоном выдохнул. Боже, как же хочется на него посмотреть. — Позволь увидеть тебя, Чон Чонгук… Тэхён рукой сжимал свой член, ощущая, как он в руках с каждым движением всё сильнее нагревается. Кровь приливает, и он такой твёрдый, а пальцы мокрые и скользкие. И больше всего хочется, чтобы Чонгук дотронулся. Чтобы он дотронулся, чтобы сделал приятно. Тэ хочет взглянуть ему в глаза, и хочет делать ему приятно тоже. Но как же это вообще возможно… Как им прикоснуться друг к другу… Как понять, что ты влюблён? Не так уж и сложно. Чувствуешь себя лучше рядом с человеком, о котором всегда думаешь — становишься лучше, хочешь становиться лучше, чтобы он рядом с тобой чувствовал себя так же, как и ты с ним. Делать друг друга счастливее — простое желание. Но Чонгук причиняет Тэ боль своим присутствием, и это делает его несчастным. Как преодолеть этот невидимый барьер? И что это вообще за стена? — Хочу сделать тебя счастливым… — на одном выдохе проговорил Чонгук. «Если это всё правда, то поможет ли обычное обезболивающее от такой боли?.. Как с ней справиться…» — раздумывал Тэ на следующий день, стоя в аптеке и прислонившись лбом к стеклу. Очень сомнительно. Но разве есть какой-то ещё вариант? Тэхён боится. Боль пугает его, но ещё сильнее его беспокоит… они оба вполне могут прожить друг без другу, несколько дней назад они вообще знакомы не были, но теперь то они знакомы, а вместе быть не могут. Что, если Чонгук просто не станет ждать, когда всё разрешится, что если ему надоест думать, как всё разрешить, что если… вообще никогда ничего не разрешится, и Тэхён навсегда останется таким — больным. — Какой отстой, — Тэ возмутился, говоря сам с собой. Нельзя так жить, нельзя всё время просто ждать, когда пройдёт. Нельзя просто думать, что судьба всё решила, и с этим ничего не поделать. Можно иногда и сопротивляться. — Поэтому я и ждал тебя тут, — Тэхён сказал, то, о чём думал, буквально на одном дыхании, ему хотелось успеть сказать всё это до того, как он снова потеряет сознание от этой невероятной, необъяснимой боли в груди. — Я… — Чонгук не успел ничего произнести, Тэхён закрыл лицо руками и рухнул на колени, совсем тихо, не говоря больше не слова. Не кричал и не жаловался. Ему было больно даже говорить. И они оба знали, что никакие врачи не помогут, единственное, что поможет, это если Чонгук сейчас уйдёт, подальше, скроется с глаз навсегда. Но он этого не сделал. Даже сейчас, не сделал. Не ушёл, как в тот день, когда Тэ впервые его встретил. Он не ушёл даже тогда, когда понял, что тёмные точки на земле возле Тэ — это его слёзы, капающие с его пальцев, которыми он сжимает собственное лицо. Наверное, Гуки должен был уйти, но не ушёл, и вместо этого опустился рядом на колени, двумя руками поднял его голову и жадно поцеловал. Поцеловал, не смотря ни на что. Боль и слёзы, которые он вытирал руками с его лица… кожа Тэ солёная, а сам он пахнет сладким… его ресницы дрожат, реснички прилипли друг к другу… — Прости, что со мной рядом тебе так больно. Должно быть наоборот, но… — Чонгук продолжал целовать его губы, а Тэ сжимал пальцами его запястья. Сперва он держал Чона за руки, сжимая так сильно, что ногти впивались в кожу, но чем дольше тот его целовал, тем больше Тэ расслаблял пальцы. Пока не понял, что с прикосновениями боль уходит. С каждым поцелуем боль уходит. Она пришла внезапно, стоило им только встретиться — что это, реакция души на кого-то, предназначенного судьбой? Просто одна немножко шокированная душа впадала в панику, причиняя телу боль. И нужно было лишь успокоить её. Прикоснуться. Тебя спасёт поцелуй. Поцелуй — снимет боль — своим прикосновением напомнит телу, что боль временна, и она уйдёт. — Как это… — шепчет Тэхён ему в лицо, всё ещё не в силах осознать, что боль уходит. Это, как ни странно, происходит постепенно, не в один момент. Вытекает из тела, словно жидкость, освобождает грудную клетку. Чем чаще Чонгук касается своими губами, тем легче становится. — Подожди, подожди… — Тэ вдруг сжимает его руки и осторожно убирает их со своего лица. Он смотрит на него, его зрачки дрожат, он непроизвольно кусает губы и пальцами поглаживает тёплые запястья, ощущая, какая нежная кожа там, возле кистей. — Больше не болит, — Тэхён потянул Чонгука к себе. — Поцелуй ещё. Сидя прямо на земле, не вставая, они целовались. Тэхён закрыл глаза, обхватил руками шею Чонгука, запуская пальцы ему в волосы. Чонгук на ощупь такой, как и представлял себе Тэ. Или, может быть, даже лучше. Его руки ласковые, гладят затылок и шею под волосами, нежно касаясь кожи. — Я тебя хотел, — тихо шепчет Чонгук Тэхёну прямо в ухо. — Я боялся, что никогда не смогу к тебе прикоснуться. Его голос такой знакомый, как по телефону, только уже не далеко, а совсем близко, тут, прямо в ухе, вырывается с дыханием Тэхёну прямо в лицо, одновременно с нежными прикосновениями губ. — Не бросай меня, пожалуйста, — Тэ смотрит ему в глаза, боясь, что если закроет их, то открыв — всё превратится в сон. Он целует Чона в губы, прижимается к нему лицом и вдыхает его запах, да, он прекрасен на вкус и на ощупь, и запах — об этом ночами мечтал Тэхён, вспоминая в голове это лицо. Теперь оно совсем рядом. Этот парень принёс ему боль, с самой первой встречи, такую, какой Тэхён никогда не испытывал, но он же её и забрал, заменив её ощущением близости, ласковыми поцелуями, тихим шёпотом, звучащем в голове. Рядом с Чонгуком Тэ чувствовал себя несчастным, рядом с ним он чувствовал себя счастливым. — Я хочу быть всегда рядом. Даже через боль может родиться внутри, в сердце, что-то прекрасное. Или только через боль оно и рождается? Главное, вовремя обезболить.