Помнить нельзя забыть

      Ребята тоже заметно подуспокоились. Летта оторвалась от телефона, сложив руки на стол. На безымянном пальце блестело обручальное колечко. Ясмин невольно задумалась, что всего через две недели она тоже придет на работу с таким. Что тогда подумают люди? А Зейн? Почему-то ей очень не хотелось, чтобы последний знал о существовании Мустафы.       — Во-первых, начнем с приятного, — Зейн уверенно начал. — Так как позавчера состоялось открытие второй точки, и я теперь не всегда буду здесь, Каролина назначается старшим менеджером, — он одобрительно улыбнулся ей.       Раздались жиденькие аплодисменты, а сама Каро закатила глаза.       — Твой график и твою новую зарплату обсудим позже, лично, — продолжал он, глядя на нее. — Про обязанности, думаю, упоминать не стоит, ты сама все прекрасно знаешь.       — Но ты же знаешь, что я поступаю в этом году, — ответила Каролина без привычного сарказма в голосе. — У меня точно не будет столько времени, чтобы помогать тебе тут.       — Знаю, — кивнул Зейн. — Потом решим. Пока нужно заняться поиском сотрудника на твое прошлое место. Я уже выставил объявление, сегодня придут два кандидата, рассмотрим их вместе.       Ясмин была приятно удивлена тому, что эти двое могут мирно общаться. Казалось, Каро всегда пыталась поглубже кольнуть Зейна словами, но сейчас они беседовали так спокойно, без какой-то лишней суеты. Неужели и такое бывает?       — Во-вторых, новость не самая приятная, — Зейн раздал всем по распечатанному на принтере листочку. — Наступило лето, а значит, пришла пора айс-кофе и лимонадов. В этом году мы с Маринетт решили остановиться на пяти самых ярких позициях прошлого года.       — Ну не-е-ет, — протянула Летта, вздыхая так, будто на нее упал мешок с мукой. — Опять этот чертов лед и бесконечные сиропы…       — Да ладно, — Брюс широко улыбнулся, пробегая глазами по бумажке, — вот, смотри. Твой любимый лимонад манго-маракуйя.       — Даже он меня не радует, — Летта снова пропищала, картинно надувая губы.       Ясмин и сама уткнулась в листок. Помимо трех лимонадов, появился еще какой-то апельсиновый и вишневый бамбл. Она нахмурилась, потому что никогда прежде не слышала ничего подобного.       — Что такое «бамбл»? — спросила она, переводя взгляд на Зейна.       — Каро тебе сегодня все покажет, — он как-то тепло улыбнулся, обнажая краешек идеально ровных белых зубов. — Да, кстати, с сегодняшнего дня, — Зейн постучал пальцем по листу. — В кассу уже завели.       — Вот теперь я надеюсь, что лето будет холодным, — Летта подперла щеку рукой.       — В-третьих, — продолжал Зейн, не обращая никакого внимания на ее протест, — близится день рождения кофейни. В этом году дата круглая, пять лет, а значит, холдинг устроит вечеринку для всех сотрудников.       — Блин, а так хотелось вновь поехать на барбекю на море, как в прошлом году, — Каро будто бы пришла в себя, начав снова язвить. — Помнишь, Зейн? Я бы снова заставила тебя кукарекать после проигрыша в покер.       — Курочка моя, — Зейн аж повернулся к ней на месте. — Если бы не мое благородное стремление уступать дамам, ты бы не так закудахтала на моем месте.       — Он бы заставил тебя бесконечно наливать ему кофе и относить в кабинет, — Брюс залился смехом.       Ясмин тоже улыбнулась. Все ее проблемы, связанные с отцом, Лондоном, совместными тайнами с Джаффаром, будто бы отступили на второй план. Здесь все это утихало, становясь каким-то чужим, совершенно не касающимся ее. Она живет, живет так, как хочет сама. И это было ценным. В голове даже промелькнула мысль о том, что ей будет очень грустно увольняться отсюда и возвращаться в реальность.       — А когда вечеринка? — спросила она, снова робко и нерешительно.       — В следующую пятницу, — спокойно ответил Зейн. — Ты придешь, Ясмин?       — Приду, — она ответила на автомате, хотя такой ответ требовал тщательной подготовки и хитро спланированного плана, чтобы отец ничего не заподозрил.       — Я буду ждать тебя, — Зейн произнес так тихо, чтобы услышала только она, а затем подмигнул ей и, поднимаясь со стула, объявил всем присутствующим: — Ладно, всем хорошего дня. Летта, еще увидимся.       У Ясмин пробежали огромные мурашки по телу. Она сжала кулаки под столом, пытаясь не смотреть на Зейна, уходящего в свой кабинет. Он будет ждать ее. Ее. Словно ему так важно, чтобы именно она пришла.       Ребята быстро вышли вдвоем, оставляя ее наедине с Каро. Ясмин быстро стряхнула наваждение и, тут же заскочив за бар, начала завязывать фартук за спиной. Мысли все еще упрямо лезли в голову, и она не нашла ничего лучше, чем обратиться к Каро и тихо спросить:       — А кто такая Маринетт?       — Мама Зейна, — спокойно ответила Каролина, протирая бутылки с сиропами. — В смысле, мачеха. Она слишком молода, чтобы родить такого черта, как Зейн.       — А сколько ему? — Ясмин задала следующий вопрос, боясь показаться слишком любопытной.       — Двадцать шесть, — Каро усмехнулась. — Но ментально ему все пятьдесят, ходит, ворчит как дед. Маринетт вышла за его отца, когда ему было восемнадцать, а потом, о, удивление, тот скончался от сердечного приступа через год.              — Это ужасно, — она невольно представила, что чувствовал Зейн, когда потерял отца, содрогнувшись.       — Да подставила она все это, — та закатила глаза, выйдя из-за бара, села на высокий стул рядом. — Чтобы добиться всех долей холдинга, оставив сыночка с носом.       — То есть, Маринетт убила отца Зейна?       — Вроде того, да, — она кивнула, доставая из рюкзака небольшой ноутбук. — Ты же не знала, что у семьи Зейна сеть ресторанов и теперь уже две кофейни? Маринетт сделала так, чтобы пасынку досталась только это, — она обвела взглядом зал.       — Они наверняка ненавидят друг друга, — Ясмин тихо хмыкнула, представляя, что если бы Кадир женился второй раз, ее преследовала бы та же судьба.       — Еще как, — подтвердила ее слова Каро. — Ладно, дай мне пару минут, я же, все-таки, менеджер, доделаю работу и помогу тебе с сезонным меню.

***

      Дни сменялись днями. Время летело со сверхзвуковой скоростью, а Ясмин отчаянно бежала за ним, пытаясь догнать, словно уходящий поезд. Два выходных пролетели так же незаметно, как и первый рабочий день. На смену Каро быстро нашли высокого симпатичного мальчика по имени Рик, чуть старше самой Ясмин, но уже успевшего поработать где-то еще и набраться опыта. Поэтому, отработав один стажировочный день, он благополучно вышел в график в смену. Возможно, это потому, что Каро теперь была всегда рядом. Она работала пять дней в неделю с двумя плавающими выходными, которые могла выбирать по своему желанию.       Выходные прошли для Ясмин быстро, потому что она занималась с Мустафой математикой. Ей было тяжело, хоть он и пытался максимально понятным языком разжевывать термины, показывал, как решать уравнения. Но голова все равно кипела от переизбытка информации.       У нее снова не оставалось времени, чтобы подумать обо всем, что происходит. После рабочих дней она касалась головой подушки и тут же безмятежно засыпала. Да и думать было не о чем. Все выходные Кадир ходил над ними как коршун, наблюдая за тем, как проходят уроки. Видимо, боялся, что они не будут заниматься, а займутся чем-то поинтереснее логарифмов и задач.       Мустафа только смеялся, оставаясь непринужденным, беззаботно щекотал Ясмин, когда отец отходил. Она смеялась, но все равно держала себя в тонусе. Расслабляться было нельзя. Тем более, когда весь дом готовился к грядущей помолвке.       Кадир, конечно, не знал главного. У Ясмин и Мустафы уже все было, в смысле, был секс. Это произошло на третьей недели их отношений, когда он привез ее на море, а после чего все случилось в машине. Ясмин и сама хотела этого, хоть и до ужаса стеснялась, краснела от его ласк, но все же отдалась потоку. Первый раз было немного неприятно и даже больно, но Мустафа заверил ее, что дальше так не будет. И не соврал. Последующие разы было даже приятно, хоть и излишне нежно, совсем не так, как в тех фильмах, что смотрела Ясмин ночью под одеялом.       Был ли это очередной вызов отцу? Конечно. Она это осознавала в полной мере. Ей думалось, что он бы никогда не принял того, что она уже не девственница. Собственно, наверное, этот факт и послужил ее последующему раскрепощению. Она будто осмелела, поняла, что некоторые вещи можно делать за спиной, не задумываясь о том, что скажет Кадир.       Мысль о том, чтобы пойти работать, возникла у нее на пороге восемнадцатилетия. Она сидела в саду, готовясь к выпускному экзамену, читала учебник по истории и краем глаза наблюдала за тем, как садовник стрижет газон. Он приходил к ним по вторникам и воскресеньям, тщательно скашивал подросшую траву, а после чего получал от Зулейки деньги. Своего рода подработка за неплохую стоимость. Ясмин тогда задумалась над тем, что и она тоже может делать что-то такое, чтобы просто получать зарплату. Свою первую. Вопреки воли отца.       Проснувшись чуть раньше будильника, она потерла глаза, сгоняя последние остатки сна. Еще не было семи — электронные часы показывали 06:47, а значит, у Ясмин было целых тринадцать минут, чтобы поваляться в кровати. Но ноги поднялись сами и понесли ее в душ. Быстро собравшись, она позавтракала в гордом одиночестве и попросила Джаффара пораньше отвести ее на работу.       Хмурое утро совсем не напоминало летнее. Собирался дождь, отпугивающий всех гостей в кофейне. Ясмин протирала поверхности, сходя с ума от безделья. Совсем скоро вечеринка, а завтра приезжает Зулейка, чтобы помочь ей подготовиться к предстоящей помолвке. Она совершенно этого не хотела: экономка всегда тщательно бдила за ней, а значит скрываться долго не получится. Либо придется изощренно врать, благо, что этим навыком Ясмин владеет в совершенстве. Иначе она бы никогда не побывала на самых классных вечеринках в школе и не встречала бы рассвет с кучкой незнакомых людей на крыше какого-то высотного дома.       Вечеринка по случаю дня рождения холдинга будет проходить в крутом отеле в центре города. Соберутся все сотрудники, рестораны закроют на техобслуживание, а кофейни будут работать до пяти вечера. И это как раз смена Ясмин. Она уже придумала, что скажет отцу. Осталось только договориться с Джаффаром и Синди, чтобы те прикрыли ее задницу на случай чего-то экстраординарного. Ну и купить платье.       Схватившись за телефон, она быстро открыла один любимый интернет-магазин, просматривая варианты там. Надо выглядеть хорошо, но не слишком дорого, чтобы никто не прознал о том, что у нее есть деньги. Отложив в корзину пару вариантов, она в задумчивости покусала себя за губу. Нужно купить платье и на помолвку.       — Привет самой симпатичной баристе этой кофейни, — Синди ворвалась в двери, стряхивая воду с зонта и складывая его.       — Привет, Синди, — Ясмин улыбнулась. Она искренне была рада видеть ее, но заметив вопросительный взгляд Каро, притаившейся за столиком в углу с ноутбуком, добавила: — Все нормально, это моя лучшая подруга.       — Можно мне огромный горячий латте с собой? Там жутко холодно, — Синди поморщилась, подойдя ближе к кассе. — Какие красивые у вас тут десерты!       — Да, и вкусные, — кивнула Ясмин. — Но ты ведь не будешь, да?       — Ты же знаешь, — она скосила глаза на красивые тарталетки, усыпанные земляникой. — Черт, Синди, держись!       — Снова съемки? — принявшись за работу, Ясмин согревала молоко.       Синди работала моделью, а потому никуда не хотела поступать после школы. Однажды на улице ее заметил рекрутер и чуть ли не силой затащил в агентство. С тех пор, в ее жизни появилась вечная диета.       — Да, я как раз бегу на них, решила проверить как ты там, жива или нет, — она тихо рассмеялась, все еще неотрывно глядя на десерты.       — Беги давай, — Ясмин закрыла стаканчик крышкой, отбивая на кассе латте. — Добежишь и как раз калории от кофе потратишь.       — Ты пиши мне хотя бы, — как-то грустно произнесла Синди, прикладывая карту к терминалу. — Хочу знать, как у тебя дела.       — Я позвоню тебе вечером, очень много чего стоит рассказать, — она ободряюще улыбнулась. — До связи!       — Пока, — Синди подмигнула, схватив кофе, вылетела пулей из кофейни, чуть в дверях не столкнувшись с высоким пузатым мужчиной.       — Здравствуйте, — тут же весело поздоровалась Ясмин. — Что для вас?       — Я только вошел, — он закатил глаза. — Даже не видел, чего у вас тут подают. Дайте мне минуту.       Ясмин промолчала, отойдя от кассы, тупо уставилась в одну точку. Зачем так неприятно разговаривать?..       — Мне американо с собой, — через пару секунд ответил он. — С тремя ложками сахара.       — Хорошо, — Ясмин кивнула, ставя новую порцию эспрессо в кофемашину. — Что-то еще желаете?       — Я сказал, что хочу, если бы было что-то еще, я бы сразу сказал, — сразу же начал раздражаться он. — Что за сервис у вас?       Ясмин бросила взгляд на Каро, которая тут же повертела у виска. Лучше не спорить с ним. Сварив кофе, она положила три ложки сахара в бумажный стаканчик и протянула мужчине. Отбив позицию, назвала ему сумму покупки.       — Я сначала попробую, а потом буду платить, — он поднес стаканчик к губам, сделав глоток, тут же сморщился, будто съел лимон. — Девушка, три ложки сахара, а не сахарный завод! Это пить невозможно.       — Извините, я могу переделать, — Ясмин отшатнулась, испуганно взглянув на него, засуетилась.       — Не надо ничего переделывать! Как были дешевой забегаловкой, так и остались! — он выпучил глаза, глядя на нее в упор. — Сама-то пробуешь, что подаешь?       — Да, — на автомате ответила Ясмин, замерев в страхе.       — На, попробуй это говно, — он кинул в нее бумажным стаканчиком. Тот попал ей прямо в живот, оставляя большое коричневое пятно на фартуке.       — Здравствуйте, что случилось? — тут же подлетела невозмутимая Каролина.       — К черту пошли, вот что случилось, — он быстрым шагом достиг двери, пулей вылетая наружу.       — Ясмин, — Каро тряхнула головой в воздухе, — выдохни, слышишь меня?       — Да, — слезы струились по щекам сами, Ясмин чувствовала, что голос какой-то неестественно тихий.       — Так, пойдем, — она пулей метнулась за бар, аккуратно подталкивая Ясмин к заднему выходу. — Подышим вместе.       На улице стало свежо. Ветер сразу же обдул горячие раскрасневшиеся щеки. Вдохнув поглубже, она разревелась сильнее, вытирая слезы рукавом белого свитера. На нем тоже наверняка останутся пятна. Козырек над входом спасал от дождя во внутреннем дворике жилого дома. Дальше него они не пошли, остановившись на небольшом крыльце.       — Он просто мерзкий неудовлетворенный тип, — Каро была рядом, поглаживая ее легонько по спине. — Не обращай внимания.       — Я… я… — начинала было она, но воздуха будто не хватало. Новая порция всхлипов блокировала горло.       — Ты сделала все правильно, — Каро достала из сумки сигареты, быстро чиркнув зажигалкой, затянулась. — Куришь?       — Да, — почему-то ответила Ясмин, хотя вообще-то не курила. Она пробовала давно, в школе, но дальше не пошло.       Каролина протянула ей сигарету. Дождавшись, когда губы сомкнутся на фильтре, быстро зажгла ее. Горячий горьковатый дым быстро наполнил рот и легкие. Ясмин выдохнула, кашлянув. Каролина улыбнулась, вновь ободряюще потрепав по плечу.       — На этой работе невозможно не курить, — с улыбкой сказала она, снова крепко затягиваясь. — Вот такие идиоты приходят, портят весь день, и потом единственное, что его может спасти — «Кэмэл» в сумочке.       — Я же ничего такого не сделала, — Ясмин помотала головой, тихонько выпуская дым. Курить было непривычно, но это и вправду по-своему успокаивало. Слезы перестали литься.       — Ты? Нет, — Каро рассмеялась, быстро докуривая. — А вот его мама в детстве в коляске без дна катала, — потушив окурок об железную мусорку, она снова тепло улыбнулась.       — Скажите, милые девушки, у нас что выходной сегодня, а я не в курсе? — раздался позади голос Зейна. — Почему никого нет в зале?       — Как это никого? А ты на что? — парировала Каро, подмигнув Ясмин. — Или ты резко забыл, где у нас молоко?       — Там гость ждет, когда его обслужат, — прошипел тот, наконец, обращая внимания на Ясмин с сигаретой.       Каро моментально убежала внутрь, оставляя Ясмин наедине с Зейном. Его взгляд тут же смягчился, когда он скользнул им по ней, останавливаясь на пятне от кофе на фартуке и заплаканном лице.       — У тебя тушь размазалась, — подойдя ближе, Зейн легонько коснулся ее щеки, стирая черные следы. — Что такое?       — Гость кинул в меня американо, — от прикосновения Зейна в душе все потеплело. Сигарета уже не нужна была, но она все еще сжимала ее между пальцев. — Не понравился ему.       — Ты поэтому расплакалась? — с заботой в голосе спросил он.       — Да, больше от грубости, — призналась та, кивнув головой, машинально сделав еще затяжку, выдохнула дым в сторону. — Я не ожидала такого.       — Не все бывают вежливыми, — кивнул он, забирая у нее сигарету из пальцев, сам быстро затянувшись. — Когда я сам здесь работал, в меня швырнули меню.       Ясмин опешила от того, насколько нежно он себя вел. Как смотрел на нее. Будто хотел защитить. Сигарета все еще тлела у него в руках, он щелчком сбил пепел, вновь затянувшись. Она четко видела на ней след своей розовой помады, но Зейна, кажется, совершенно это не смущало.       — Ты работал здесь? — сама того не ожидая, она избавилась от излишней вежливости.       — Конечно, когда был студентом, — он слабо улыбнулся, возвращая сигарету обратно. — Пока отец позволял это. Точнее, пока он строил свою жизнь с Маринетт.       — Я слышала эту историю, — Ясмин выдохнула, неотрывно наблюдая за ним, сама затянулась, еще больше пачкая в помаде фильтр.       — Надо научить Каролину держать язык за зубами, — Зейн рассмеялся, так искренне, громко и низко, что у нее пробежала стая мурашек по телу. Это было… сексуально. Даже слишком.       — Почему сразу Каролину? — неожиданно спросила она. — Может быть, это не она?       — Она слишком давно здесь работает, — Зейн продолжал улыбаться. — И слишком хорошо меня знает. Не бери в голову, ты вся продрогла, пойдем внутрь.       Ясмин кивнула, на непослушных ногах дошла до мусорки, а затем вернулась в кофейню. Было тяжело возвращаться обратно, но стало легче. В голове все еще мелькал смех Зейна, такой низкий, с хрипотцой, отчего она невольно закусила губу. Она слышала, что он вошел следом и тут же скрылся у себя.       Тело перестало трясти. Каролина сама устранила происшествие, вытерла кофе с пола и прилавка, убрала стаканчик, вручила ей новый фартук. На свитере все равно было пятно. Ясмин вздохнула, поправила макияж в туалете и вновь вернулась за работу.