Яркое и любящее солнце гаснет первым

      Было середина дня. Суматоха Нью-Йорка красовалась за окном квартиры, в которой сидела японка на кресле и расслабленно читала книгу. Её покой нарушил восьмилетний мальчик, что влетел в комнату, которого пытался догнать мальчик лет одиннадцати.       — Стой, Аки! — безнадёжно пытался ухватиться за брата Наоки. Маленький Аки подбежал к матери, прыгая перед ней, на что та отложила книгу и всё внимание направила на сына.       — Ока-сан, пожалуйста! Я очень-очень хочу в Японию! Хочу учиться в Японии! — маленький Аки надоедливо тряс свою маму за руку, строя глазки несчастного котёнка.       Женщина опешила от такой просьбы, но ответила:       — Сынок, я понимаю, что тебе хочется посмотреть Японию, но давай ты выучишься всё-таки в Америке, чтобы ты немного подрос, хорошо? — мать с улыбкой потрепала сына по волосам.       — Нет! Я хочу сейчас! Хочу учиться в Японии! — категорически протестовал маленький Аки.       — Тебе же сказали «нет», значит нет, — вставил своё слово Наоки.       — Хочу поехать в Японию! Ока-сан, пожалуйста!       На их шумный разговор в комнату вошёл отец мальчиков, спиной оперевшись на дверной проём. Увидев отца, маленький Аки стал искать поддержки в его глазах.       — Ото-сан*, поехали в Японию!       — Конечно поедем, Аки. Можете с Наоки уже собирать чемоданы, — беззаботно ответил отец, улыбаясь.       — Ура! — мальчик подпрыгнул от радости, подняв руки вверх.       На что старший брат отчитал его, напоминая, чтобы тот вёл себя сдержаннее. Пока один весело кружил по комнате, а второй старался вразумить его, женщина тревожно посмотрела на мужа, задавая немой вопрос. Мужчина только кивнул в сторону коридора, предлагая поговорить там. Они закрыли дверь комнаты с детьми, и ушли в другой конец квартиры, чтобы дети их не слышали.       — Йору, ты уверен, что стоит ехать сейчас? — начала разговор жена, вставая около большого окна.       — Айко, не переживай. Они уже давно забыли о нас, — муж также встал около окна напротив неё.       — А что, если нет? Вдруг они только и ждут, чтобы мы вернулись на их территорию, где смогут легко поймать нас, — Айко начала не на шутку нервничать.       — Всё в порядке, я позабочусь об этом, — Йору подошёл к Айко и крепко обнял её, успокаивающе гладя по голове.       Айко обняла в ответ, искренне веря словам Йору.       — К тому же мы давно обещали Аки поездку в Киото.       — Но он хочет там учиться и жить в дальнейшем, судя по его поведению.       — Тогда мы приложим все усилия, чтобы его жизнь в Японии была спокойной, — Йору отстранился от Айко и поцеловал в лоб.       На этом их разговор закончился, Айко повернулась к большому окну и с надеждой посмотрела в небо, ища там воображаемых журавлей*, а Йору обнял её со спины, положив подбородок на плечо.       Через пару недель они приземлились в Японию, вызвали такси, чтобы добраться до их нового жилья, которое прикупили заранее, благодаря сёстрам Айко, с которыми они теперь жили рядом. Их дома соединял подвал, через который Аки и Наоки любили ходить к ним в гости на чай с пирожными. А тётки и рады были их приветствовать. Они жили практически в уединённом месте, где ближайшие к ним соседи были в квартале от них.       Мальчики стали ходить в местную школу, их отец успешно обустроился на новой работе, а мать ежедневно готовила с удовольствием японские блюда. После школы Аки и Наоки играли во дворе или донимали своих тёть по соседству. Иногда гуляли со школьными друзьями, весело проводя время. Они все вместе часто устраивали семейные посиделки за просмотром сериалов или совместных игр. Было приятно чувствовать тепло, что наполняло дом и озаряло его светом. Жизнь у семьи Хаякава и правда лилась ровно и естественно спокойно.       Воскресное утро. Выходной. Все в доме ещё спали.       Из не откуда выстрелили в окно дома. Пуля попала в вазу с цветами и с огромным треском разбилась, что моментально разбудило всю семью. Йору и Айко тут же вскочили и побежали в комнату детей. Попутно мужчина достал дневник из своего тайного ящика в полу под кроватью и вручил его старшему сыну. Аки и Наоки не сразу поняли, что происходит, но через секунду Наоки сообразил, что дела их очень и очень плохи.       Йору и Айко отвели ребят к дверям того самого подвала и приказали им здесь спрятаться и не высовываться, пока они не разрешат. Аки не хотел оставлять родителей и со слезами смотрел на них сквозь щёлку дверей, а Наоки крепко обнимал брата, чтобы тот сильно не нервничал.       По спине Аки и Наоки пробежал холод, слышались крики, звук бьющейся посуду, выстрелы. Пахло сталью и грязью, что внушало ужас. Всё внутри перевернулось и скрутило так, что начинало тошнить и трясти со страшной силой. Разум отказывался воспринимать эту реальность. Словно это всё происходило не с ними.       Двери подвала находились прямо в центре гостиной, поэтому им было всё прекрасно видно, хоть и через щель между дверьми. Но братья видели, как в их дом ворвались чужие люди с пистолетами, одетые во всё чёрное, и нацелились на их отца и мать.       — Никчёмный мальчишка, думал, что мы так просто спустим тебе твой побег?! — выкрикнул кто-то из якудза.       — Я возьму за это ответственность, но только не трогайте Айко! — Йору загораживал свою жену, держа её за руку.       — Разумеется возьмёшь, но вот от посторонних людей придётся избавиться, — ответил какой-то парень из толпы и схватил Айко за волосы, оттащив в сторону.       — Айко! — бросился к ней Йору, но его тут же захватили сзади несколько якудза.       — Только двинься и твоей девчонке не поздоровиться, — парень удерживал Айко, приставил нож к её горлу.       — Оставьте её! — умолял Йору, пытаясь отцепить от себя чужие руки.       Йору кусался и вырывался как мог, но якудза были сильнее и их было больше.       — Не трогайте её! — Йору начал драться, ударив по морде одного из якудза.       Другие тоже нависли над ним с кулаками, тот отбивался, отвечая ударом на удар. Его избивали со всех сторон, Йору не всегда мог уклониться, поэтому очень быстро ослаб, на последнем ударе в живот он окончательно сдался.       — Хватит сопротивляться. Ты совершил ошибку ещё тогда, когда решил сбежать от нас, — к Йору подошёл какой-то мужчина.       — Отпустите Айко, — Йору уже выбился из сил и почти хрипел.       — Разве ты не помнишь закон нашей банды? «Работай с якудза или умри от их руки» — это то, что каждому внедряют с самого рождения. А несоблюдение этого закона карается самым страшным, — мужчина кивнул парню, что держал Айко, тот не мешкая перерезал горло девушке, что упала замертво, а кровь залила пол.       — Айко! — глаза Йору наполнились безумием.       Йору продолжал звать жену, вырываться, брыкаться и всячески проклинать якудза. Все силуэты расплывались и только Айко ещё оставалась более-менее чёткой, несмотря на то что она тонула в собственной крови и бледнела с каждой секундой. Часть его души умерла вместе с ней. Колени Йору предательски согнулись, и он рухнул на пол, продолжая взывать Айко со слезами.       Мужчина, что приказал убить Айко подошёл к нему ближе и поднял за подбородок.       — Это что слёзы? Какой же ты жалкий.       — Горите все в Дзигоку*! — простонал беспомощно Йору, стряхнув чужую руку с его лица.       — Давай больше не будем тратить ни чьё время и ты дашь ответ на простой вопрос. Ты вернёшься с нами или последуешь за своей женой? — мужчина насмешливо зыркнул в сторону мертвой Айко.       К голове Йору был приставлен пистолет, что был холоднее льда, по коже медленно скользили капельки пота, сердце позабыло что такое адекватный ритм.       — Никогда, — прошептал себе под нос Йору.       — А?       — Никогда больше я не вернусь туда! Я сбежал не для того, чтобы потом под страхом смерти возвращаться! Если я решился быть свободным, то буду им до конца! — на последнем слове Йору плюнул в лицо мужчине перед собой.       Якудза вытер лицо и жестом приказал покончить с этим.       Через секунду Йору лежал рядом с Айко, его рука легла поверх её, кровь слилась в одно море, в котором они тонули уже вместе. Их бездыханные тела лежали, как сломанные куклы, что решили выбросить. В воздухе отчётливо впечатался запах смерти, оставляя едкий осадок на душе.       Дети всё видели и слышали каждое слово. Аки чуть было не закричал, благо Наоки успел прикрыть его рот и свой тоже. Смотря на неподвижные фигуры родителей, Аки всё ещё не верил, что всё это взаправду. Мальчик едва не потерял сознание от увиденного, настолько в голове всё перемешалось, что тело отказывалось слушаться. Когда Наоки отошёл немного, то потащил Аки в проход ведущий в дом сестёр Айко, пока их не обнаружили.       Якудза же обыскали весь дом, проверяя наличия потенциальных детей этой парочки, однако так ничего и никого не нашли и просто скрылись так, словно их здесь никогда и не было.       Аки и Наоки дождались, когда снаружи станет тихо и только после этого вылезли с другого входа подвала, появившись перед тётями, напугав их.       Они тоже всё слышали, но что могли сделать в этот кошмарный момент? Позвонить в полицию? Самолично вмешаться? Дойти до ближайших соседей и поднять весь район на ноги? Никто не стал бы связываться с якудза, которые могли бы перебить весь район, не моргая.       Наоки нервно всё рассказал тётям, параллельно утешая брата, который разревелся при первой возможности.       — Здесь оставаться точно нельзя. Нам нужно срочно уехать в Америку. — Заявила старшая из сестёр.       — Нет! Я хочу к ока-сан и ото-сан! Я не хочу уезжать! — Аки тер глаза, которые успели опухнуть от слёз, и громко орал на весь дом.       — Аки успокойся. Это на время, — Сестра помладше гладила мальчика по голове, в надежде утихомирить его.       — Не хочу!       — Да пойми ты, что Япония для нас не безопасна! Ока-сан и ото-сан мертвы! — не выдержал Наоки и накричал на Аки.       — Они-чан*, почему ты на меня кричишь? — ещё сильнее ревел Аки.       — Всё будет хорошо, успокойся, — продолжала утешать младшая сестра, крепко обняв мальчика.       В это время как старшая успокаивала Наоки, говоря, что Аки ещё слишком маленький, чтобы понять это. Она всячески уговаривала Наоки не срываться на брате. На что тот лишь отвёл взгляд, скрепил зубы и мёртвой хваткой вцепился в дневник, что успел передать ему отец.