Встретимся вновь

С того момента, как Вэй Усянь в последний раз брался за флейту, прошло почти несколько лет. Когда-то правитель, за которого он был вынужден воевать, проиграл в войне. Вэй Усянь нанёс армии Сяньлэ значительный урон, однако к блестящей победе это не привело. Сейчас, ему вновь придется сражаться, однако это скорее добровольно, нежели по принуждению. Он должен поднять мертвецов и использовать все свои силы на максимум. Ведь где-то там его человек, живой или мёртвый, и его должны отыскать для него, и ради этого необходимо выиграть. — О боги… Стоило только заключить сделку как Его Величество лично сопроводил Вэй Усяня до горы трупов недавно погибших солдат. Те еще не успели разложиться, просто идеально. — Думаю тут достаточно, чтобы разнести большую часть вражеской армии. Как раз восполнит недостающую часть наших войск. Справишься? — Ваше Величество, если вы узнаете что-то о моём человеке, я готов хоть воскресить кого если понадобится, уж будьте уверенны. Прохладный осенний ветер приподнимает выбившуюся прядь волос. Се Лянь протягивает руку, чтобы заправить ту обратно, в предплечье просыпается колющая боль. В последнем сражении ему здорово досталось. Доживет ли он вообще до следующей встречи со своим лисенком, или же тот узрит его холодный труп неизвестно. Внезапно, император вдруг решает зацепиться за произнесённые слова. — «Готов хоть воскресить кого если понадобится». Это в твоей власти? Тёмный заклинатель обращает на мужчину вопросительный взгляд. После отвечает с ироничной усмешкой, — Ваше Величество, вы слишком меня переоцениваете. Я это сказал, так, к слову. Думаю я смогу воскресить, только если соблюсти определенные условия. Но это уже будет не тот человек, что раньше. Мёртвый телом, но живой душой. Прежде чем развернуться и уйти, император обводит взглядом гору трупов, после переводит на Вэй Усяня задумчивый взгляд. — Ясно, приму это к сведению. Нас ждет решающая битва, приготовься. Все твои изобретения и прочий хлам скоро передадут лично тебе в руки. Не подведи меня. Отвесив поклон, мужчина возвращает всё внимание к горе трупов, а сам император уходит размышляя о важном. Не о войне и не о Вэй Усяне, о другом. Совсем недавно он заметил кое-что странное, когда обсуждал план действий с наставником. А вернее кое-кого кто посмел шпионить за ним. Император проходит в шатер, следом трое подчиненных отвесив поклоны друг за другом отдают отчет об обстановке. Один из них передает письмо. Прочитав, Се Лянь узнает о делах в столице и во дворце. И всё не так хорошо как хотелось бы. Мой дорогой царственный брат, городские врата не сломлены, враги пока не пробрались в столицу, однако поветрие ликов стало только страшнее. Матушка-императрица в здравии, однако не выходит из своих покоев. Люди в панике, и я надеюсь на твое скорейшее возвращение и сокрушительную победу. Ты наша последняя надежда. Когда он отдал старшей сестре поручение следить за порядками во дворце и держать оборону столицы, он также приказал говорить всё как есть и не приукрашивать действительность. Всё в этом письме — правда, за исключением матушки. Се Лянь и сам понимает что та возможно скоро наложит на себя руки, и тогда он останется совсем один. Так можно было бы судить если бы не одно, но. — Сразу же докладывайте об обстановке если заметите что-то странное. Следите за Вэй Усянем абы не натворил чего. На этом всё. Подчинённые уходят, однако тут же все твое замирают когда император отдаёт приказ. — Стоять. — Ваше Величество, будут еще какие-то указания? Император обводит холодным взглядом одного из слуг. Тот лишь опускает глаза чуть склонив голову. — Ты, останься — и переводит взгляд на оставшихся — А вы уходите. В помещении так тихо, слышно лишь дыхание двух мужчин. Император ранее вырезавший лисью маску из дерева берет в руки своё творение и пару раз постукивает по столу. Через недолгую заминку стук повторяется. Слуга перед ним по-прежнему стоит склонив голову не шелохнувшись. Спустя недолгую паузу постукивание вновь повторяется. А потом маска и вовсе с громким стуком сталкивается с поверхностью стола и её мастер поднимается с места. Мужчина неспешным шагом подходит к парню, протягивает руку и заводит ту под ворот воинской формы. Кадык поднимается верх вниз когда холодные пальцы императора касаются кожи поднимаясь всё выше. К неожиданности юноши, вторая свободная рука мужчины ложится на талию, он чуть вздрагивает когда Се Лянь усиливает хватку. Их лица совсем близко, настолько, что посмотри на это кто-то со стороны, подумает что император совсем сошел с ума раз решил уединиться с солдатом. Однако паренёк молчит, лишь ресницы чуть подрагивают. Император не опуская руки с талии, плавно опускает вторую с шеи ниже к груди. Подцепляет цепочку и вытягивает ту из-под одежды покручивая на пальцах. — Ты стал слишком своеволен. Тебе так не кажется…лисёнок? Император отстраняется, солдат вновь склоняет голову и через пару мгновений внешность меняется. Как и думал, Се Лянь не ошибся, этот хитрый, своевольный лис поплёлся за ним хотя было велено ждать во дворце. — Прощу, простите меня, — без промедлений, Хуа Чен падает на колени, выказывая всё своё повиновение и почтительность. — Я вновь обманул вас, я не хотел мешать, но… — Но я заметил кольцо, да? — Император тяжело вздыхает, протягивает руку, чуть склоняясь. С его усталыми встречаются красивые, разноцветные глазки лиса, в которых так и читается сожаление. — Вставай. Приняв руку помощи, юноша поднимается, вставая на ноги. Се Лянь так и не выпустив его руки, стоит на месте. Оба мужчины немного времени просто стоят в тишине. Как же он был глуп, раз не учёл того, что император заметит кольцо на шее. Он совершенно позабыл о нём, когда, приняв облик одного из солдат, следовал сюда за наставником Его Величества. И вот его господин так легко заметил собственное кольцо. — Я вновь ослушался и понимаю это, но быть поодаль и стоять в стороне просто не в силах. Можете наказать меня, но прошу… не отсылайте обратно во дворец, — Лис вынимает свою руку из руки императора, но только чтобы вновь перехватить и сжать в собственных ладонях еще крепче. — Я больше не повторю подобных ошибок. Я готов отдать свою жизнь за Вас и за империю. Готов сражаться, только позвольте мне остаться. Се Лянь, не желая больше слушать, тихонько кивает, неспешно высвобождает свою руку и к неожиданности лиса обнимает — нежно, тепло, склоняя свою голову на его плечо. Он знает, что Хуа Чен верен ему и готов пойти на самые тяжелые испытания ради его блага. Он также знает, что в битве, которая предстоит, каждый союзник будет необходим, и самым первым в бой будет рваться именно он. Он слишком устал от всего, чтобы спорить, ведь именно этих объятий ему так не хватало. — Я не собираюсь тебя наказывать, глупыш, — произносит император, — но ты должен понимать, что твои действия могут иметь серьезные последствия. Я доверяю тебе, но ты должен быть осторожным и знать границы дозволенного. И… почему ты опять обращаешься ко мне как все? — Как все? — Лис, мягко обнимая, в ответ не совсем понимает суть сказанного. Мужчина на плече зарывается в его шею, потираясь носом. Щекотно. Лис так и вздрагивает, а император расслабляется, ласково отвечая — Зовешь в уважительной форме. Разве я не велел обращаться ко мне не так, как все? Или ты уже забыл? Так тепло, что отстраняться совсем не хочется. Хотелось бы стоять вот так всю свою жизнь. Стать одной статуей, высеченной из камня, которую бы омывали дожди, обдувал холодный ветер, но всё это бы не касалось их двоих. Как жаль, что люди столь хрупки и не вечны. — Я никогда не забывал того, что говорил мне мой Гэгэ, — Шеи императора касается легкий поцелуй, отчего мужчина вздрагивает. Это прикосновение губ вызывает волну мурашек. Лисьи лапы сжимают своё сокровище лишь сильнее. — Не забывал и никогда не забуду. Зная к чему может это привести, император решает отстраниться. Но не уйти. Ладони касаются бледных щёк лиса. Тот ненамного превосходит его в росте, приходится поднять голову. Нежно, рука императора отодвигает закрывающую один из глаз чёлку. Эти глаза прекрасны, кто бы что не говорил. Они прекрасны. Первым кто сказал ему об этом была мама, вторым человеком стал принц, а ныне император Сяньлэ. Матушка давно ушла, но вот второй дорогой человек все еще тут, смотрит на него так нежно и без презрения. Одна лишь мысль, что когда-то он может остаться совсем один, приводит к неимоверным страданиям. И это лишь одна мысль. — Нам предстоит сразиться за наше будущее. Ты можешь остаться в стороне и подождать меня. Но увы, ты так не сделаешь. Поэтому, будь рядом и не дай себя ранить. Это мой приказ. Они оба знают, что перед ними стоит нелегкая задача: если в этой битве их ждёт поражение, то всё точно будет кончено. Мечты и обещания, которые император дал этому непослушному юнцу, пойдут прахом. Сломать кости, потерять много крови, но победить нужно во что бы то ни стало. — Раз это приказ, я обязан буду его выполнить. Но и гэгэ, пусть выполнит мой. — Лис накрывает руки прижатые к щекам своими, улыбается так нежно, касаясь самых глубин сердца — Живи, хотя-бы ради меня. Не дай себя ранить.