Айранд: Путь воина

27 марта, 473 год после падения небес по киндрийскому календарю.

      Прошло много зим с поры юношества Глоба Браулейфа, сына нынешнего вожака клана Браулейфов Моди Браулейфа. Прошло действительно много времени. Сейчас Глобу, который чаще, чем свою фамилию, использовал прозвище "большой", было уже 29 зим. Да, так его обзывали в детстве, однако сейчас имя Большой Глоб стало олицетворением ужаса для всех смельчаков в племени Роусвл. Оно и не удивительно - ростом он был лишь немного ниже девяти футов. Он буквально на голову превосходил любого врага, не говоря уже о том, что был очень мускулист. Но не только силы, ему было не занимать также боевого духа и навыков. В отличии от какого-нибудь амбала с мышечной массой вместо головы, Глоб умел использовать свою силу лучшим образом. Он давно не был обычным карамцем. Будучи сыном вожака он уже дослужился до звания датуза. Это довольно почётное звание, в армии вожака есть чаще всего только один, максимум два датуза, так как они являются прямыми подчинёнными и помощниками вожака "в бою и в быту". Датуз должен распоряжаться армией в две тысячи воинов, быть рядом с вожаком, когда надо, и советовать вожаку, как быть в той или иной ситуации.       Вот и сейчас Глоб вместе с его двумя товарищами датузами Ередигнем и Пломиусом сидели в ставке командования войском вожака. Сам вожак отец Глоба Моди в тот миг отсутствовал в шатре, который был малой копией юрты, а потому трое датузов могли быть абсолютно честны в своих словах.       - Честное словно, этот Тиранид совсем озверел... - протянул Ередигн, у которого было довольно молодое лицо и очень короткие волосы. - Я ещё понимаю, что наш вожак решил не участвовать в племенном турнире, но как понимать то, что этот Тиранид Хардод сразу после становления вождём Роусвлов решил поквитаться с северными племенами?!       - Спокойнее, Ередигн, - покачал головой Пломиус. Его внешность больше походила на Глоба, волосы тоже были длиннее, плюс они были седые, а не как у всех остальных карамцев белые. Это был признак старости, о чём свидетельствовала ещё и пышная борода. - Клан Хардод самый влиятельный в нашем племени, поэтому остальные последовали за ним. К тому же, не нам, гордым роусвлам, прогибаться под северян. Кайдаш обязательно вознаградит нас за преданность. А ты как думаешь, Глоб?       - Мне без разницы, - отречённо ответил Большой Глоб. - Я жду не дождусь самой битвы. Или зря что ли мы сюда тащились три дня? Уже руки чешутся разбить их в пух и прах!       - Кстати, вы слышали, что хан наш решил силами одного только своего племени на Толдхейм пойти? - начал было Ередигн, но его прервали.       На этих словах в шатёр вошёл сам вожак клана Браулейфов. Вид его был слегка измождённым и обеспокоенным.       - О, вот и ты, отец. Как дела? Ты ведь был в шатре вождя?       - Верно, - кивнул Моди. - Тиранид провёл совещание всех вожаков. Итого, войско нашего племени насчитывает только пятнадцать тысяч воинов. Вожак Шоркен не явился на битву по зову вождя. Он заявил, что не станет вмешиваться в личные разборки клана Хардод.       - Вот оно как? Так почему же мы пришли на битву? Тем более, что наше войско больше даже войска самого Тиранида и всех остальных вожаков? Сколько, кстати, врагов? - спросил Ередигн.       - Мы не уверены, но, совместное войско северных племён Вирасов и Эмепов должно быть не меньше двадцати тысяч.       - Двадцати?! Да Тиранид должен быть до смерти благодарен вам, вожак, за то, что вы пришли поддержать его!       - Тихо, юнец, - кинул на него взгляд Пломиус.       - В любом случае делать уже нечего. Сейчас я расскажу вам нашу общую тактику, расположение войск союзников и врагов. Уже сегодня начнётся битва, так что сразу после этого идите к своим подчинённым и ждите сигнала вождя.       Прошло больше часа с момента, как вожак Моди начал объяснять тактику своим подчинённым. Все уже успели уяснить общий план и успели организовать свои войска. В составе армий племени Роусвл, как и у противников Вирасов и Эмепов, имелось три основных типа войск. В их число входила пехота, вооружённая различным оружием ближнего боя, лучники, а также кавалерия. Да, именно кавалерия. Но кони, которыми пользуются люди на юге, на севере не обитали. Вместо коней карамцы использовали овцебыков - быстрых, покладистых и шерстяных зверей. Основу войска составляла пехота, которую возглавлял лично вождь Тиранид, а месте с ним двое вожаков, включая вожака Моди. Ещё один вожак командовал лучниками, а вожаку Никеру поручили командовать кавалерией. Большой Глоб же стал прямым подчинённым Никера, командуя своим отрядом кавалерии внушительных размеров. Настал час битвы.       Вражеская пехота двинулась вперёд. Войско Тиранида также пришло в движение. На широком поле, окружённом по бокам лесами, началась большая давка из пехотинцев. Лучники стояли в тылу, не решаясь стрелять, опасаясь попасть по своим. Кавалерия же делала то, что было приказано - отряд Глоба из нескольких сотен всадников скрылся с поля боя, а вожак Никер остался создавать видимость того, что все войска Тиранида остались на месте. Большой Глоб сразу понял тактику Тиранида - он хотел зажать войска его врагов - вождей племён Вирасов и Эмепов - меж двух огней и разбить их. Подопечных Глоба смущало то, что их всего было несколько сотен, но Моди сказал, что иначе враг сразу же заметит пропажу. Так или иначе - выбора не было. Впрочем, самого Глоба ничего не терзало. Он был только рад отважно ринуться в бой. Среди его подопечных, к слову, был и сам брат Б'ёрн, с которым у него были не самые лучшие отношения.       Когда отряд Глоба наконец обогнул предполагаемое место битвы и вышел из леса, то они обнаружили, как далеко продвинулось войско северян, тесня своих.       - Что за дела?! - вскрикнул Б'ёрн, находящийся недалеко от брата. - Мы ведь точно вышли в назначенное время в назначенном месте! Неужели у основных сил всё настолько плохо?       - Похоже на то, - усмехнулся Глоб. Его губы расползлись в чудовищной ухмылке, обнажив клыки. У него не было какого-то коварного подлого плана, лишь искреннее желание выяснить, слаб он или силён. - И это лишь значит, что мы должны поторопиться. Войска! Построение "овцебыка" по семьдесят всадников в каждом!       Воины Глоба принялись исполнять приказ. Мгновенно они построились в несколько тактических единиц, кулаков, которые должны были исправить ситуацию на поле боя, и ринулись вперёд за своим командиром. Большой Глоб лично возглавил центральное построение, несясь в первых рядах с копьём наперевес. Тактика действительно оказалась удачной. Овцебычья атака буквально смела ряды лучников северян, что стояли позади основного войска, и врезалась в ряды пехоты. Встретив сопротивление врага, ошеломлённого внезапной атакой, Глоб горном приказал войскам спешиться и пробиваться к своим. Надо было максимально рассредоточить войска противника, тем самым дав возможность для войск Тиранида перегруппироваться и нанести удар по врагу.       Сам же Глоб в гневе был страшен. Одним только своим копьём будучи на овцебыке он сразил за этот бой с дюжину врагов. Но его основным оружием было вовсе не копьё. Большого Глоба признавали мастером секиры, которая всё время находилась у него за спиной. Спешившись, он взял её в руки, и стал рубить врагов налево и направо. Он использовал знания о ведении боя, которые ему дал ещё старик Тесак. Глоб не стал размахивать секирой, как попало, он целился в определённые слабые места. И он поистине наслаждался битвой, в которой полностью оправдывал надежды отца и труды Тесака.       Не получив ни единой раны после стольких смертельных ударов врагам, Глоб даже немного расслабился. И из-за этого потерял из виду одного из вражеских воинов, который позарился своим копьём убить Глоба. Глоб подставил врагу спину и не успевал развернуться. "Похоже, тут моя песенка спета" - усмехнулся про себя карамец, который и сам отнял жизни многих других карамцев. Хотя бы умрёт Глоб как воин, а не как позорный фермер. Такова была идеология Тесака, такова стала идеология и Глоба. Однако, один карамец решил, что сегодня ещё не пришло время для Глоба умирать. Браулейф был в некотором замешательстве. Спину Глобу прикрыл его же брат. Б'ёрн бросился грудью защищать его - щит он где-то потерял. Копьё пронзило шею Б'ёрна насквозь. Глоб зарычал от гнева и тут же снёс секирой голову убийце брата.       Внезапно прозвучал горн. Это был не горн племени Роусвл. Наоборот, кто-то из врагов, либо Вирасы, либо Эмепы решили бежать с поля боя. За этим сигналом раздался ещё один - и снова об отступлении трубил враг. Воины, которые окружали Глоба, разом стали отступать, и уже скоро кавалерийцев, что сеяли раздор и панику в стане врага, встретили товарищи из пехоты. Браулейф тяжело вздохнул и наклонился к брату, который лежал на земле. Рана его была очень глубокой, Глоб проверил дыхание - ничего. Б'ёрн уже стал трупом, прямо на глазах у брата за какие-то несколько мгновений. Глоб заметил взглядом своего друга - датуза Ередигна, который был весьма не радостен. Большой Глоб подбежал к нему и ударил по плечу, от чего немного хилый Ередигн чуть не упал, хоть и был рад видеть Глоба живым.       - Молодец, Ередигн, хорошо справился, - чуть улыбнулся Глоб. Улыбка его была мрачнее, чем обычно. - Почему враг отступил?       - Элита Тиранида, оказывается, специально не вступала в бой, чтобы нанести внезапный удар после того, как вы посеяли панику в их рядах. Мы легко начали теснить врага. Но...       Глоб нахмурился. Он и так сейчас не был рад победе, так как умер его брат. Хоть они с ним и не особо ладили, однако такой смерти он явно не заслужил.       - Что "но"?       - Вожак Моди, твой отец, до того, как враг начал отступать, погиб.