Starless Night

      За окном чирикали птички, за окнами дворца сходили первые лучики солнца. Эти лучики люди называли порождением бога. Люди поклонялись солнцу с давних времен и верили в его божественную силу, которая могла вылечить человека и убить его за пару часов. Люди боялись солнца. Приносили ему дары. И тех, на ком оставило солнце след в виде веснушек, считались особенными. Дарами солнца…       Это утро могло начинаться прекрасно, Хиробрин был в поднятом настроении, ему даже не приходилось срываться на своих бездарных слуг, которые в свою очередь были очень рады благосклонности отношения к ним их короля. На самом деле, у Хиробрина отлично пошли дела с вчерашнего вечера, когда он побыл с Алекс «наедине». Сегодня король беспомощных людишек наконец смог уладить с Хиробрином по его вкусу, и Алекс должна была отправиться в свое родное королевство через неделю. Он наконец сможет получить свою армию и дать ответный отпор нападавшим на него врагам. Это утро могло начинаться для всех прекрасно, но только не для Алекс. Она проснулась одетая, но разбитая внутри. Алекс прекрасно помнила, что произошло сегодня ночью. Хиробрин ее изна…изнаси. изнасиловал! Он против ее воли устроил себе развлечение. Алекс повернулась к стене, бесшумно заплакав. Она сжалась от душевной боли, поглощающей ее. Было внутри то чувство предательства, которого на самом деле и не существовало: предал он ее еще до рождения на этой темной земле. Алекс продолжала плакать, тонкие слезки стекали по ее личику. От этого плача проснулась елейка. Феечка закружила над кроватью и присела Алекс на плече. Феечка погладила Алекс своими крыльями, от чего та засмеялась. Это было щекотно, но не достаточно чтобы унять ее душевную боль. Елейка будто поняла все без слов: по состоянию Алекс можно было узнать, что произошло ночью. Так что феечка обняла ее своими маленькими ручками, дабы хоть немного утешить жертву насилия. Утешать долго елейка не смогла, ведь дверь открылась. На пороге стоял Хиробрин.       — Выходи, Алекс       Алекс не послушалась, она продолжила валяться на кровати, пока елейка шептала что-то ей на ухо.       — Эй, поднимайся!       Алекс апатично повернула голову сторону Хиробрина. Это привело его в ярость. Он подошел и схватил ее за ворот рубашки, грозя при этом:       — Поднимайся, мытарица*, иначе плеть точно побывает на твоем теле!       Алекс встала на ноги, но тут же упала. Непонятная слабость сковала ее тело. Девушка еще несколько раз предпринимала попытки встать, однако неудачно. Хиробрин посмотрел на Алекс. Где-то далеко внутри у него проснулись остатки жалости, которую он утерял тысячи лет назад. Хиробрин взял Алекс на руки и понес в столовую, куда собрался идти изначально. Слуги исподтишка смотрели на их короля, кой нес пленницу, как невесту. Все давно приметили, что пленница, имя которой было известно немногим, хорошо влияла на характер Хиробрина. Он стал улыбаться намного чаще, чем до ее прихода, да и к своему осадку стал спокойние. Никто не знал, что будет с пленницей, никто, кроме Хиробрина и его близких советников, бывавших на переговорах. Елейка хотела пойти с ними, но оказалась за закрытой дверью. Хиробрин никогда не выпускал ее.       Хиробрин открыл дверь и вошёл в зал. Там уже вкусно пахла еда, белоглазый посадил Алекс на стул. Она посмотрела на свою еду и очень удивилась. Там была хорошая еда. В последний раз такую она ела только вечером до похищения. От этих воспоминаний у Алекс невольно потекли слезы. Алекс бросила кроткий взгляд на Хиробрина и начала есть. Ей очень не хотелось, чтобы белоглазый увидел в ее глазах слезы, это могло привести к плохим последствиям. Алекс легко глотала вкусную пищу и наслаждалась ей. Как это было приятно, после столь пресной холодной голодовки ощутить во рту что-то теплое и вкусное, ощутить как мягкий стейк сочиться в твоем рту, как его яркий вкус одолевает все твои вкусовые рецепторы, а затем и душу, как аппетитная толченка тает в твоем рту, а еще если сметанки налить, то выходит идеальное сочетание…       — Вижу, тебе нравится… — с другой стороны стола отвлек Алекс грубый голос. Хиробрин, закинув ногу на ногу, смотрел как Алекс довольно уплетает яства. Алекс одобрительно помотала головой, забыв о своем страхе перед Хиробрином.       — С этого дня ты у тебя будет три приема пищи каждый день, тебя умоют и приведут в порядок — Хиробрин довольно улыбнулся. Эта улыбка была поистине довольная, так что у Алекс не осталось сомнений, что Хиробрин что-то задумал.       — У меня для тебя есть хорошие новости…ты едешь домой! — сказал Хиробрин с торжественным видом. От этой новости Алекс чуть не подавилась едой. Хиробрин вскружил ей голову. Она находилась в смятении: Алекс в мгновение позабыла о своей боли, вместо нее пришло чувство грусти. Алекс не хотелось покидать Хиробрина, который за короткое время ей так понравился. Пуская все что он делал…он же не сделали ей слишком больно, верно? Она смогла бы его исправить, и она не хочет уходить!       — Что-то не так? — Хиробрин помрачнел от выражения лица Алекс. Алекс выглядела подавленной от скорых перемен, хотя должна была радоваться, что скоро вернется домой. Алекс пришла в себя и ответила:       — Н-нет, все нормально… — Алекс склонила в голову в тарелку. Из оставшейся картошки Алекс выводила грустную гримаску. Вот глаза, вот ротик, вот…       — Неужели ты не хочешь возвращаться к отцу? — отвесил Хиробрин холодно. Рыжая подняла голову и умолительно посмотрела на Хиробрина, однако промолчала. Хиробрин в ее ответе не нуждался. Он понял все по ее наивным зеленым глазам, которыми она смотрела. Наверное, пыталась заглянуть ему в душу. Но души у него не было, как и сердца. Смотреть было не во что.       — Для своих лет ты слишком наивна, Алекс. Я говорил тебе, что это похищение. Что ты нужна мне ради выгоды, я тебе говорил? Я обменяю тебя на свою армию, и ты больше сюда не вернешься. Я не люблю тебя, Алекс — последние слова Хиробрина заставили ее заплакать. В животе спазмило, а в горле застрял ком. Из Алекс вырвался тихий всхлип. Глаза стали мокрыми. Алекс вскочила со стула и убежала из зала. Хиробрин за ней не поспешил. Алекс бежала коридорами и никто не пытался ее остановить, никто не утешил ее. Алекс подбежала к двери «своей» каморки и упала на колени. По ее лицу, как маленькие снежинки, скатывались блестящие слезинки. Хотелось убежать, скрыться от всех.       — Всем на меня все равно… — промымрила Алекс, утирая слезки руками.Скорее бы вернутся домой. Монстры все также не обращали на нее внимания. Алекс села на пол, подтянув колени к подбородку и стала ждать. Ждать непонятно чего. Возможно, Хиробрина. За стеной кто-то пронзительно мяукал. Этот звук был похож на мяуканье. Рыжеволосая сразу поняла, что это елейка. Она бесновалась за стеной, вроде и ища выход, но без возможности выбраться.       — Ах, феечка… — Алекс прижала ухо к стене. Коридор опустел, осталась только Алекс и она. Алекс продолжала плакать, а фея притихла. Может, елейка ощущала всю ту боль, которая была у Алекс? Понимала ее? А вдруг, она находилась в похожей ситуации когда-то…?       Елейка прижалась к стене. Алекс стала ей как хозяйка, и она уже не могла от нее отказаться. Но Хиробрин ограничивал расстояние между ними. Это ведь он закрыл фею в комнате, чтобы она не вышла за ними. Фея была единственной, кто понимает Алекс. Рыжеволосая настолько расчувствовалась, что ей захотелось обнять фею крепко-крепко. Словно фея тоже раньше была человеком…       Алекс закрыла глаза и продолжила мечтать, пока громкий гул не вывел ее из транса. Перед Алекc предстал Хиробрин в полный рост. Он величественно, снизу вверх смотрел на девушку, словно в очередной раз показывая свое превосходство. Его лицо до ужаса напугало Алекс и она еще больше свернулась в комочек: такое строгое выражение лица Хиробрин еще никогда не использовал при ней. Выражение — не лютейшая злоба. Другое. Более ужасное, чем это, холодное, как окоченевшие пальцы у ребенка. Возле него стояло несколько слуг. Все четыре — безмозглые скелеты.       — Отведите ее в ванную. Пусть она хорошо помоется. Ночнушку — застирать, дать свежую одежду и белье — сказал Хиробрин, указывая на Алекс. Четыре скелета подошли, дабы схватить ее за руки и уволочь в ванную, Алекс вспрыгнула.       — Я сама! — Алекс послушно пошла за скелетами, оставляя феечку совершенно одну. Ну как одну. У Хиробрина на елейку еще были планы. Он засунул руку в карман и достал оттуда связку ключей. Одним из них он звонко открыл дверь. Войдя, он не увидел ни следов борьбы, ни раскиданных вещей. Только елейка тихонечко тулилась в угол.       — Здравствуй, Оливия — прошептал Хиробрин, подходя к ней с каждым шагом все ближе. Елейка, чье настоящие имя оказалось Оливия, вжалась в стену.       — Мне нужно с тобой кое-что обсудить, надеюсь, ты не против.