Не упустить своё счастье

ГЛАВА 5       Драко опустил Гермиону на пол и разжал объятия, давая ей осмотреться. Они находились в просторной, очень современно и минималистично обставленной гостиной, с множеством книжных стеллажей и огромным окном справа от камина. Оно буквально занимало всю стену, и казалось, что бушующее за ним море может в любой момент ворваться и затопить помещение.       Завороженная этим видом Гермиона сделала пару шагов к окну. Ей казалось, что шторм за стеклом в точности отражает то, что происходило в её душе — радость от осознания, что она не безразлична человеку, давно и прочно занявшему её сердце и разум, смятение от предположений того, почему он не сказал этого сам, злость за бесцельно потраченные в неведении месяцы, или даже годы. Она была готова как кинуться к нему на шею, так и убить собственными руками.       Тихо подойдя к девушке со спины, Драко аккуратно переложил её локоны на одно плечо и нежно поцеловал открывшийся участок шеи. От интимности этого прикосновения Гермиону начала бить мелкая дрожь. Малфой тут же подхватил её на руки и понёс к коридору у противоположной стены. Она покорно обвила его шею руками и, уткнувшись носом в ключицу, закрыла глаза.       Гермиона пыталась запомнить ощущения. Его уверенные шаги, поворот налево, звук захлопнувшейся за ними двери и приятный свежий воздух, наполненный едва уловимым цветочно-солёным ароматом.       Она открыла глаза только когда он бережно положил её на мягкую кровать. Драко навис над девушкой на вытянутых руках, взглядом блуждая по её лицу, словно стараясь лучше запомнить. На нём уже не было пиджака, а небрежно закатанные рукава рубашки обнажали крепкие предплечья. Пристально глядя в его глаза, Гермиона протянула руку и, коснувшись гладко выбритой линии челюсти, нежно погладила щёку парня большим пальцем, в то время как Драко плавно склонил голову вбок навстречу её ладони. В этом движении было что-то кошачье, что заставило Гермиону широко улыбнуться. Драко вопросительно посмотрел на неё, а затем, улыбнувшись в ответ, убрал руку девушки от своего лица и прижал к кровати чуть выше её головы. Он наклонился ближе, сдул выбившуюся прядь со лба Гермионы и стал покрывать поцелуями её лицо: глаза, скулы, губы. Не разрывая неглубокого поцелуя, он стянул с неё узкий пиджак, для чего ей пришлось немного изогнуться. От прикосновения её бедра к его напряжённому паху сердце девушки забилось чаще, а внизу живота начало разгораться настоящее пламя. Драко приподнялся и стал медленно расстегивать её рубашку — пуговица за пуговицей, с замиранием сердца следя, как расходящиеся полы блузки открывают всё больше её смуглой кожи: небольшую упругую грудь, худые рёбра, впалый живот. Он всё так же не спеша расстегнул её ремень и, встав с кровати, по очереди снял с Гермионы туфли, стянул брюки и освободил от рубашки.       Она осталась в одном белье: белом изящном комплекте, совершенно лишённом какого-либо декора. Эта простота в сочетании с красивым стройным телом девушки сводила Драко с ума. Он провёл руками по её шее, по впадине между грудей, по рёбрам, по узкой талии и, обхватив выпирающие тазовые косточки, прильнул губами к плоскому животу.       Гермионе с её неуёмным мозгом всегда казалось, что она слишком скучна во всём, имеющем отношение к занятию любовью, что женщина должна бы быть более активной и искусной в постели. Но в этот момент, лёжа почти неподвижно, лишь периодически поглаживая руки Драко или перебирая мягкие платиновые волосы, наслаждаясь каждым его прикосновением, её впервые совершенно не заботило, что там должна женщина в постели.       Малфой проложил дорожку поцелуев от живота Гермионы ниже к нежной белой ткани и, наконец, с нажимом проведя языком прямо поверх трусиков от влагалища девушки к её клитору, одобрительно зарычал, почувствовав, как она подалась бёдрами вперёд.       Он спустился с кровати, быстро освободился от собственной одежды и жадно окинул взглядом тело Гермионы, которая, сжав бёдра, в нетерпении потирала ногами друг о друга.       Увидев его торс, со множеством темных шрамов, ярко выделяющихся на бледной коже, она привстала на локтях от удивления и горького осознания, что это скорее всего дело рук её лучшего друга. Драко, словно не замечая изумлённого взгляда Гермионы, вернулся на кровать, уложил её обратно и продолжил то, на чём остановился.       Он провёл ладонью между ног девушки и, ощутив мокрую насквозь ткань трусиков, с довольной усмешкой моментально избавил её от белья. Он снова навис над Гермионой и, запустив одну руку в её густые волосы, жадно впился в распухшие и слегка приоткрытые от вожделения губы. Другой рукой он оглаживал её талию и бёдра, медленно продвигаясь к заветной влаге между ног девушки. Он нежно проходился подушечками пальцев по её складочкам, периодически задевая клитор, каждый раз вызывая волну дрожи, пробегающей по телу Гермионы словно разряд электрического тока. Сосредоточившись на чувствительном бугорке, своими ритмичными движениями Малфой несколько раз почти довёл её до вершины блаженства, но каждый раз прерывал этот процесс за секунду до финала, с нажимом обводя её влагалище или медленно погружая в неё два пальца, заставляя Гермиону с каждым разом желать разрядки всё больше.       То, как она извивалась под ним от каждого его прикосновения, как цеплялась за его руки и плечи, отчаянно хватая ртом воздух — было лучше, чем в любой из его фантазий. Единственное, что кардинально отличало настоящую Грейнджер от той, которую столько раз рисовало его воображение — в постели она не издавала почти ни звука, не считая её судорожных вдохов и рваных выдыхов. А ведь именно стон Гермионы на шестом курсе положил начало его одержимости ею. Но теперь, в отсутствии этих пошлых постельных звуков было что-то особенное.       Завороженный видом Гермионы, метавшейся в очередной агонии подступающего наслаждения, он позволил ей кончить. Будучи не в силах больше сдерживаться самому, он приставил к её входу головку своего окаменевшего от напряжения члена, и медленно вошёл в неё на несколько сантиметров, позволяя девушке привыкнуть к новому ощущению. Гермиона что-то невнятно прохныкала, обвивая его бедра ногами и призывая двигаться дальше. С каждым новым толчком Драко проникал всё глубже, теряя голову от ощущения того, насколько она была узкая и горячая.       Сладкое напряжение почти достигло своего пика, когда Гермиона дрожащим голосом произнесла лишь одно слово:       — Драко.       Это звучало настолько нежно и моляще, что окончательно лишило его рассудка. Он не мог больше сдерживаться и, слегка приподняв её бёдра, совершил несколько более резких и частых движений. Малфой почувствовал, как всё её тело на секунду напряглось и после очередного толчка сорвалось в бездну наслаждения, забившись в мелких конвульсиях. Содрогаясь всем телом, он кончил вслед за ней и, свалившись с неё на бок, уткнулся носом в нежную шею девушки.

***

      Гермиона тихонько гладила голову Драко и смотрела в потолок, не веря, что она потратила годы, встречаясь не с теми. С кем-то, кто при всём желании не смог бы вознести её на такую вершину блаженства. Так они лежали некоторое время, пока девушка не пошевелилась, пытаясь высвободиться из переплетения их рук и ног.       — Мне нужно в уборную, — хриплым голосом произнесла она.       Драко не глядя махнул рукой в сторону двери в противоположном конце комнаты и уткнулся лицом в подушку.       Гермиона спустилась с кровати и оглядывалась в поисках хоть чего-то из одежды, чем могла бы прикрыть свою наготу когда Драко, немного приподнявшись, протянул ей свою рубашку. Она смущенно улыбнулась и, накинув мужскую сорочку, которая доходила девушке почти до колен, направилась к указанной двери.       Приведя себя в порядок и выйдя из уборной Гермиона осмотрела спальню и невольно залюбовалась видом: огромные, как и в гостиной окна выходили в чудесный укромный садик с небольшим каскадным фонтаном в глубине.       Она подошла к открытым раздвижным дверям и втянула более чёткий здесь аромат цветов и морского бриза. Повернувшись в сторону кровати, она обнаружила, что Драко уже сидел, закутавшись в простыню, и с интересом наблюдал за ней.       — Что это за место? — спросила Гермиона.       — Моё убежище. Нравится?       Она усмехнулась и приподняла брови.       — Уединённый дом с прекрасным садом и невероятным видом на море? Ах, да, и гостиной, до потолка заполненной книгами? Если бы у тебя была кофемашина, я бы назвала это место раем.       Она мило улыбнулась и вернулась к созерцанию сада, прислонив голову к раме стеклянной двери.       — Здесь есть кофемашина — это магловский дом.       — Что?       Она бросила удивлённый взгляд на улыбающегося Драко.       — Вот уж в чём, на мой взгляд, маглы действительно преуспели, так это в архитектуре. На дом была хорошая цена, и я купил, не задумываясь.       Она стала быстро оглядывать комнату в поисках подтверждения его слов и успокоилась, лишь заметя несколько розеток.       — Никогда бы не подумала, что Лорд Малфой живёт в доме, где есть электричество.       — А также интернет и спутниковая связь, что бы это ни было. И я здесь не живу. Это место слишком, как ты заметила, уединённое, чтобы жить здесь одному.       — Да, наверное одному жутковато, — Гермиона слегка поёжилась от порыва холодного ветра, ворвавшегося в открытые двери, и направилась к кровати. — Разве самому завидному холостяку Британии может быть одиноко? Любая девушка была бы в восторге от этого дома.       Гермиона тут же пожалела о слетевших с её губ словах о каких-то там девушках, и слегка покраснев, потупила взгляд.       Драко снисходительно прищурился и спокойно ответил:       — Самому завидному холостяку Британии как-то плевать на любых девушек. Я купил его для одной конкретной... И она только что сказала, что назвала бы это место раем.       Гермиона замерла у самой кровати, в душе ликуя от очередного его признания и одновременно впадая в ужасный ступор. Она опустила глаза на свои руки.       — Прости, я не знаю что на это сказать.       — Ничего не говори.       Грейнджер вздернула голову, откинув волосы с лица, и пристально посмотрела ему в глаза.       — Нет, — Гермиона забралась на кровать и села рядом с ним, подобрав под себя ноги. — Я ненавижу любые недомолвки, но и о своих чувствах говорить как-то не умею. А сейчас у меня стойкое ощущение будто я должна объясниться и...       — Стоп! — он попытался поймать её руки, которыми девушка начала активно жестикулировать в попытке помочь себе подобрать нужные слова. — Остановись, пожалуйста, — он взял её ладони в свои. — Я не жду от тебя признания во взаимности. Ты здесь, и это больше, чем я мог когда-либо рассчитывать.       — Но я так не могу. Я скажу...       — Хорошо, скажешь. Позже. — Он поцеловал её в висок. — У нас будет возможность объясниться сколько угодно раз, — поцеловал её в шею, — если ты пообещаешь, что каждым следующим вечером я найду тебя в этой постели.       Гермиона слегка отстранилась, недоверчиво посмотрела на него и отрицательно покачала головой.       — Ты найдёшь меня в гостиной.       — Ах, ну да, книжные полки и кофемашина, — закатив глаза и еле сдерживая улыбку, Драко привстал и повалил её на спину, прижимая руки девушки к кровати. — Какую бы там пургу ни нёс Тео о нашей обоюдной любви к книгам, предупреждаю заранее, со мной читать тебе будет некогда.       Он с хитрым прищуром смотрел на милое смеющееся лицо.       — Значит я уже прочитала достаточно...       И окончание её фразы утонуло в очередном, лишающем Гермиону рассудка, поцелуе.

***

      После второго, уже более страстного, и не менее фееричного акта любви, они оба измождённые провалились в сон. Гермиона открыла глаза, когда за окном уже почти стемнело. Она аккуратно выскользнула из объятий Драко и, найдя палочку, призвала свою одежду.       — Ты куда-то собираешься?       Гермиона подпрыгнула от неожиданности, однако, с милой и извиняющейся улыбкой продолжила застёгивать свою рубашку.       — Домой.       Драко сел в кровати, сонно и растерянно смотря на неё.       — Когда ты пообещала проводить каждый вечер здесь со мной, я полагал это значит, что ты останешься насовсем.       Гермиона села на край кровати и нерешительно положила свою ладонь на его руку.       — Я вернусь и останусь насовсем, но мне нужны кое-какие вещи.       — О вещах не переживай, мои эльфы всё принесут.       При упоминании порабощённых существ лицо Гермионы моментально приняло серьёзное выражение и она уже хотела начать тираду... Но Драко прервал её, закатив глаза:       — Да, чёрт возьми, мои уже-три-месяца-как-свободные эльфы всё принесут. — Он легонько коснулся подбородка девушки и, нежно поцеловав, прошептал в её губы, — пожалуйста, не уходи. — И после того, как она утвердительно кивнула, добавил, — давай поедим.       Он встал, взял в комоде домашние хлопковые брюки и рубашку, и, надев их на голое тело, подошёл к Гермионе, застывшей на краю кровати. Она поражалась его раскрепощённости и полному отсутствию стеснения.       Склонившись, Драко галантно протянул ей руку, словно приглашая на танец. Гермиона вложила свою ладонь в его, спрыгнула с постели и последовала за ним.       Они прошли в неярко освещённую гостиную, которую на этот раз Грейнджер смогла осмотреть целиком. Драко подошёл к обеденному столу, располагавшемуся у одного из больших окон, и отодвинул стул, призывая Гермиону занять своё место, после чего сам сел напротив неё. Стол был накрыт множеством лёгких закусок и так потрясающе красиво сервирован, что устоять от того, чтобы не попробовать всё, было невозможно.       Вся их трапеза прошла в милых переглядках и глупых счастливых улыбках. Наконец, Гермиона решила заговорить:       — Ты был прав, работать вместе мы не сможем. Завтра я поговорю с Кингсли.       Драко опустил запотевший бокал с белым вином на стол.       — Я сам поговорю, — но заметив, как она недовольно нахмурилась, поспешил продолжить. — Тебе же нравится эта работа. Не могла не понравиться, — он понимающе улыбнулся, — а я давно планировал начать что-то своё, так почему бы не сейчас...       — Невероятно, у тебя на всё есть готовое решение?.. — Гермиона поражённо покачала головой. — И чем ты собираешься заниматься?       — Зельями, — пожав плечами, ответил Драко. — Это то, что мне действительно нравится и интересно, а так же могло бы стать своеобразной данью уважения крёстному.       — Крёстному?       — Северусу.       — Что?       Гермиона вытаращила на него свои и без того большие глаза, разочарованно положила вилку на тарелку и с грустью добавила:       — Это ужасно глупо: быть влюблённой в человека столько лет и не знать о нём таких вещей.       — Вот и начались признания, — он развёл руками в подтверждающем жесте и хитро улыбнулся.       Гермиона начала подниматься из-за стола, и Драко резко схватил её ладонь:       — Да не переживай. Ты сможешь узнать обо мне всё, что захочешь. Со временем.       Она медленно обошла стол, направляясь к парню. Взмахнув палочкой, Гермиона отодвинула его вместе со стулом от стола и, положив руки на плечи Драко, села на него верхом. Уже не сдерживая довольную улыбку, Малфой обхватил руками её ягодицы и притянул вплотную к себе.       — И сколько же точно лет ты в меня влюблена?       Подсчитывая, Гермиона прищурилась и подняла глаза к потолку:       — Думаю, с шестого курса. Сколько это? Где-то лет семь?       — Почти семь. Как и я.       Он медленно подался вперёд и неспешно поцеловал уже определённо его Золотую девочку.