Часть 4
21 июля 2023 г., 22:27
ГЛАВА 4
Не найдя предлога для дальнейшего затворничества в Мэноре, в понедельник Драко пришёл на работу раньше всех. На столе его ждала записка от Нотта о том, что на утро у того запланирована встреча, и раньше обеда Тео не появится. Только Драко успел подумать, что оставлять его наедине с Грейнджер было очень опрометчиво со стороны лучшего друга, как она объявилась в дверях.
Гермиона внимательно посмотрела на Малфоя, машинально поднявшегося с кресла при входе дамы.
— Доброе утро, — буднично произнесла она и направилась к своему рабочему месту.
— Доброе, — только и смог выдавить Драко, не в силах оторвать от нёе взгляд.
Как он не обратил на это внимание в пятницу — в деловом костюме она выглядела бесподобно. Прямые брюки соблазнительно облегали её задницу, а высокий каблук только усиливал этот эффект. Пиджак сидел на ней как влитой и выгодно подчеркивал формы Грейнджер, а застёгнутая на все пуговицы рубашка только больше будоражила воображение. Тёмно-синяя в вертикальную тонкую полоску ткань костюма, шпильки и высокий хвост визуально вытягивали фигуру девушки, делая её ещё более точёной и изящной. К такому он не был готов.
Едва она успела пройти мимо него, как окончательно потерявший самообладание Драко вышел из-за стола и схватил её за запястье.
— Ты должна уйти, перевестись. Я не смогу с тобой работать, — выпалил он.
Она опустила взгляд на его кисть, удерживающую её руку.
— Если у тебя с этим проблемы — переводись сам.
Не ослабляя хватки, он развернулся к Гермионе, заставив ту сделать шаг назад и упереться в край его стола.
— Похоже, что да, у меня с тобой проблемы, — он сделал ещё шаг вперёд. — Ты особым образом действуешь мне на нервы, — приблизившись к ней почти вплотную, продолжил Драко. — Когда я тебя вижу, у меня возникает лишь одно непреодолимое желание, — он слегка наклонился над девушкой, неотрывно смотря ей в глаза. — Я хочу одной рукой собрать твои волосы на затылке, другой распластать тебя на столе и трахать, пока ты не охрипнешь от стонов наслаждения.
Сказать, что Гермиона была шокирована — не сказать ничего. От таких слов и близости его тела щёки девушки мгновенно залились румянцем. Она с трудом сглотнула и попыталась уловить в выражении его лица хотя бы намёк на шутку. Но он был серьёзен, а во взгляде действительно пылала похоть.
«Этого просто не может быть. Он спятил? Он под чем-то?»
Гермиона судорожно соображала и решила, что это не что иное, как дурацкий прикол. Сколько можно над ней издеваться?
Уперевшись ладонью в районе его солнечного сплетения, она слегка отстранила Драко от себя, вздёрнула подбородок и, с вызовом глядя ему в глаза, произнесла:
— Малфой, твоей ладошки не хватит чтобы "собрать мои волосы на затылке".
Её ответ словно вырвал его из полубредового состояния. Он опустил взгляд на свои руки, будто видел их впервые: слишком ухоженные и изящные, с длинными тонкими пальцами. Ему стало неловко от того, какую чушь он ей наговорил, и смешно от слов самой Грейнджер. Улыбнувшись, Драко снова посмотрел на неё: Гермиона остолбенела. Не привычная кривая надменная ухмылка, а искренняя весёлая улыбка Малфоя делала его и без того красивое лицо невероятно притягательным.
— Ладошки, говоришь, не хватит? — усмехнулся Драко.
Он резко подхватил её за бёдра, одним рывком посадил на стол и, обхватив двумя ладонями прекрасное раскрасневшееся лицо девушки, прошептал в сантиметре от её губ:
— Я тебя предупреждал, Грейнджер. Уйти ты не захотела.
И в следующее мгновение поцеловал её так, чтобы она поняла, чего ему стоило ждать последние полгода. Поняла, что он никогда и никого не желал так, как её. Эта необъяснимая дурацкая химия между ними, сдерживаемое годами напряжение — слишком много всего накопилось к тому моменту, чтобы пытаться высказать это словами, да он и не умел нести весь этот романтический бред. В такие минуты Драко предпочитал действовать.
Гермиона, словно подтаявший шоколад, обмякла под его напором, и если бы Малфой так крепко не держал её голову в своих руках, она бы точно рухнула на стол.
Её тонкая рука, всё ещё прижатая к его торсу, проскользнула под полу рубашки и нежно провела по рёбрам, вызывая рой мурашек у них обоих. Оперевшись второй рукой о стол чуть позади себя, Гермиона шире развела колени, позволяя ему прижаться к ней ещё плотнее. Драко скользнул руками по её шее, плечам, груди, животу и, стиснув их на бёдрах, вжался в неё пахом, чтобы она могла почувствовать, насколько он был возбуждён. Ответом на это стал её долгий прерывистый вдох. Драко кончиком языка нежно прошёлся от её подбородка к маленькой мочке с золотой серёжкой, прикусил шею под ухом и удовлетворённо зарычал, почувствовав, как Гермиону пробила мелка дрожь. Он слегка отстранился, чтобы рассмотреть её лицо в этот момент, и встретившись с ней глазами, почувствовав частое дыхание девушки, ему стало ясно — она ждала этой близости не меньше. Грейнджер обхватила его бёдра ногами, и в то же мгновение оба бросились расстегивать рубашки друг друга. Драко покрывал поцелуями её острые ключицы, спускаясь к груди, а Гермиона дрожащими от возбуждения и нетерпения пальцами боролась с пряжкой его ремня, когда негромкий раскатистый свист заставил их обоих подскочить на месте.
Гермиона попыталась поставить ноги на пол, но Драко не дал ей пошевелиться, крепко прижав её бёдра к столу. Он даже не обернулся на звук. Казалось, что его больше беспокоил тот факт, что их прервали на самом интересном месте, чем то, что он был застукан за подобным непотребством в рабочее время. Драко беззвучно выругался и принялся медленно застёгивать пуговицы на рубашке Гермионы, которая от смущения спрятала лицо в свои ладони.
— Вот это да! А вы быстро нашли общий язык, — многозначительно улыбаясь, произнес Тео.
Он бросил свой портфель в кресло у двери и расположился на диване, скрестив ноги и раскинув руки по спинке.
— Знаете, а с вами приятно иметь дело.
— Ой, заткнись, Нотт, — раздражённо процедил Малфой, всё так же стоя к нему спиной и не понимая причины веселья друга. — Почему ты ещё здесь? Забыл правила хорошего тона?
Он помог Гермионе спрыгнуть со стола и принялся приводить в порядок себя.
— Я готов ими пренебречь, лишь бы не ждать ещё полгода.
Драко нахмурился.
— Это ещё что значит?
— Это значит, что мне нужно серьёзно поговорить с вами, детки, о взрослых вещах. Гермиона, прошу, — расплываясь в улыбке произнёс Тео, указывая рукой на кресло напротив него.
Гермиона замерла в нерешительности, а Драко обернулся к Нотту, вопросительно подняв брови.
— Я лишь скажу ей то, что ты не скажешь, видимо, никогда.
Драко напрягся, вспомнив их пятничный разговор и тот факт, что Тео сам, определённо, имел на неё виды. Он гневно сверкнул глазами на друга.
Гермиона пожала плечами и, обойдя Драко, заняла место, на которое ей указал Тео. Малфой же остался где стоял и, присев на край своего стола, скрестил руки на груди.
— Гермиона, видишь ли, — тихо и спокойно начал Нотт, — так сложилось, что я не одарён таким острым умом, как у тебя, или потомственными способностями к легилименции, как у Драко, но по моему скромному мнению, я весьма проницателен.
— О, нет, — закатил глаза Малфой. — Это надолго?
Тео строго взглянул на него и снова обратился к Гермионе:
— Это позволяет мне видеть многих людей, как говорится, насквозь, а близких друзей особенно, — он медлил, подбирая слова. — Опираясь на свой скромный дар, я могу с полной уверенностью заявить: Драко от тебя без ума.
Последняя фраза Тео на несколько мгновений повисла в звенящей тишине. Не понимая, какую игру ведёт Нотт, Малфой что-то прорычал и резко выпрямился, сжимая кулаки.
— Нет, ну это уже за гранью. Нотт, ты совсем страх потерял?
Теодор без тени сомнения направил на друга палочку и предупредил:
— Малфой, либо ты один единственный раз заткнёшься и дашь мне договорить, либо следующим моим словом будет Петрификус.
Драко в изумлении поднял брови, окинул друга презрительным взглядом, затем обошёл свой стол и повернулся к ним спиной, уставившись в окно. Тео опустил палочку и продолжил, обращаясь к шокированной Гермионе:
— Как я и сказал, он от тебя без ума, но, к сожалению, никогда сам в этом не признается — не его стиль. Скорее, он будет пытаться доказать тебе свои чувства, на что, вероятно, уйдёт ещё несколько лет, но я бы хотел, чтобы вы определились побыстрее.
Обескураженная такими откровениями Гермиона во все глаза глядела на Тео и старалась не пропустить ни одного его слова.
— Насколько я понял, ты девушка очень рассудительная, и будешь руководствоваться скорее своими умозаключениями относительно потенциального избранника, чем сексуальным влечением. А так как наш герой за годы вашего знакомства в отношении тебя умудрился выставить себя полным кретином, я просто вынужден вмешаться. На правах его лучшего друга, мне придётся вкратце рассказать тебе, за что этого кретина ты всё же могла бы полюбить.
После слова "полюбить" кабинет опять объяло неловкое молчание. Драко тяжёло выдохнул, не веря в реальность происходящего. Гермиона осторожно обернулась к нему, но увидела только его ссутулившуюся спину. Она неуверенно поёрзала в кресле и вернула своё внимание Тео, коротким кивком призывая того продолжать.
— Главное из его достоинств — он до мозга костей верный, особенно семье и друзьям. Обманывать, изменять — это ниже его достоинства. Отсюда проистекает второе его примечательное качество — преданность. Если уж ты сумела поселиться в его ледяном сердечке, то будь уверена — он для тебя горы свернёт. Третье, хотя я бы назвал это главным качеством в людях — у него отличное чувство юмора. Знаю, ты такого за ним заподозрить не могла, однако оно есть. Оно часто очень черное и саркастичное, но от этого не менее прекрасное. И уж самое очевидное, что, как мне кажется, должно было свести вас уже давным давно — это блестящий ум и нечеловеческая страсть к чтению. Просто поверь: все книги, которые ты перечитываешь по второму кругу, он уже прочёл трижды.
Тео перевёл глаза на Драко и увидел, как тот качает головой.
— Я был бы рад продолжать так до бесконечности, но мне кажется, посыл ты поняла. Вы оба слишком много думаете и концентрируетесь лишь на том, что вас разделяет, не замечая как много в вас общего, а ваш случай — именно тот, когда со стороны виднее.
Тео благодушно ей улыбнулся, поднялся с дивана, подхватил портфель и направился к своему рабочему месту, где вальяжно разместился в кожаном кресле. Оттуда Драко был виден ему в профиль: Малфой сидел на краю своего стола, вцепившись руками в столешницу по бокам от себя так сильно, что пальцы побелели. Его голова была слегка опущена вперёд, челюсти плотно сжаты, а глаза неотрывно сверлили носки своих ботинок. Гермиона аналогично неподвижно замерла в кресле с такой прямой спиной, будто она палку проглотила, но её лица Тео со своего места разглядеть не мог.
— Драко, скажешь что-нибудь? — произнёс он.
Ответом было гробовое молчание, которое затянулось на несколько минут. Тишину нарушила Гермиона. Она резко встала, одёрнула пиджак и, не оборачиваясь, стремительно покинула кабинет, громко хлопнув дверью.
***
От неожиданного хлопка Драко вздрогнул и обернулся. Увидев, что её уже нет, он тихо спросил: — Чего ты хотел этим добиться? — Чтобы вы приняли очевидный факт вашего взаимного влечения, чтобы уже прекратили эти жалкие обнимашки и, наконец-то, посмотрели правде в глаза. — Я просто не понимаю, с чего ты вдруг возомнил себя свахой?! — не в силах больше сдерживать своё бешенство, Драко сорвался почти на крик. — Сводить людей? Мерлин упаси. Это самое неблагодарное дело на свете. Вас двоих уже свели — судьба постаралась, и точно не единожды. А я лишь хотел немного подтолкнуть. Драко стремительно подошёл к его столу и, остановившись напротив Тео, с силой треснул кулаками по полированной поверхности. Его глаза пылали яростью, а руки тряслись от волнения и желания врезать лучшему другу. — Кто тебя просил? — почти отчаянно спросил он. — Никто не просил. Я сделал всё это, в первую очередь, для себя, — с вызовом ответил Тео. — Так уж вышло, Драко, что моё личное счастье напрямую зависит от твоего. — Это ещё что за чушь? Какой-то извращённый способ добиться её расположения? — Малфой кивнул в сторону двери. — Что? Нет. Грейнджер меня не интересует. Я хочу жениться на Пэнси. Уже совсем не понимая смысла происходящего, Драко нахмурился. — И что тебе мешает? То есть... Она вообще в курсе? Вы, блять, хоть встречаетесь? — Да, мы, блять, встречаемся, — раздражённо передразнил его Нотт. — Уже два года. А жениться мне мешает то обстоятельство, что моя избранница всё ещё сохнет по тебе. Драко отшатнулся от стола, не веря своим ушам. Как он мог не знать, что его лучший друг состоит в настолько серьёзных отношениях, что решил жениться? Осознавая, что Тео только что сказал про чувства Паркинсон, Малфой попытался как-то объяснить, что он не имеет к этому отношения: — У нас с ней ничего не было с шестого курса и никогда не будет, — недоумённо покачал головой Драко. — Я в курсе. Вот только Пэнс этого признать не хочет. Она практически смирилась, когда ты объявил о помолвке с Гринграсс, и это был лучший год в моей жизни, но ваша свадьба не состоялась, и за последние полгода наши отношения стали превращаться в кромешный ад, — Тео помедлил. — Меня не особо смущает её влюблённость в другого — это всё жалкие остатки несбывшихся надежд. Тем более, что я знаю, какой Пэнси может быть, когда абстрагируется от этого наваждения. Мне лишь нужно, чтобы для неё стало очевидным, что твоё сердце занято другой. Занято прочно и надолго. И прости, что узнав о том, что для тебя значит Грейнджер, я использовал это в своих интересах. Драко вдруг осознал, насколько был безучастен к одному из самых близких людей. Каким нужно было быть, правильно он сказал "кретином", чтобы лучший друг за два года не только не смог довериться ему со своей проблемой, но даже не упомянул о том, что состоит в отношениях. Нужно было что-то с этим делать. — Я... — Да твою ж мать, Драко, чего ещё ты ждёшь?! — Тео вскочил на ноги. Его начало потряхивать от злости. — Сука, да как ты не понимаешь — тебе не нужно даже бороться за своё счастье, не нужно изобретать коварных планов, чтобы добиться расположения любимой женщины. Нужно лишь протянуть ей руку и признаться, наконец, что она и есть твоё счастье. Тео печально посмотрел на друга и рухнул обратно в кресло. Уставившись на сложенные перед собой руки, Нотт обессиленно произнёс: — На таких шпильках едва ли Грейнджер могла далеко уйти... До Драко, поражённого вспышкой гнева перманентно невозмутимого друга, начали медленно доходить его слова. Будто очнувшись ото сна, он наконец осознал, что Тео прав. Признаться ей во всём — это единственный способ покончить с мучавшими его душевными терзаниями, и будь что будет. Малфой выпрямился и стремительно направился к двери... Но не доходя до неё замер, развернулся и сделал несколько шагов назад. Решимость вдруг покинула его, заставив ощутить себя глупым мальчишкой. Встретив недоумённый взгляд Нотта, он вцепился обоими руками в свои волосы. «Блять, блять, блять». Драко опять повернулся к двери, и тут же снова назад. Тео уже поднялся и собирался что-то сказать... «Да пошло оно всё...» Малфой схватил пиджак со своего стола и, больше не сомневаясь, вылетел в коридор.***
Секретарь сказала, что мисс Грейнджер только что вышла из пустой переговорной и прошла к лифтам, и судя по её виду, у неё что-то случилось. Не дослушав секретаря, Драко направился к лифтовому холлу. Не обнаружив её там, он стал ждать лифт, нервно постукивая костяшками пальцев по холодной чёрной керамической плитке стены. Спустившись в Атриум, в котором утром всегда было довольно многолюдно, он стал пробираться вперёд, параллельно высматривая кудрявую каштановую макушку. Уже почти отчаявшись, он всё же заметил её, направляющуюся к каминам. Драко рванул вперёд и успел схватить Грейнджер за плечо, когда она была уже у самой решётки. Гермиона резко обернулась и, бросив на него полный злости и негодования взгляд, попыталась вырваться. — Да стой ты, — он стиснул девушку обеими руками в районе её локтей. — Стой. Он прав. Всё, что Тео сказал тебе о моих чувствах — правда, Гермиона. «Блять, ну почему так сложно произнести это вслух». — Ты сводишь меня с ума. «Бесподобно. А что-то более конкретное — слабо? Как же я жалок». Она закрыла глаза, и две дорожки слёз сбежали по её щекам. Драко ненавидел женские слёзы, он никогда не знал, что нужно делать в такие моменты, а делать обычно нужно было какую-то противоестественную романтическую чушь. Но слёзы Грейнджер были прямым укором его нерешительности, и что делать с ними он знал наверняка. Драко схватил любимую в охапку и, сделав два шага вперёд, исчез вместе с ней в зелёном пламени камина.
