О чём не говорят вслух

Итэр целует жадно, напирает сильнее, дышит обжигающе в самые губы, и Сяо не может оттолкнуть или не хочет, он не знает наверняка. Лишь тихо дрожит в ответ от того, как сжимаются крепкие ладони на талии, как поясница болезненно упирается в корпус рояля, а еще как громко доносятся голоса студентов из-за закрытой двери. До перерыва осталось пять минут. Пять минут — и сюда ворвутся шумные первокурсники разыгрываться перед оркестром, но Итэру на это абсолютно плевать. Он лезет руками под рубашку, цепляет пальцами соски, и Сяо сдавленно мычит в ответ, понимая, что он точно не сможет оттолкнуть Итэра от себя сейчас, потому что и сам хочет не меньше. Потому что возбуждение болезненно упирается в джинсы, а сидеть ближайшие три часа и пытаться играть в таком состоянии — себе дороже. — Пойдем хотя бы в туалет. Сюда скоро придут… — шепчет Сяо обреченно, чувствуя, что у них катастрофически мало времени, а если еще и придет дирижёр… — Плевать… — бросает небрежно Итэр и подхватывает Сяо под бедра, сажает его на закрытую крышку рояля и тянет за воротник на себя, вынуждая чуть нагнуться навстречу горячим поцелуям. Сяо отчаянно цепляется пальцами за лакированную поверхность и весь покрывается холодными мурашками от осознания, что, черт возьми, они собираются заняться сексом прямо на красном рояле. — Он слишком высокий… Пойдем на стол… — дрожащим голосом шепчет Сяо, но тут же затихает, когда слышит тихий рык Итэра в ответ. — Всегда мечтал разложить тебя здесь… Красный тебе очень к лицу… — скалится Итэр в ответ, и Сяо вспыхивает от волны возбуждения, пробежавшей по телу. Итэр рывком вздергивает рубашку к груди, прижимается губами к животу, и Сяо тихо скулит от щекотки, от желания, а ещё от адреналина, рокочущего в груди… — Вы идёте? — доносится до острого слуха громкий голос Томы, и Итэр только быстрее расстегивает ширинку на джинсах, совершенно не обращая внимания на приближающиеся к двери шаги. — Итэр, блять… — выдавливает из себя Сяо, но снова не сопротивляется, когда на живот требовательно давят, вынуждая лечь спиной на холодную крышку. — Лежи спокойно. Дверь закрыта, — бросает Итэр, чуть стягивает джинсы с бельем, высвобождая член, и мажет языком по пылающей головке. Сяо в ту же секунду становится окончательно плевать на то, что ручка двери дергается, и на то, что в голосе Томы сквозит непонимание, ведь он уходил отсюда последним и не закрывал оркестровку на ключ… — Я же точно помню, что не закрывал… Может кто-то сходить на вахту за ключом?.. Итэр почти сразу берет быстрый темп, потому что, судя по всему, он тоже хочет ускориться — насаживается ритмично до самого конца, втягивает щеки сильнее, беспорядочно двигает языком, распаляя, возбуждая, доводя до крайней точки… Сяо весь дрожит, ёрзая по холодной, скользкой поверхности, а ещё пытается не отвлекаться на шум за дверью, потому что сейчас для него не существует ничего кроме горячего рта, творящего такие вещи, что колени подкашиваются. — Там нет ключа! — доносится голос Венти, и Сяо в этот момент скулит громче, чем должен бы, кончая прямо Итэру в горло и рассыпаясь на мелкие кусочки от удовольствия. — Кто там закрылся? Это не смешно! Итэр улыбается чересчур довольно, когда помогает обессиленному Сяо сползти с рояля и кое-как одеться. И это совершенно не помогает — ни наспех поправленная рубашка, ни раскрасневшиеся щёки, ни пошатывающаяся походка не придают Сяо уверенности, а наоборот так и кричат о том, что его, блять, только что трахнули, и Итэру ни капли за это не стыдно. — Пойдем, мне нужна будет твоя помощь сейчас… — совершенно развратно шепчет Итэр на ухо, и Сяо послушно плетется следом. Он прячет стыдливо глаза, когда они все же открывают дверь и выходят наружу. Он буквально всем своим нутром ощущает взгляды столпившихся и почти пулей проносится мимо, в то время как Итэр с довольной лыбой смотрит прямо в глаза ошарашенному Томе и абсолютно невинно бросает: — Мы там партии учили… Кто-то заливается громким смехом...