Сокровище Сяньлэ

— Смотри, смотри скорее! — А? Куда? Куда смотреть? — Вот бестолочь, глаза тебе на что? Вон паланкин какой красивый, огромный, явно гость нашего Градоначальника с визитом пожаловал. — Дура, я вот уже четыре сотни лет как слеп, как я, по-твоему, должен был его увидеть? Се Лянь и не заметил, как успел задремать по пути. Дорога прошла гладко, без тряски и происшествий, в какой-то момент заморосил дождь, приглушенно шурша по крыше паланкина и по зеленой листве бамбука, что с обеих сторон окружал дорогу. Это очень успокаивающе действовало на расшатанные недавними событиями нервы юноши, и на время он отпустил мысли о вынужденной жизни в неизвестном месте с неизвестными людьми. Конечно, Императору было нелегко принять столь сложное решение, но Се Лянь понимал его позицию. В первую очередь он правитель, который несет ответственность за свой народ, а потом уже его отец. Никто не знал, что может предпринять демон в случае отказа отдать ему принца, но рисковать они не могли; поэтому с тяжелым сердцем отец без одобрения безутешной матери, до последнего не желавшей терять единственного сына, согласился на условия демона, послав тому письмо. Уже на следующий день у дворца наследного принца его ждал роскошный, под стать Императорской семье, паланкин и четверо скелетов-носильщиков. Се Лянь в сопровождении слуг, несущих его пожитки, и Императрицы, ни на секунду не отпускавшей ладонь сына, попрощался с ней и мысленно с отцом, уверенный, что тот сейчас незаметно для всех наблюдает за сыном. И только принц собрался ступить внутрь, как почувствовал крепкую хватку на предплечье. Его сильно дернули назад и поймали в теплые объятия. Императрица сбивчивым шепотом заговорила, наклонившись к его уху: — Сын мой, давай сбежим вместе, прошу тебя. Я-я найду работу, будем жить далеко-далеко отсюда, и никто нас не тронет. — Ох, матушка, — Се Лянь крепче обнял женщину и сильно зажмурил веки, чтобы не дать волю нахлынувшим слезам, — Вы же понимаете, я не могу так поступить. Немного отстранившись, Се Лянь большими пальцами стер слезы с щек матери и ободряюще улыбнулся ей: — Обещаю, как только будет возможность, я отправлю Вам письмо. Не беспокойтесь, в случае чего я все еще могу постоять за себя. Только после этих слов Императрица более-менее смогла успокоиться и, наконец, позволила сыну отправиться в путь.

…

Се Лянь нехотя приоткрыл тяжелые после сна веки, моргнул пару раз, взмахнув длинными, словно веер, ресницами. Он вытянул затекшие от долгого сидения ноги — благо размеры паланкина ему это позволяли — и прикрыл зевок рукой. Снаружи все отчетливее можно было расслышать чужие голоса, ставшие как раз причиной его пробуждения. Принц отодвинул край занавеса, выглянул наружу, но сразу же прищурился. Яркий красный свет от множества фонарей на несколько секунд ослепил глаза юноши. На улице вдруг поднялся гомон еще сильнее предыдущего, но Се Лянь со своим чутким слухом смог выделить несколько реплик: — Ох, вы видели, видели? Какой красивый юноша! — Неужели тот самый принц? — Хо-хо, у нашего Градоначальника, определенно, изысканный вкус. — На вид совсем миниатюрный, выдержит ли он всю страсть нашего господина? — Ой-ей, сестрица, просто скажи, что сама мечтаешь быть на месте этого мальчика. — Ха-ха-ха. Не имея больше сил слушать, Се Лянь рывком задвинул штору, чувствуя, как горят его щеки. Что он только что услышал? Кто все эти существа и почему они знают, кто он? И почему они говорят такие смущающие непонятные вещи про него и… — Точно, видимо, это и есть Призрачный город, а их Градоначальник — Хуа Чэн. Прошло еще немного времени, прежде чем паланкин остановился. Непроизвольно сердце принца пропустило удар от охватившего всё существо волнения, а дыхание сбилось. Он сидел, не шевелясь, даже не думая выходить наружу; он не знал, что ждет его там, мог лишь предполагать — и эти предположения были одно хуже другого: вдруг сейчас его свяжут и бросят в подвал? Будут морить голодом, пытать или насиловать, если верить словам тех демониц. А может, убьют и повесят труп на всеобщее обозрение, местным на потеху? Рука принца инстинктивно потянулась в широкий карман и сжала небольшой кинжал. Взгляд его был направлен в пустоту, в ушах слышалось собственное сердцебиение. Пальцы, сжимающие кинжал, подрагивали, а по виску скатилась капля пота. Юноша сидел словно на иголках, ожидая появления недоброжелателей в любую секунду. Звуки приближающихся шагов Се Лянь услышал только когда те были совсем рядом, словно существо по ту сторону просто появилось из воздуха прямо перед паланкином. Занавес шевельнулся, и в поле зрения принца показалась чья-то бледная рука. Она была обтянута тонкой черной перчаткой, прятавшей только мизинец и безымянный палец. Се Лянь несколько мгновений смотрел на ладонь, раскрытую в молчаливом приглашении. Он уже догадался, кто стоит на той стороне, и, отбросив сомнения, дабы не казаться трусом, смело вложил свою ладонь в чужую. Се Лянь не мог этого видеть, но как только их пальцы соприкоснулись, губы демона расплылись в довольной улыбке. Он потянул руку на себя, помогая принцу выйти из паланкина. — Добро пожаловать в Призрачный город, Ваше Высочество, — поприветствовал его демон. — Как прошла поездка, не сильно утомились? Как и ожидалось, юношу встретил сам Хуа Чэн. Се Лянь был далеко не последним ценителем прекрасного, поэтому не мог не подметить про себя, что демон перед ним выглядел просто неотразимо. Впрочем, он и в первую их встречу тоже произвел впечатление на юношу, но голова его тогда была забита совсем другим, чтобы акцентировать на этом внимание. — Благодарю, дорога была легкой, господину не о чем беспокоиться, — ответил юноша, натянув вежливую улыбку, и не удержался от колкости: — Надеюсь, мне обеспечат и такое же комфортное проживание в темнице? Хуа Чен весело хмыкнул на вопрос юноши и, жестом попросив того следовать за ним, ответил в той же манере: — Ну, обычно я не селю своих гостей в темницах, но если Его Высочеству так угодно, я велю подготовить одну из камер для Вас. Юноша опешил от такого заявления, он недоверчиво скосил глаза на князя демонов и уточнил: — Интересно, когда это пленники стали считаться гостями? Или это у вас такие странные обычаи в мире демонов? На протяжении всего пути к назначенному пункту навстречу им шло множество других демонов. Некоторых на первый взгляд было не отличить от людей, кого-то выдавали лишь удлиненные уши, наличие рогов или хвоста. Но большинство были похожи на чудных зверей или вовсе на существ непонятного происхождения, они ползали, летали, жужжали, свистели, хрипели, создавая раздражающую слух какофонию звуков. Но каждый из этих существ, стоило принцу и демону немного приблизиться, почтительно уступали им дорогу, кто мог — кланялся, приветствуя своего господина и его гостя. — Думаю, нам следует прояснить кое-что, — демон тоже посмотрел на принца и, сложив руки за спиной, продолжил: — Вы здесь не пленник, никогда им не были и никогда не будете. Вы мой дорогой гость, Вас никто не посмеет здесь обидеть или же косо посмотреть в Вашу сторону, потому что в ином случае виновник будет иметь дело со мной. — … Пока Се Лянь пытался осмыслить эту информацию, он и не заметил, как в поле зрения показались высокие двери здания, на табличке которого было написано: «Дом Блаженства». Поднявшись по небольшой лестнице, они оказались в просторном зале. Внутри воздух был наполнен ароматом благовоний, также юноша услышал чарующую мелодию гуциня, но как ни странно, Се Лянь не заметил никого, кто мог бы сейчас играть на инструменте. Ведь, как он мог заметить, в доме кроме них не было ни единой души. — Вы говорите глупости, — после долгой тишины негромко сказал он, остановившись посреди зала. Заметив, что Се Лянь более не следует за ним, Хуа Чэн повернулся и вопросительно приподнял бровь. — Как можете Вы, против воли удерживая здесь, звать меня своим гостем? Пытаетесь еще больше унизить меня? — юноша сжал кулаки до побелевших костяшек, медовые глаза горели яростью и непониманием и с вызовом встретились с чужим, цвета беззвездной ночи, глазом. Негодование принца можно было понять. Молодой юноша, перенесший войну, голод и другие несчастья, свалившиеся на его родную страну, был отдан князю демонов в обмен на спокойствие жителей и дальнейшее процветание Сяньлэ. Он был напуган, растерян, он не знал, что его ждет в этом странном месте. Хуа Чэн одновременно вызывал и страх, и непонятный трепет в душе юного принца, и это его еще больше путало. — Ваше Высочество, последнее, чего я желаю — это как-либо расстроить или оскорбить Вас, — серьезно произнес демон. — Вы мой гость, и это именно то, что я имел в виду. Вы можете свободно передвигаться по Призрачному городу, так же как и покинуть его в любое время. Глаза юноши расширились, казалось, он просто не верил в то, что слышал. Простояв какое-то время в молчании, он, запинаясь, наконец произнес: — Ч-что? То есть как это — покинуть? Тогда зачем… — Но раз уж Вы здесь, — перебил его демон, — будет обидно сразу уезжать, не так ли? Вы многое пережили, Вам нужен отдых, а мне позвольте позаботиться обо всем остальном. Договорив, князь демонов легко щелкнул пальцами. Не успел Се Лянь и моргнуть, как их окружили прекрасные демоницы-служанки, а в руках у каждой было по подносу. Дивный аромат самых разнообразных блюд заполонил зал, и юноша только в этот момент вспомнил, что за сегодняшний день он так и не притронулся к еде. — Его Высочество наверняка голоден. Прошу, ни в чем себе не отказывайте. Демон махнул рукой, указывая на стол, полный яств, приглашая принца сесть. Се Лянь не стал спорить, тем более он действительно проголодался и не видел смысла отказываться. Взяв приборы, юноша принялся не спеша накладывать себе еду, одновременно приводя мысли в порядок. Краем глаза он проследил, как демон устраивается рядом с ним за стол. Прошло какое-то время, и принц, почувствовав, что уже в достаточной мере утолил голод, отложил приборы, в то время как князь демонов к ним даже не притронулся. Прокручивая эту мысль в голове, Се Лянь пришел к одному выводу: — Демонам чуждо чувство голода? — Это верно, — тут же прозвучал ответ. — И что же, вы совсем никогда не едите? — Почему же? Хоть мы и не бываем голодны, но вкус еды мы распознавать способны, поэтому еда для демонов, в отличии от смертных, служит не для поддержания жизнедеятельности, а, скорее, для досуга. — Что же касается сна? — продолжил допытываться юноша, сам не понимая, откуда взялся такой интерес. — Мертвым сон не нужен, Ваше Высочество, но видеть сны мы способны, поэтому он так важен для тех, кто хочет забыться в мире грез на какое-то время. Се Лянь ненадолго задумался. Он не знал, что это такое — бесконечная жизнь после смерти, сколько трудностей она в себе несет и есть ли в ней вообще что-то хорошее. Почему люди стремятся обрести бессмертие, тем самым подписываясь на жизнь в бесконечных скитаниях? Не это ли истинное проклятие, если даже демоны пытаются затеряться в небытие хотя бы во сне? — Как на счет боли? И других чувств? — Его Высочество так заинтересован в этом? — отчего-то в словах демона появились игривые нотки. Показалось или нет, но демон будто стал ближе и теперь немного возвышался над юношей. — Мне просто любопытно, если не хотите, можете не отвечать, — сделав скучающий вид, юноша отвернулся от собеседника, вертя в пальцах палочку для еды. За спиной послышался негромкий смешок, но Се Лянь не обратил на это внимание. В следующий момент его уха коснулось холодное дыхание. Принц вздрогнул, а по его позвоночнику пробежала толпа мурашек. Се Лянь невольно задержал дыхание, когда демон негромко заговорил своим глубоким бархатистым голосом: — Нам подвластен весь спектр чувств и эмоций, не только боль, но и более приятные, такие как радость, интерес, восхищение, любовь и возбуждение, — демон был так близко, что от его дыхания волосы принца немного всколыхнулись. Юноша к своему стыду вдруг ощутил, как низ его живота потянуло, а к щекам прилила кровь. Дыхание его стало вдруг тяжелым, и юноша никак не мог его выровнять, даже когда демон уже отстранился. Он не нашел в себе сил повернуться к хозяину дома лицом, так и оставшись сидеть к нему спиной, но буквально нутром чувствовал, как Хуа Чэн сейчас прожигает взглядом его фигуру, а на его губах красуется фирменная ухмылка. — Я утолил Ваше любопытство, мой принц? — …Д-да, вполне. Благодарю за ответ, — неловко выдавил он из себя, вновь развернувшись лицом к демону. — Что ж, Вы наверняка утомились. Слуги уже подготовили для Вас покои. Позволите проводить Вас? Мысли Се Ляня были в тумане все то время, что он бездумно следовал за князем демонов по коридорам Дома Блаженства, больше похожим на лабиринт, как показалось юноше. Двое остановились у входа в покои, подготовленные специально для важного гостя. Демон отворил раздвижную дверь, жестом предлагая юноше пройти внутрь, а сам остался за порогом. — Отдыхайте, Ваше Высочество. Если Вам что-либо понадобится, позовите Инь Юя, для этого просто произнесите его имя. — Инь Юй? — Мой доверенный помощник. Инь Юй. Не успел юноша моргнуть, как услышал за спиной Хуа Чэна чей-то незнакомый голос: — Господин Чэнчжу. То был высокий худощавый мужчина, одетый в темные свободные одеяния; лицо его скрывала маска в виде клыкастого демона. Так и оставшись стоять к нему спиной, Хуа Чэн обратился к человеку в маске: — Когда меня нет рядом, доверяю заботу о Его Высочестве тебе. Инь Юй произнес, поклонившись: — Как прикажете, господин. Юноша вдруг почувствовал себя неловко и поспешил отказаться: — Спасибо, но это лишнее, не хочу создавать трудности своим присутствием. После легкого взмаха рукой князем демонов мужчина в маске, последний раз поклонившись, буквально на глазах принца растворился в воздухе, словно был просто миражом. — Его Высочество слишком скромен, — сказал с улыбкой демон, — не о чем переживать: это его работа, и я хорошо ему плачу за нее. Не став спорить, юноша лишь благодарно улыбнулся и кивнул. За сегодняшний день он, казалось, испытал весь спектр человеческих эмоций, и одно только это, помимо других событий, порядком утомило его. Единственным желанием принца на данный момент было прямо так, не раздеваясь и не умываясь, броситься в теплую постель и зарыться головой в мягкую подушку, отбросив все заботы на какое-то время.

…

— Ну чего ты разревелась то? У меня уже уши вянут от твоих воплей! Не могу взять в толк, ну как можно так страдать из-за мужчины? Даже если этот мужчина наш градоначальник. — Да потому что у тебя вместо сердца кусок льда, сестрица, тебе никогда не понять моих чувств! Чего только я ни делала, чтобы обратить на себя его внимание! И заигрывала с ним, и намеки делала, ходила на уроки танцев, чтобы выделиться на фоне других сестриц, наряды и украшения красивые покупала, а он даже не взглянул ни разу в мою сторону. Однако как только этот принц появился, градоначальник от него и на шаг не отходит, только к нему его взгляд прикован, он словно заколдованный теперь, тьфу! И чем же я хуже этого принца?! — Ну, во первых, он намного красивее тебя… да что там, всех нас вместе взятых, если быть честной, — принялась послушно перечислять демоница, загибая пальцы, — он молод, голубых кровей — наследный принц как-никак — из чего выходит, что он, как минимум, умнее, утонченнее и грамотнее тебя. Мне продолжить? Лишенным жизни голосом и с каменным лицом демоница выдавила из себя: — Нет… Не стоит. Ты… Ты делаешь только хуже. — Зато ты успокоилась. Ну и что ты будешь предпринимать? У тебя есть план? — Что? Какой еще план? Думаешь, у меня все еще есть хоть какие-то шансы? — горько усмехнулась танцовщица. — А ты не думала насчет того, чтобы предпринять более радикальные меры? — О чем это ты? Демоница блеснула хитрим взглядом из-под длинных густых ресниц: — Да есть у меня одна идея на уме…