Подарок

Бездыханное тело на бетонном полу. Он не умер, самое большее - потерял сознание, а еще вероятнее, просто притворяется, чтобы больше не били. Капитан понял, что он выдал все, что знает. Негусто. - Аккерман, перевяжи его, чтобы можно было держать здесь, пока все не закончится. - Леви остановился на первых ступеньках лестницы, ведущей наверх, и обернулся. Она отметила, как красиво и симметрично его волосы падают на лоб с двух сторон после пробора, и слабо вспыхнула. Почему она вообще обратила на это внимание? - И будь осторожна. - Капитан, я могу помочь Микасе. Жан переступил с ноги на ногу. - Нет, ты идешь отдыхать, вместе со всеми. У нас час. Потом выдвигаемся. Ханджи рассказала про часовню семьи Рейс, скорее всего они там. *** Час на отдых. Гнев на командование не утихал в Микасе со времен похищения, а теперь разгорелся с новой силой. Никто не сможет заснуть сейчас, когда они знают, где Эрен. Особенно она. Дверь в подвал захлопнулась, она облизнула сухие губы, вышла в маленький темный зал, и чуть не споткнулась о лежащую на полу Сашу. Товарищи устали настолько, что беспорядочно устроились прямо на полу. Свет из приоткрытой двери маленькой кухни. Капитан? Леви сидел спиной к двери и полировал УПМ. Она осторожными шагами обошла его из-за спины и потянулась к одному из графинов, наполненных людьми Ривза. Взгляд украдкой скользнул по капитану. Хорошо, что не заметил. Внезапная мысль: ее сюда привела не жажда, или, по крайней мере, это была жажда не к воде. - Кенни Аккерман - это твой родственник? Звук этого имени кольнул ее. Как он может быть связан с ней? Она непослушными руками налила стакан воды. - Я не знаю, сэр. Леви четким плавным движением провел тряпкой по корпусу. - А что ты знаешь? - Мой отец жил в горах в Шиганшине. Там же встретил мою мать. Он рассказывал, что он прятался в горах, потому что Аккерманов притесняли. Почему, не говорил. Леви выжидающе посмотрел на нее. Тени под глазами Леви стали темнее, вертикальная складка между бровями - глубже. Он старается для Эрена. А значит, для нее. - Вы не устали, сэр? Может вам отдохнуть? - Слова сорвались сами, опережая неловкость от неуместной, излишней заботы. Странное, давно забытое чувство. Что-то подобное, наверняка, чувствовала ее мать, когда встречала отца с затянувшейся охоты во время дождя в горах. Она садилась у окна и периодически выглядывала из него, чтобы, как только увидит его, заварить ему горячий травяной чай и набрать ванну. Подготовить чистую одежду. Ласково прикоснуться теплой щекой к его промерзшей. - Почему интересуешься, Аккерман? - Вдруг - Она поджала губы и опустила голову, чтобы заслонить глаза челкой - Вам нужно быть в форме, чтобы защитить Эрена. Как трусливо. Могла с тем же успехом просто залезть куда-нибудь в самый глубокий подвал Ривза, чтобы спрятаться. От него, от себя, от странного нового чувства, которое заставляло ее делать и говорить странные вещи.. - До сих пор не доверяешь мне? - Доверяю. - Она, сглотнув, отвернулась к окну. Солнечный день сменился до беззаботности теплым вечером. Она слегка повернула голову и пропустила волосы сквозь пальцы, ощущая выжигающий взгляд где-то между лопаток. Что он сделает? - Кто он для тебя? - Кто? Эрен? - Кто еще. Микаса снова отвернулась к окну в молчании. Он спросил это. Правда спросил. - Понятно. Леви холодно сложил лезвия в ножны и поднялся. - Я не знаю. Он остановился. Тревога обострила ее чутье, и теперь, она каждое его движение ощущала кожей. Он неслышно приблизился к ней со спины, как хищник. - Семья. - найденный ответ ощущался как спасение. - Может быть, я не понимаю его. Совсем. Но он моя семья. Все, что у меня осталось. - Она развернулась, возвращая ему испытывающий взгляд. - Вы знаете нашу историю, капитан. Леви прямо перед ней. Ниже на пол-ладони, сильнее и старше на целую жизнь. Нечитаемое выражение в серых стальных глазах - не такое скучающее и безразличное, как перед остальными. Острый подбородок выбрит так чисто, как будто он до сих пор ночует в штабе с собственной ванной. Тонкий шрам над кадыком - как будто кто-то приставил туда лезвие и немного перестарался. Откуда он? Взгляд Микасы сам по себе цеплялся за эти детали. Что будет дальше? Вязкое, жгучее ожидание окутало ее. - Микаса. Он придвинулся еще ближе. Волна мурашек прошла по спине, когда его сухие обычно плотно сжатые губы приблизились к ее и остановились. Она осела. Он навис над ней, упираясь основанием ладоней в подоконник. В ее широко распахнутых глазах промелькнул страх, когда она ощутила, как он сжал ладонь в кулак и отстранился. - У тебя когда-нибудь был момент в жизни, когда в тебе просыпалась сила? Деревянная рукоять ножа, раскалывающаяся в ее детских ладонях. Страх ушел. На его смену пришло лишь одно намерение - чистое и определенное, как ярость Эрена, когда он превратился титана в первый раз , - бороться. - Был. Он отстранился. - Он был и у Кенни. И у меня. Момент, когда я понял, что нужно делать. Призраки далеких воспоминаний промелькнули в его лице, и Микаса поняла, что не дышит. Получается, они родственники? Досада искривила ее губы.