Подарок

Легкие судорожно сжимаются в попытке избавится от накопившейся влаги. Тяжелое дыхание вырывается через сжатые губы, ударяется о холодные стены, окружающие Микасу с трех сторон и проходит дальше сквозь железные прутья, что не дают ей выйти к солнечному свету и нормальному воздуху. Сыро. Хотя снаружи не сильно лучше. В их жалком мире даже свежий воздух - дефицит. Мария, Роза, Сина - великие стены, защищающие их от титанов - такие же стены, не позволяющие свежему воздуху выгнать застоявшийся. Эрен снова прав. Еще он прав, что глупо не отсыпаться, находясь за решеткой, - всю прошлую ночь Микаса не могла заснуть, и теперь Армин и Эрен шелестят вполголоса, думая, что она спит. - Не более тринадцати лет. Перо Армина остановилось. Записывать одно и то же не имело смысла. - Что будет потом? - Еще никто не доживал полный срок. - Сколько тогда осталось тебе? - Четыре года. Чугунные пружины кровати оставляли отпечаток на, теперь уже, костлявой спине. “Что со мной не так”, - Она с содроганием провела пальцами по шее. Эрену осталось четыре года, а она гладит себя по тем местам, которых касался Леви. “Не только касался”. Как могут эти сухие губы на таком бесстрастном лице целовать так горячо? “Если бы он только не остановился”. Бесформенная ночная рубашка задралась. Подушечки пальцев скользят прямо по ней, спускаясь к пустому, впалому животу. Унылый обед, состоящий из варёной картошки с подобием сливочного масла, остался нетронутым в углу. Мрачное молчание друзей давило на сами сырые стены подвала. Она прислушалась. Эрен сидел, прислонившись спиной к стене между ними, - его макушка легонько постукивала по ней и вибрация передавалась на ее сторону. Никакой приватности даже в одиночной камере. Она подоткнула замерзшие ступни потрепанным одеялом и потерла их друг о друга - казалось, все тепло ее тела ушло в маленькую область между ног и развело там пожар. Легкое касание пальцами. Жар разгорелся только сильнее. Приятный жар, который сразу же прогнал похожую на сверление головную боль. Леви. Напряжение между ног нарастало при одной мысли о нем, губы тронула сладостная улыбка, рука спустилась ниже, туда где было влажно и горячо. - Как сделать из человека неразумного титана? Очередной глухой удар по стене. Одиночный. Значит, Эрен откинул голову к стене и замер. - Спинномозговая жидкость любого разумного титана. - А как превратить неразумного титана обратно в человека? - Он должен съесть разумного. Дни и ночи перемешались. Вокруг только сырость и бесконечное бормотание из соседней камеры, прерываемое только вопросами Армина и таким же бесконечным звуком его пера. Микаса выдохнула, пальцы, ускоряясь, скользили по самому чувствительному месту, но напряжение никак не спадало. - Значит, из всех элдийцев, насильно обращенных в титанов, можно спасти только девять? Армин явно пребывает в состоянии шока. - Да. Именно так. Других способов нет. - Как тогда нам защитить обычных людей? Внезапно. Хоть кто-то, кроме Конни, вспомнил, что людей, которых превратили в титанов, тоже лишили жизни. - Никак. - Кончик пера мелко стучит о стол для записей, руки Армина поразила дрожь - Устойчивых к превращению среди элдийцев нет. Кланы, приближенные к королю, которым он не мог менять память - это просто чужеземцы, смешивающиеся только друг с другом на протяжение веков. Вот и причина, почему перебраться жить за стену Сина не могут даже военные. Никаких способностей у них нет, кроме разве что … - Аккерманов? Микаса остановилась. - Да. - Ты видел сам эксперимент? - Откуда ты знаешь про него? От подозрения в голосе Эрена веет холодом. - Книга Ханджи, которую она украла у церкви. - Что там пишут? Скепсис. - Я не дочитал, ее, потому что капитан забрал ее. Про Аккерманов только то, что их навыки боя накапливаются и передаются следующим поколениям. Изначально, есть две главные ветви, разделившиеся еще со времен короля Фрица… Она неслышно выбралась из-под одеяла и поднесла руки к маленькому умывальнику. В отражении грязного зеркала на нее смотрела ее копия, - но бледная и со впалыми щеками. Разные ветви, значит, может быть… - Все со началось с того самого Аккермана, который служил Фрицу. Как будто это имеет значение. - Слушай, Эрен. А Микаса подвластна проклятью Имир? - Откуда я знаю. Злое равнодушие. - Ты мог бы посмотреть это? - Какое значение это имеет? Вода стекала с ее рук и утекала вниз по трубам.