Подарок

- Эрен! Он не обернулся. - Ты здесь! Мы все обыскались тебя! Они… - он нетвердой рукой показал в сторону палаточного городка сразу после небольшого спуска. - потеряли дом из-за войны. Как и мы. - Что с тобой? Эрен … - Микаса перевела непонимающий взгляд с беженцев на мокрые щеки Эрена и нежно улыбнулась ему. Подростковая припухлость все еще не сошла с них, хоть они и покрылись первым пушком. - Скажи мне. - Нотка требования в голосе, почти каприз - Почему ты заботишься обо мне? Кто я для тебя? - Семья. - Тот же вопрос, что и много лет назад, но тот же самый ответ, так быстро слетевший с губ, не принес чувства правильности. - Вот как. Грусть. В голосе, в опущенных плечах, в раскрытых изумрудных глазах, которые он тут же отвел. Почему, Эрен? Ощущение, что стена, возникшая между ними после пещеры Рейсов, только что прибавила в росте и вот-вот достигнет размеров колоссального титана, больно защемило сердце. - Эрен… мы можем обсудить это, если хочешь. - Не стоит. - Но… Она жалобно потянулась к нему. - Оставь. Опустила руки. - Ne güzel gençler! Lütfen, lütfen bizi ziyaret edin! Седой смуглый старик в расшитой жилетке и плоской шапочке приветливо протягивал им два фигурных стакана. Микаса напряженно перевела взгляд с Эрена на него, готовая атаковать при необходимости. - Кажется он приглашает нас выпить. - Эй! Вот вы где! Разгневанные Жан, Конни, Саша и Армин бежали к ним со стороны резиденции Азумабито. *** - Это не опасно? - Испугался толпы гражданских стариков и детей, Жанчик? - Я про то, что капитана с Ханджи надо, как минимум, предупредить! А ты решил докопаться до меня вместо суицидника, Конни? - Эй, перестаньте. - İçeri gelin, yerleşin sevgili konuklar! Войлочная палатка расписанная причудливыми узорами внутри оказалась больше и прохладнее, чем снаружи. Старик с широкой улыбкой раскрыл теперь ними дверь-занавеску. Круглый стол стоял посередине палатки на невероятно коротких ножках: его высота едва доходила до голени. Запах спирта. Смуглый мальчик, укравший кошелек капитана, с такой же добродушной улыбкой разливал прозрачную жидкость по большим белым стаканам. - Кажется, надо разуваться. Саша оглядела его босые ноги. - Здесь! Микаса показала на трехэтажную полку с обувью. - Интересно, чем нас угостят… Разведчики устроились на пол вокруг стола, согнув колени и присев на пятки. Саша заерзала. - Попробуйте вытянуть ноги, здесь есть для них место! Армин просунул ноги под стол и сразу задел ступни Эрена, зато поза стала удобнее. Молодая женщина, смуглая и темноволосая, как маленький вор с рынка, принесла ароматное мясное блюдо с овощами. Рис был уложен ровными секциями, овощи и тушеное мясо лежало поверх него, а между ними было налито что-то молочное, вроде кефира. - Milli yemeğimiz maklube ile kendinizi şımartın, afiyet olsun gençler! Эрен умиротворенно улыбнулся друзьям, поднял свой стакан вверх, как при тосте, и мерно осушил его. - İşte gerçek bir adam! Kahraman! Bu kadar harika bir arkadaşı olmasına şaşmamalı! Старик наполнил его снова. Разведчики ошарашенно смотрели на друга, не зная как реагировать. Откуда-то возник барабан. Молодая женщина затянула томную чувственную песню на незнакомом языке, а ее сын легко отстукивал ритм. Конни с Жаном неловко переглянулись, как вдруг Саша стала покачиваться в такт песне. - Это… так красиво! За гостеприимство! Она протянула наполненный стакан к друзьям, они ответили ей и все одновременно сделали глоток. - Ох. - Похоже на водку. - Жан с силой вдохнул и закашлялся - я не пробовал раньше. - Выдохните и не дышите. И пейте до дна. - Румянец разошелся по спокойному и уверенному лицу Эрена. - Я с вами. Жан изумленно уставился на него. - За красоту этого мира! Звуки глотков. Кто-то закашлялся. Пустые стакан по очереди застучали по дереву. *** Эрен переплел руки в локтях со гостеприимным стариком, и оба до дна опорожнили свои бокалы. - kardeşlik! Давайте пить kardeşlik тоже! Микаса с неконтролируемой улыбкой наблюдала, как Саша с Конни, Жан с Армином повторили за ними, а потом зашлись в неловких и душевных движениях танца, которые им показал маленький карманник. Мир вокруг поплыл. Стеклянные лампы с настоящим огнем внутри, развешанные внутри палатки, создавали чувство почти домашнего уюта, а наблюдать за родными людьми с мягкого шерстяного пола было тепло и приятно. - Микаса? Эрен все еще стоял на ногах. Его родное смягчившееся лицо склонилось над ней. Нежность захлестнула ее, как только уголки его требовательных губ расслабились и еле заметно приподнялись. - Эрен… Ладонь сама потянулась к его лицу. А следом за ней и губы. - Как ты себя чувствуешь? Он скользнул ставшим серьезным взглядом по правой стороне лица и отстранился. *** Тишина. Давно погасшие огни ламп распространяли терпкий запах дымящегося масла, резко контрастирующего с мощным перегаром. Кто-то блюет неподалёку, через пару беспорядочно спящих прямо на полу тел. Дверь открылась. Холодный свет фонаря раскрыл их неприглядное положение и больно ударил в глаза. Ханджи, Оньянкопон и капитан Леви в молчаливом шоке оглядывали палатку. Нет, только не он. Микаса повернулась на бок, утыкаясь лбом в раскрытую руку Эрена. Ещё хуже. Белоснежная рубашка пропиталась потом, покрылась пылью и неприятно перекрутилась на теле. По крайней мере, они одеты. - Подъем. Обычно равнодушный тон стал ледяным. Леви нашёл где-то кувшин с водой и бесцеремонно лил её на Жана. Ноль реакции. - Они вообще живы? Оньянкопон проверил пульс у него. Жив. Просто мертвецки пьян. - Его придется нести. Саша, идти можешь? Ханджи энергично закинула ее руку вокруг своей шеи. Палатка потихоньку пустела. - Пьянь. Леви присел на корточки рядом с ней. Он коснулся ее плеча, чтобы перевернуть на спину. - Я сама. Он с тихим присвистыванием убрал от неё руку. Перевернулась и села. Неловко поежилась, когда почувствовала оценивающий взгляд, скользящий с головы до ног. Перегар. Вся помятая, покрытая липким потом. Растрепанные волосы захотелось по-быстрому пригладить. Мир вокруг все еще не стал стабильным, но в этом хаусе, отчаяннее всего она желала спрятаться от него подальше, или, по крайней мере, от души извиниться за свой вид. И запах. - Что? Кружит? Первое слово наедине и не по делу за четыре года и такая насмешка в голосе. Стоит в своем идеальном черном костюме, выпрямился, руки на груди сложил. Наблюдает. Извиняться перехотелось. - Это было весело. - Не сомневаюсь. - Возможно, вам тоже стоило. Подобрее стали бы. - Я не волоку тебя по земле до Азумабито - уже добрый. В полутьме палатки стальные глаза Леви сверкали, как у кота. И также невысоко. Она подавила смешок. - Зачем волочить? Я не тяжелая. - Что ты предлагаешь? Шаг вперёд. От его сухой, поджарой фигуры веяло хищностью - он кажется расслабленным, но когда нужно, он сделает свой прыжок. - Ну, можете понести меня. Игривый тон. Слова сами срываются с губ, пока захмелевшее сознание ничего не может сделать. - Больше ничего не хочешь? Может, мне тебя искупать и уложить в кроватку? - Было бы неплохо. Святые стены, кто-то завтра сгорит со стыда, а потом провалится сквозь землю с самые недра ада. Он только усмехнулся. - Вставай, пьянчужка. - Я почти не пьяна. Мы немного выпили. Совсем чуть-чуть. - Я не в первый раз вижу тебя пьяной. - Ты в стельку. - Оу. Значит, это был он. Отнёс её в казарму и поцеловал в лоб за день до взятия стены Мария. Когда она напала на него, воспользовавшись тем, что он был вымотан боем со звероподобным. Эрен промычал что-то несвязное, придвигаясь к ней ближе. Стыд опалил её щеки. - Я дойду сама, капитан. Я смогу. - Черта с два. Она даже не заметила, как он подобрался к ней, поднял за талию и перекинул через плечо. - Поговорим завтра.