Такие вкусные кексы...

      Такси медленно двигалось по мокрым улицам, обводимым бесконечными потоками дождя. Капли ненадолго задерживались на стекле, отражая свет фонарей и вечно красных светофоров. Внутри салона царило спокойное молчание.       На задних сиденьях сидели двое, и оба не решались проронить ни звука. Их взгляды были прикованы к окнам, один уже плохо соображал, а второй был утоплен в своих мыслях. Мир словно тонул по своей же прихоти, но всё это было там, за окном, а внутри машины всё становилось комфортным, будто все страхи остались на страшной улице под дверью подъезда.       Безликий таксист чётко уловил настроение этого вечера, не пытаясь разбавить поездку бессмысленными разговорами. Каждый дождевой брызг, каждый сигнал гудка, и каждое движение машины усиливало давление молчания. Однако ни один из них не хотел рушить эту тишину, ведь каждому она была необходима.       Спустя непонятное количество времени машина достигла места назначения, и пара мужчин всё так же молча вышли из машины. Их взгляды наконец встретились, и они застыли на минуту, не прерывая зрительный контакт. Наконец-то доехали домой. Густой ливень стал резко утихать. Капли стали мелкими, и тишина перестала быть такой гнетущей. Она стала спокойнее, как будто вся атмосфера выдохнула от осознания, что кошмар позади. И они оба это почувствовали.       Тогда Арсений сделал пару шагов на встречу парню, и приобняв его за плечо, помог подняться к подъезду. На лице Антона засияла слабая, но самая настоящая улыбка, когда он увидел с какой нежностью в глазах смотрит на него ещё недавно обиженный мужчина. Дождь окончательно утих, и стало ясно, что это был не конец, а лишь начало — начало новой главы его пути.       Однако перед началом этой новой главы Антону больше всего хотелось избавиться от отвратительного состояния, в котором он находился в последнее время. Поднимаясь в лифте, он разглядывал своё отражение в старом, исписанном гадостями зеркале, переводя взгляд от неестественно худых рук к тёмным кругам под красными от слёз глазами, и обратно. Заметив это действие, Попов снова положил ему руку на плечо.       — Тош, нам надо всерьёз взяться за твоё здоровье. Кто вообще мог додуматься выставить больного мальчика на улицу? — Арсений скорчил недовольное лицо, будто совершенно не представляя ответа на свой вопрос.       — Возможно, какой-то парень, сильно переживающий за своего друга, — оба улыбнулись от этих слов.       Зайдя в квартиру, Арсений сразу потащил парня в комнату, дал ему свою домашнюю футболку и обернул одеялом. Сердце мужчины сжималось каждый раз, когда он смотрел на измождённое бледное личико, покрытое потом. Попов взял с тумбочки термометр и прикрыл его своим телом, чтобы согреть инструмент перед использованием. Он прижал предмет к губам, чтобы убедиться, что он не холодный, и не принесёт лишнего дискомфорта Антону.       Тихо подойдя к кровати, Арсений ласково улыбнулся мальчику и легко коснулся его лба. Он ощутил, как высокая температура горит под его пальцами, и это вызвало у него немое беспокойство. Но он сразу подавил свои чувства и улыбнулся снова, стараясь передать Антону свою поддержку и заботу, нежно погладив всё ещё влажные волосы парня.       — Давай температуру измерим, — произнёс мужчина тихим, мягким, голосом. — Как ты себя чувствуешь сейчас?       — Не очень хорошо... — прошептал Шастун слабо, но приятно удивлённо от подаренного крова и заботы.       Арсений кивнул понимающе и передал парню термометр.       — Лежи пока, я приготовлю тебе чай, — и мужчина покинул комнату.       Антон достал из промокшего рюкзака свой телефон, на котором оставалось ещё пару процентов заряда, и начал проверять сообщения от Димы.       Первое сообщение, отправленное вчера вечером, было совершенно обычным: «Ну что там с твоим педиком?». Утром чуть тревожное: «Он тебя трахнул и зарезал?». А после обеда многозначительное: «Шаст, чёт уже нихуя не смешно», дополненное шестью пропущенными звонками.       Парень стыдливо поджал губы, и стал молниеносно строчить ответное сообщение, объясняя события сегодняшнего дня. Позов прочитал моментально, и после обилия ругательств он написал следующее: «Получается, Арсений вполне хороший тип?»       «Получается, Арсений вполне хороший тип? — эхом отразилось в голове Антона. — Получается, что так. А я? А я, получается, еблан».       В этот момент в комнату вернулся Арсений. Поставив кружку на тумбочку, он подошёл к парню и вытащил термометр, читая вслух показатели.       — Тридцать восемь, да ты молод и горяч, — Попов улыбнулся, пытаясь разбавить не самый лучший вечер. — На тумбочке лекарство, выпей одну таблетку. Ещё чего-то принести?       — Мне... холодно, — выдавил Шастун жалобным писком.       Мужчина не мог сопротивляться щенячьему взгляду, поэтому тяжело вздохнув, вышел из спальни. Тут же он вернулся, держа в руках мягкий плед. Дрожащие ручки потянулись за ним, и внимание мужчины привлекло то, что одна кисть выглядела иначе, по сравнению с другой.       — Так, а что с рукой? — Арсений аккуратно взял больную руку, разглядывая и стараясь не причинить боль. — Болит?       — Немного... Я ударился на работе позавчера.       — И она с того момента так выглядит? — он озадаченно посмотрел в глаза парню. — Ты не думал, что это может быть перелом?       — Не знаю... — Антон стыдливо опустил взгляд. — Я думаю само пройдёт...       — Утром отвезу тебя в больницу. А пока сильно её не напрягай.       Попов ласково накинул плед поверх одеяла на плечи Антона, убедившись, что каждая часть тела парня укрыта.       — Обязательно выпей чай, — Арсений нежно погладил Шастуна по макушке. — И попробуй лечь спать. Спокойной ночи, домовёнок.       Когда дверь закрылась, Антон слегка высунулся из тёплого кокона и потянулся за чашкой, поднося её к губам. Глоток ароматного чая с привкусом мёда и лимона моментально начал согревать его изнутри. Послушно выпив таблетку, он положил голову на мягкую подушку и прикрыл глаза, вслушиваясь в шёпот уже притихшего дождя за окном. Уснуть ему не давала неутихающая боль в руке, и мысли о последних нескольких днях.       Возможно, прошло около получаса, а может и больше, — парень совсем потерял счёт времени из-за плохого самочувствия. Чай уже был полностью выпит, а жажда нарастала, и ещё больше не давала заснуть. Искорка надежды появилась в тот момент, когда послышался тихий стук, и дверь отворилась.       — Спишь? — тихо прошептал Арсений, и увидев что парень не спит, вошёл в комнату.       — Нет. Рука болит... — тихонько заскулил с кровати младший.       — Я тебе ещё чаю принёс, будешь? — сказал Попов и поставил кружку на тумбочку, после чего сел на кровать к больному.       Шастун довольно закивал и взял в руки чашку, из которой выходил обжигающий, ароматный пар.       — А ты чего не спишь? — спросил Антон, параллельно отпивая маленькими глотками горячий напиток.       — Да я уснуть не могу. Сам понимаешь, день был тяжёлый. Да и за тобой надо поглядывать, всё-таки, — мужчина с улыбкой посмотрел на парня.       — Бля, вот и как мы на работу завтра пойдём? — Антон печально поджал губы.       — Я со Стасом договорюсь, за это не волнуйся. Сейчас твоя главная задача — сидеть смирно и выздоравливать. Хочешь, какой-нибудь фильм посмотрим, раз ты уснуть не можешь?       — Давай! — Шастун прямо засиял от такого предложения. — Чур Гарри Поттера!       — Хорошо, сейчас только ноутбук принесу, — и мужчина вышел из спальни, удивлённый тем, как легко оказывается было развеселить этого парня.