От ненависти, до любви.

— (Утро. Будильник не звенит. Стронно... Ах да... Я ведь его разбил... Пора вставать...) Такие мысли пронеслись в голове Кима, после чего он встал. На его диванчике мирно посапывал Чон. Он ни о чём не думая, прошёл в ванную. Принимая душ он резко подумал о Чоне, о причинах их вражды, о поводе для ненависти в его сторону. Думая об этом, он понимал, что не знает. Не знает за что ненавидил, почему враждовал. Окутанный своими мыслями он и не заметил как вышел из ванной обратно в комнату, где уже проснулся Чонин. Ким не сразу понял, что вышел из ванной полностью голым, всё же это его комната, нет у него привычки что-то скрывать в собственной комнате. Но даже так, он полностью осознал то что сделал, лишь тогда, когда в него влетел плед, под возглас "прикройся дибил!". Парень быстро обернул плед вокруг бёдер и, как-бы, вопросительно посмотрел в сторону краснеющего Чона. В его взгляде считалась фраза "так нармально?" — Оденься ты уже! Эгсгибицианист хренов! — Хорошо хорошо, только не кричи, а то вдруг прибегут, и всё не так поймут. Чон сел по-турецки, замялся и краснеюче отвёл взгляд куда-то в пол. —(А он довольно милый) – пронеслось в голове Кима. Он было удивился таким мыслям, но пока одевался, решил подумать об этом позже. Когда Сынмин наконец оделся и собрался они вместе с Чонином тайком пробролись к чёрному ходу. Вышли из особняка и взяв на парковке машину отправились в университет. Посередине дороги Чону вдруг позвонили. — Чёрт! Я не позвонил маме и не предупредил её! – запереживал он — Да, мам. Всё хорошо. Аээ, ну как-то так получилось. Хорошо, пока. Чонин повернул свой шокированный взгляд к Сынмину. — Она подумала, будто я уже в университете, так что поехали. — Хорошо, пристёгивайся и погнали. Они просто ехали до университета, молча смотрели на дорогу. У обоих не было никаких мыслей. Они просто хотели по скорей добраться до места. — А ты ходишь в спортзал? - внезапно поинтересовался Чонин — Ну... Эм, да. Раз в неделю посещаю тренажёрный зал. А что так вдруг? – слегка растерявшись ответил Сынмин — Да, просто ну, понимаешь, утром, сегодня заметил... В общем по тебе не скажешь, что ты в качалку не ходишь! – покрывшись румянцем, сказал Чон. Оба резко погрузились в раздумья. Оба понимали, что сейчас о них никак не скажешь, что они враги. Оба хотели предложить друг другу мир, но боялись торопиться. Оба уже поняли, что больше не смогут враждавать. Сынмин попытался понять, почему же Чон показался ему милым, утром, и почему кажется милым сейчас. Чон же стал подробно разбирать свой сон.