Хозяин Синего Леса

Я так долго был угнетаем И вдруг появилась святая

Чистилище

Лжедмитрий IV

      — Не верю ни единому твоему слову, — твердо произнесла девушка, скрестив руки на груди. — Зачем царю нанимать нечисть? Втихомолку казнить неудобных людей? Бред да и только! Дядя всегда справедливо правил, народ им доволен. О мятежниках в нашей стране давно не слыхали.       — Давно — это лет десять? — с невинным видом поинтересовался хозяин Синего леса. — Занятное совпадение, не находишь? С тех пор, как я поступил на службу — нет бунтов, повстаний против царя.       — Потому что мой дядя очень хороший правитель. Он внимательный и чуткий, никому не отказывает в помощи. Всех готов выслушать, будь то даже простой крестьянин. А ты, демон, зря стараешься оболгать его честное имя. Думаешь, я не знаю, чего ты добиваешься?       — Удиви меня, — рывком пододвинувшись впритык, жарко выдохнул ей в ухо.       Девушка инстинктивно зажмурилась, стараясь не дышать. Вопреки ожиданиям, зловония от демона не было, а запах напоминал аромат свежескошенной травы. В какую то секунду она поверила, что сейчас стоит на лугу, вместе со старшим братом и своим рыжим пони Лакомкой. Алексис собрал букет полевых цветов, заставив маленькую Мирану хлопать в ладоши от восторга. Они вплетали в гриву любимца цветы, делали венки, один краше другого. Мира с удовольствием примеряла каждый, бегая к маме с отцом, которые расположились неподалеку на пледе… Приятное и одновременно болезненное воспоминание вызвало щипание в носу, а в горле стал тугой комок. Только бы не разреветься на глазах у нечисти.       — Ты настраиваешь меня против родного человека, заменившего родителей. Хочешь, чтобы ненависть к нему отравила мою душу, чтобы я желала ему смерти, тем самым нарушая священную заповедь «не возжелай зла ближнему своему». И, в конце концов, горящая жаждой мести, убила бы дядю. Для вашего рода нет ничего лучше, чем сеять зло в сердцах людей, искушать их, тянуть на дно, губить бессмертные души, уготовав тем самым место в аду. Все вы — лжецы, мерзавцы, негодяи!       — Заметь, я ни разу не обозвал тебя, — демон встал с бревна, возвышаясь над сидящей девушкой. — Зато за последние полчаса успел насчитать, как минимум, три оскорбления.       — А чего ты ожидал? — спокойно ответила Мирана, сумев обуздать бушующие внутри чувства. — Что я брошусь тебе на шею, рассыпюсь в благодарностях за, якобы, правду? Или попрошу помощи? Старайся сколько угодно. Любые твои слова, для меня — пыль.       Выходец из Преисподней сунул когтистую руку в карман штанов, доставая что-то свёрнутое в трубочку. Непонятно каким образом оно не помялось, сохранив аккуратный вид. Потянул за тесёмку, опоясывающую посредине, развернул и молча протянул принцессе.       — Что за?.. — возмущённо начала она, невольно глядя на лист бумаги. В нижнем правом углу стояла размашистая, витиеватая подпись. А рядом — оттиск печати с гербом Небограда. Благородный грифон, стоя на задних львиных лапах, держит в передних щит и меч. Отрицать увиденное было глупо, подпись дяди, государя Рикарда, Мире известна. Печать тем более… На лице отобразилась гамма эмоций: непонимание, удивление, горечь и боль. Неужели повстречавшее её существо говорит правду? Если договор настоящий, а в этот сомнений нет, то и должность настоящая. Получается, царь сознательно отправил свою единственную племянницу на погибель. Но… Невозможно. Дядя никогда бы не поступил подло. Или… Поступил бы? Значит смерть родителей не случайность? Карету специально испортили, зная что маршрут, которым собираются ехать, опасный. И никто не заподозрит, сославшись на плохую дорогу, обвинив мертвого кучера, лошадей, лопнувшее колесо… Но отнюдь не злоумышленников.       — Почему, — хрипло спросила, стараясь скрыть слезы в голосе, — ты меня оставил в живых? Какой тебе прок с этого? Вы же любите убивать…       — У тебя очень чистая, светлая душа, — пряча свиток обратно, бесхитростно объяснил он. — Подобная бывает лишь у маленьких детей. Невинная, безгрешная, мечта для любого создания тьмы. Ты ошиблась, считая, что для нас одно удовольствие стравливать людей, сеять пороки, сомнения. Истинное наслаждение — затянуть в свои сети таких как ты: чистых в мыслях и делах.       Неожиданно исчезнув, демон появился сзади оторопевшей девушки и зашептал, соблазняя её.       — Позови меня на службу, принцесса. Я помогу найти виновника смерти твоей семьи, отомщу любым способом, каким прикажешь. Выполню любые просьбы, стану второй тенью, защищая от всевозможных опасностей.       Его голос изменился из хриплого, на мягкий, бархатный, вызывая на сердце острое желание согласиться. Виновный в смерти родителей должен понести наказание. Кровь за кровь. Это нечестно, что он ходит, дышит, смеётся, в то время как вся её семья лежит в холодном склепе царской крипты. Алексис, её любимый, родной братик… Сейчас он мог давно женится на одной из прекрасных девушек, обзавестись потомством, учиться правлению страной.       Опустив голову, спрятав лицо в ладони, Мирана никак не отреагировала на искушение демона. Обида пожирала изнутри, хотелось плакать, кричать от боли и злости. Первым желанием было бежать со всех ног во дворец и всадить подлому дяде кинжал прямиком в сердце. Она понимала, что в тот же миг её схватит охрана, заточат в темнице, если не убьют прямо сразу.       — Тебе неинтересно? — растолковал по своему молчание принцессы хозяин Синего леса. — Хочешь дальше продолжить жить, как жила до этого? Мне не сложно уйти. Забудешь о нашем разговоре, как о жутком сновидении. Только вынужден разочаровать: не получится жить спокойной жизнью. Не будь настолько наивной. Если царь отправил ко мне, то и далее будет стараться тебя убить. Ему вовсе не нужна соперница на трон. Или считаешь, что выйдя замуж, обретёшь защиту со стороны супруга? А что мешает убить вас обоих, повторив судьбу твоих родителей? Хочешь постоянно боятся за жизнь ребенка, который рано или поздно у вас появится?       — Я согласна, — оборвала его речь Мирана. — Забирай мою душу, хоть прямо сейчас, только пообещай уничтожить вероломного предателя. Где подписать контракт? Кровь нужна да?       Она механическим движением достала кинжал. Сняв перчатку, собралась полоснуть остриём клинка по указательному пальцу. Фиолетовая рука перехватила запястье с оружием. Девушка непонимающе взглянула на создание тьмы. Тот мрачно ухмыльнулся, сверкая алыми глазами:       — Не стоит без толку проливать кровь. Печать контракта создаю я. На тебе. Насколько крепкую связь хочешь установить? Чем ближе к сердцу — тем крепче. Я смогу слышать тебя на длительном расстоянии… Можно на плечо поставить или кисть. Предупреждаю: боль будет невыносимой, словно раскалённое железо прижали.       — Ставь, — храбро вздернула подбородок Мирана. — Выдержу. Сейчас ей казалось, что сможет пережить любую физическую боль. — Прямо на сердце.       Прерывисто вдохнув, словно после рыданий, она ужаснулась.       — Боже, что я говорю… И что собираюсь сделать… Прости меня, грешницу. Ты всегда предостерегал нас: Да не поверьте лукавому — сладки речи его, но ведут они в пучину страданий.       Демон скептически прищурил один глаз, но затем его выражение изменилось на лукавую улыбку, которую путница не могла увидеть, лишь услышать по ироническому тону:       — Мои сладкие речи ведут лишь туда, куда ты сама стремишься. Ты уже давно жаждешь того, что я предлагаю, но отказываешься признать свои желания. Не пытайся отрицать, что ты ни разу не мечтала найти виновника смерти родителей. Например, ответственного за состояние царских экипажей. Тебя донимал вопрос, почему в тот день он халатно отнёсся к проверке кареты. Ведь если бы проявил усердие и тщательность — дилижанс не сорвался б в пропасть.       Она отшатнулась, словно обожглась о невидимый огонь, исходящий от дьявола. Тщетно пыталась удержать слезы, понимая, что чертов искуситель прав. А тот, словно специально, продолжал дальше тревожить девушку.       — Ты всегда имеешь выбор: или мне отдашь душу или правитель убьет. Скажи мне, Мирана, если ваш бо-о-ог, — с издёвкой протянул, — настолько хороший, справедливый, любящий. То почему он не предотвратил гибель твоей семьи, вместо этого наказав виновника? Отправил бы прямо в ад, где таким самое место.       — Хватит пустых размышлений, — принцесса ушла от ответа, не желая богохульствовать. Достаточно того, что она собирается сделать. — Я готова к контракту, давай поскорее. Нечего оттягивать неизбежное лишними разговорами.       Сухие листья зашелестели под ногами демона. Он обошел девушку, став напротив неё. — Пути назад нет, будущая госпожа.       Приподняв её одной рукой, сравнивая рост, демон коротко кивнул. В алых глазах появилось нечто темное, жуткое, будто сама Преисподняя выглянула оттуда на миг.       — Вжу-у-ух, — острые когти вспороли одежду, задержавшись на нежной коже, а потом с силой погрузились во внутрь. Нашли сердце, грубо сжав его. Кровь мгновенно пропитала тонкую нательную рубашку, струилась к бежевым бриджам, добралась до теплого жакета. Невыносимый огонь сжигал всё изнутри, по венам словно побежал кипяток. Принцесса страшно закричала, пытаясь вырваться из мучительных объятий тьмы. Тщетно. Демон крепко держал, не давая шевельнуться, пока на бьющемся сердце создавалась невидимая печать, крепко связав их обоих.       — Уже почти, — тихо оповестил он, слабо веря самому себе. Неизвестно сколько длиться создание печати. Иногда хватает минуты, а в другой раз — целый час пройдет.       Для несчастной то «почти» тянулось целую вечность, прежде чем тело обмякло в благословенном обмороке, перестав чувствовать мучения. Неизвестная сила вытолкнула руку демона из груди, тем самым дав понять, что контракт заключён. Рана затянулась в мгновение ока, будто никогда и не было. Мертвенно-бледное лицо, без единой кровинки, уткнулось в грудь новоиспечённого слуги. Тот осторожно перехватил девушку, стараясь не поранить об опасные костяные выступы на локтях. Огрубевшая ступня потопталась по костру, вздымая редкие искорки.       Темень заполонила собою опушку. Хозяину Синего леса свет был не нужен — он прекрасно видел во тьме.       Слабое дыхание и невидимая нить контракта — единственные подтверждения, что Мирана ещё жива.       — Ты выживешь, — шагая в свою обитель по тропинке, уверял скорее самого себя, чем бесчувственное тело. Были неоднократные случаи, когда люди не выдерживая боли, умирали в момент создания печати. Душа считалась потерянной, не доставалась в лапы приспешника тьмы, отправляясь в чистилище, где долгие годы искупала грех.       Подобный расклад, естественно, не устраивал демонов и они прикладывали все усилия, чтобы носитель драгоценной души остался живым.       — Я заменю тебе всех. Стану отцом, верным другом, братом, которого так любила. Или превратиться в собаку? Я видел твои воспоминания. Ты всегда мечтала о нём, носилась с дворовыми щенками, незаметно принося в свои покои. Царь терпеть не мог животных во дворце, сердился, наказывал, но тебя это не останавливало…       Демон бормотал всю дорогу, пока не появилась избушка, искусно скрытая среди деревьев. Толкнув спиною дверь, он занёс вовнутрь ценную ношу, положил на соломенный матрас. Взмахом руки заставил гореть огонь в очаге. Сам то холода не чувствовал, но люди такие хрупкие создания… Чуть что и уже болеют. Тем более вымученная девушка. Поискал подобие одеяла, чтобы укрыть — кроме ещё одних штанов ничего не обнаружилось. От души выругавшись, бросился к деревне, самозабвенно взвыв на ходу — вдруг кто-то из селян лазит на улице. Только не хватало, чтобы видели, как чудовище, пугающее их до усмерти, воровато оглядевшись по сторонам, тащит с веревки влажное одеяло.