Глава 18. Убежать от демона нельзя
13 апреля 2024 г., 16:24
Беги, милая, за тобой Зверь идёт! У него зубы длинные, Сердце не бьётся, не бьётся.
Green Apelsin — Зверь
Она бежала сломя голову, не замечая ничего на своем пути. Волосы цеплялись за кустарник, вырывались целыми прядями, оставаясь висеть опознавательными знаками. С непривычки или из-за ударов ассасина кололо в боку, шаг сбивался. Побитое тело ныло, отдавая тупой болью в каждый мускул; рана на голове саднила, в глазах прыгали блики. Хотелось упасть на мягкий снег, чтобы перевести дух, глубоко вдыхая холодный воздух. Нельзя. Стоит раз остановиться, сесть хоть вон на то поваленное дерево, как больше не встанет. Лучше бежать, пока ноги несут по инерции и подгоняемое страхом сознание, заставляет двигаться. Корявые пальцы сухих веток, обломанных ветром, вытыкались из сугробов, назойливо суясь под сапожки. Ветер свистел в ушах — а может и не ветер, может это демон гнался за ней, тяжело дыша в затылок. Конечно же он отправится следом — сам говорил, что обязан охранять душу. Только где была его защита, когда те двое вломились в карету? Пустые, голые глаза источали похоть, руки нетерпеливо сдирали шубку, кинжал ласточкой порхал, превращая одежду в лоскутки. Омерзительные прикосновения ладоней к груди, которую Мира пыталась прикрыть, пылая от стыда, снедаемая страхом. Удары сыпались со всех сторон, после того, как она пришла в сознание, разбив голову о сундук. Взывая мысленно к Джулиану, просила помощи, приказывая убить мучителя, истязающего её. «Почему же увидев изувеченные тела, разбросанные на снегу, ты так испугалась?» — вопрошала себя снова и снова. В голове стояла леденящая кровь картина: демон опускает меч, разрубая тело надвое. Кажется, человек ещё был жив, судя по сдавленному стону. С глухим чавканьем оружие погружалось в плоть кромсая на куски. Джулиан потрошил остервенело, со злостью, будто заклятого врага, причинившего невесть какой вред. Вот какое на самом деле существо, прожившее с ней бок о бок два месяца. Придёт время и он точно так же вонзит в её грудь свои когти, жадно вырывая обещанное. Ни крики, ни просьбы его не остановят — не ведая жалости, сострадания, станет упиваться, поглощая бессмертную суть, в то время, как хрупкое тело будет доживать последние секунды, корчась в агонии. «Получается, я боюсь будущего?» — принцесса тяжело дышала, сосредоточенно глядя себе под ноги. Да. Боится. Но ещё больше страшило увидеть демона, в привычном облике телохранителя. Притворная забота, касания, заставляющие сердце то замереть, то забиться, словно птичка, попавшая в силок. Она действительно как та птичка — только не певчая канарейка в клетке, а лебедка, глупо считавшая, что человек, каждый день рассыпающий у пруда корм, делает исключительно из-за любви к птицам. Пока в один ужасный день тот не придет, держа кроме мешочка с зерном, что-то блестящее, а потом, когда она беспечно выйдет из воды к еде, грубо схватит за изогнутую шею. Острая боль обожжет шею, кровь обагрит белое оперение и лебёдка попадет на праздничный пир во дворец. Вот и Джу поступит так же, подобно смотрителю за царскими лебедями. Погода обернулась против принцессы. Снег, доселе пролетавший одинокими снежинками, пустился крупными хлопьями, усилившийся ветер бросал их в глаза, забивал нос и рот, мешая дышать. И без того скверная видимость, стала ещё хуже. Мира бежала наослеп, сама не зная куда приведет её путь. Вот бы выбраться к ближайшему поселку, вроде Луковок, с хлебосольными крестьянами. Попроситься переночевать, рассказать изменённую историю о встрече с разбойниками, авось сжалятся и выделят место в теплом домике, где можно согреться до кончиков пальцев. Может быть найдется кто-то, кто отвезёт в Белорощево. Разумеется не за просто так — она обязательно отблагодарит. — Не могу больше… — Мира в изнеможении упала на землю, проваливаясь в снежную перину. Кое-как собрав силы, сумела заставить себя подняться и дойти до старой сосны, чей ствол завалился, упираясь в соседнее дерево. Сев на него, беглянка несколько минут выравнивала дыхание. Во рту стояла сухость, очень хотелось пить. Снег, вопреки ожиданиям, не смог заменить глоток воды. Медленно таял во рту, болезненно сводя зубы. Выплюнув бесполезный, затвердевший комок, она повторила попытку утолить жажду, только на сей раз взяла совсем чуть-чуть. Желанной жидкости вышло ничтожно мало, но принцесса радовалась и этому. Шорох среди деревьев посеял тревогу, успокоившееся от долгого бега сердце, вновь застучало, а ноги налились тяжестью. Страх сковал девушку, вместе с ним она ощутила как мороз обнимает её ледяными объятиями, проникая сквозь одежду. Демон! Нет! Не хочу его видеть! Взгляд затравленным зверьком метался, боясь увидеть знакомую фигуру. Где-то треснула ветка, ламаясь от порывов ветра. С мучительным стоном принцесса отодрала себя от насиженного места, стряхнула с волос снег и, пошатываясь, потащилась вглубь. Постепенно ее шаги становились все тверже, увереннее.***
Джулиан остановился когда от лежавшего ассасина осталась невнятная куча мяса с костями. Прекрасно. Просто прекрасно. План выполнил безукоризненно: взял свидетелей в плен, подопечную защитил. Чертова демоническая сущность, пропади она пропадом. Ведь знал, что нельзя поддаваться инстинктам убийцы, знал! Старался думать о непорочной а́ниме, что вскоре получит, о её неповторимом вкусе, как станет медленно, растягивая удовольствие впитывать серебристый шарик. Не помогло, не отрезвило. Ублюдок, собирающийся обесчестить Мирану спутал все карты. Сколько же ей пришлось вытерпеть ударов, прежде чем пришла помощь? То, как она отпрянула от его ладони, испугавшись очередной пощёчины — было последней каплей. Больше сдерживаться он не мог, да и смысла не было — все равно после когтей ассасин был не жилец, а так хоть всю злость выпустил. Правда теперь надо снова подстерегать царя, ожидать следующего шага с его стороны. Вторая группа наёмников бессердечно убила лошадей — дальнейший путь придется преодолевать пешком. Для демона это не было проблемой — он мог двигаться быстрее, чем обычный человек. Вопрос в том, насколько удобно будет принцессе и не замёрзнет ли она от морозного ветра. «Заверну в плед, — решил Джулиан, вытирая снегом окровавленные руки. Сунулся к карете, вспомнил, что не мешало бы и лицо протереть — хватит Мире на сегодня потрясений, пусть успокаивается. Досадливо цыкнул, вспомнив пронзительный крик девушки, увидевшей расправу над насильником. Выперлась из кареты на свою голову — просил по хорошему: сиди там, как бы страшно ни было — не высовывайся. Отчего то демону очень не хотелось предстать перед Мираной в пугающей форме, открыть свою дьявольскую натуру. Люди — впечатлительные создания, увидав такое, запомнят навсегда. Тяжело будет доверять существу, безжалостно убивавшему на твоих глазах. И неважно, что те заслужили погибнуть в жестоких мучениях. — Непредвиденные обстоятельства возникли Ми..., — демон осёкся, глядя на пустые сидения. Принцесса исчезла бесследно, лишь чашка с остатками недопитой жидкости сиротливо стояла на столике. — Мира?! Мирана!!! — Джулиан стукнул кулаком в стенку, не рассчитывая сил. Доски, обшитые бархатом грустно крякнули, ломаясь от удара. Из новобразовавшейся дыры потянул сквозняк, залетело несколько снежинок, падая к своим собратьям, плотно усеявшим пол кареты. Тихо бормоча ругательства, парень открыл сундук, ища в нем чистую одежду. Его плащ вдоль и поперек разорванный шипами, вылезающими на локтях, плечах и спине, превратился в лохмотья. Нательное белье тоже нуждалось в замене, да и пропитанное кровью вызвало бы много вопросов у челяди белорощинского поместья. Слухи мгновенно облетят поселок, люди охотно перемоют косточки, судача о головорезе - телохранителе. Или нареченном. Им только повод дай — переврут события так, что и крупицы правды не будет. Облачившись в одежду полностью идентичную старой, Джулиан внимательно осмотрел поляну, надеясь увидеть следы Мириных сапожек. Вьюга постаралась на славу — трупы почти полностью скрылись, а уж об отпечатках можно забыть. Ветер тоже играл против демона — запах а́нимы развеялся, оставалось последнее, что могло привести к сбежавшей. Прозрачная ниточка связи тянулась от запьястья в лесную чащу — следовательно, принцесса ушла именно туда. — Глупая девчонка, — шипел телохранитель, длинными скачками несясь сквозь метель. — Найду — задам такую трёпку, до конца контракта запомнит. Совсем рехнулась сама по лесу бродить. Замёрзнет же дурочка. В карете согреться не могла, зуб на зуб не попадал, а тут на открытом воздухе… Ч-чёрт. И волки напасть могут — эти твари с безупречным нюхом отлично чуют безоружного человека. Прожив десять лет в Синем лесу демон невольно выучил повадки диких зверей и сейчас, как никто другой, понимал о грозящей опасности.***
Мира не знала сколько прошло времени с её побега. Казалось, больше часа, а то и все два. Отдыхать больше не садилась — хотелось поскорее выбраться из чащи. Вскоре бег сменился быстрым шагом, затем простой походкой, а теперь медленно, словно улитка переставляла ноги, уговаривая сделать хоть крохотный шажок. Зимой темнеет рано, особенно когда небо заволакивают хмурые, серые тучи. Густые кроны сосен, что росли близко друг от друга служили не только укрытием, мешая вьюге разгуляться, но и не пропускали достаточно дневного света. Сумерки таили в себе неизвестность, обещали стать последним приключением в её жизни. Вокруг раздавались звуки ночного леса, которые усиливались в воображении из-за темноты и одиночества. Шелест снега под дуновением ветра, скрип веток, ломающихся под тяжестью белых шапок. Далёкий вой волков, ритмичное уханье совы напоминало о близости хищников, а внезапные тихие шорохи в кустах теперь пугали сильнее, чем возможная встреча с демоном. Принцесса успела малодушно несколько раз пожалеть о своем решении, но вернуться назад не могла — заблудилась. Погрузившись в свои мысли, Мира не заметила овраг, внезапно возникший на пути. Сделав шаг, нога нырнула в пустоту. Взмахнув руками, девушка кубарем полетела вниз. Кувыркаясь, обжигая лицо о снег, она хватала пальцами пустоту, в надежде зацепиться о деревцо или какой-нибудь кустарник, пока внезапно не ощутила резкую боль в лодыжке. Скатившись на низ оврага, девушка попыталась встать и чуть не потеряла сознание от нового приступа боли. Путешествие завершено, здесь настигнет её смерть, мороз охотно раскроет объятия, даруя вечный сон. Только бы успел первым, до прихода волков. Мучительная смерть — быть заживо съеденной. Щёлканье зубов у горла, оскаленная пасть источающая зловонный смрад… Решив не давать хищникам возможность полакомиться лёгкой добычей, она начала тянуться вперёд, используя здоровую ногу и руки. Каждое движение вызывало новую волну боли, вспышкой стреляя по всему телу. Сцепив зубы, девушка упрямо продвигалась, но с каждым предоленным метром холод сильнее окутывал, расслаблял, соблазнял передохнуть. Тяжесть распространялась по всему телу, глаза хотелось закрыть и больше не открывать. А почему так мягко? Где это она? В своей постели, где же ещё. Горничная взбила перину, пуховое одеяло перетряхнула, камин потрескивает, огонь весело облизывает поленья… Но в её комнате нет камина, обогрев шел от печи, хитроумно спроектированной. Странно… — Мира! Мира! — кто-то кричит совсем рядом, мешая уснуть. Мире хочется резко ответить, прогнать помеху. Зачем он явился в покои и так бесцеремонно отрывает от сна? Ни стыда ни совести у дворецкого нет. Или это не дворецкий?.. Обеспокоенное лицо молодого человека оказывается совсем рядом, буквально в нескольких сантиметрах от её собственного. Кто он? Знакомо выглядит. Принцесса точно его знает, знает взгляд тепло-карих глаз. Из-за слабости тяжело сообразить, сил не осталось даже на то, чтобы поднять руку, указывая незваному визитёру на дверь. Веки смыкаются, скрывая от неё склонившегося. — Проснись, принцесса, — требовательно зовёт голос. — Открой глаза, Мира, не спи, нельзя. Горячие, обжигающие ладони касаются её щек, трясут за плечи, настойчиво возвращая из грёз Сознание Миры медленно возвращалось, и она начала различать обрывки фраз. —… напугала, глупая… сбежала… не успел?! Забыв о поврежденной лодыжке, девушка неосторожно подтянула ногу, зацепившись ею о сапог. Боль стрельнула, пронзив до колена, сбрасывая последние, невидимые оковы коварного мороза. Подавив крик, принцесса закусила губу, не решаясь взглянуть на демона. Тот, кого она боялась, от кого удирала — настиг, спасая от верной гибели и сурово смотрел, сузив глаза. Шепча что-то, далеко нелестное телохранитель сел рядом, безошибочно определив покалеченную конечность. Аккуратно, стараясь не причинить неприятных ощущений, он освободил стопу от сапога, отодвинул штанину, рассматривая вспухшее место. — Зачем ты пришел? — горько произнесла Мирана, искренне сожалея, что не замёрзла. Как находиться рядом с этим… перевёртышем, способным во мгновение измениться, принимая облик сатаны, монстра, влекомого единственным желание — убить? Ради души или просто так — в потеху. Хуже всего то, что она начала поддаваться очарованию и сердце нет-нет да и замирало в присутствии Джулиана. А в карете… Сама была готова приникнуть с поцелуем к его губам. Хорошо, что не успела — теперь ни за что на свете не даст слабину. Пресекать каждое касание, каждое теплое слово, в её сторону. Напоминать об отсутствии искренности, настоящем мотиве демона. — Это на тебя так мороз действует? Безрассудная принцесса. Я должен охранять твою душу и тело до окончания контракта. Ты вообще понимаешь, что могла умереть? Куда, скажи на милость, тебя понесла нелёгкая? К волкам в гости в качестве основного блюда? — Хоть и к волкам, лишь бы от тебя подальше. — От меня? Похвально. — Из его голоса исчезли нотки тревоги, сменяясь на раздражение. — Позволь напомнить — мы связаны контрактом, Мира. Тебе не убежать от меня, я найду и на том свете, даже если придется навести шорох в небесном саду. Где бы ты не пряталась — отыщу без труда. Она прерывисто вздохнула, вкладывая столько безысходности в тот вздох, что демон начал думать, не переборщил ли с высказываниями. Похоже, девушка всерьез была обеспокоена, раз решилась на отчаянный поступок. — Мир, — Джулиан смягчил тон, снимая с себя пальто. — Я же просил посидеть в карете. Тебе не следовало выходить. Почему ослушалась? — Бережно, чтобы не потревожить травмированную ногу, демон укрыл принцессу, оставшись в одной лёгкой рубашке. Просунув руки под её тело, он, не слушая возражений, поднял, прижимая к себе. — Знал, что мой вид и действия приведут в ужас. Но асасины заслуженно понесли наказание. Во первых, они посягнули на мою собственность… Будущую собственность. Мы — демоны, такого не любим. — Неужели нельзя было быстро их убить? Без осквернения мертвых тел. — Это — моё милосердие, — криво усмехнулся Джулиан, вспоминая как именно он расправлялся с неугодными царю людьми. — Поверь, им повезло. Дети тьмы обычно убивают намного страшнее и мучительнее. Пусть благодарят ярость, затмившую мой рассудок, иначе шалость растянулась бы на целую ночь. Естественно, после того, как убедился б, что ты в безопасности и тепле. — Добавил он, размеренно шагая по оврагу. — Мою душу тоже заберёшь с таким милосердием? — Мира старалась говорить безэмоционально, не показывая боязнь. Просто интересуется, к чему готовиться. — Нет. Больно не будет. Знай, я не причиняю попусту страдания. — Джулиан слукавил, скрывая от принцессы то дикое желание разгрызть, разорвать её тело, вожделея побыстрее добраться до а́нимы.— Ты ничего не почувствуешь, обещаю. Помнишь наш поцелуй у озера? Когда наступит твой час, я снова тебя поцелую, но исход будет смертельным. Уснёшь навеки, как только а́нима покинет твое тело. — Спасибо, успокоил, — прошептала девушка, испугавшись того, как он буднично рассказывает о изъятии души. — Как по мне — не самая плохая смерть, — пожал плечами телохранитель, ускоряясь. — Хватит о мрачном на сегодня. Предлагаю закрыть тему и поспешить в поместье. — Пешком долго идти, — Мира решила, что с завтрашнего дня точно не приблизиться к демону, а сейчас это диктует необходимость. Холод вернулся, вытеснив мнимое тепло и тело била крупная дрожь. Склонив голову к теплой груди Джулиана, она застыла в неудобной позе, прижимая руки к единственному источнику обогрева. Дыхание, подобно горячему пару, обдало ее лицо и безжизненные пальцы, кровь с новой силой побежала по венам, покалывая кожу тысячами крохотных иголочек. Вьюга прекратилась так же внезапно, как и началась, оставив после себя новые нагромождения снега. Сейчас лес был тихим, будто сама природа затаилась, наблюдая за их путешествием. Ночные птицы разлетелись в поисках пищи, хищники караулили добычу в виде мелкого, неосторожного зверья, высунувшего нос из засыпанной норы. Сквозь густые ветви деревьев пробивался лишь слабый свет луны, создавая на белом покрывале игру света и тени. Одни кусты терновника пытались помешать движению молодого человека, упрямо цепляясь колючками за одежду. Джулиан не обращал на них внимания. Его взгляд был прикован к дороге впереди, а мысли заняты заботой о Мире. Вернее об а́ниме, — уверял он самого себя, но не мог до конца уверено сказать, что не тревожится и о самой принцессе, как о близком человеке. Ступая уверенно каждый шаг, демон безошибочно определял наличие скрытых лесных ловушек в виде раскоряченной ветки или упавшего дерева. Мягко взмывая в воздух, он так же и опускался, пересекая преграду — прыгать с принцессой на руках не рисковал, зная, что потревожит распухшую лодыжку. Снег потрескивал под ногами, нарушая тишину. Согретая Мира почти уснула, убаюканная лёгким покачиванием, в такт ритмичному стуку сердца телохранителя, которое билось аккурат под ее ладонью. Иногда демон осторожно поправлял её волосы, убирая их с лица, чтобы она могла свободно дышать. — Как ты себя чувствуешь? — спросил он, не дождавшись ответа. Прислушавшись к тихому сопению, коснулся губами её лба. Зачем? Сам не знал. Просто захотелось почувствовать бархат нежной кожи. С ним происходило что-то странное. Сначала страх отвоевал себе место в голове, меняя восприятие мира. Теперь непонятное, щемящее чувство, возникающее всякий раз при непосредственной близости к принцессе. Оно побуждало украдкой вдохнуть запах волос, взять за руку, непроизвольно улыбнуться, видя как ладонь, вдвое меньше нежели его, прячется полностью в его кисти.Что спровоцировало появление перемен — неизвестно. Не контракт же влиял, наделяя создание тьмы человеческими качествами. В преисподней поднялась бы нехилая заварушка, узнай о побочных эффектах. — Она мне безразлична, — беззвучно произнес Джулиан, противоречиво прижимая Миру крепче к груди. — Мне нет дела к её проблемам, всё совершаю ради возможности испить невинную душу.***
Поместье в Белорощево возвышалось на небольшом холме, окруженное старым парком. Прадед нынешнего царя — Алексис второй был тем, кто дал распоряжение построить летнее имение. Его стены были выложены из светлого камня, который в лунном свете казался почти серебристым. Башни поместья стремились к небу, их венчали шпили, украшенные затейливыми узорами. Окна первого этажа светились, предвещая уют и покой, ожидающий на ночных гостей. Демон двинул плечом тяжёлую створку кованых ворот. Заперто. Неудивительно — ведь кто станет держать в ночное время их открытыми. Горланить в надежде, что услышат слуги, вышедшие по своим делам на улицу — бесполезно. Только Миру напугает — принцесса проспала всю дорогу безмятежным сном. Перелететь через ограду — значит навлечь на себя подозрение. Обычный человек не перепрыгнет, тем более с грузом на руках. Оставить девушку на снегу и перелезть самому? Похоже, это единственный вариант, но демону он не нравился. Сколько бы он не разубеждал в безразличии к принцессе, но при мысли, что придется причинить ей дискомфорт, положив на холодную землю, становилось не по себе. Джулиан постучал ногой о ворота, надеясь разбудить сторожевых собак. Те с готовностью отозвались лаем, заслышав громкие, звякающие звуки. Результат обрадовал и демон с удвоенной силой принялся дразнить четвероногих стражей. — Брысь, пьянь подзаборная! — двери флигеля, в котором по всей видимости проживала охрана, открылись и оттуда высунулась усатая физиономия. — Взяли моду лазить под царским имением. Сейчас выпущу псов — надолго запомнится. — Уймись, — ворчливо посоветовал демон, звякая створкой ворот. — Её высочество принцесса Мирана Тремэйн приехали, так что поднимай свой зад и открой вход, будь ты неладен. — Совсем страх потерял, голытьба холопская, — окрысился начальник охраны, завидев одинокую фигуру, державшую объемный свёрток. — Принцесса приехала, как же. А ты, видать ни кто иной, как его величество, государь Виринеи. — Если я сейчас буду вымушен положить свою невесту на снег, то поверь, ты пожалеешь, что на свет родился, — в голосе парня, принятого охранником за пьяницу, звучала откровенная угроза. Местные любители браги, повадившиеся ошиваться около поместья, не находили смелости огрызаться в ответ. Стало быть действительно кто-то из важных пожаловал. Подозрительно то, что карету нигде не видать. А если разбойники притворились и остальная шайка, вооруженная до зубов, только и ждёт, чтобы доверчивый тюфяк распахнул врата. — Голубя от его величества не прилетало, дилижанса тоже вашего не наблюдается, так что, не серчайте, сударь, никак не имею права открыть-с. — На всякий случай страж проявил красноречие. — На её высочество напали. — Джулиан не собирался объяснять служаке все подробности. — Экипаж убито, лошади зарезаны. Принцесса Мирана повредила ногу, ей срочно требуется помощь лекаря. Пошевели своим куриным умишком или я перелезу и вправлю мозг при помощи кулаков. Охранник наконец убедился в серьёзности ситуации. Бросая взгляды, полные подозрения и держась за рукоять меча, висевшего в ножнах, мужчина, отодвинул массивную балку, удерживающую ворота. Скрипя на своих петлях, они медленно распахнулись, впуская гостей. Двор был пустынен и замерзший, освещённый лишь бледным светом фонарей, отбрасывающих длинные тени на снежный покров. В центре возвышалась статуя ангела, сложившего руки в молитвенном жесте. Каменные изваяния львов, расположенных у крыльца, казались стражами тишины, их очертания размывались в темноте сумерек. Минуя замерзший фонтан, демон направился к основному входу поместья. Тяжёлые дубовые двери распахнулись и он вошёл в просторный холл. Внутри особняка царило тепло от множества каминов, исправно отапливаемых помещение. Дворецкий, встретивший посетителей, побледнел, признавая в спящей девушке свою любимицу — малышку Мирану. Немой вопрос стоял в серых глазах, пытливо всматривающихся в молодого человека, державшего принцессу. — Её высочество? Что с ней? — Нападение. — Одними губами ответил Джулиан, не желая будить Миру раньше времени. Вдруг со сна проговориться о ассасинах или его демоническом происхождении. — Разбойников развелось немерено — выскочили прямиком перед экипажем. Я сумел защитить Мирану, но ценой гибели кучера, лакеев и лошадей. И ещё… Неловко спрыгнув с кареты, её высочество травмировала ногу. Будьте добры, пошлите за доктором — необходимо осмотреть. — Конечно, господин. Объяснив как пройти в гостиную, дворецкий умчался в соседний дом, где проживал белорощинский лекарь. Ступая по мягкому, зелёному ковровому покрытию, телохранитель рассматривал гобелены и портреты, в изобилии висевшие на стенах коридора. Рикард не был здесь частым гостем — на изображениях присутствовала семья его погибшего брата. Молодой Дэриан и Арианна кружащиеся в вальсе, царица с первенцем на руках, мальчик, с симпатичными чертами лица, склонившийся над колыбелью… «Почему царь не снял картины?» — задумался демон, — «ему не дали это сделать? Или сам решил оставить, чтобы с превосходством смотреть на мертвого?» Отодвинув тяжёлые шторы — гостиная не имела двери, Джулиан направился к дивану, на который и опустил девушку. Поправил думочку-подушку под головой, чтобы не затекла шея, освободил ноги от сапожек, убрал в сторону свое пальто, заменяя на покрывало. — Джу… — Мира детским жестом потерла глаза, привыкая к яркому свету от сотни свечек в люстре. — Мы дома. — Он ободряющее улыбнулся принцессе, пока та недоверчиво рассматривала знакомую комнату. — Все самое страшное — позади. Сейчас придет доктор, осмотрит тебя, а потом, после ужина, у меня есть серьезный разговор.
