Кто сильнее - ведьма или трансформер?

      Учебный день подходил к концу. Кто-то оставался мыть класс, ожидая, пока остальные не переоденутся и не покинут его. Ученики лениво тянулись из школьных дверей навстречу морозному солнечному дню. Вокруг простирались улицы, усыпанные сверкающими мелкими драгоценностями. Только дотронься — и растают.       С высоты птичьего полёта можно было бы подумать, что это маленькие муравьи-трудяги идут колонной к себе в убежище, неся на спине важные для них подручные предметы. На белоснежном снегу их было особенно чётко видно.       Идеальная жертва для хищника.       Жаль, дети не могли сбросить шкурку и обрести новую — маскировочную, как зайцы или лисы. Если б только Ромка мог трансформироваться в робота, он бы в два счёта поймал всех плохих людей в округе. И тогда бедняге Тихонову не пришлось бы постоянно ходить с этим стеклянно-обречённым взглядом человека, смирившегося со своей участью — участью того, кто постоянно имеет дело с такими пропащими людьми. Благо, хоть Ромка иногда разбавлял его печальные будни (по крайней мере, он так думал), попадая к нему в отделение за мелкие хулиганства.       Пятифанов встал с места одним из первых, как только прозвенел звонок, и сразу же направился к Антону, чтобы, так сказать, расставить все точки над «и» и посмотреть, как он будет оправдываться.       Они уже встретились взглядами, но тут кто-то резко схватил его и потянул за рюкзак, из-за чего Рома чуть не потерял равновесие. Отклонившись назад, он стал беспорядочно размахивать руками:       — Э-э-э?       Пятифанов растерянно обернулся. И без того плохое настроение стало ещё хуже.       Ну почему опять она?       Рома был готов взвыть от отчаяния. Эта «змеюка» всегда была раздражающей девчонкой, но сегодня она казалась особенно невыносимой — словно бельмо на глазу.       Он резко отпихнул её руку и угрожающе рыкнул:       — Ты чего, Смирнова, совсем попутала? Чего прицепилась ко мне, как пиявка?       Катя тоже была недовольна. Всем своим видом она выказывала отвращение, словно вовсе не хотела общаться с ним, но что-то заставляло её против воли. Она помолчала секунду, а затем выдавила:       — Пошли со мной. Поговорить нужно.       — Ага, щас Аж двадцать раз. Пойду я с тобой… Смирнова, а ты точно не ведьма? А то вдруг всё-таки решила меня тому сумасшедшему сдать? Ты знай, я ж без боя не сдамся!       Катя закатила глаза, скрестила руки на груди и задумалась.       Ну что за балбес?       Как вообще Полина должна на него запасть?       Она помотала головой из стороны в сторону и живо представила их пару: Пятифан кружил вокруг Морозовой с палкой, аки неандерталец, защищая от каждой драной кошки, что попадалась им на пути, а Полина с тихим смехом наблюдала за сей нелепой картиной.       Нет слов — одни эмоции.       Уголки губ непроизвольно поползли вверх, но Катя тут же пресекла этот порыв и серьёзно посмотрела на своего непутёвого одноклассника, махнув рукой:       — Пошли. Это касается Полинки. Очень важно!       Пятифанов озадаченно нахмурил брови и недоверчиво глянул на Катю. Присмотрелся к её глазам, в которых не заметил знакомого лукавого блеска, а на губах — не было той привычной хитрой ухмылки, которой Смирнова награждала каждого встречного, будто знала их самые грязные секреты.       Рома обернулся к месту, где до недавнего времени стоял Антон, и увидел там лишь пустоту.       Ну всё. Момент упущен.       Он с досадой повернулся обратно и мысленно проклял одноклассницу всеми известными ему плохими словами, которые он успел услышать, пока водился со старшеклассниками.       Смирнова усмехнулась:       — Да не бойся, не сдам я тебя никакому маньяку. И хватит так меня сверлить, а то мне уже кажется, что это ты на меня порчу наводишь.       Пятифан широко улыбнулся. Но эта улыбка была не такой радостной, в тридцать два зуба, когда тебя переполняет радость, а злорадной:       — Может, и навожу. Если ты меня отвлекла из-за какой-то фигни девчачьей, то точно сделаю тебе порчу на понос…       Катя тут же толкнула его в грудь:       — Только попробуй, хорёк тупой!       — Чё вякнула?       Катя выдохнула и взяла его под руку, потащив из класса в коридор.       Вокруг ходили школьники: кто — домой, кто — просто ошивался по округе, словно, наоборот, вовсе не хотел идти домой. Может, их там совсем никто и не ждал. В школе им было гораздо лучше. Это обычное дело для такого места. В их глуши неблагополучных семей — каждая вторая. Возьми любого ребёнка — да спроси. У каждого своя страшилка.       Катя тащила Пятифанова в укромный уголок, где не так давно она видела Антона с Полиной. Они тогда о чём-то увлечённо разговаривали и смеялись, а Смирнова совершенно случайно на них наткнулась. Антон заметил её, и их взгляды встретились. Катя тут же убежала, потому что была жутко потрясена. Ей показалось, что они смеются над ней.       Хотя, на самом деле, она просто испугалась. Испугалась возникших где-то в глубине неизвестных доселе чувств, испугалась, что они могут подумать, будто Катька за ними специально следила. А это ведь было не так!       Нет, Смирнова, конечно, любила посплетничать, но она не опускалась до того, чтобы следить за одноклассниками в надежде подслушать интересные новости.       Ну… может, только иногда…       Девушка помотала головой, зажмурившись, чтобы отогнать неприятные воспоминания. Она подошла к тому самому месту рядом с раздевалкой. Перед ней оказался маленький тёмный проход в стене, который теперь казался уж слишком тёмным.       Пятифан осторожно выглянул из-за её маленькой спины, встал рядом и неловко почесал затылок, придирчиво уставившись в тупик.       — Ну и чего встали? Кого ждём? — Он скептически выгнул бровь, увидев неуверенное выражение на лице одноклассницы, и с усталым вздохом зашёл первым. Встал между двумя покрашенными бетонными стенами и недовольно сунул руки в карманы, нащупав холодное железо маленького складного ножика.       — Тут пахнет так, словно кто-то уже сдох. Может, ты уже скажешь, что хотела, и мы пойдём отсюда?       Смирнова недовольно поджала губы и шагнула навстречу к парню, скрывшись в тёмном проходе.       Если бы кто-то их заметил тут — какие бы сплетни пошли…       Она посмотрела в его тёмные глаза, и ей стало как-то не по себе. Никогда в жизни она ещё не оставалась наедине с мальчиком, особенно с таким безбашенным, как Пятифан, да ещё в таком узком, маленьком пространстве. Они находились слишком близко друг к другу. Настолько, что можно было почувствовать чужое дыхание на своей коже.       Катя сжала вспотевшие ладони в кулаки и гордо выпрямила грудь, чтобы скрыть нарастающую неуверенность.       — Слушай, я знаю, что тебе наша Полинка нравится, — Катя почувствовала, как он напрягся. — И ты заметил? Она стала как-то слишком часто общаться с Петровым…       — И?       — И… Ты хочешь их разлучить. Я права?       — Тебе-то какое до этого дело? — Рома вытащил руки из карманов и быстро скрестил их на груди, отгородившись.       — Я всегда на страже настоящей любви Помочь ведь хочу…       Пятифан тотчас усмехнулся:       — Помочь? А губа не дура. Ты мне давай, зубы не заговаривай. Какая тебе от этого польза? — Он слегка наклонился и ткнул в неё указательным пальцем.       Катя молча опустила веки и с брезгливостью отодвинула его в сторону:       — …Хочу Петрову насолить. Бесит меня его наивное личико, аж зубы сводит.       — Чего?       Он внимательно оглядел Катю. Его чутьё подсказывало, что она что-то недоговаривает. Он хоть и видел пару раз, как она задирала Антона, но было странно, что она так сильно обращала на него внимание. Обычно она теряла интерес к своим жертвам так же быстро, как появлялись новые сплетни о других.       Смирнова несколько раз кивнула:       — Да-да, все его слишком любят.       — А как это со мной-то связано, я не пойму?       — Ну, тебе же нравится Полина?       — Ну да, и что?       — Ну и всё. Я тебе помогу Морозовой признаться, а Петров будет локти кусать. Может, вообще вскроется его настоящая натура? — На последней фразе Катя заговорщически приложила ладонь к лицу и перешла на шёпот, словно их мог кто-то услышать.       Рома переваривал услышанное. Он вновь посмотрел в её большие зелёные глаза, надеясь увидеть в них признаки лжи, но ничего не нашёл. И всё же он ни капельки ей не поверил.       Катя будто прочитала его мысли и резко отвернулась, согнув руку в локте, чтобы демонстративно рассмотреть свой маникюр:       — Ну, если ты не хочешь, я сама их разлучу. Только потом не жалуйся мне, что Полинка тебя отвергла. — Она кинула на него многозначительный взгляд и медленно пошла прочь.       Да твою ж мать.       — Стой, — Рома решительно шагнул ближе. Он прекрасно понимал, что она где-то разводит его. Но…       Да и чёрт с тобой.       — Да? — Она лениво развернулась и осталась стоять вполоборота, словно была не особо заинтересована в ответе. Он сощурился.       — Я согласен. Только смотри — обманешь, я это так просто не оставлю. Не посмотрю, что ты девчонка. — Рома сжал ладонь в кулак и предостерегающе потряс им перед её лицом.       Катя улыбнулась, довольная, как удав.       — Замётано! — Теперь уже она ткнула его в грудь. — Есть у меня пара идей…       Возможно, ведьма могла бы победить с помощью своей хитрости и усыпить бдительность бравого воина сладкими речами.