Кто сильнее - ведьма или трансформер?

      Сухой запах пыли, проникающий в нос.       Душащий.       Холодная фальшивка, впивающаяся в нежную кожу пальцев.       Кате хотелось вдавить кольцо поглубже, до самых костей, до невыносимой боли, лишь бы убедиться в том, что всё происходящее было реальным.       Вот сейчас. Сейчас время вернется назад, и она всё исправит. Никто и никогда не увидит их вместе.       Но оно всё шло и шло. С каждой секундой отчаяние в груди возрастало.       Впервые она почувствовала жалость, что не обладает какой - нибудь ужасной проклинающей магией. Может быть она тогда сварила бы зелье забвения и добавила его всей школе в еду. Хотя, зная свои навыки, она с большим успехом отравила бы всех учеников и учителей. Впрочем, сейчас и это было бы неплохо...       Некоторые ученики, которым было интересно понаблюдать за происходящим, глазели на Катю и Рому в молчаливом ожидании. Эти любопытные, насмешливые, пожирающие их глаза. В разыгравшемся воображении Кати они таращились на них, словно змеи. Катя беспорядочно переводила взгляд с одного лица на другое и почему то они казались ей сплошь одинаковыми.       Неожиданно она почувствовала в них что - то до боли знакомое. Горло свело судорогой от осознания – их глаза блестели точно так же, как и у неё, когда появлялась интересная тема для очередной грязной сплетни.       Катя слегка замотала головой, не веря, стремясь стереть наваждение. Но чем больше она на них смотрела, тем сильнее понимала, как они похожи. Только в этот раз жертвой стала она сама.       Все вдруг превратились в отвратительных змей, поймавших добычу в ловушку своих глаз. Вот - вот затянут на её шее свои длинные хвосты и проглотят целиком.       Смирнова впервые почувствовала себя загнанной в угол. Она знала, что нужно было что-то придумать, чтобы развеять дурацкие слухи, но в голову не приходила ни одна дельная мысль. Тишина жутко давила и Кате казалось, что еще немного и все одноклассники увидят её переваренный завтрак на полу. К счастью, кто - то всё же спросил:       — Романыч, вы чего тут? — Бяша подошёл к ним ближе с изумлённым видом — Так вот что у тебя за дело то было! Свиданка! — Он стукнул себя по голове в озарении.       — Эй–ей...Ты чего? — он насупился и покрутил у виска – Да чтоб я с ней..! С этой змеюкой? Да ни в жизнь! — Он развёл руками, медленно пятясь от Смирновой.       Катя почувствовала подступающую ярость:       — Ой, да больно хотелось! – вырвалось у неё, и она тут же закрыла рот руками.       Озадаченно нахмурилась.       — Мы просто... Случайно встретились! Я свою резинку потеряла по пути в класс, а он мне её нашел и вернул! Ничего не было!       — Пф, ага, заливай! — хмыкнул Бяша, он явно не поверил ей.       Пятифанов грозно и предупреждающе зыркнул на одноклассников, нарочно не всматриваясь в лица Антона и Полины. Мельком бросил острый взгляд и на Смирнову, а затем схватил Бяшу за локоть и потащил прочь.       Одноклассники стали рассыпаться кто куда. Даже те девочки - "подружки", с которыми все время болтала Катя, тихонько хихикнули и скрылись в тёмном коридоре школы. Наверняка собрались перемывать ей все косточки.       Катя от обиды поджала нижнюю губу.       — Ничего, Кать... Мы тебе верим... – раздался тихий, мягкий голос Петрова. Рядом с ним стояла Полина. Они смотрели на неё жалобно, как будто разделяли её неловкость.       Катя вздрогнула. Её покорёжило от этого "мы" в его словах.       Неужели они уже были настолько близки?       Она с напряжением вгляделась в толстые стекла очков, за которыми скрывался робкий взгляд. За последнее время она не раз делала гадости Петрову, так что неудивительно, что он мог побаиваться её.       От осознания той пропасти, что пролегла между ними, ей стало дурно. Сердце охватила такая тоска и ревность, что ей захотелось тут же навести на Полину порчу. Угрюмые мысли крутились в её голове и впервые она задумалась о том, насколько она и Антон разные.       Видимо она молчала слишком долго, потому что Полина подошла к ней и осторожно положила руку на её плечо.       — Не переживай, Катя. Вот увидишь, завтра уже все всё забудут.       — Да всё будет хорошо! Обо мне вон много странных слухов ходит. Хотя многое ты и выдумала, да? — хмыкнул Антон.       Катя подняла на него блестящие покрасневшие глаза.       — Ну теперь-то ты точно перестанешь? — На его лбу появилась легкая испарина от волнения. Или просто в коридоре было слишком душно. — Я-то уже не обижаюсь, но теперь мне стало жалко тебя, хоть ты этого и не заслуживаешь...       Полина согласно закивала.       Катя всхлипнула и резко прижала Антона к себе, повиснув на его плечах. В нос проник мягкий аромат овсяной каши, которую он скорее всего ел на завтрак сегодня утром. А ещё сладкий запах молока и мёда, такой уютный, что аж защипало в глазах.       Антон от неожиданности пошатнулся, выставив перед собой руки, и застыл. Очки чуть съехали в бок, но он не решался поправить их, даже просто сдвинуться с места. Лишь широко раскрыл глаза, не зная, что делать.       Полина ахнула в изумлении.       Спустя, казалось, вечность, Катя неловко оторвалась от своего одноклассника, буркнула невнятное "спасибо" и умчалась прочь.       В кровь хлынул адреналин, и Катя почувствовала, как к её рукам и ногам прилил зудящий жар, а в животе растеклось странное тепло, словно её тело наполнилось энергетическим напитком. Она бросилась в сторону, перепрыгнув несколько ступенек, и через пару мгновений очутилась на первом этаже.       Легкие обжигала почти приятная боль. Смирнова откашлялась и тут же приняла естественный вид, потому что из дверей классов в коридор повалили ученики. Она спокойно двинулась к дальнему углу, спрятавшись за напольными растениями, и примостилась на подоконник.       Отвратная ситуация получилась.       Ну просто преотвратительнейшая...       Хуже и не придумаешь.       Катя скривила рот. Ей хотелось как следует пнуть стоящее рядом растение, но не хотелось справляться с исходом этого вспыльчивого поступка. Потому она просто глубоко вздохнула, и смиренно опустила голову, подперев её руками. Она горбилась и опускала голову всё ниже и ниже, представляя, как ей придётся вернуться обратно в класс и взглянуть в глаза одноклассникам. И в этот раз уже никто не проигнорирует её. Катя надеялась, что хотя бы учительница не будет задавать ей лишних вопросов.       Она вспомнила лицо Петрова, с каким сочувствием он смотрел на неё, словно Катю только что сбил автобус, или умер кто-то из ее родных.       Ну почему он настолько хороший?       У Кати сжалось сердце. Голова закружилась от осознания, что она смогла притронуться к нему, обнять. Уголки губ сами собой поползли вверх.       Ну и глупость!       И плевать на этого тупого хорька!       При воспоминании о нём улыбка тут же погасла, а меж бровей пролегла маленькая складка. Катя нервно задрыгала ногой.

***

      В классе все молчали, даже учительница будто спустила с рук пропажу ученицы на первом уроке. Не зря же у неё была такая хорошая репутация. Так можно и ещё парочку уроков пропустить, и никто ничего не скажет. Ну а что? У такой, как она, явно были веские причины пропустить занятие, даже если это всего лишь заболевший живот. Будь это кто - то другой, такая причина бы не прокатила, но у Кати было небольшое преимущество. Хотя не стоило этим злоупотреблять слишком сильно.       И все же ей было не по себе.       В классе стояла слишком мёртвая тишина. Лишь голос учительницы время от времени эхом отскакивал от глухих стен.       Они рисовали достопримечательности. Катя решила нарисовать школу, как и многие. А что ещё оставалось? Не могли же они придумать шикарный дворец или музей с позолоченными рельефными арками и колоннами.       Смешно.       Чиркая в альбоме серые прямоугольные окна, Катя бесилась. Бесилась с того, что этот трусливый хорёк так и не явился на урок. Ещё и друга своего прихватил.       И чем они там занимались ?       Репетировали так же, как до этого делали это с ней?       Была бы её воля, она бы лучше распускала сплетни об этих двоих, потому что поверить в то, что они вместе, гораздо легче, чем в их пару с Полиной.       Катя со смехом представила, как Рома с трепетом на лице встаёт на одно колено перед Бяшей, протягивает ему свою грубую нескладную руку, а в ней поблёскивает маленькое аккуратное колечко...       Кольцо!       Оно же все ещё было у нее!       Смирнова с ужасом глянула на свою руку, на которой красовался красный камешек и нервно выдернула его с пальца, отложив в кармашек сарафана.       Потирая покрасневший палец, на котором все ещё оставался неглубокий след, она мысленно проклинала Пятифанова и поклялась дать ему хорошего пинка при следующей встрече.       Ну только попадись мне, я тебе такой заговор устрою!       Щелчок.       Грифель карандаша разломился пополам, а на бумаге появилось чёрное пятно от сильного чирканья на одном месте. Одно из окошек получилось чернее всех, словно привлекало внимание своим таинственным темным свечением.       Ну а что? Получилось довольно правдоподобно.       Катя захлопнула альбом и вместе со звонком покинула злополучный класс и своих одноклассников, провожавших её любопытными взглядами.       Да-да, смотрите, сколько влезет.       Катя не собиралась оправдываться. Все рано или поздно должны понять, что то, что они увидели – бред и случайность.       Ну это было просто невозможно.       Чтобы она и Рома... Встречались?       Пфф       Почти все знали, что ему нравилась Полина. Тяжело было не заметить. Даже Антон, в первый же день в школе понял это. Как тут не понять, когда из тебя выбивают любую мысль о том, чтобы даже просто смотреть в сторону Морозовой?       Все знали и все молчали.       Уж о ком, а о Пятифанове слухи распускать – последнее дело в жизни. Он потом мог так избить, что месяцы из больницы не вылазишь.       И всё же тревожный червячок ковырял что-то в душе, вгрызаясь в плоть, шаг за шагом, причиняя пульсирующую раздражающую боль. Нужно было немедленно найти этого дурака и за шкирку притащить к Полине.       Катя быстро направилась в тот коридор, куда ушла неразлучная парочка, надеясь найти их в школе.       По коридору уже сновали сонные ученики. Всех убивала эта чёрная зима. Белый снег, тёмное небо и жёлтый фонарь, освещавший землю.       Было в этом что-то неправильное.       Неестественное.       Катя вздохнула.       Если бы была весна, в воздухе бы витал аромат цветов, а в школе появилась бы атмосфера чего то интригующего, когда все вдруг начинают флиртовать друг с другом.       А сейчас...       Тьфу!       Катя остановилась и краем глаза заметила шевеление в том углу, где совсем недавно она предлагала Роме помощь.       Да неужели!?       Двое балбесов сидели друг напротив друга и играли в камень - ножницы - бумага. Она медленно подошла к ним и склонилась, уперев руки в бока, из-за чего на них упала её тень. Парни синхронно повернули головы и вскрикнули, дёрнувшись, будто увидали призрака.       — Фу - ух, Смирнова, ты что, убить меня решила? — Рома схватился за сердце, посматривая на Бяшу с таким выражением, будто был готов потерять сознание. Друг только кивнул, сглотнув с похожей физиономией.       Ну просто двое из ларца одинаковых с лица!       Катя вскипала. Ярость поднималась откуда - то из глубин и готова была вылететь кипящим паром из под кожи.       Весь урок.       Весь чёртов урок она сидела в ожидании этих двоих, ждала как дура, что они придумают новый план вдвоём и воплотят его, если не на уроке, то хотя бы после.       Это же было бы так идеально!       Позвать Полину, будто она срочно понадобилась классной руководительнице, а затем просто поговорить с ней без лишних глаз в пустом коридоре! Ну или придумать еще отмазку.       Это что, было так сложно!?       Катя громко задышала и топнула ногой между мальчишками, заставив их в спешке отдёрнуть руки.       — Эй, ты чего, на? — Бяша и Рома тут же вскочили.       — Это я чего? Это Я - чего!? — Она дико переводила взгляд от одного юноши к другому, а затем резко схватила их за уши, потянув на себя.       Оба заойкали и запричитали, но Катя лишь закрыла глаза и отчеканила:       — Вы тут прохлаждаетесь, значит, играете, а я должна сидеть и волноваться о твоих отношениях с Полиной!? — Она зло зыркнула на Рому — И о наших тоже, вообще - то! Ты знаешь, какие слухи сейчас пойти могут – и всё из-за тебя?       Бяша шипел от боли, схватившись за ухо:       — Да погоди ты, на...       — Ай, Кать, ты так без уха меня оставишь!       Катя нехотя отцепилась от мальчиков и вперила в них гневный взгляд, ожидая объяснений.       Пятифанов недовольно кривил рожей и растирал ухо. Он совсем не торопился как - то оправдываться. Рома уже жалел, что вообще согласился на помощь.       Да она же хуже училки!       Те хоть не вылавливали учеников по углам и не докапывались до домашки.       Его ведь это совсем не волновало.       Да ему вообще было плевать!       Пусть думают, что хотят, и она пусть тоже пусть думает, что хочет...       - Чего Полина сказала?       Блин.       Он увидел, как на секунду исказилось лицо Кати и затаил дыхание, прикусив губу. Рома молился, чтобы Полина не обиделась и не кинулась на шею Антона.       Он же почти сделал это, уже готов был вручить ей это тупое кольцо!       Губы Кати медленно разлепились, тут же захватив его внимание, и она пробормотала недовольное:       — Да ничего, нормально всё.       — Правда?       Рома недоверчиво уставился на задумавшуюся Катю, а затем и на Бяшу, который лишь пожал плечами.       Он положил ей руки на плечи и слегка встряхнул, бросив что-то вроде "эй", а она снова взглянула на него – яркими, горящими глазами, будто прожигала насквозь. Он прищурился, пытаясь прочитать её мысли, но ощущал лишь какое-то нарастающее беспокойство.       А она то сама как?       Сердце что-то кольнуло, что-то очень маленькое, почти незаметное, и с губ чуть не слетели совсем ненужные слова извинений.       Укол совести?       Он быстро отогнал внезапное чувство.       — Мальчики, — Катя нахмурилась. — Вы собираетесь что - то делать или нет?       Рука сама потянулась к затылку и сделала пару скребущих движений, а затем Пятифан выдохнул:       — Да позову я её! На следующем уроке позову... Я те слово даю. Вот. — Он смачно плюнул в ладонь и протянул её Кате, отчего та тут же ахнула и отшатнулась.       Губы растянулись в озорной ухмылке от созерцания ужаса и отвращения на лице Смирновой. Это стоило того.       Бяша расхохотался и тоже плюнул в ладонь. Оба припечатали их, пожав руки:       — Вот так надо отвечать, на!       Смирнова сжалась, отодвинувшись подальше.       — А с кольцом то чего, всё – кранты, на? — Бяша вопросительно обернулся на Катю.       Та достала его из кармана своего сарафана и досадливо вздохнула, сжав в ладони.       Ну точно - кранты.       Полина уже видела его, а значит оно уже не такое особенное.       Твою ж.       Рома быстро замотал головой из стороны в сторону и воскликнул:       — Ну и че! Пофиг на кольцо, я и так её позову!       Катя выгнула бровь, но промолчала. Видимо не поверила. Ха, ну и пусть. А он как возьмёт, да и позовёт Морозову сегодня проводить её до дома!       — Ну, если не получится, дай мне знать, я придумаю что-нибудь более дельное, только не тяни до последнего урока! — Катя пригрозила ему пальцем. — И вообще, вы так и будете за руки держаться, как приклеенные?       А они и вправду были приклеены. И не узами клятвы, хоть и это тоже, а противной склизкой слюной, от которой надо было как - то избавиться, чтобы не испортить форму. А она ему ещё была нужна, чтобы в ней Полине предложение делать. Без неё ну никак.       — Мы это, пойдём, руки помоем.       Оба помахали Кате и двинулись вперёд, так и не разнимая ладоней, будто в танце. Катя лишь вздохнула, скрестила руки на груди и, не удержавшись, тихонько засмеялась.