Спасите мою трижды никчемную жизнь

— Вы отправили своего сына в конверсионный лагерь? — в ужасе повторил Аарон после того, как сдавшаяся под напором его близнеца Мария, наконец, сказала, где находится ее сын. — Николас нуждается в лечении, там ему помогают, — бормотала женщина, прижимая ладони к лицу. — Быть геем — это не болезнь, он не нуждается в лечении, — опасно прищурился Эндрю. Мария не отреагировала. Она, казалось, и вовсе перестала обращать внимание на близнецов — стояла, прижавшись плечом к стене и неразборчиво повторяла: — Если кто ляжет с мужчиною, как с женщиною, то оба они сделали мерзость: да будут преданы смерти, кровь их на них…. — Бесполезное дерьмо, — не сдержавшись, рыкнул на нее Аарон, — все это ваше писание, все псалмы и книги, все эти цитаты из Левита — все — бесполезной дерьмо! Мария внезапно вскинулась и с такой надеждой взглянула на Миньярда, что тот даже неловко отшатнулся назад и не успел отодвинуть руку, в которую немедленно вцепились дрожащие женские пальцы: — Ты прав, Аарон, ты прав! — П-прав? — чуть заикнувшись, повторил парень и переглянулся с замершим и готовым к защите близнецом. — Да, Аарон, да, — судорожно повторяла Мария, — Это Книга Левита, ты правильно назвал. Ты знаешь, ты же все знаешь! Николас страдает, и мы… Мы делаем все, что в наших силах, чтобы вернуть его на праведный путь. Но грех так сильно овладел им, а мы даже не заметили раньше. Николас страдал так долго, он… — Он страдает сейчас и по вашей вине, — грубо прервал женщину Эндрю и с силой отодрал ее от брата. Аарону понадобилось несколько мгновений, чтобы прийти в себя и перестать так глупо пялиться на всхлипывающую Марию. Он перевел все еще слегка дезориентированный взгляд на Эндрю. — Возьми что-нибудь из его вещей, — немедленно отреагировал на внимание брата Миньярд. — Ники сюда больше вернется. — А чем займешься ты? — скорее по привычке, чем от реального желания поспорить спросил Аарон. За что тут же был награжден пустым взглядом и коротким ответом: — Узнаю адрес. И Аарон, и Мария вздрогнули одновременно. Заметив это, Миньярд скривился и скорее поспешил на второй этаж — надо собрать как можно больше и быстрее. Вряд ли допрос в исполнении Эндрю будет долгим. Когда Аарон спустился, держа в руках забитую и едва застегнувшуюся спортивную сумку с вещами кузена, Эндрю уже закончил. Он стоял около двери и безучастно пялился на пустую стену, где раньше, если Миньярда не подводила память, висели семейные фотографии Хэммиков. — Долго, — кинул Эндрю, не взглянув на брата. — Мы спешим. Аарон тут же ощетинился: — Мог бы подняться наверх и помочь. Ты узнал, куда они упекли Ники? Ответа он, разумеется, не получил — Эндрю молча развернулся и вышел из дома. Сам Аарон чуть замешкался, прежде чем последовать за ним. Прикрывая дверь, он отстраненно отметил, что Марии нигде не было видно. Но спрашивать брата о том, каким образом он выведал у женщины нужную информацию, Миньярд даже не подумал. В любом случае, Мария заслужила все то, что Эндрю мог бы с ней сделать. Уже когда они отъехали от дома, в который уже во второй раз в жизни планировали больше никогда не возвращаться, Эндрю коротко бросил: — Балтимор. Конверсионный лагерь находится недалеко от Балтимора. Аарон нахмурился и нервно потер лицо ладонями. Чертов Балтимор.