13 причин почему

3 августа, 2022

Алкоголь перестал на меня действовать. Вот они, блять, проблемы пьяницы. Сколько бы я не вливал в себя этой жидкости, будь она приторно сладкой или, наоборот, горькой и режущей горло, ничего не даёт мне забыться вновь, как в былые деньки. Деньки. Сука, опять за своё. Когда ты наконец вылезешь из моей головы? В любом месте, в любом предмете, где можно и нельзя, найду твоё ёбаное имя. Даже не знаю, как это происходит — может, на подсознательном уровне каком-то или это связано с потерей… Короче, не ебу, не психолог я. И вообще, к чему это я вёл? Что что, а из-за этого дневника мои писательские навыки развиваются в геометрической прогрессии. Хотел покороче написать, чтобы не мусолить эту тему снова и снова, и так затёр до дыр, но не могу — слова сами льются на бумагу. Хаха, я так быстро излагаю свои мысли, что, боюсь, никому, кроме мне самого, не будет понятно написанное здесь. Слишком уж кривой и размашистый почерк получается, совсем не похожий на мой. И почему я это только сейчас заметил? Ну, оно и к лучшему — никому не пожелаю читать этот бред больного на голову человека. В общем, я снова начал употреблять. Не в таких ебанутых количествах, как раньше, в свои подростковые годы; просто так, чисто до кондиции уровня «немного поддатый». Калейдоскопа в глазах и тошнотворного кома в горле мне достаточно, чтобы хоть на какое-то ничтожное время забыть о существовании всех проблем, а точнее, о существовании одной большой проблемы — Дениса. Я уже начал забывать звук твоего голоса. Не сказать, что я как-то сильно тоскую… нет, даже цвет твоих глаз теперь не видится таким ярким, голубым с морской пеной… Они теперь какие-то серые, совсем не светящиеся, не привлекающие… Да кого я обманываю? Ты до сих пор такой же ахуительный, такой же солнышко, как и раньше, только вот мозг играет со мной очень злую шутку, и причина ей — я. Чья была идея свалить от тебя куда подальше? Чья была идея съебаться обратно в Москву? Кто, в конце концов, придумал оборвать все связи, скрыть твои многочисленные фотографии и удалить номер телефона из записной книжки? Правильно, всё это моих рук дело. Честно, никогда не смогу понять своих же действий. То пытаюсь максимально отдалиться и закрыться от всего мира, то слёзно вспоминаю твой донельзя красивый ебальник, и меня заносит. Сам того не желая, на автомате захожу в галерею в раздел «скрытые», листаю твои фотографии, любуюсь тобой, ненаглядным, сука. В какой-то момент даже поймал себя на мысли, что вглядываюсь в твои ясные глаза и улыбаюсь. Пускай слабо, пускай не особо искренне, но уголки губ сами, по привычке, поднимаются вверх при виде тебя. Интересно, что ты делаешь прямо сейчас? Тебе грустно? Совестно? Или всё так же не осознаёшь своих ошибок, всё так же не повзрослел? От одной мысли, чем ты можешь заниматься, пока я ною тут, как девка, у меня сводит зубы и зудит в ладонях. Так бы и въебался головой о книжный шкаф, нечего о таком раздумывать. Но вряд ли я когда-нибудь узнаю об этом наверняка. Ты в нескольких сотнях километров от меня, а твой номер покоится в чёрном списке. Господи, что со мной не так? Всё-таки проводить время в одиночестве больше месяца — такая себе идея.

Скажи, зачем Нас снова разделяют города? Ведь я один И ты одна

Окей, ладно, признаюсь… Сегодня я не сдержался. Так что на данный момент меня можно назвать полностью обдолбанным. В синьку, в стельку, как хотите называйте. Я даже не особо различаю, какие буквы пишу — всё поле зрения залило забавными разноцветными пятнышками — поэтому полагаюсь практически только на механическую память. Я сижу на балконе, на холодной плитке. Довольно приятное ощущение. Холодок ручейками разбредается по всему телу, я ощущаю, как коченеют ноги — сегодня довольно прохладная ночь. Как это называть — «селфхарм» или «кукуха поехала» — честно, уже без понятия. Да и какая разница? Главное, что чувствую себя я максимально ахуенно. Перед моими глазами, в тёмном ясном небе, сияет луна. Такая большая, белая и яркая… Уж не знаю, побочка ли это, но выглядит довольно реалистично. Луна очень сильно напоминает мне твой характер — спокойный, светлый, рассудительный. Таким он был, до определённого момента. Я вытягиваю руку перед собой, словно ребёнок, и пропускаю сквозь пальцы слабый лунный свет. Очень скучное занятие. Но хоть как-то отвлекает.

Просто скажи, зачем Так ярко светит белая луна? Ведь я один И ты одна

Чувствую, скоро меня вывернет наизнанку, живот болит невероятно. Или это я уже простыл? Не хотелось бы. Мозги понемногу плавятся, если честно. Я уже не особо понимаю, сколько сейчас времени и какая температура на улице. Уже не могу нормально писать: карандаш, точнее, его огрызок, то и дело выскальзывает из рук. Пальцы будто ватные, невероятное ощущение, давненько такого не чувствовал. Думать стало как-то легче, теперь не приходится тщательно обдумывать каждое слово, они сами со свистом вылетают из головы. Нужно писать быстрее, пока я не ушёл в отключку. О, вдалеке промелькнула молния, хотя и намёка на ливень нет. Услышал далёкий звук грома и сразу в голову пришла мысль — а что, если Дениска может подавать мне тайные знаки засчёт чего-либо? Написать же он никак не может, всё-таки, я его заблокировал. Если я попрошу его дать знак, хоть какой-нибудь, что он помнит обо мне, он это сделает? С сушилки свалилось полотенце. Теперь оно лежит на полу, впитывает в себя воду из небольшой лужицы от вчерашнего дождя. Знак? Или просто совпадение? Почему я вообще надеюсь, что Денис не забудет обо мне? У него что, других проблем, кроме меня, нет, что ли…

Незаметно, незаметно Убивают меня препараты Только дай мне знак — я приеду Только дай мне знак — я приеду

В обсохших губах зажата дешёвая сигарета. Я откопал её где-то в глубинах карманов куртки, так как на улицу выходить нет никакого желания. Сигарета неприятно горчит на языке, так ещё и жжёт губы. Кажется, ещё чуть-чуть, и она оставит ожог. Очень неприятный, больной ожог. Приятные ожоги оставались на моих губах только от твоих поцелуев. Нечасто и не факт, что искренне, но, блять, как же я обожал эти моменты. Когда твои распухшие после красного вина губы касались моих, так нежно, мимолётно и трепетно… Сейчас аж какие-то полумёртвые ошмётки бабочек вяло вспорхнули у меня в животе. Я попытался коснуться кончиками пальцев своих губ — увы, промахнулся и зарядил себе по глазу. Руки немного потряхивает, самую малость, честно. Вот я наркоманское уёбище, конечно.

Мои губы, губы горят Напоминают его Напоминают его Третью ночь подряд

Губы, губы горят Напоминают его Напоминают его Третью ночь подряд

Веки постепенно обретают тяжесть. Я пишу эти строки почти вслепую, так как в глазах стоит белёсая пелена. Совсем скоро я усну и забуду всё, что происходит со мной в последнее время. Надеюсь, усну навсегда. Но, как предполагает закон подлости, завтра я снова проснусь, да ещё и с ужасным отходняком, и буду блевать день напролёт. Вот она, дорога в счастливую жизнь, добавить нечего. А я всё ещё тупо надеюсь, что в этих бреднях услышу хотя бы эхо твоего давно забытого, но ужасно приятного голоса. Не хочется признавать, но это то, чего мне не хватает прямо сейчас. Хотя после отрезвления я буду утверждать в своих записях об обратном. Иронично, да? Знал бы ты, дорогой Денис, что творишь со мной.

Мне показалось, что ты был совсем не тот И в этой маленькой квартирке лишь пустота А я приеду незаметно и просто так Попрошу тебя — только дай мне знак