Во имя Отечества и красоты

      — Сергей! Мы обязаны его найти! — возмущался молодой человек, зарываясь пальцами в волосы.       — Алексей, — тяжело вздохнул я, хватаясь за переносицу. — Я простой гвардеец с легким налётом психологического образования. Как ты себе представляешь эти поиски?       — Да, Господи, я сын императора! У тебя полный карт-бланш на действия! А ты сидишь и ничего не делаешь! — Алексей явно был в отчаянии, если не в истерике.

Шесть часов спустя.

      Я приехал в район среднего достатка. Поднимаясь к квартире подозреваемого, я улыбнулся. Давненько я не заходил в парадные, то есть подъезды.       Подойдя к нужной для меня двери, я пригладил волосы и, глубоко вздохнув, постучал. За дверью раздался шум, оповещающий о том, что человек на той стороне явно нервничает. Буквально спустя минуту в открывшуюся дверь выглянуло потрепанное лицо мужчины за тридцать. Побит он был основательно. Под глазом расцветал яркий такой синяк, руки были довольно сильно расцарапаны, а губа разбита настолько, что распухла почти что вдвое.       — Чем могу помочь? — просипел он, окидывая меня взглядом с ног до головы.       — О, всего пара вопросов, на которые ты, ублюдок, мне сейчас ответишь, — рыкнул я сквозь зубы и, навалившись на дверь, втолкнул его внутрь, заходя вслед за ним.       Он упал на пол, отползая от меня, схватился за подставку для горшков с цветами, размахивая ей перед собой и держа меня на расстоянии.       — Слушай, не знаю, что тебе нужно, но лучше проваливай, пока проблем не заработал, — зло улыбнулся мне он.       — О, ты даже не представляешь, в какую жопу ты влез, — оскалился в ответ я, просчитывая в голове, как бы получше его обезвредить.       — Это ты не понимаешь! Люди, что стоят за мной, не оставят это просто так. Так что даже не думай, что сможешь просто избавиться от меня.       Это меня даже немного позабавило, и я не сдержавшись рассмеялся, обходя его полукругом.       — А ты даже не сможешь представить, кто будет твоим врагом, если ты не скажешь, куда дел Сашу.       — Так вот как его звали. Что же, было приятно узнать его имя, но меня больше это не интересует. Так же, как и его дальнейшая судьба! — последнюю фразу он выкрикнул, делая выпад и попадая фурнитурой мне по ноге.       От резкой боли я осел на одно колено, хватаясь за поврежденную ногу. Ублюдок же воспользовался этим, опрокинув меня на спину, сел на грудь и начал душить. Его потрепанное лицо исказила безумная гримаса. Я начал задыхаться, хвататься одной рукой ему за спину и пытаясь оттянуть от себя. Он же безумно рассмеялся и, наклонившись ко мне, практически в упор начал свою речь:       — О, тебе может даже повезёт в том, что я тебя убью, белобрысый. Если бы ты попался в руки Кукловода, то затанцевал не хуже Наполеона. Кукловод всегда считал подобных тебе людей интересными!       — Да что ты несёшь? — на последнем воздухе выдавил я.       — О, Наполеон обошёлся мне в круглую сумму, — продолжил тот, не обращая на меня внимания. — Даже дороже, чем Сакура. Хотя тот был намного пластичнее и экзотичнее. Ну ничего, теперь оба Наполеона будут прекрасным украшением на званых вечерах Кукловода. Но тебе этого уже не увидеть.       Последние слова сопровождались усилением хватки на моей шее и безумным хохотом. Я понял, что ничего полезного он больше не скажет и, чувствуя, что сознание понемногу покидает меня, решил, что пора бы уже освободиться. Отвлекая его пинками по спине, я потянулся к кобуре и, щёлкнув заклепкой, вытащил пистолет, приставляя его к плечу урода, что пытался меня придушить. Зажмурившись, я нажал на спусковой крючок. Раздался выстрел, и буквально через секунду воздух живительной струёй проник в мои лёгкие. Я уже даже не понимал, кто кричал громче: я или этот мужик.       Как только я восстановил дыхание, то перевернулся и, подскочив на ноги, схватил ублюдка за волосы, а затем с размаху ударил его лицом об пол. Тот, видимо потеряв сознание, замолк. Я же просто сел на пол и, положив пистолет рядом с собой, перевел дыхание.       Потерев больную ногу, я обнаружил, что из раны течёт кровь. Найдя какой-то длинный лоскут ткани, я перевязал бедро и прохромал в ванную комнату, где попытался найти аптечку.       Проглотив обезболивающее, я вернулся к вырубленному телу. Порывшись в его карманах, нашёл телефон и даже воодушевленно щёлкнул пальцами. Нажав на кнопку блокировки, я разочарованно втянул воздух и от негодования был готов бросить мобильник в стену. Хорошо, я вовремя спохватился и решил-таки проверить сканер отпечатков на самом ублюдке. К счастью, он оказался любителем новых технологий, и телефон разблокировался. Я бегло просмотрел его телефонную книжку и был несколько удивлён тому, что он довольно часто звонил некому контакту, подписанному как В.В. Зайдя в чат с этим контактом, я обнаружил приглашение на некий «званый вечер», что должен был состояться где-то через неделю. Пролистав чат, я понял, что он регулярно подчищался от лишней информации, но из того, что осталось, я узнал, что у этих вечеров каждый раз разное место проведения. А вот информацию о грядущем вечер мне найти не удалось. Видимо, его должны прислать гораздо позже, если не в последний момент. Я не сдержался и написал от имени ублюдка: «Почему в этот раз сбор так поздно?»

«Питомцы оказались строптивее»

      Я отложил телефон и, достав свой, минуты четыре вспоминал номер знакомого связиста, с которым неплохо общался. Я задумался, что он может попросить взамен. Мои размышления прервал голос в трубке:       — Алло, слушаю. Кто это?       — Игнат, это я — Сергей. Не буду юлить, мне нужна услуга.       — О Белый. Давненько не слышались, — даже через телефон было слышно, как под ним заскрипело кресло. — Слышал, ты у нас теперь Офисеръ.       — Да, Господи, это же просто номинально, — закатил я глаза.       — Да хоть анально, это не аморально. Так что тебе нужно-то?       — Ну… Я же правильно помню, что ты неплохо отслеживаешь сигналы и тому подобное, — издалека начал я.       — Меньше лести, больше чести, — прервал меня он. — А честь любит разговоры по делу.       — Ну, в общем, мне нужно отследить с кем созванивался один урод. Желательно без лишних вопросов и как можно скорее.       — Кавооо? — он явно чуть не упал с кресла и прервался на секунду. — Белый, ты же в курсе, что у государства монополия на частную жизнь? Если Обломов узнает, что я влез в его сеть для отслеживания кого-либо, он не успокоится, пока не найдёт уже меня. И боюсь, присяга меня уже не спасёт. Возможно, это даже хуже сделает!       — Даю слово, государь замолвит за тебя словечко. Просто найди мне этого человека.       — Цена вопроса? — прагматично спросил он, и я услышал, как он уже начал «стучать» по клавиатуре.       — Как выполнишь — сообщишь. Награда будет сопоставима с сложностью.       — Ладно, Беляк, помню, что ты не любитель предоплат.       Ещё некоторое время поболтав и закурив, я скинул ему электронный адрес В.В. и начал осмотр квартиры ублюдка, что до сих пор валялся на полу.       У него явно был чётко отработанный план, а я ещё и упростил его в разы, увезя Сашу из-под охраны. Пока я ходил по комнатам, услышал шевеление в прихожей. Выйдя, я увидел, что мужик понемногу приходит в себя. Глядя на него, у меня буквально помутился разум, возможно, на это повлияло довольно мощное обезболивающее и голову буквально прострелила лишь одна мысль — «ДОБЕЙ!». Я подошёл к нему и уже занёс ногу в тяжёлом ботинке над его головой, как раздался шокированный вскрик от двери.       — Как всегда не вовремя, Ваше Высочество, — злобно прошипел я сквозь зубы, ставя ногу обратно на землю.       — Сергей, что здесь происходит?! — ошарашенно спросил Царевич.       — Выполняю работу, — пожал я плечами.       — Как это? Убивая его?       — Ооо, ты даже не представляешь, Лёша, насколько он заслужил это, — меня прервало сообщение Игната. — Хотя, ладно. Делай с ним, что хочешь. Я еду спасать Сашу.       — Сергей, остановись сейчас же! — возмущённо крикнул мне вслед Алексей.       — Поговорим, когда вернусь с Сашей, — коротко оглянувшись сказал я, потуже затягивая повязку на ноге и глотая ещё одну таблетку обезболивающего.

Два часа спустя

      Как и ожидалось, этот В.В. находился за городом в хорошо охраняемом коттедже. Уже подъезжая, я начал продумывать варианты, ведь и так было понятно, что Саню мне просто так не отдадут. Подъезжать к воротам вплотную я, конечно, не стал. И к дому я подходил, прячась среди деревьев. Разложив магазины к пистолету по карманам, я перекрестился и полез через забор, стараясь абстрагироваться от резкой боли в ноге. Спрыгнув, я тяжело оперся на больную ногу и, потерев бедро, встал в полусогнутом положении, оглядываясь. Короткой перебежкой я добрался до ближайшего окна. Как назло все окна были или хорошо освещены, или зарешёчены. Обойдя почти весь дом по кругу, я обнаружил спуск в подвал. Решив рискнуть, я спрыгнул вниз.       Быстро ощупав дверь в полутьме и нашарив ручку, я резко дёрнул ее на себя, прищурился от света внутри и шмыгнул внутрь. Прикрывая дверь за собой, я сел на пол и, потирая больную ногу, выматерился на чертова ублюдка и гребаную железку с ее декоративными шипами.       Немного отдышавшись, мне не пришло ничего иного в голову, кроме как пойти искать выход в дом. Явно же в таком доме не может быть лишь один спуск в подвал. Не то, чтобы я был прям сильно уверен в наличии этого самого второго выхода, но что мне ещё оставалось? Тихо матерясь и оглядываясь по сторонам, я шёл к коридорчику в глубине подвала. Дойдя до конца, я был приятно удивлен лестнице наверх, говорящей о том, что мне не придется прорываться внутрь дома с боем и все ещё существовала возможность закончить дело и уйти незамеченным. Молясь, каясь и матерясь, я поковылял наверх.       Думаю, описывать мои похождения по дому нет смысла. Всё равно они представляли собой перебежки (ага, с больной-то ногой) от комнаты до комнаты, ну и по мелочи: прятки от охраны и камер.       Уже на пути к выходу я заглянул в последнюю комнату и пораженно замер. По стенам были развешены, казалось бы, одинаковые фото, но приглядевшись, я увидел, что все они были сделаны в разное время, хоть фотограф и пытался добиться идентичности. В глубине комнаты заработал вмонтированный в стену экран.       Хотя по началу он и горел чисто белым светом, буквально минуту спустя на нём высветилось надпись:       «Его ищешь?»       После чего на этом самом экране появилось изображение молодого человека. Он сидел на коленях, руки явно были связаны за спиной, и было очень похоже, что их как раз таки что-то оттягивало назад. На лице его была чёрная маска, но по панике в глазах было видно, что положением своим он очевидно не наслаждается. Осветленные волосы были в беспорядке, а одежда на юноше была явно с намеком на его сценический образ, в котором он провел своё последнее выступление.       Саша посмотрел в камеру, яростно начал мотать головой и, судя по движению лица, явно что-то кричал в камеру. К сожалению, его или моему, камера звук не передавала.       Экран вновь моргнул белым светом, что из-за полутьмы комнаты неплохо так меня ослепило.       «Ку-ку :)»       На экране появилось изображение коридора к этой комнате, по которой бежала охрана, после чего начался обратный отсчёт. Я резко развернулся и бросился к выходу, не желая быть зажатым в комнате, где тикают подозрительные часики.       — Противник в смотровой! — раздался крик из коридора. — Блокируете выходы!       — Да идите вы на… — пробормотал я, выглядывая и чуть не попадая под автоматную очередь.       Благо, стрельба довольно быстро прекратилась, а коридор был без особых укрытий. Я высунулся и, выстрелив три раза, расшугал охрану по комнатам, а сам бросился по коридору. Видя в конце окно, я не решился разбивать его своим телом, учитывая, что это, возможно, стеклопакет, и просто напросто выстрелил в него. Не дожидаясь, пока осыпятся осколки, я выпрыгнул под аккомпанемент автоматных очередей и побежал к забору, где оставил машину.       Уже у самой машины запал адреналина видимо отпустил меня, и я схватился за горящую адским огнем ногу. Убрав руку, я понял, что повязка моя уже не помогала и пропиталась кровью насквозь. Глубоко вдохнув сквозь зубы, я проглотил ещё одну таблетку и уже садясь за руль понял, что это было лишним.       Господи ты боже… Главное свалить, а там хоть трава не расти…

… спустя ...

      И почему меня не покидает чувство дежавю? Открыв глаза, я увидел белый потолок. В нос ударил резкий запах спирта и каких-то лекарств, а по ушам долбил размеренный писк кардио-монитора. Я только пришёл в себя, а меня уже пытаются вывести из себя.       Я попытался глубоко вдохнуть и повернуть голову, но мне не позволила дыхательная маска. Желая снять её, я попытался поднять руку и был раздосадован тем, что она не хотела меня слушаться. Нет, серьёзно, по ощущениям её будто прокололи тысячи иголок. Не передаваемая гамма ощущений, да настолько, что я даже умудрился, что-то прокряхтеть.       — Павел Константинович! Тут этот беленький в себя пришел! — раздался крик откуда-то слева, видимо там был вход в палату.       Через минуту передо мной появилось лицо седого лысеющего мужчины в квадратных очках и больничном халате.       — О голубчик, экак вы себя довели-то, — покачал головой врач, укоризненно глядя на меня. — Совсем современная молодежь не бережет себя.       Я хотел спросить, что произошло, но по вышеуказанным причинам не мог.       — Вы, юноша, больше не баловались бы обезболивающими, — поджал губы Павел Константинович. — Итак сердце ваше еле выдержало такое издевательство. Ногу вашу мы подштопали, кровь почистили, но видимо вы на себя слишком многое взяли и решили, так сказать поспать, — он усмехнулся и поправил очки.       — Ско…ск... — промямлил я.       — О, молодой человек, в случае вашей ситуации, то довольно недолго. Всего лишь три месяца.       Услышанное шокировало меня настолько, что я даже пропустил, как протяжно пискнул кардио монитор, фиксируя прерывание моего сердцебиения.       — Хэй, выше нос, — успокаивал меня Андрей. — По крайней мере Лёшка жив здоров.       — Волков, — хмуро пробормотал я, вставая с постели. — Ты должен меня прикрыть.       — В смысле? — непонимающе прервался мой сослуживец.       — Да свалить я хочу из этой больницы, как ты не поймешь? — психанул я.       — Ты чего задумал то? — потёр он подбородок, хоть на лице и было сомнение, я знал, что он не откажет.       — Юсупов, — коротко ответил я.       На лице моего друга проступило понимание, и он, оглядевшись по сторонам, наклонился ближе:       — Говори что нужно, придумаем что-нибудь. Всё как всегда, ты встреваешь, я спасаю — он улыбнулся.        — Ну если в кратце…

***

      Меня ожидал очередной посетитель. Я надеялся, что последний. Как никак Андрей принес уже всё, что мне было необходимо, и я был готов сваливать из больнички.       В палату вошёл мужчина лет сорока. В чёрном пальто и перчатках. Лицо его было сухим, щёки впалые, это довольно сильно выделяло его скулы, создавая впечатление, что о них можно порезаться. На темных волосах начала выступать седина, в основном на висках, создавая вид благородного состаривания. Подойдя ко мне, он сложил руки за спиной и, посмотрев в окно, начал:       — Знаете, Сергей, я наслышан о вас и ваших успехах на службе, — зашел он издалека. — Мне даже интересно, почему вы не остались в гвардии?       — С кем имею честь? И почему вы интересуетесь? — настороженно спросил я.       — Ну как же, — улыбнулся мужчина в тёмном костюме. — После вашего подвига вас ждала бы отличная карьера. Поэтому и интересно, почему вы всё бросили.       — Почувствовал ответственность, — пожал я плечами. — Да и ограничения свободы считаю несколько отталкивающими.       — А словить пулю, предназначавшуюся не вам, недостаточно отталкивающе для вас?       — Вы так и не представились, — напрягся я, понимая, что этот разговор заведён не просто так.       — Ох, прошу простить мои манеры, — деланно поклонился мой посетитель. — Владислав Всеволодович Ржемский. Я уже несколько отвык, что меня могут не узнать.       Меня прошибло неожиданной догадкой.       — Приятно познакомиться, Кукловод, — оскалился я, убирая отросшие волосы за уши.       — Какой догадливый молодой человек. Что же, раз мы решили сбросить маски, то прошу простить за то, что сделал мой подчинённый. Не люблю, когда таких… интересных людей калечат.       — Да мне передали о вашем отношении к таким, как я, — я начал бегать взглядом по комнате, продумывая пути отступления.       — О, я польщён, что моя слава бежит впереди меня, — рассмеялся мужчина и положил конверт на прикроватную тумбу. — Тогда, я думаю, вы знаете, что ждёт вас, если вы не бросите рыться в моих делах? — он многозначительно кивнул на конверт.       — О, я наслышан, — я решил играть вежливость, понимая, что сейчас мне предъявлять ему нечего.       — Ну что же, тогда предлагаю вам посетить мой званый вечер вместо того остолопа, что посмел поднять на вас руку, — он в фальшивой ласке положил руку в перчатке мне на щёку и погладил.       Я резко отодвинулся, избегая контакта, чем вызвал недовольство Ржемского.       — Пока что, в качестве гостя.       — Пока что?       — Советую пересмотреть приоритеты Сергей, — холодно закончил Кукловод и ушёл.       Я напрягся и открыл конверт. В нём находилась «открытка» с приглашением в один из самых презентабельных коттеджей Петрограда на тот самый «Званый вечер». Развернув открытку, я шокировано уставился на фотографии внутри. На них был Игнат в парадной белой форме, покрытый десятками кроваво красных пятен. Что же, это было довольно доходчивое предупреждение.       — Эх Игнат, Игнат, — покачал я головой, комкая фото в руке. — Надеюсь, ты простишь, то, что я не успел прикрыть тебя. Этот ублюдок ещё ответит за всё.