Joker's Thread

Тэхён мирно сидел на немного хлипкой скамейке у большого фонтана, возле которого бегали дети. Сильно сжав руками ткань на коленках и нервно поглядывая по сторонам, он до сих пор не верил, что всё это происходило на самом деле. Вчера днём Чимин действительно побежал упрашивать Чонгука отпустить их в город, чтобы «развеяться», и у него действительно это получилось. Сегодня утром Пак ворвался к нему в спальню и, радостно тряся того за плечи, кричал, скорее собираться, ведь ещё же ехать в карете целый час, а город не ждёт! Правда… Тэхёну совсем не хотелось узнавать, как тот смог уговорить Чона, а точнее, каким методом. Когда они уже подъезжали к улочкам, Чимин достал большой мешок с монетами и прищурился с игривой улыбкой, говоря, что сегодня они разгуляются по полной. Парень тоже слегка приподнял уголки губ, но не то чтобы был прямо супер счастлив. Идея потратить деньги Чона на разные, бесполезные в его понимании, вещи была немного не в его характере. Транжира — это не про него. Да у Тэхёна вообще своих денег никогда и не было, даже своей собственной одежды. Минхо в один момент сильно вырос и в росте, и в ширине, поэтому весь его гардероб достался старшему брату. Только здесь у Тэхёна стали появляться собственные вещи, которые до этого были практически не ношенные. Пак Чимин не знал меры. Они побывали во всех магазинчиках улицы. Одежда, обувь, аксессуары, ювелирные украшения, различные безделушки для дома. Кучер не успевал носить всё это добро в карету. Он даже заглянул во фруктовую лавку, чтобы купить несколько яблок для лошадей в упряжке, а то они, бедные, наверное, уже устали стоять и ждать, пока Пак забьёт их средство передвижения до потолка. А он, казалось, хотел именно этого. Конечно же, Тэхёну тоже что-то перепадало. Настолько что-то, что по приезде в его спальне нужно отстраивать новый гардероб. На самом деле, вот так проводить время со своим другом — это очень весело. Пак постоянно шутил над консультантами, притворяясь чуть ли не принцем этого острова, а Кима делал своим близким другом. Когда девушка отходила искать рубашку с золотыми воротниками, то они тихо хихикали, обговаривая дальнейший план действий и кем притвориться в следующем магазине. Парень с мягкой улыбкой посмотрел на тоненькое колечко на безымянном пальце. Это, как назвал его Пак, кольцо «дружбы». Чимин купил себе идентичное, и теперь они официально друзья. У Кима никогда не было друзей, поэтому такой подарок его очень растрогал, что ещё несколько минут Чимин успокаивал его от слёз. Даже просто думая об этом, глаза снова на мокром месте становились. Уже начинало темнеть, и они присели перевести дух перед отъездом домой. Просто отдыхали после дневной беготни и наблюдали за людьми, которые попадались на глаза. Пока вдруг Чимин не подпрыгнул на месте и, пролепетав про булочки, унёсся прямиком за дома, крича подождать его здесь. Вот он и ждал. Уже минут двадцать. Не то чтобы он волновался за него. Нет. Только вот Тэхён видел в этом районе одну единственную лавку с булочками, просто тогда не до неё было, и она находилась относительно недалеко от фонтана, а если учесть то, что Пак не пошёл к ней, а побежал, то это вообще минимальный отрезок времени туда и обратно. Но Чимина не видно и не слышно. Он будто испарился. А вот это уже нехорошо. Вдруг Чимина зажали в каком-нибудь тёмном углу? Избили? Украли деньги, и ему теперь стыдно возвращаться к Тэхёну? А что скажет Чонгук на всё это? Что сделает с ним? Снова вспыхнувшая боль пронзила голову. Парень слегка помассировал виски. Эта головная боль нарастала изо дня в день и становилась всё более невыносимой. Раньше она и правда была не такой примечательной и чаще всего давала о себе знать ночью, но сегодняшний день был просто адским. Он правда старался не думать об этом ощущении, ведь такого, что было сегодня, могло не случиться ещё долгое время, а может, и вообще больше никогда. Сжимал кулаки, стискивал челюсть, морщил лицо, пока Чимин не видел, но это ни на грамм не отпускало. Лишь совсем недавно стало легче, и он было уже обрадовался и вздохнул с облегчением, но нет. Боль вернулась такая, что даже голова слегка закружилась, а от мельтешивших детей поблизости стало дурно до тошноты. Только он приложил прохладную руку ко лбу и немного ссутулился, как из ниоткуда возник Чимин, держа в руках множество различных булочек, и вопросительно посмотрел на выглядящего слишком бледным парня. — Всё нормально? Я немного задержался из-за очереди, — Пак практически прыжком сел рядом на скамейку, из-за чего она жалобно скрипнула. — Представляешь, там одна бабка скандал устроила. Видите ли, дорого! Конечно будет дорого — это же самая лучшая булочная во всём городе: огромное количество выбора, а ей дорого, — всплеснул руками юноша. Тэхён, не удержавшись, слегка поморщился от такого резкого нарушения тишины. Пак всегда разговаривал очень эмоционально и слегка прикрикивал, а для больной головы парня это как вилкой по металлу — немного неприятно. — Эй, — понизив голос. — У тебя голова болит? Давно? — Тэхён слегка качнул головой. — Почему сразу не сказал? — Извини, просто ты был так рад всему этому, да и я тоже. Не хотел, чтобы ты волновался по пустякам. — Пустяки?! — у Чимина чуть булочка с рук не вывалилась. — А ну быстро в карету и поедем домой! — он подскочил с места. Кучер, увидев, что они наконец-то шли не с пакетами с одеждой, а с едой, облегчённо вздохнул, сев на своё место. Чимин протянул ему две булочки с разными начинками за то, что терпел сегодня их весь день, отчего мужчина широко улыбнулся, поблагодарив. — То есть ты хочешь сказать, что у тебя сегодня весь день болела голова? — уже усевшись в карету, не унимался юноша, узнав такую ошеломляющую новость. — Не могу сказать, что прямо весь день… Накатывало волнами. Сначала боль была только ближе к ночи или ночью, а теперь она преследует и днём. Бьёт больше по вискам и слегка отдаёт в шею, — Тэхён откинул голову на мягкую стенку позади себя, стараясь не смотреть в окно, а то от меняющейся картинки его точно стошнит. — А ты не хочешь обратиться к семейному врачу? — задал очевидный вопрос Пак, на что Тэхён прикрыл глаза и пытался что-то придумать. — У меня такое было несколько лет назад. Это из-за того, что я по ночам читаю книги и мой мозг и глаза никак не могут отдохнуть. Мне просто нужно спокойно полежать в кровати без чтения, — соврал. У него никогда такого не было, и глаза давно, ещё с лет десяти, привыкли к чтению по ночам, но Чимину не обязательно знать, что тот просто боялся обращаться к мистеру Чхве, да и в самом Паке так же сомневаться не переставал. Да, сегодняшний день они отлично провели вдвоём, и Ким ничего такого странного или подозрительного в его действиях не заметил. Но всё равно нужно быть настороже. Хотя с такими болями можно не заметить, как рядом с тобой пробежит медведь, не то что логично соображать. Пак Чимин невесело хмыкнул. — Понятно. Значит, как только приедем домой, то сразу ляжешь в кроватку. А сейчас тебе стоит поесть, тоже может немного сбить боли. Особенно такая вкуснятина, — юноша протянул ему одну из булочек, упакованную в маленький бумажный конвертик, и Тэхён с удовольствием принял её. И только после укуса Ким понял, что это была та самая, с грушевым повидлом, которую так расхваливал Чимин. Тесто прямо-таки таяло во рту, а начинки было так много, что просто не могла умещаться в таком маленьком пространстве и очень резво вытекала наружу — благо карету не испачкали. Тэхён смаковал каждый укус, и когда выпечка закончилась, даже стало грустно. — Держи, есть ещё, — с усмешкой проговорил Чимин, видя поникшее лицо друга, который понуро смотрел на бумажный пакетик — единственное, что осталось от выпечки. Тэхён тут же взбодрился и с радостью принял ещё одну вкусность, не забыв поблагодарить. Час пролетел практически незаметно, ведь после питательного ужина они оба погрузились в сладкую дрёму, а проснулись, только когда подъезжали к уже открытым дверям. Их с глубоким поклоном встретил Клаун и, прищурившись, взглянул на Чимина, который вышел из кареты, держа в руках несколько пакетов разных размеров. — Мистер Пак, ваши вещи отнесут в спальню, — видно было, что дворецкому очень не хотелось говорить с этим юношей на «вы». Вот только нужно было. — Это не мне. Я хочу лично в руки отдать это Чонгуку. У него же был день рождения недавно, вот и прикупил несколько подарков для него. Чимин и правда покупал вещи и аксессуары не только себе или Тэхёну, но и про Чонгука не забывал. Несколько брендовых рубашек, брюк, манжеты с изумрудными вставками и духи, стоящие больше, чем Ким и Пак вместе взятые. Клаун проводил юношу презрительным взглядом до лестницы, а потом взглянул на молодого господина. — Я пойду в свою комнату и хочу, чтобы меня не беспокоили. Мы посетили столько различных мест, что хочется немного отдохнуть. — Вас проводить? — Не стоит. Лучше помоги кучеру, чтобы он тоже побыстрее справился и пошёл отдыхать. Клаун слегка улыбнулся и, поклонившись, начал спускаться по лестнице к карете. Тэхён больше не обращал на него внимания, уже спеша к себе в комнату. Проходя мимо спальни Чонгука, Ким остановился и внимательно посмотрел на расписную деревянную дверь. Хоть головная боль и не давала трезво мыслить и соображать, но, обводя глазами узоры на одной из створок, Тэхён вдруг почувствовал, как его сердце сжалось и слегка перехватило дыхание. Чувство, будто что-то нехорошее случится совсем скоро, разрывало его изнутри. Снова остро кольнуло в висках, словно говоря ему не думать об этом, а просто идти дальше. Киму сложно было не послушаться. Вот только эта боль в висках сулила совсем другое.

***

До самого утра Ким толком не мог закрыть глаза: ворочался; открывал и закрывал окно; то жарко, то холодно; вспоминал весь день, проведённый с Чимином, и всё пытался понять — друг он или враг? В итоге заснул только глубокой ночью и спал бы, может, до самого обеда, если бы не одно событие. Событие, которое разделило всё на «до» и «после». Утром в его дверь с диким грохотом ввалился Чонгук. Тэхён тут же подскочил на кровати и с полным непониманием происходящего смотрел на мужчину, который выглядел как разъярённый бык. Весь какой-то взъерошенный и запыхавшийся. Он со всей силы сжимал кулаки и будто метал молнии из глаз. — Чонгук, что произ… — вдруг запястья Тэхёна обернули белые нити и рывком прижали к мягкой спинки кровати, не давая шелохнуться. Воспоминания о прошлом не давали ему покоя. Казалось, что он прямо сейчас лишится кистей. Парень с испугом и диким страхом разглядывал руки, подмечая, что нити не были остры, как струны, а скорее, напоминали мягкие нитки для шитья. То есть Чонгук пытался не порезать, а именно задержать его на месте. Но для чего? — Где договор купли-продажи? — сквозь зубы прошипел мужчина, сверкая глазами. — Я спрашиваю, где договор купли-продажи?! — рычал. Парень зажмурился и подтянул ноги поближе к себе, пытаясь спрятаться за ними. — О ч-чём ты? Я как только вчера вернулся, т-то сразу же пошёл спать. Я не знаю ни о каких д-договорах, — Тэхён стал подрагивать от страха и непонимания ситуации, в которой оказался. Он же вообще никогда не заходил в его кабинет, как он мог что-то украсть или спрятать? Зачем вообще ему это делать? Чон рукой схватил Кима за щёки, тем самым приподнимая его голову. Они вдвоём смотрели друг другу в глаза. Один — с накатывающимися слезами, а другой — будто готовый сейчас ударить. Но то, что Тэхён увидел в его глазах, заставило оцепенеть. Цвет глаз Чонгука снова изменился. Два чёрных уголька смотрели на его янтари. Словно ночное небо без единой звезды. Такие изменения точно не нормальны. — Если я узнаю, что это ты украл его, то поверь, забрать твою жизнь не составит мне никакого труда. — Руки парня освободились от плена, и Чонгук, оттолкнув Тэхёна влево, всё ещё ни на грамм не сбавив раздражения, вышел из комнаты, оставив двери нараспашку. Тэхёну нужно было несколько минут, чтобы прийти в себя после случившегося, но ему не дал это сделать стук в открытую дверь. — Прости, я пытался ему объяснить, что это точно не ты, но он не слушал, — промямлил Пак Чимин, подходя ближе к кровати. — Он так зол ещё и из-за того, что те люди, которые отдали меня ему, снова объявились на том же месте, поэтому он сейчас в спешке собирался опять уехать на конец острова, а тут ещё оказалось, что договор куда-то пропал, — Пак грустно вздохнул. — Я говорил ему, что Тэхёну не нужны никакие договоры, но тот стоял на своём. Он не сделал тебе больно? — Нет, — Ким тяжело дышал от быстро бьющегося сердца. — Я в порядке, просто… он застал меня врасплох после пробуждения. — Ты всё ещё плохо себя чувствуешь? — Тэхён качнул головой в знак согласия. — Тогда советую не думать об этом, а позаботиться о себе, — юноша подошёл к кровати и уложил Кима, накрыв его одеялом. — Отдыхай и ни о чём не волнуйся. Я попрошу, чтобы тебя не беспокоили, — и нежно улыбнулся. — Спасибо, Чимин, — Тэхён не мог так же не улыбнуться в ответ. Слишком заразительно. Пак несколько раз погладил по голове уже начавшего дремать Кима и тихо, даже слишком бесшумно, вышел из покоев.

***

Если сначала у него болели только виски, то теперь боль распространилась на голову и шею. Из-за этих пыток Тэхён просыпался время от времени, пытался успокоиться и снова проваливался в недолгий сон. Голова не переставала раскалываться на мелкие части. Будто из неё кто-то пытался вылезти. Ближе к ужину к нему заглянула Бо, побеспокоившись за состояние молодого господина, на что парень вяло отмахнулся и поинтересовался, как давно уехал Чон. Оказалось, что ещё утром, сразу после визита к своему мужу, тот пулей умчался на конец острова. Ким попросил дать ему отдохнуть до завтра, и если не станет лучше, то вызвать семейного доктора. Как бы он этого не хотел, но терпеть не было никаких сил, и уже пора бы понять, что с ним происходило. Когда Тэхён несколько часов назад вставал закрыть окно, то он чуть смог разогнуться и пройти несколько шагов: ноги словно ватные. Появилась лёгкая паранойя, что вот сейчас кто-то зайдёт к нему в открытую дверь, но, оборачиваясь или открывая глаза, Тэхён убеждался, что двустворчатые двери по-прежнему закрыты. Ощущение не отпускало до тех пор, пока Ким не попросил горничную закрыть спальню на ключ, что та выполнила беспрекословно. Бо принесла кружку воды и нашла у себя в тумбочке обезболивающие таблетки, которые Ким сначала не захотел принимать, но после того, как чуть ли не пополам скрутился от боли, теперь уже в позвоночнике, всё-таки решился и даже на двойную дозу, чтобы быстрее отпустило. Но это ничего не изменило. Парень продолжал вертеться по всей кровати, то засыпая, то снова просыпаясь. В один момент он заснул на достаточно долгий период, но проснувшись, опять истекал потом. Тэхён, собрав все силы и отправив их в ноги, поднялся с уже влажной кровати и, придерживаясь одной рукой за стену, медленными и маленькими шажками дошёл наконец-то до свежего воздуха, настежь открыв окно. Только он обернулся назад, как заметил, что ручка у двери в спальню начала дёргаться вверх-вниз и очень быстро. Вот только абсолютно без звука. Ким судорожно потёр глаза, думая, что ему это казалось, галлюцинации он не исключал, и как только вернул взгляд на дверь, то движения больше не было. Постояв ещё с минуту тупо пялясь в дверь, Тэхён решил, что его мозг просто слишком расслабился за целый день валяния на кровати. Он же ни дня не пропускал, чтобы не прочесть хотя бы один рассказ, а тут гонял балду с утра до самой ночи. Конечно, мозгу нужны хоть какие-то знания. Да и ночь всё-таки, а в глазах присутствовала небольшая пелена. Просто почудилось. Нервно выдохнув, Ким уже сделал несколько шагов в сторону кровати, как боковым зрением заметил, что дверь начала открываться. Да, закрытая на ключ дверь стала открываться. Отчего Тэхён в животном страхе прижался к ближайшей стене и во все глаза пытался в свете одной лишь луны разглядеть хоть что-нибудь. Но то, что он увидел, повергло его в такой шок, что парень чуть не рухнул с обессиленных ног на пол. — Ты не спишь? — знакомый голос раздался из-под длинного чёрного капюшона, переходящего в накидку. — Мне же лучше. Рука вместе с небольшим револьвером поднялась вверх, направляя дуло прямо на Тэхёна. Тот даже слово не успел сказать. — Ты, конечно, можешь кричать и звать на помощь, но поверь, на твой зов и мольбы никто не придёт. Хочешь, я проверю это за тебя? — капюшон наклонился в бок в ожидании ответа, но не дождавшись его, прокричал: — Клаун! И это было так оглушающе, что Тэхён слегка поморщился. Парень стал метаться взглядом по всем стенам, но дворецкий ни через секунду, ни через пять так и не появился. Ким снова в непонимании уставился на тёмную фигуру. — Чимин… что происходит? — Ким после небольшого монолога понял, кто был этим загадочным человеком, и решил дальше не скрывать этот факт. Вот только голос всё равно был слегка другим: холодный, стальной. — О, так ты понял? Похвально, — юноша свободной рукой снял капюшон, и почему-то Тэхён не сразу узнал его. То ли это вина его плохого состояния сейчас, то ли Пак и правда какой-то другой: черты лица более резкие, брови нахмурены, глаза сузились в лисий прищур и глядели властно, надменно, больше не было той вечной улыбки на губах. — Послушай меня внимательно. Я всё объясню чуть позже, а сейчас ты должен в срочном порядке пойти со мной, и если будет хоть одна попытка сопротивления — я буду стрелять, — он так и продолжал держать пистолет направленным прямо на Кима. — Живо, — Чимин протянул свободную руку вперёд, как бы говоря «хватайся». У Тэхёна просто не было выбора. Как деревяшка, он медленно и осторожно приблизился к юноше и стал протягивать руку к его. Только вот Паку не терпелось и, перехватив в воздухе запястье, он быстро развернулся, побежал к лестнице. Ким чуть не упал от такого резкого старта — всё-таки ему всё ещё нездоровилось и ноги до сих пор не слушались. Буквально за считанные секунды они добрались до главного входа в особняк. Парень начал слегка пошатываться. Чимин, распахнув одну створку дверей нараспашку, прижал Тэхёна спиной к себе и приставил оружие к виску. — Стой спокойно. Иначе мы отсюда не выйдем, — предупредил юноша и, быстро подняв одну руку вверх, скрестил пальцы. — Пространство, — чётко проговорил каждую букву, и вокруг них показался купол, который всё это время было не видно, и тот быстро стал расширяться до громадных размеров, занимая на вид всю площадь особняка. Посильнее прижав Тэхёна к себе, Чимин сделал шаг назад, тем самым пересекая невидимую черту. Черту для одного определённого человека. Клаун в секунды вышел из-под лестницы, наверное, для своей же безопасности: сонный, с взъерошенными волосами, в льняных штанах и такой же рубашке. Потерев глаза, он уставился на выход из особняка. Понимание происходящего до него доходило постепенно. В неверии дворецкий сделал шаг вперёд, но Чимин в предупреждающем жесте взвёл курок револьвера и с безразличным лицом продолжал приставлять дуло к виску. — Ещё один шаг, — медленно протянул Пак. Продолжения фразы не требовалось. — Пак Чимин, — сжав кулаки, процедил дворецкий, — что ты творишь? — Я уверен, что ты и так уже знаешь. Больно ты догадливый, Лайонель Клаун. Тэхён вскинул брови, кое-как взглянув на юношу, а после на такого же растерянного Клауна, которого тоже застали врасплох. Парень впервые слышал фамилию дворецкого, но откуда её знал Чимин? Эта мысль пришла и мужчине. — Откуда ты… — Я знаю много секретов. Но разве это важнее того, что твой молодой господин сейчас на моей мушке? — ехидно улыбнулся Чимин. — Что тебе нужно? — скрипя зубами и сдерживая себя изо всех сил, чтобы не кинуться на этого дикаря, процедил дворецкий. — То, что мне было нужно, я уже взял. От тебя требуется только одно — предупредить Чонгука о нападении на особняк и похищении меня и его мужа. Я знаю, что у тебя есть один объект, способный отправить сигнал тревоги Чонгуку, где бы он ни находился, и также знаю, что он на данный момент не с тобой. — Лицо Клауна с каждым словом искажалось в страхе и замешательстве. Чимин выпустил на мгновение Тэхёна из хватки, тот, слегка шатаясь, чуть не упал на пол, но Пак ясно дал понять, чтобы Ким не двигался. — Это письмо, — он вытащил небольшую свёрнутую бумажку, кинув её под ноги и пихнув ближе к дворецкому, и снова перехватил Тэхёна за плечи, — ты должен передать Чонгуку. Только он сможет понять, где именно «нас» держат. Конечно же, фору в несколько минут ты нам давать не собираешься. Я прав? — ухмыльнувшийся юноша пристально наблюдал за мимикой лица человека напротив. — Конечно же нет. Я бы поступил так же. Поэтому… Пак направил револьвер прямо на Клауна и, не давая и секунды на размышления, стрельнул в левую голень, а когда мужчина со вскриком начал падать вниз, Чимин точным движением метко выстрелил в правое бедро. Тэхён в шоке закрыл рот руками: дворецкий, стоя на четвереньках, истекал кровью. Голова закружилась сильнее, ещё немного — и он точно упадёт в обморок. Может, лучше так, чем видеть эту реальность, больше напоминающую бред сумасшедшего? Чимин, видя, что Тэхён не в лучшем состоянии, быстро подхватил его на руки и бегом спустился по лестнице, направляясь к конюшне, где уже стоял привязанный скакун. — Клаун… — только и смог промямлить Ким. На глаза стали наворачиваться слёзы и боль от мысли, что тот пострадал из-за него. — Ты думаешь, он умрёт от таких царапин? Он наёмник, Тэхён, а они проходят очень жестокую подготовку. Именно поэтому нам нужно как можно быстрее ускакать отсюда, — юноша взобрался на небольшую лесенку, подставленную к лошади, и усадил Тэхёна как можно ближе к гриве, а сам ловко расположился за его спиной. — Пока он не дополз до струны, — Пак взял поводья и слегка хлопнул лошадь по бокам пятками. Та начала идти, медленно переходя на рысь, а когда он повторил действия — на бег. Тэхён пытался держаться как мог: хватался за гриву, за массивную шею, сжимал бёдра. Тело слегка подкидывало, а перед глазами размывалась картинка. Он зажмурился, поняв, что ещё немного — и его вырвет. — Ты можешь объяснить, что происходит? — головная боль отошла на второй план. Сейчас на первом плане было выжить. Чимин, как показалось, проигнорировал вопрос. Они верхом на скакуне мчались всё дальше и дальше в лес. Юноша обернулся назад, заострил на чём-то внимание и снова произнёс: — Пространство, — скрестил пальцы, и вокруг появился шар, который был к ним словно приклеен: хоть они и двигались, он всё равно оставался на месте. Через пару секунд это нечто просто растворилось в воздухе. — Думаю, он уже предупредил его, так что моя сила нужна теперь нам. Скорее всего, он будет передвигаться по небу, — Чимин посмотрел вверх, но там была лишь широкая крона листьев. — Деревья помогут скрыть наше присутствие, а моя способность — шум, который исходит от нас. — С-способность?.. — только сейчас до Тэхёна дошло, что Пак Чимин использовал силу. У него была сила. Даже у него она была. Тэхён весь сжался, ещё чуть-чуть — и начнётся истерика. Наверное, давление на виски и непонятность ситуации так влияли на него. Чимин несколько секунд смотрел на подрагивающее тело перед собой и, толком не думая, обнял талию парня одной рукой, крепко прижимая к себе. — Успокойся. У тебя, кажется, жар. Просто посиди спокойно, даже с такой скоростью скакать ещё долго. Если станет хуже — не молчи. — Ким ничего не ответил, лишь громко дышал через открытый рот. — Я могу отвлечь тебя разговором. Ты спрашивал насчёт способности? Да, я создаю «пространства», в которых могу перемещаться без единого звука. Не то что бы я хотел развивать эту способность — мне достаточно того, что есть сейчас. — Почему… — перебил парень, прижавшись к правому плечу Пака, — почему ты так поступил? — Это моя работа. Ким вздрогнул от холодности тона. Чимин отлично управлялся с конём, прекрасно владел оружием, просчитал всё до малейших деталей и, самое главное, смог пробраться и украсть очень нужные для Чонгука бумаги. Что же это за работа такая? Воцарилась тишина. Оба обдумывали случившееся, но каждый по-своему. — Тэхён, не бойся меня. Тебе я не враг и… — Чимин явно что-то хотел сказать или спросить, пытался собраться с духом. И всё же решился: — Вообще, я не должен тебе ничего рассказывать, но и меня не удосужились предупредить о тебе. Так что, можно считать, это ничья. Ким просто продолжал лежать с закрытыми глазами на плече, прижимаясь к не такому хрупкому телу, как он думал раньше, а скакун не останавливался ни на секунду. — Думаю, то, что договор украл я, — это и так понятно. — Тэхён легонько кивнул. — Подробнее тебе расскажут по приезде. А сейчас тебя скорее волнует Чонгук, верно? Имя мужа слегка привело его в чувства. Он открыл глаза и уставился прямо на лицо юноши, слегка напрягаясь и прижимая икры сильнее к тёплым подвижным мышцам. — То, что с ним происходило… — Тэхён запнулся, вспоминая прошедшие дни. — Это был ты? — В какой-то степени — да. — Тэхён выдохнул с огромным облегчением. Он знал. Он верил, что Чон не мог такое сказать о серёжке матери, не мог поступать так ужасно с самим Чимином, не мог говорить такие вещи ему. — Чонгук был под воздействием «Единорога». — Что?.. — Единорог — это жидкость, открытая пару месяцев назад в единственном экземпляре, которую удалось создать благодаря сочетанию семи определённых способностей и добавлению капли крови управляющего. Так как это ещё экспериментальная смесь — от побочных эффектов скрыться не удалось. Самое явное — потемнение цвета глаз. Именно этот недостаток ты заметил почти сразу. — Тэхён слегка кивнул головой, теперь понимая, что это было. — И да, что во всём виноваты именно таблетки господина Чхве, естественно, внушил именно я, — на минуту Чимин замолчал. — Мне приходилось много наговаривать на тебя, даже то, что случилось утром перед отъездом Чона, было моих рук дело. Он слишком разозлился и хотел сначала найти виновного перед отъездом, а уехать он должен был именно утром, поэтому мне пришлось скинуть на кого-то вину. Извини. По голосу было слышно, что Паку и правда жаль, но Тэхён не знал, кто он на самом деле, так что прощать этого человека пока что не намерен. Просто проигнорировал его оправдания. В висках снова кольнуло. — Так, значит… ты управлял Чонгуком? — голос слегка дрогнул. — Не бойся. Одно слово, и он тут же придёт в норму. Тебе разве не показалось странным, что он так быстро влюбился в красивого крестьянского мальчика? — задал риторический вопрос. — Это было именно то, что ты сказал, — Чимин вздохнул и простонал: — Он достаточно надоедлив, не так ли? Ходит хвостиком, говорит несуразицу и слишком тактилен. — Но и ты тоже говорил с ним очень открыто. Я бы даже сказал, слишком открыто. Никто такого не позволял себе, — парень даже слегка нахмурился, но тут же пожалел об этом — когда же эта головная боль закончится?! — Вот именно. В этом и суть. — Тэхён слегка повернулся и вновь взглянул на него. — Чонгуку очень нравятся люди, способные ответить и постоять за себя. Киму резко вспомнились слова Намджуна в момент их первой встречи: «Этот парень хоть и красив — красивее некоторых девушек — но он даже на один процент не совпадает с твоими предпочтениями. Тебе нравятся дерзкие, смелые, уверенные, кто может постоять за себя сам, а этот парень слишком добрый и милый для тебя, даже цветочка не обидит». — Именно поэтому я играл роль взбалмошного крестьянского парня, который никому не подчиняется. Впервые пришлось притворяться таким некультурным. Сначала было слегка трудно, но в карете я прямо-таки разогнался и всё полилось само. А вот за то, что он не предупредил о тебе… — Чимин сильнее сжал поводья. — Будет один разбирать всё, накопившееся за моё отсутствие, — практически прорычал. — О ком ты? — начало закладывать уши. Столько информации, да и на такое слабое сейчас тело. — Увидишь, как будем на месте. Эй, — Пак мельком посмотрел на медленно отключающегося парня, сильнее прижал Тэхёна к себе и дал шенкеля, чтобы конь бежал быстрее. — Повторюсь — я не враг ни тебе, ни Чонгуку. Я выполнил свою часть работы. Осталось дело за малым. Ким слабо промычал. — Знаешь, а Чон, когда его разум и тело было ещё не полностью подчинено мне, шептал твоё имя во сне. — Тэхён медленно открыл глаза и уставился вперёд, а Чимин просто болтал, чтобы отвлечь его. — Он вырывался из-под моего контроля даже чаще, чем мы предполагали. Мощный, засранец, — хмыкнул. — Да и тело у него мощное: такое рельефное и твёрдое, но у меня немного другие стандарты, и уже есть человек, которого я люблю, и изменять ему я бы не стал, да и у самого Чонгука так-то муж есть, — Чимин мельком взглянул на притихшего Тэхёна. — Хочешь сказать… — Тэхён сглотнул вязкую слюну, — что вы не занимались се… — Ты что, сдурел?! — выкрикнул Чимин так громко, что даже конь потряс головой от такой резкой смены тишины. — Я что, похож, по-твоему, на мальчика с красных дорог? Ты правда думаешь, услышав мой рассказ про полный контроль Чона, что я бы с ним реально спал? Пф-ф, — продолжал возмущаться юноша, — один мой приказ «спать» — и Чонгук тут же отключался; говорю «разреши нам поехать в город с Тэхёном и дай мешок монет» — и это тут же исполнялось. Боже, ты что, и правда думал, что я буду… — Чимин аж закашлялся от переизбытка чувств. — Так, всё! Не напоминай мне этот дикий кошмар. Я вообще-то не по парням. У меня девушка есть! Без одной минуты жена! — у Чимина аж венки на висках вздулись от негодования. — Прости… — Тэхён задышал быстрее через рот. Неужели. Неужели всего, о чём болело его сердце, не было? Нотки счастья медленно стали разливаться по всему телу. — Просто я правда думал, что Чонгук… изменяет мне. — Боже, — Чимин крепче прижал Кима к себе, сжал одной рукой так сильно, что рёбра заскрипели. — Прости меня. Я накричал на тебя, совсем не подумав о твоих чувствах. Ты же застал нас в библиотеке… — юноша прижался щекой к его голове. — Я клянусь своей честью, что у нас с Чонгуком ничего не было. Правда! Мы даже не целовались — я внушил, что не люблю это, так что… — Я верю тебе, — Тэхён положил ладонь на руку Чимина и мягко сжал её, — но не могу доверять полностью, потому что до сих пор не знаю, кто ты. — Не сейчас, чуть позже я всё вам обоим расскажу. — Вы… убьёте меня? — Тэхён снова повернул голову и посмотрел в глаза Чимину щенячьими глазками. — Сдурел?! Я Адми… Кхм, то есть… — юноша замешкался и нервно задышал, — тебя никто не убьёт, и Чонгука тоже. Мы просто выполняем приказ, Тэхён, — Чимин мягко положил ладошку на голову парня и тихонько погладил. — Я же говорил, что я не твой враг, — мягко улыбнулся. Тэхён заворожённо смотрел в улыбающиеся глаза-полумесяцы. Чимин будто светился мягким белым светом, словно ангел. Как можно не довериться ему? Даже если бы тот хотел сбросить его со скалы.

***

— Мы приехали, — чья-то рука мягко шевелила его плечо. — Я бы не хотел тебя будить, но у нас мало времени, Тэхён. Только когда парень начал медленно открывать глаза, понял, что они остановились. В глазах играли блики, и он слегка потёр их. С каждой секундой какой-то посторонний шум становился всё громче. Кто-то снял его с мягкого и тёплого местечка у шеи коня и на руках куда-то понёс. Неопределённость и непонимание пугали, но как только висок пронзила молния, то он тут же прозрел. Чимин, даже не напрягаясь, быстро прошёл несколько палаток и ещё парочку оставленных лошадей, что означало — поблизости они не одни, и вышел на большую поляну. Сильный ветер тут же ударил по ним, хоть тот и был тёплым, у Тэхёна всё равно стали подрагивать ноги и руки. Может, это не из-за ветра? Поляна ничем не отличалась от других: небольшое количество различных цветов, окружённая большим и тёмным лесом. Да, на небе до сих пор главенствовала луна, правда, уже потихоньку передавала полномочия своей сестре: становилось всё светлее. Единственное, что сейчас било по голове кувалдой — ещё более слышимый громкий разговор. Чимин прямо на него и шёл. Нет. Тэхён не хотел туда. Он сжал крепко плечи Пака и стал ещё сильнее дрожать. Всё-таки не из-за ветра. — Не волнуйся, Тэхён-а, — снова прижался щекой к голове, — осталось немного потерпеть, и всё закончится. Голоса впереди тут же затихли. Пройдя ещё несколько шагов, Чимин мягко усадил Кима на зелёную траву. Было неприятно отдаляться от таких тёплых объятий, но выбора ему не дали. — Мне нужно переодеться, и я сразу же вернусь к тебе. Хорошо? — Тэхён кивнул головой в знак согласия, засмотревшись на развевающиеся от ветра волосы. — К тому же у тебя есть о чём с ним поговорить, — Чимин хмыкнул с усмешкой, снял свою чёрную накидку, набросил на плечи Кима, поднялся и вновь ушёл в лес. Тэхёну была слегка неудобна и непривычна поза сидения на филейной части, так ещё и в белой ночной сорочке — честно говоря, только сейчас понял, во что одет — так что он быстро встал на колени, сложив аккуратно на них руки, и сильнее укутался в накидку. Если сидеть на такой открытой местности долго, даже от тёплого ветра станет холодно. — Не ожидал, что вы прискачете так быстро. Значит, у нас ещё есть время, — знакомый голос заставил задержать дыхание и покрыться мурашками. Тэхён медленно, с огромными глазами, хоть и стреляло в висках, стал поворачиваться назад. — Н-намджун? — он просто сам не верил тому, что видел. Ким Намджун возвышался над ним огромной непробиваемой скалой в полном комплекте его униформы вице-адмирала. Рядом с ним стоял парень пониже, в отличной от Джуна одежде: в чёрной с вкраплениями серого и с нашивками на плечах и груди. Он стоял, сложив руки, и хмуро смотрел вслед Чимину. — Да, Тэхён-а, но перед тем, как начать наш разговор, протяни, пожалуйста, руки. — Тэхён только сильнее закутался в черноту. Намджун присел на корточки прямо рядом с ним. — Ты же уже наверняка знаешь, что я ничего тебе не сделаю, как не сделал по пути и Пак. Так что просто выполняй всё то, что я тебя прошу, хорошо? Протяни руки, — Намджун ловким движением достал откуда-то из-за пазухи большие наручники с колышком на конце. — Я н-никуда не сбегу, правда, — Тэхён стал слегка заикаться. — Конечно, ты никуда не сбежишь, но эти наручники будут на тебя надеты не из-за этого. — Парень выдохнул, понимая, что упираться он не сможет чисто физически — Намджун куда сильнее его и обладал способностью — убежит, и его тут же поймают. — Они сделаны из специального металла, «Кайросеки». При контакте с ним любая сверхспособность становится просто бесполезной. Из чего изготовлен этот материал, знают только Адмиралы, — мужчина улыбнулся, и на щеках появились ямочки. — Осторожно, они очень тяжёлые, — как только Намджун отпустил свои руки, то Ким понял, что значило «очень тяжёлые» — кисти тут же с глухим звуком упали на землю. Тэхён попытался их поднять, но сдвинул лишь на сантиметр. От понимания ситуации накрыла паника. — Тэхён, посмотри на меня, — мужчина положил свои слегка прохладные руки на щёки парня и мягко приподнял. В янтарных глазах сейчас можно было разглядеть весь спектр эмоций: панику, страх, отчаяние, беспомощность, вину и всеобъятную грусть. — Представь, что мы играем в игру, в которой Чонгук связался не с теми людьми, и мы вместе с тобой, — он ещё больше приблизился, — просто обязаны помочь ему не уплыть из голубизны в черноту, — Намджун говорил тихо и даже как-то интимно, но Тэхён понял, что от него требовалось. — Мне просто нужно сидеть молча? — так же тихо уточнил он. — Верно, солнце, — убрал руки от горячих щёк. — Предоставь дела старшим. Юнги, — позвал тот парня, который продолжал стоять на одном месте и нахмуренно на них смотреть. — Сходи проверь Чимина. Чонгук уже близко, — Намджун поставил колышек и несколькими движениями ноги вбил в землю. — Я отойду в противоположную сторону — драки не миновать, не хочу задеть Тэхёна. — Юнги кивнул и быстрым шагом направился в лес, а Ким улыбнулся и стал отходить. Голова пустая и будто стала тяжелее. Жар распространился на шею и спину. Тэхён прикрыл глаза и начал медленно дышать через нос. Вдох. Выдох. Нужно успокоиться и сосредоточиться. Сейчас будет что-то очень важное, и пропустить такое из-за какого-то обморока — просто неслыханно. Он должен выдержать и получить, наконец, все ответы. Прямо в спину подул сильный северный ветер. Некоторые одуванчики взлетели ввысь, и Тэхён проследил за ними до самого восходящего неба. Солнце уже вот-вот появится из-за горизонта. Вдруг сзади послышался какой-то звук. Сначала показалось, что он исходил из леса, но чем ближе тот был, тем понятнее становилось, что нет, не из леса — с неба. Будто что-то тонкое натянули, как… — Струну, — прошептал вслух Тэхён и тут же повернулся на Намджуна, который отошёл на достаточное расстояние и тоже смотрел в небо. Этого же не могло быть… Вернув взгляд, парень резко вздрогнул. Чонгук и правда летел по небу: быстро, резко, прыгая в разные стороны. Стало быть, он передвигался, цепляя свои нити за облака? Он и на такое способен? То есть за те несколько часов, что они скакали до поляны, он преодолел расстояние от Чёрного леса до особняка, а потом, по письму отгадав местность, направился сюда? Его способность просто не измерить человеческими мерками. Чонгук, пролетев высоко над ним, резко стал опускаться вниз и с сильным грохотом приземлился на землю, подняв столб пыли. Ким даже почувствовал небольшое трясение под ногами. Когда грязная пелена развеялась, Тэхён большими глазами смотрел на вставшего мужчину. На Чонгуке не было ни пылинки, ни царапинки. Даже не обратив внимания на опешившего Тэхёна за спиной, он громко произнёс: — Где Чимин? Такой простой вопрос, но так больно уколовший слабое сейчас сердце. — Я здесь, — громко крикнули справа. Тэхён повернул голову вместе с Чонгуком. Замерев, парень стал осматривать одежду, в которую переоделся Чимин. Точно такая же, как и у Юнги, только с большим количеством нашивок, фуражкой и с длинным плащом — это же одежда… — Думаю, мне стоит снова представиться. Адмирал тайной организации «Сайфер Пол» — Пак Чимин. — Лёгкие Кима сжались, и виски вместе с ними. — Спасибо за участие в тестировании «Единорога», но думаю, что с тебя уже хватит. Во время нашего разговора твой ум должен быть чист, — Чимин поднял правую руку. — Проснись, — и громко щёлкнул. Всё вокруг затихло. Будто трава, тёмный лес и даже солнце желали увидеть, как тот «проснётся». — Как ты мог… — негромко произнёс Чонгук. — Как ты мог обманывать меня! — выкрикнул, рассерженно сжав кулаки и корпусом развернувшись в сторону Пака. Его глаза были до сих пор такие же чёрные, как угольки. Не сработало? Как же так? Чимин растерянно переглянулся с Юнги, а после метнул взгляд на опешившего Намджуна. Всё пошло не по плану. — Проснись, — тот практически выкрикнул и снова щёлкнул пальцами, но ничего не произошло: Чон даже не сдвинулся. — Почему? — растерянно прошептал юноша. — Это же то слово. Я точно не путаю. — Как ты мог… Как ты мог! — Чонгук схватился за голову и стал пошатываться и постанывать, повторяя одно и то же. Тэхёну больно на это смотреть. Мозг кипел от жара, а сердце — от печали. — Сделайте же что-нибудь, — прошептал подрагивающим голосом Ким. А Чонгук тем временем сильнее шатался из стороны в сторону, оттягивал волосы на голове и от бессвязного бубнёжа перешёл на громкий крик. — Помогите же ему! — выкрикнул, просто не выдерживая чужих метаний. — Слово не работает! — громко отозвался Чимин, отчаявшийся повторять одно и то же уже в десятый раз. С резким вскриком Чон упал на колени и взмахнул кулаками в небо. Тэхён с ужасом распахнул глаза: он знал эту позу. Тогда, в спальне Чонгука, когда тот только очнулся после падения с лестницы, он точно так же занёс руки вверх, и в разные стороны полетели… — Юнги! — выкрикнул Намджун. Парень тут же загородил собой Чимина. Намджун выставил руку перед собой, создавая щит. И только через секунду трое поняли, что Тэхён полностью открыт. Он не мог даже сдвинуться. Наручники приковали его к земле намертво. Поздно. Чонгук со всей силой и с душераздирающим воплем ударил по земле кулаками. В разные стороны разлетелось множество широких нитей. Юнги превратился в камень и своим телом уберёг Пака. Намджуна уберегла своя же способность. А Тэхёна не уберёг никто. Три острых, как нож, нити пробили ему грудную клетку, тут же исчезая позади. Парень не спеша опустил голову вниз и с осознанием происходящего смотрел на кровь, вытекающую из небольших отверстий. Поднял голову и наблюдал за тем, как Намджун, Чимин и Юнги бежали к нему. Они что-то кричали, но звука почему-то не было. Тэхён плавно перевёл взгляд на своего мужа, который, опёршись на руки, пытался отдышаться. Что-то начало течь по подбородку, капая на зелёную траву. Вот, значит, как. Таков конец ему приготовила судьба? Что ж, не сказать, что он сильно опечален или зол. Нет. Всё так, как должно было быть. В глазах начало темнеть, и он обессиленно завалился на бок. Последнее, что он увидел потемневшим взором, — блеск смотрящих на него голубых глаз.