dance like crazy

4 сентября 2023 года

      — Хенджин, хочешь, я буду твоим партнером? — старший разворачивается, с равнодушием смотря на Джисона.       — В хореографии нет твоего любимого рукоприкладства, — скрещивая руки на груди, начал Хван. — Зачем ты пришел?       От вида такого Хенджина все в груди Хана сжалось, в глубине души продолжая осуждать за свои необдуманные действия.       — Я хочу извиниться, просто выслушай меня, — влага скапливается в уголках глаз, но он продолжает. — Я правда хочу быть твоим другом, все это произошло на эмоциях, я действительно очень виноват перед тобой, прости меня.       Хенджин оглядывает Хана с презрением и усмехается, он знал, что уже давно простил и в какой-то степени понимал младшего, но горькая обида все еще не давала возможности так просто отпустить этот инцидент.       — На эмоциях? А если в следующий раз ты возьмешь нож, что прикажешь мне делать?       — Что ты такое говоришь? — разозлившись, произнес Хан. — Такого больше никогда не повторится, Хенджин, ну прости меня!       — Ладно-ладно, только прекрати так морщиться, смотреть противно, — потрепав щеку Хана, улыбнулся Хенджин. — Это хорошо, что ты признал свою ошибку. В следующий раз тысячу раз думай, прежде чем что-то сделать, ты не можешь просто взять и ни с того ни с сего размахивать кулаками.       — Спасибо, мама, обязательно запомню твой совет, — собираясь уходить, иронично сказал Джисон. Хенджин цокнул себе под нос.       — Куда собрался, а танец?       — Какой танец? — Джисон резко остановился, на что Хенджин лишь вымученно закатил глаза. За что ему это наказание?       Хан уже и забыл, что предложил свою кандидатуру в «экстравагантном» представлении старшего. Он не любил участвовать в конкурсах. Почему он решил, что Хенджин готовит выступление именно на конкурс? Если так подумать, то если не для участия, то для чего еще? Хван казался ему человеком, который не любит тратить свое время впустую. Всегда работает и совершенствуется ради того, чтобы его наконец признали, заметили осязаемую энергию и бешеную харизму. Джисон предложил свою помощь только ради того, чтобы Хенджин его выслушал, не более. Находясь в неком ступоре, он старается выдавить из себя выражение «да не было такого», но продолжает молчать.       — Не говори, что передумал, я тебя еще не простил, — продолжил старший.       — Ты нормальный? Сам сказал, что… — резко возразил Хан.       — Что сказал? — перебивает Хенджин, хитро скалясь. — Я сказал тебе не морщится, а ты сам выдумал для себя мое прощение.       Джисон просто в шоке, так легко еще никто им не манипулировал. Не в его положении было сейчас брать и выдумывать какие-то отмазки, что от него звучало бы определенно в духе: «Я не могу, у меня кошка дома рожает». Где-то в параллельной вселенной он уже лежит дома на своей любимой кровати и видит сладкие сны, но в реальности он стоит напротив искусного лиса, явно не желающего отпускать свою «добычу».       — Хорошо, показывай свой танец, — соглашается младший, потирая свое предплечье из-за неприятного зуда.       Хенджин подпрыгивает от внезапно накатившей радости, парни садятся рядом, и он повторно включает на смартфоне хореографию, передавая телефон младшему. Если Джисон думал, что мало видел в своей жизни, то теперь он видел все. Танец был грязным. Не в том смысле, что партнеры ужасно исполняли, а в том, что он был чересчур пошлым. Все эти прикосновения, танцоры без стеснения изучали тела друг друга, подстраивали эмоции. Хан вдруг подумал, что если звук был бы не наложен, то там были бы слышны и стоны, с их-то нескрываемым удовлетворением то ли от друг друга, то ли от хореографии. Видео подходит к концу, танцоры становятся напротив, берут друг друга за шею и максимально близко, почти в миллиметре, останавливаются около губ, смотря на них, но так и не соприкасаясь. Конец.       — Ну как тебе? Можешь сам выбрать, за кого хочешь встать, мне не принципиально. — Джисон продолжает смотреть на иконку повтора, но не понимает одного: Хенджин серьезно хочет танцевать с ним это? И дело даже не в том, что они друзья, можно уже и опустить этот факт. На фоне Хвана Хан выглядел пятнадцатилетним подростком, даже младшим братом, ну никак он не видел себя в этом танце. Да и неловкость брала верх, одна лишь мысль, что он будет лапать его, напрочь отбивала остатки малейшего желания участвовать в этом. Всему есть предел, и Джисон в какой-то степени придерживался своих выдуманных принципов.       — Слушай, не думаю, что…       — Сейчас полетишь вслед за Енджуном. — Хоть Хенджин внешне и был спокоен, в воздухе все равно ощущалась нервозность и недовольство. Сейчас главное — спокойно высказать свое мнение и не сболтнуть лишнего.       — Хенджин, я ничего не буду говорить насчет хореографии, она очень… интересная, — в глазах Хенджина блеснули искры надежды. — Но я правда не вижу себя здесь, мои танцы не дошли до такого уровня, не думаю, что смогу передать настроение и посыл песни.       Искры в глазах Хвана сразу же потухли. Он сводит брови, но почти сразу же их расслабляет, забирает свой телефон и встает.       — Хорошо, если ты не хочешь совершенствовать свои навыки, то это твое право.       — Причем здесь это? — закатывая глаза, спросил Джисон.       — Мне кажется все очевидно, Джисон. — Вставая напротив зеркала, Хенджин поправил выбившиеся пряди волос. — В этом танце ты не сможешь показать всего себя, поэтому я найду себе другого партнера. Можешь идти домой, я тебя не держу.       Почему-то именно эти слова старшего застряли в и без того сонной голове Хана. Хван никогда не заставлял и уж тем более не пытался удержать кого-то в своих проектах. Большинство его горе-партнеров уходили по всяким разным причинам. Нередко случалось, что им не удавалось заполучить внимание Хенджина, ради которого и соглашались танцевать с ним. Это раздражало больше всего, любая девушка, с какой он бы ни танцевал в паре, автоматически становилась его возлюбленной. С недавних пор в женской компании он редко бывает, и внимание к его персоне значительно сократилось, что, конечно, несказанно радовало, но и с парнями-танцорами дела у него не шли. Хенджин всегда выбирал ту хореографию, которую считал подходящей. Это не были его личные хотелки, он всегда учитывал мастерство своего партнера и старался подстраиваться, даже если ему совсем не нравилось. И все же Хван никогда не уходил с проектов, можно сказать, он чувствовал груз ответственности за конечный результат.       «Ты слаб, Джисон, и всегда будешь слабым», — слова Минхо сами воспроизводятся в голове Джисона. Он рефлекторно сжимает кулаки и встает, не уходит с позором, а остается и смотрит в спину Хенджина. Тот, словно почувствовав на себе взгляд, разворачивается вполоборота и видит излишне угрюмого Хана.       — Я станцую с тобой, Хенджин, — у старшего челюсть свисает до пола, словно перед ним стоял совершенно другой человек. — И мне плевать, если у меня не будет получаться, я буду репетировать день и ночь, чтобы ты увидел, на что я способен.       Хенджин был выбит из колеи. Он действительно думал, что младший просто уйдет, и ему придется искать себе нового партнера, но сейчас не может подобрать слов. С одной стороны, он был рад, с другой, его пугала такая внезапная перемена мнения и уверенность Хана, кажущаяся попыткой кому-то что-то доказать. В голове крутилось тысяча мыслей, объединяясь в несвязные предложения, Джисон выглядел слишком хладнокровно.       — Хорошо..? — наконец прерывая неловкую паузу, сказал Хенджин. — Хочешь начать сейчас?       — Да.       Последнее, что услышал Хенджин. Джисон незамедлительно приступил к разминке, в то время как старший стал разбирать интро хореографии. Теперь неловко себя чувствовал Хенджин, потому что, смотря на такого до боли уставшего Хана, ему захотелось забить на все танцы мира, сесть и спокойно поговорить, но он понимал, что сейчас младший не пойдет с ним на контакт. И не скоро пойдет.

4 октября 2023 года

      Прошел ровно месяц с тех пор, как Джисон совершил, по его мнению, главную ошибку в своей жизни. Он остался в университете. Первый месяц учебы прошел довольно гладко и интересно, не считая Минхо, которого Джисон стал видеть вдвое больше, чем хотелось. На совместных репетициях и парах он всегда видел эту фигуру, которая уже и друзьями успела обзавестись. И это ли тот Ли Минхо, который в школе усердно избегал компаний, не заводил знакомств, будто находясь в своем выдуманном мире? А сейчас у него внимания хоть отбавляй, ходит улыбается всем, дает советы. Но всему «хорошему» когда-либо приходит заслуженный конец. Минхо все чаще начал сталкивался со своими порванными конспектами, испорченными вещами и странными комментариями в социальных сетях. Он понимал, он прекрасно все понимал, но не предпринимал никаких мер. В этом не было необходимости, потому что Джисон так просто его не оставит. Маленький персональный ад, который старший создал своими собственными руками, начал свой обратный отсчет, и что самое страшное, неизвестно, что Джисону взбредет в голову и как далеко он зайдет.       Звучит звонок, объявляя о получасовом перерыве на обед. Хан выходит из аудитории и направляется во двор главного корпуса, в котором в ряд стояло несколько небольших столиков и лавочек. На одной из них его поджидал Хенджин, даже со стороны можно было понять, что у него чрезмерно хорошее настроение. Они довольно сильно сблизились за этот месяц, младший даже впервые побывал в гостях у Хенджина, дом которого больше походил на королевские апартаменты, а не на квартиру студента. Старший жил один, из-за чего каждый уголок выглядел очень безжизненно, а эти серые стены только и вселяли чувство одиночества. Но что больше всего поразило, так это секретное хобби, о котором Хенджин не упоминал до того рокового дня. Хван увлекался рисованием, да настолько, что отдельная комната была его студией, на стенах которой висело множество достойных работ, а все остальные скромно лежали друг на друге в углу. На многие вопросы Хенджин отвечал через раз, если вовсе не игнорировал. Создалось впечатление, что ему было крайне тяжело находиться в этом помещении, поэтому они так же быстро покинули его, несмотря на то, что Джисон хотел посмотреть рабочее место и некоторые картины поближе.       Зажимая сигарету в зубах, младший подносит огонь и вдыхает, уже настраивая себя на эмоциональный диалог с этим балбесом.       — Сколько раз я тебе говорил, чтобы ты не курил в стенах университета. — Джисон пропускает эти слова мимо ушей и садится напротив, подпирая щеку свободной рукой. Хенджин лишь тяжело вздыхает, но все же иногда оглядывается, он не хотел, чтобы младший получил второй выговор от преподавателей. — Как ты себя чувствуешь?       — Почему ты спрашиваешь? — недоуменно спросил Джисон.       — Ты себя в зеркало видел? Если бы начался зомби апокалипсис, они бы точно приняли тебя за своего. — Младший выгибает бровь и сбрасывает пепел, затем делает долгую затяжку, не прерывая зрительного контакта.       — Ты позвал меня ради этого? — Хенджина дико раздражала в Джисоне эта привычка отвечать вопросом на вопрос, но он уже привык к этому.       — Нет, во-первых, поешь, — открывая свою сумку, Хенджин достает пакет с купленным обедом и ставит его на стол. Он знал, что младший регулярно пропускал приемы пищи, и был уверен, что сегодняшний день не был исключением. — Во-вторых, я хочу тебя кое с кем познакомить.       Джисону это не понравилось. Что за знакомство среди бела дня, ради которого нужно было вытаскивать его на улицу?       — Сколько я тебе должен?       — Нисколько, забей, — поглядывая на свои часы и несколько раз обернувшись, произнес Хенджин.       Джисон больше не стал поддерживать диалог и уж тем более пытаться узнать, что это за загадочная персона, с которой его хочет познакомить Хван. Все мысли были одурманены ароматом, исходящим из злосчастного целлофанового пакета. Он потушил сигарету, развернул пакет и открыл небольшой бокс с рисом, тушеными овощами и кусочками неизвестного, но на вид очень вкусного мяса. Коробка в считанные минуты опустела, Джисон с удовольствием проглотил последнюю ложку риса, даже не заметив, как к их столу кто-то подошел.       — Привет, почему так долго? — Хенджин смотрит с раздражением на незнакомца и хлопает по свободному месту рядом с ним. Джисон поднимает глаза и видит перед собой парня среднего роста, с черными, как смоль, волосами, который был не менее удивлен присутствию самого Хана. Только спустя несколько секунд Джисон узнает в нем своего одногруппника, который выделялся хорошим слухом и неплохими танцевальными навыками.       — Мистер О Хек попросил меня задержаться после пары, — Банчан опускает свой громоздкий рюкзак на пол, а сам садится рядом с Хенджином. — Меня, между прочим, Чанбин ждет в студии.       — Это ты про ту подсобку, которую вам благополучно отдали для записи ваших горе-треков? — Хенджин уворачивается от удара Чана и заливается смехом.       — Заткнись, не начинай. — Бан потирает виски и сталкивается с непонимающим взглядом Джисона, который и слова еще не сказал.       — Ах да, Чан, это…       — Хан Джисон, — перебивает старшего Чан. — Ты же мне все мозги про него прожужжал, и мы в одной группе, если ты забыл.       Хенджин закатывает глаза, но продолжает.       — Джисон, это зануда Банчан, — Хенджин не успевает увернуться от удара в ребро и обещает себе больше не дразнить Чана. Это чревато болючими синяками.       Парни приветствуют друг друга быстрым рукопожатием, но Джисон все еще не понимает, чего от него хотят.       — Ну что, ты подумал над моим предложением? — обращаясь к Джисону, сразу перешел к делу Банчан.       — Каким предложением? — странно косясь на Хенджина, спросил младший.       — Черт, я забыл ему рассказать, пока мы ждали тебя. — Хенджин виновато смотрит на Чана, который в ответ лишь устало вздыхает. Его телефон разрывается поступающими сообщениями от злого Чанбина, на что он отвечает короткое: «Буду через десять минут», и переключает его на беззвучный режим.       — Не буду слишком долго говорить, скажу кратко. Я хочу создать команду для участия в конкурсе для первокурсников. В команде уже есть пять танцоров, с потрясающими навыками и бешеными амбициями получить первое место, но для участия нужно минимум восемь человек. Мы с тобой, хоть и не знакомы лично, но Хенджин о тебе довольно хорошо отзывался. Тренировки будут каждый день после пар, это сейчас кажется, что до показательного выступления еще много времени, но на самом деле оно сильно поджимает, и списки команд нужно подавать уже к концу месяца. — Джисон слушал внимательно и не перебивал. Речь Чана действительно завораживала. — Возможно, тебе будет тяжело совмещать учебу и конкурсный проект, но безвыходных ситуаций не бывает, постараемся что-нибудь придумать, чтобы сильно не перегружать никого.       — Подождите, я немного не понимаю… что это за конкурс? — Хенджин с Банчаном переглядываются, но Хван тут же вспоминает, что младший не присутствовал на первом знакомстве с куратором.       — Каждый год наш университет проводит конкурс среди первокурсников, вы должны самостоятельно поставить хореографию, создать костюмы, выступить перед преподавателями, студентами и приглашенными гостями. — Хенджин поправляет пряди волос и слегка ежится от прохладного ветра, все-таки надо было организовать встречу в столовой.       — Звучит довольно интересно… — Джисон и правда находился в легком шоке, больше с того, что Хенджин лично посоветовал Чану его кандидатуру. — Но мне нужно подумать.       — Что тут думать, Джисон? — начал злиться Хван. — Первокурсники, которые побеждали, нередко получали хорошие рекомендации и преимущества перед выпуском, это отличный шанс, чтобы тебя заметили многие популярные студии и хореографы!       — Тихо, успокойся, не дави на него, — Бан слегка надавил на плечо Хенджина, на что тот скрестил руки на груди и цокнул себе под нос. — Я понимаю тебя, Джисон. Столько новой информации, и все сразу, не нужно бездумно соглашаться, если не уверен в себе, все-таки мы настроены на победу, а не на простое участие. Я дам тебе три дня, если ты будешь готов, можешь подойти ко мне и сказать об этом, но я не буду тебя ждать. Если ты вдруг передумаешь и кто-то займет твое место, не обижайся.       Банчан нервно смотрит на экран телефона и словно чувствует всю злость своего друга. Еще пара минут, и он лично пойдет искать Чана, тот был в этом абсолютно уверен.       — Я пойду, Чанбин начал звонить, а это не к добру. Не поминайте лихом, и, Джисон, — Чан поднял с пола рюкзак и закинул его на свое плечо, — мы будем рады видеть тебя в команде.       Он встал и быстрыми шагами начал удаляться от столика парней. Джисона словно током передернуло, он вспомнил то, что хотел спросить, и пулей подорвался к Чану, оставляя растерянного старшего одного. Слыша позади себя торопящиеся шаги, Бан обернулся и выставил перед собой руки, в которые благополучно впечатался Джисон.       — Что-то случилось?       — Я могу пойти с тобой в студию? — с легкой одышкой произнес младший. Банчан удивился неожиданному вопросу, и вибрация телефона в его руке прекратилась, кажется, Чанбин уже пошел его искать.       — Сегодня навряд ли, Чанбин сейчас очень злой и может спугнуть или сболтнуть лишнего, — нервно смеясь, ответил Бан. — Ты можешь подойти завтра после второй пары, мы всегда репетируем на большой перемене. Прости, я очень спешу.       Не дав сказать и слова, Чан убежал. Джисон кивнул и слегка улыбнулся самому себе, возвращаясь за столик с почти уже окоченевшим Хваном.       — Пойдем, Эльза, выпьешь горячего кофе, — приподнимая старшего за локоть, Джисон ведет обоих к университету.       — Пошел ты, я думал, ты меня одного мерзнуть бросил!       — Могу посадить обратно, — Джисон резко остановился, на что Хенджин жалобно заскулил.       — Нет, пожалуйста, пошли! — Хван всем корпусом прижался к Джисону. Парни зашли в здание университета и направились в столовую. До звонка осталось несколько минут, поэтому, купив себе кофе, они попрощались и направились в разные аудитории. Зайдя в кабинет, Джисон увидел троих одногруппников и макушку Минхо, который, облокотившись на стул, читал какую-то книгу. Хотелось подойти, разорвать его на маленькие кусочки и сжечь, а книгу отложить или лучше спрятать, в любом случае она не виновата, что ее хозяин Ли Минхо.

5 октября 2023 года

      Пары шли очень медленно. Не зря говорят, что если ждешь какое-то важное событие, то минуты будут идти часами. Младший успел разрисовать все поле тетради различными фигурами, не проявляя никакой заинтересованности к предмету, ведь все мысли были заняты предстоящей встречей. В конце концов, вторая пара заканчивается, студенты радостно покидают аудиторию, направляясь по своим делам, и в кабинете остается несколько человек, включая Минхо, Банчана и Джисона.       Джисон уже и забыл, когда нормально спал в последний раз. Внезапные приступы тревожности били словно по расписанию, из-за чего приходилось прибегать к помощи снотворного, но и на нем всю жизнь не просидишь. В эти моменты Джисон старался концентрироваться на предметах, но в итоге в его голове всплывали мысли осознания, что он совсем один. Когда даже сигареты переставали успокаивать и без того уставшую нервную систему, он писал Хенджину. Старший всегда отвечал спустя пару минут, даже звонил, часами болтая о всем подряд, но Хан не мог напрямую сказать о том, что это не просто скука и ему действительно страшно от того факта, что даже в своей небольшой квартире он просто не может уснуть.             Джисон не может сказать точно, когда это началось. Это просто стало его ночной обыденностью, сначала казалось, что все это из-за стресса перед поступлением, но теперь он поступил, что теперь тревожит его? В итоге он стал просто отключался под утро и спать от силы два часа каждый день, теряясь в своих мыслях и попытках найти решение этой проблемы.       — Джисон? — младший внезапно открывает глаза и понимает, что лежит на своей парте, тяжело поднимается и видит перед собой Чана. — Ты пойдешь со мной?       Хан устало кивает и не сразу, но поднимается. Чану очень хочется спросить, все ли в порядке, но, вспомнив недавний диалог с Хенджином, он решает просто промолчать. Младшему кажется, что они идут уже несколько километров, хотя Чан заворачивает за несколько углов и оказывается перед дверью с золотой гравировкой «Подсобное помещение». Он открывает дверь и пропускает Джисона, тот неловко заходит и останавливается. Кабинет выглядел совсем не так, как его себе представлял младший. Он ожидал увидеть одинокий стол, компьютер и какой-нибудь замызганный микрофон. На деле все было куда лучше, видно, что был проделан небольшой ремонт. В углу находился небольшой диван, рядом с ним большой стол, на котором стоял компьютер и ноутбук. Одна колонка стояла на полу, другая, чуть поменьше, висела на стене. В этой комнате находилась даже звукозаписывающая кабинка, внутри которой находился микрофон и шумоизоляция для хорошего и чистого звучания. Джисон не сразу заметил присутствие еще одного человека в комнате, так как был очень увлечен разглядыванием обстановки.             — Чанбин, знакомься, это Хан Джисон, я тебе рассказывал про него. — Из-за экрана монитора выглядывает кудрявый парень в очках, Джисон снова осознает, что это его одногруппник.       — Привет, Джисон, можно просто Бин. — Заметив, как младший все еще был окрылен их студией, Чанбин улыбнулся. — Нравится?       — Это мягко сказано! — Хан заметно оживился, проходя ближе к своему собеседнику. — Как вам разрешили занять это помещение?       — Чан у нас любимчик преподавателей, — потягиваясь, начал Чанбин. — Сначала нам не разрешили тащить сюда свое оборудование, пришлось долго уговаривать куратора, чтобы он поговорил с деканом. Как видишь, мы победили.       Чан прошел вглубь комнаты и присел на диван, подзывая к себе младшего.       — Так что, теперь ты будешь с нами в команде? — Джисон слегка растерялся, на что Чан ударил в плечо своего друга. — Шучу, просто шучу, ты не за этим сюда пришел, верно?       Младший неуверенно подошел к дивану и сел на самый край, попутно кивая.       — Мне просто стало интересно, что у вас за студия такая, но это превзошло все мои ожидания… — Джисон сложил руки на коленях и выпрямился, боясь дыхнуть лишний раз не так, ему казалось, что одно неверное движение и его с позором выгонят.       — Расслабься, чувствуй себя как дома. Честно, ты наш первый гость, даже Хенджин еще не бывал здесь, хотя очень просился. — Чан похлопал по плечу младшего и по-доброму улыбнулся, Джисон вдруг подумал, что он никогда не видел настолько искренной и чистой улыбки, благодаря ей даже удалось немного успокоиться, облокотившись на мягкую спинку дивана.       — Да, я действительно был удивлен тому, что Чан решил пригласить тебя. — Чанбин включил компьютер и открыл несколько папок с названием «Говнодемки».       — Получается, вы записываете свои треки? — Джисон с нескрываемым интересом рассматривал экран монитора, словно видел компьютер первый раз в жизни.       — Пытаемся, — коротко ответил Чанбин.       — Хочешь послушать? — продолжил Чан. Хан радостно закивал и перестал чувствовать неловкость. Чанбин открыл программу и, настроив громкость колонок, кликнул на кнопку воспроизведения. Комната сразу же залилась ритмичной мелодией, которая сопровождалась рэпом парней. Это было очень энергично и свежо, с таким успехом парни могли выпускать свои треки и собирать небольшую фанбазу, которая бы разрасталась с каждой новой песней. Можно бесконечно восхвалять талант парней, но Джисон сразу понял, что чего-то им не хватало. Демоверсия песни подходит к концу, и Джисон хлопает, на что парни довольно улыбаются.       — Вот как-то так, — Чанбин довольно ухмыляется, когда видит на экране телефона поступившее сообщение.       — У меня просто нет слов, это было очень круто! Но почему нет вокальных партий? — Джисон решает не медлить и сразу же задать интересующий его вопрос.       — Как бы это ни звучало, но мы не умеем петь. Чанбин со школы практиковал рэп, поэтому эта позиция была закреплена за ним, я пытался пробовать исполнять вокальные партии, но из-за того, что мы просто любители, без должного обучения вокал звучит грязно и местами неуместно, — Чан словно всеми силами старался оправдать себя и Чанбина, но Хан принял и такой ответ.       — У вас есть текст песни? — к Джисону пришла в голову одна мысль.             — Конечно. — Банчан встает и роется в стопке бумаг, протягивая младшему небольшой лист с лирикой. Джисон пробегает глазами по тексту и останавливается на одной интересующей его части.       — Можете включить бридж еще раз? — Чанбин странно косится на Чана, тот кивает ему, и мелодия возобновляется. Джисон кашляет пару раз, стараясь размять голосовые связки и настраивается. Музыка подходит к нужному моменту и Джисон начинает петь, не замечая ошарашенные взгляды парней напротив.       I’m up above the world so high       I’ll be there shining day and night       They wonder how my spotlight is so bright       Counting stars…       — Хотя неважно, рэп в этой партии звучит лучше, — неловко отворачиваясь, Джисон начинает чесать свое предплечье сквозь бинты.       — Нет, Джисон, это то, что нам нужно, — наконец говорит Чан. — Песня поменяла свое настроение, перестала звучать агрессивно, почему ты сразу не сказал, что поешь?       — Нет-нет, я не пою, просто…       — Мы можем записать демо? Я выделю в тексте еще несколько партий, можешь спеть их? — Чанбин был очень доволен исполнением строчек от младшего. Хан сильно растерялся, на что Чан повторно ударил Бина в плечо.       — Джисон, мы не заставляем тебя, просто твой голос действительно уникален! Если ты не хочешь, то пускай это останется между нами. — Джисон удивляется тому, как Чан может менять обстановку одними лишь словами. Младшему становится не по себе, когда он видит грустное лицо Чанбина.       — Если вам нравится, то можно попробовать, я давно не пел, поэтому подумал, что звучал нелепо… — Хан чувствует теплое жжение в области предплечья и, испугавшись, посильнее натягивает свою джинсовую куртку.       — Поверь мне, Джисон, твой вокал — услада для ушей. — Чанбин просит лист с лирикой и делает на нем некоторые пометки карандашом. — Вот, спой эти строчки в кабинке, пожалуйста.       Банчан открывает дверь кабинки, и настраивает микрофон под рост Хана, и закрывает за ним дверь. Джисон исполняет нужные строчки так же чисто и безупречно. Парни показывают ему пальцы вверх и редактируют песню, удаляя из нее находящиеся там до этого партии с рэпом. Время сильно поджимает, они уже и забывают, что через несколько минут начинается новая пара, ведь музыка музыкой, а учебу никто не отменял. Полученный результат был успешно сохранен, и они все вместе выходят из комнаты. Чанбин закрывает студию на ключ, и в этот момент звучит звонок. Студенты тут же подрываются с места и бегут к нужной аудитории, Чанбин и Чан заливаются смехом, а Хан, наконец довольный своим вокалом, бежит следом и понимает, что был бы не прочь спеть у них еще раз.

12 октября 2023 года

      Хан и не думал тогда, что всего лишь за неделю он станет частью продюсерской команды и согласится принимать участие в конкурсе для первокурсников. Все эти дни он приходил к Банчану и Чанбину, они заменяли в треках все спорные партии на вокал Джисона, и песни действительно стали звучать немонотонно. Первым не выдержал Чанбин и во время очередного прихода Джисона лично предложил ему самому писать лирику и музыку. Джисон был несказанно рад, он изменял партии, как ему нравилось, вдохновение лилось рекой. Младший даже принес свою старую гитару и предложил разнообразить электронную мелодию живым исполнением, на что парни согласились, и их музыка изменилась до неузнаваемости. На четвертый день Банчан предложил крышесносную, но очень интересную идею.       — А что, если поставить хореографию под нашу песню? — Чанбину идея показалась действительно хорошей, ведь до них такого еще никто не делал, и это бы точно повысило их шансы на победу. Проблема была в том, что Хан все еще не давал Чану надежд на свое участие в выступлении. Джисону нравилось петь и писать песни, но и не менее нравилось выступать под свои треки, поэтому на пятый день он зашел в их студию с громким заявлением: «Я участвую».             Чан незамедлительно приступил к поиску оставшихся танцоров, и, когда все места были заняты, он решил собрать всех после пар для первого знакомства. Джисон зашел вместе с Чанбином, в танцевальном зале уже находился Чан и трое студентов, с которыми предстояло будущее знакомство. Стоп. Их шестеро, а где тогда оставшиеся двое человек?       — Всем привет! Меня вы уже знаете, я тот, кто заварил всю эту кашу с целью победить в этом году. Я очень надеюсь, что вы все пришли сюда с чистыми намерениями и готовы работать и прилагать усилия для победы. Будет тяжело, я ходил узнавать списки участвующих и могу сказать, что соперники у нас серьезные, многие были участниками международных танцевальных мероприятий, поэтому одного желания победы очень мало. — Студенты начали перешептываться между собой, кто-то уже успел поздороваться друг с другом. — Наверное вы заметили, что нас здесь шестеро, сейчас подойдут еще двое, и мы наконец познакоми…       Не успел Чан договорить, как дверь со скрипом открылась и в зал вошел… Хенджин?       — Очень эффектно, опоздун, а теперь подойди сюда. — У всех присутствующих, кроме Чана и Чанбина, отвисла челюсть. Было видно, что каждый был немало наслышан про Хвана и все знали, что он второкурсник, так что он забыл здесь? Хенджин делает скромный поклон всем присутствующим и подходит к Чану.       — Сразу отбрасывая все вопросы, это Хван Хенджин, он будет в нашей команде и…       — Хенджин, почему ты здесь? — перебивая Чана, спросил младший.       — Хороший вопрос, Джисон, — старший улыбнулся, подмигивая. — Я не участвовал в прошлом году, поэтому попросил у декана позволить мне принять участие в этом. Он согласился лишь потому, что в этот раз будет сильная конкуренция, в противном случае на моем месте стоял бы кто-нибудь другой.       Теперь все встало на свои места. Джисон сам не спрашивал о том, в какой команде выступал и выступал ли вообще Хван в прошлом году, поэтому сейчас он был удивлен не меньше, чем все присутствующие. Сейчас ему хотелось знать все подробности, почему старший не участвовал, но он решил приберечь этот разговор на потом.       — А где другой, как его там… — Чанбин задумался, вспоминая имя.       — Кстати, насчет него, — потирая переносицу, начал Банчан. — Все мы не сможем ставить хореографию, точнее, будем принимать участие в создании, но основной раскадровкой будет заниматься один человек. Мы познакомились с ним недавно, он показал отрывки своих хореографий, и могу сказать, что лучше него мы точно никого не найдем, настоящий професси…       Банчан снова замолкает, слыша повторный скрип. Дверь предательски медленно открывается, заставляя всех студентов выть от предвкушения, кто же этот нахваленный хореограф. Джисон прикрывает глаза и зевает. Как только фокусирует свой взгляд на вошедшем в зал студенте, ладони тут же сжимаются в кулак, но вместе с этим появляется желание провалиться сквозь землю. Почему? Ну почему это именно он? Это какая-то шутка что ли?       Минхо уверенно заходит и смотрит на стоящих столбом одногруппников, задерживает взгляд на поникшем Джисоне и спокойно подходит к Банчану.             — А вот и наш последний член команды — Ли Минхо!