Клондайк Технологий. Часть 10: Тупик
2 августа 2025 г., 23:00
Тёмный космос. Пустота. Вакуум. Вдруг посреди ничего открылся белый портал, из которого вышел огромный красный корабль. Он выглядел устрашающе и величественно — длина в пять километров, бортовые орудия неимоверного калибра, мощная броня. Пустота извергла из себя настоящего дикого зверя — рукотворного крайт-дракона бесконечного космоса. Но это был искалеченный зверь. Внешне он выглядел сильно побитым — броня была пробита в нескольких местах, выведено из строя несколько турелей. Но главная его рана кровоточила изнутри. Экстренный варп-переход посреди космического сражения полностью истощил монстра — из-за критической перегрузки реактор был изношен так сильно, что на открытие выхода из Имматериума едва хватило энергии. И, когда корабль вышел в реальный мир, портал захлопнулся, двигатели отказали окончательно. Теперь ощетинившееся орудиями бронированное чудовище просто беспомощно дрейфовало в открытом космосе.
***
Магос Винцент Шпунтек, понуро скорчившись на командном троне, тщательно изучал сложившуюся ситуацию. А ситуация выглядела совершенно безрадостной. Экстренный варп-переход нанёс «Благословенному молоту Омниссии» катастрофический ущерб, граничивший с полным уничтожением корабля. Вход в варп был осуществлён крайне небезопасным способом, что имело закономерные последствия — критическая перегрузка реактора, который мог буквально взорваться в любой момент, оставив крейсер навечно запертым в Имматериуме. Так что Механикусам следовало неистово благодарить Бога-Машину за то, что Дух реактора продержался достаточно, чтобы «Благословенный молот Омниссии» сумел довести варп-переход до конца. Отдельная благодарственная молитва Богу-Машине предназначалась за то, что Он удержал втянутые в Имматериум фрегаты Лжеимперии от отчаянных действий. Судя по всему, командующие теми кораблями офицеры так сильно растерялись, что не стали атаковать «Благословенный молот Омниссии», попытавшись вместо этого просто разобраться в непонятной обстановке. А далее их попросту унесло в неизвестность варп-течениями. Учитывая, что у Лжеимперии нет технологий создания варп-разломов, этим кораблям суждено будет остаться в Имматериуме на веки вечные — справедливое наказание для неверующих. Но и Механикусы уплатили за уход из западни высокую цену. Сразу после выхода из варпа двигатели окончательно отказали, а реактор пошёл вразнос — оставшихся мощностей хватало лишь на то, чтобы худо-бедно поддерживать систему жизнеобеспечения. Сам корабль находился посреди безжизненного космоса. То есть, Механикусы так и остались в западне — только теперь их окружал не враг, а сама Пустота. Впрочем, надежды терять не стоило — разумеется, надежда должна быть обоснована точным машинным расчётом. Магос Шпунтек отдал экипажу приказ заняться диагностикой систем корабля — возможно, всё не настолько плохо, и реактор с двигателями удастся восстановить. Также Шпунтек вызвал астропата и приказал ему провести сканирование окружающего космоса на наличие в зоне досягаемости обитаемых планет. На планете можно было присвоить себе те или иные критически важные припасы и ресурсы, а также узнать название планеты и звёздной системы, что было делом первостепенной важности — без этого условия невозможно было ориентироваться в незнакомой галактике, без этого условия невозможно было составить маршрут ни через варп, ни через гиперпространство (в котором после того инцидента со сгоревшим гипердрайвом Шпунтек глубоко разочаровался). Итак, основные указания были розданы, и оставалось, в общем-то, ждать. Спустя несколько часов поступили первые результаты. Хорошая новость заключалась в том, что «Благословенный молот Омниссии» вышел из варпа внутри звёздной системы, пускай и на самой её окраине. Более того — в этой системе была обитаемая планета, которая спустя несколько часов должна дойти до точки, на которой её расстояние до корабля Механикусов окажется таковым, что до неё возможно будет долететь на челноке (пускай и на предельное расстояние), после чего вернуться обратно на крейсер. Более того — в системе не было обнаружено заметного присутствия Лжеимперии. Военного присутствия практически никакого — максимум пара маленьких патрульных кораблей, предназначенных, судя по всему, для дежурства на орбите, против которых можно опробовать приёмы скрытного перемещения, выявленные при сканировании памяти тех двух взятых в плен контрабандисток. Возможно, была военная база на планете, но на поверхности однозначно было достаточно пространства, чтобы совершить скрытную посадку. При этом астропат не почувствовал беспокойства противника и его внимания к сектору, где находился «Благословенный молот Омниссии». Это вселяло надежду на то, что появление Механикусов в системе никто не заметил. А вот плохая новость заключалась в том, что «Благословенный молот Омниссии» был полностью обездвижен. Двигатели полностью вышли из строя — невозможно было не только совершать варп-переходы, но и просто перемещаться в реальном пространстве. Реактор был сильно повреждён, из-за чего можно было поддерживать в рабочем состоянии в основном систему жизнеобеспечения и критически важное оборудование. Но даже в такой отчаянной ситуации жаловаться было делом греховным — нужно неистово благодарить Бога-Машину (а также чистый и спокойный варп) за то, что при таком крайне опасном входе в Имматериум корабль вообще не разорвало на части. Что ж, оставалось действовать согласно обстановке. Ближайшая и первоочередная задача — диагностика систем корабля с целью установить, возможно ли восстановить нормальную работу реактора и двигателей. Далее идёт полёт к ближайшей обитаемой планете с целью установления местонахождения «Благословенного молота Омниссии» на карте неизвестной галактики. Согласно машинной обработке данных от астропата планета подойдёт на расстояние нормального полёта челнока через 4 суток, 9 часов, 11 минут и 51 секунду. В общем, времени было достаточно, чтобы составить план действий — а это был не такой уж и простой вопрос, как может показаться на первый взгляд. Очевидно, что единственный способ определить название планеты и выведать хоть какую-то дополнительную информацию — это отправить туда челнок с отрядом скитариев. Но вопрос заключался в формате планируемой экспедиции — это будет вооружённый налёт с целью захвата пленных или лучше отправить туда нечто вроде «дипломатического посольства»? У плана «посольства» было немало уязвимостей — Механикусы могут столкнуться с недоверием местных жителей (которые донесут на них врагу) или сами попасться на глаза Лжеимперии. Наконец, планета попросту могла быть населена нечестивыми мерзкими ксеносами, и тогда диалога заведомо не получится. Однако по результатам совершенного машинного анализа магосу Шпунтеку пришлось признать, что «боевой» план был всё-таки хуже. Налёт даже на небольшую деревню в глуши был сопряжён с большим риском — кто-то мог уцелеть и сбежать, а затем сообщить о произошедшем Лжеимперии. Изучение трофеев и артефактов Клондайка Технологий со всей отчётливостью продемонстрировало даже самым косным техножрецам, что в этой галактике развитие средств связи достигло невиданных высот, к тому же эти средства были доступны самым широким слоям населения — а значит, теоретически о прибытии механикусов мог сообщить кто угодно. Вдобавок Механикусы не знали местности — а вдруг «глухая деревня» окажется не деревней и не такой уж «глухой»? А если там расположился гарнизон Лжеимперии? Значит, оставался вариант с «посольством». Конечно, обстоятельства могли сложиться так, что «посольство» плавно перетечёт в вооружённый налёт, но всё же вычисления подталкивали к выводу, что лучше сначала попытаться поговорить, а стрелять потом, и лишь в крайнем случае. Но при этом ни в коем случае нельзя было отправлять в качестве «посольства» отряд скитариев. Вооружённые аугментированные бойцы вызовут у местных закономерные подозрения. Даже если этих скитариев разоружить, их всё равно выдаст их внешний облик. По тем же причинам рискованным делом было отправлять на встречу с местными техножрецов. Общение с населением Клондайка Технологий показало, что жители этой галактики не знакомы с таким уровнем киборгизации. К тому же существовала, хоть, возможно, и не особо высокая, но всё же вероятность, что на данной планете власти Лжеимперии разослали ориентировки на Механикусов. Для осуществления «посольства» нужен был кто-то неприметный. Кто-то, в ком местные не могли бы заметить ничего подозрительного… И тут Винцент Шпунтек вспомнил, что на борту «Благословенного молота Омниссии» находится человек, который мог бы подойти на эту роль. Вот только в его надёжности вечно скептичный Шпунтек крайне сомневался. Но… Неужели иного выбора нет? Неужели придётся довериться… ему?!***
Послушник Корал, хотя и работал со всем усердием, всё ещё не мог полностью преодолеть слабость своей плоти — лёгкая головная боль и временами накатывающая тошнота требовали затрачивать лишние усилия, чтобы поддерживать концентрацию. То были последствия межзвёздного перелёта, во время которого послушник чувствовал себя как тогда, в раннем детстве, когда он переел сладостей, а потом после этого долго мучился. Корал уже знал, что Адептус Механикус перемещаются не через гиперпространство, а через некий варп — и, похоже, это был некий побочный эффект от его воздействия. Догадки послушника подтвердил один из техножрецов низших рангов, который кратко обмолвился о том, что в той галактике, откуда прибыли Механикусы, межзвёздные перелёты приносят куда больший… дискомфорт. К сожалению, техножрецы были ребятами крайне неразговорчивыми — ни единого слова и клещами не вытянешь — но всё же тот удосужился намекнуть Коралу, сказав ему: «Тебе повезло, послушник, что твой первый переход был осуществлён в условиях чистого варпа. В отличие от нас у тебя есть возможность подготовиться к тому, что тебя ждёт, в безопасных условиях». Это было всё, что он сказал — и это оставило в душе послушника больше вопросов, чем ответов. Но слабину давать было нельзя. Надо работать — с полной самоотдачей, не отвлекаясь ни на что. Так, в частности, нужно было работать с… кхм… «так называемыми» истребителями и бомбардировщиками (Корал никак не мог привыкнуть к тому, что у Механикусов так называются звездолёты размером от неплохого такого лёгкого грузового корабля до почти что корвета). Корал ещё не до конца освоил работу с чужими технологиями — поэтому к выполнению ответственных задач техножрецы его не допускали — но он был плотно вовлечён в дело обслуживания установленных на эти корабли гиперприводов и дефлекторных щитов, поскольку худо-бедно был знаком с этими образцами, в то время как Механикусы осваивали работу с ними с нуля. Вдруг Корала внезапно отвлёк от работы невесть откуда явившийся техножрец: — Ты! Послушник! Его Преосвященство требует тебя на личную аудиенцию. Ступай за мной. Путь в покои магоса был крайне долгим — всё-таки пятикилометровый корабль внутри был подобен целому городу. Это вызывало закономерный вопрос — к чему такая честь? Что могло потребоваться магосу — лидеру целого огромного флота — от жалкого послушника? Это посеяло в душе Корала смутную тревогу. Что всё это означает? Чего ждать от магоса — мотивы которого до сих пор оставались для послушника нерешаемой загадкой? Означает ли это что-то… плохое? Нет… Надо отбросить эти мысли, порождённые слабостью плоти. Взять себя в руки — и терпеливо дождаться момента аудиенции. Всё станет ясно только тогда, когда конкретные люди или просто обстоятельства позволят всё тебе прояснить. И вот, спустя такое долгое время, Корал наконец вошёл в покои магоса Винцента Шпунтека. — Ваше Преосвященство! — доложил техножрец. — Послушник прибыл к Вам! — Хорошо, — сухо ответил магос. — Оставь нас наедине. Техножрец почтительно вышел за дверь, и теперь Корал остался с главой Механикусов один на один. — Ваше Преосвященство… — робко поклонился послушник. Магос же, будучи благодаря машинному усовершенствованию сверхутилитарным киборгом, не стал тратить время на вступление: — У меня для тебя задание, послушник. Суть задания заключалась в том, что Корал отправится на челноке на ближайшую обитаемую планету в качестве главы эдакого «посольства». Особых дипломатических умений от послушника теоретически не требовалось — достаточно было только узнать у местного населения название планеты, чтобы можно было определить местонахождение корабля на карте Галактики. Корал на мгновение поддался слабости плоти, испытав сильное удивление от такого уровня доверия к нему. Потеряв самообладание, он даже спросил магоса: — Но… Почему именно я? Ведь вы расшифровали наш язык и теперь можете говорить с любым жителем Галактики… — Да, мы можем с ними говорить, — ответил магос Шпунтек. — Но на этом корабле ты единственный, кто умеет с ними разговаривать. Корал робко кивнул, демонстрируя понимание того, что имел в виду магос. — Итак, — спросил Шпунтек. — Готов ли ты исполнить свой долг? Послушник и без всяких прямых намёков давно понял, что у него не было опции ответить «нет». Вернее, была, но это не означало ничего хорошего, мягко говоря. Он уже усвоил, что Механикусы следуют принципу — «ты расшибёшься в лепёшку, но выполнишь то, что мы требуем». «А если откажешься, то мы сами тебя расшибём в лепёшку». Так какой смысл пытаться соскочить с заранее проделанной для тебя колеи? — Да, Ваше Преосвященство, — без колебаний ответил Корал. — Я исполню свой долг. Ответ магоса был незамедлителен: — За дверью тебя ожидает отряд скитариев. Они проводят тебя к челноку и в дальнейшем будут следить за твоей безопасностью. Будешь действовать в одиночку, переодевшись в их одежду, чтобы не вызывать подозрений у местных. Хотя скитарии не будут сопровождать тебя непосредственно, ты не останешься один — твоя охрана будет скрываться в тени, недоступная для взора чужаков. Твоя же задача: выяснить название планеты, определить наше местонахождение. Когда выведаешь все сведения — вернёшься обратно. Ты понял свою задачу? — Да, Ваше Преосвященство. — Тогда ступай.***
Челнок вылетел из ангара ровно в тот момент времени, когда это нужно было сделать согласно совершенным машинным вычислениям — ни раньше, ни позже. Полёт начался сильно заблаговременно — перед планетой нужно было взять сильное упреждение для максимальной экономии энергии и топлива. Учитывая расстояние для планеты — даже несмотря на то, что упреждение позволило максимально спрямить траекторию и сократить дистанцию — путешествие посольства будет очень долгим. Так что оставалось только терпеливо ждать. Человек, не отринувший слабость своей плоти, начал бы трястись от волнения за судьбу экспедиции. Но магос Винцент Шпунтек, глубоко усвоивший истину, понимал, что на всё была воля Бога-Машины, а благосклонность Омниссии можно было укрепить правильными ритуалами и точными расчётами. Расчёты, разумеется, касались не только правильного составления маршрута экспедиции. Нужно было предусмотреть многие другие нюансы, касавшиеся состава «посольства» и поведения его участников. Техножрец, обслуживающий корабль, был подобран именно с учётом опыта сложных (в том числе и дальних) полётов. Отряд скитариев был набран из конкретных бойцов, специализирующихся на скрытных операциях — нашлось место и паре ржаволовчих. И, конечно, главный переговорщик в лице послушника… Это был фактор наибольшего риска. Чужак, который наверняка ещё не до конца отринул старую ментальность… Он мог как принести пользу в переговорах с местными… так и оказаться слабейшим звеном. Он мог сбежать или даже предать, что грозило Механикусам дополнительными проблемами… Потому скитарии были не только охранниками, но и надсмотрщиками. А если задумка с «посольством» полностью провалится — то и налётчиками. А пока можно было продолжать попытки отремонтировать «Благословенный молот Омниссии». К сожалению, никакого улучшения так и не удалось добиться. Реактор никак не получалось восстановить на полную мощность — любые попытки усилить интенсивность его работы грозили катастрофической аварией. Ремонт тоже никаких результатов не давал. А двигатели… После выхода из варпа они были полностью выведены из строя. Для их восстановления требовалось слишком много ресурсов… которых на борту «Благословенного молота Омниссии» не было. Корабль не мог не то что войти в варп или даже это пресловутое гиперпространство — он попросту не мог передвигаться в обычном порядке, беспомощно дрейфуя в пустоте. Шпунтек не терял надежды восстановить свой корабль, но в погоне за ней пришлось бы потратить слишком много времени, которого у Механикусов не было. Когда «посольство» вернётся с информацией — что останется из вариантов? Неужели… придётся прорываться к порталу на истребителях и бомбардировщиках? Даже если отбросить вопрос о работоспособности установленных на них гиперприводов, Шпунтеку всё равно не нравилась эта задумка. Даже если оснастить их всех дефлекторными щитами из иной галактики, даже если разработать отлаженную до мелочей тактику противодействия превосходящему противнику — удастся ли на малых кораблях прорваться через многочисленные глубокие эшелоны, выстроенные целым флотом, усиленным боевыми станциями? Это был неприемлемо рискованный план, граничивший с самоубийством. Но, если в дело не вступят какие-либо непредвиденные факторы, других опций, похоже, не оставалось.***
Два простых фермера — отец и взрослый сын — закидывали на погрузчик последние партии урожая. Работа была крайне долгая, тяжёлая и до тошноты утомительная — так что они не смогли толком определить странный шум, неожиданно прокатившийся по окрестным полям, лесам и долинам. — Гэй, батька! — подал голос сын. — Що це такое было? — Да ветер, кажись! — ответил отец. — Бають, що сей ночью ураган будет. Так що давай работай, щоб быстрей умотать отсёдова, пока не почалося! — Уж больно приблажный звук какой-то! — не унимался сын. — Небось звездолёт пролетел, да сел где-то окрест. — Да мало-ль какие звездолёты тут летають! — раздражённо буркнул отец. — Работай давай. И фермеры продолжили работу, методично грузя урожай, пока из окрестного леса не вышла одинокая фигура. Фермеры заметили незнакомца издалека, но от своей работы не стали отвлекаться, решив уделить ему внимание только в том случае, если тот сам пойдёт на контакт. И, как оказалось, этот человек (именно человек, а не экзот) решительно направился к ним с явным намерением поговорить. Это был человеческий юноша. Парень выглядел странноватым — вроде одет по-обычному, ничем особым не выделяется… Но почему он один? И пришёл из леса… Видать, младший фермер был прав — и этот звук издал некий звездолёт, севший где-то в неприметном месте неподалёку. Это уже заставляло насторожиться — так что работники отвлеклись от своего дела, а старший на всякий случай завёл свой спидер. Впрочем, к ним продолжала приближаться одинокая фигура. Больше никого — тем более никого с оружием — заметить не удалось. В результате любопытство начало вытеснять осторожность. И вот юноша подошёл к двум фермерам, после чего без всяких приветствий и вступлений спросил: — Извините пожалуйста… А вы не подскажете, что это за планета? Фермеры переглянулись. — А отчегой-то ты не знаешь? — старший недоверчиво ответил вопросом на вопрос. — Усё ж вроде в компуктере быть должно? — Я… мы с отцом… мы попали в аварию во время перехода, из-за которого мы выпали из гиперпространства в неизвестном месте… не по расчёту, в общем. Корабль на ходу, гипердрайв в рабочем состоянии, но в системах управления произошёл программный сбой, из-за чего накрылись расчёты по навигации. И нам нужно узнать, где мы находимся, чтобы рассчитать прыжок и восстановить работу системы. — А батька твой где? — спросил младший фермер. — Папа мой у звездолёта, — ответил незнакомец. — Корабль чинит. — Может, подсобить? — предложил старший. — Не надо! — резко отказал незнакомец таким тоном, словно испугался. — Это всё по мелочёвке, дело пяти минут! Мне только название планеты узнать, да и всё! — А отчегой-то вы в город не полетели? — подал голос младший. — Там же ж всё швидко выведать можливо! И космодром есть. — Ну… — замялся юноша. — Тут такое дело… В общем, у нас техосмотр просрочен. А дело подвернулось такое, что… ну, мы не могли дожидаться, пока новый оформят. Пришлось лететь так. Мы стараемся не светиться, так что в города и на космодромы нам путь заказан.***
Эти фермеры явно что-то подозревали, они не доверяли незнакомому человеку — Корал это нутром чувствовал. Но послушнику ничего не оставалось кроме как гнуть свою линию и пытаться вести себя естественно — хотя Корал считал свои способности к актёрской игре отвратительными. А намерения фермеров были непонятными. Как они отреагируют на странного типа? Станут ли помогать или нет? Может быть, всё равно помогут, даже если примут за контрабандистов, пиратов или повстанцев? Или задержат послушника и передадут имперцам? Обстановку дополнительно накаляло то, что у Корала была вооружённая охрана. Послушник прекрасно понимал, что скитарии и ржаволовчие укрылись где-то в неизвестном месте, держа фермеров на прицеле. И если хоть что-то пойдёт не так — то этих двоих попросту убьют безо всяких колебаний. А возможно, убьют и самого Корала — на всякий случай. Кстати, а не заметили ли скитариев эти фермеры? Корал на миг поддался слабости плоти и откровенно занервничал. Сделав паузу, чтобы не допустить предательской дрожи в руках, он собрался с силами и спросил: — Ну так что, мужики? Поможете? Нам-то надо всего ничего — только название планеты, да и всё!***
— Ну дык знамо, що це за планета! — ответил старший. — Дантуин енто! И система такеже называется. — Ой, спасибо, мужики! Выручили! — незнакомец чуть ли не закричал от радости. Юноша готов был развернуться и направиться обратно туда, откуда вышел, но старший фермер вдруг остановил его: — Эй, хлопчик, ты куды торопишься? — К кораблю, а что? — А чегой-то вы так в космос торопитеся? А отдохнуть не хочеться? Давай батьку своего зови — и айда к нам в хату! Баба моя драников нажарила, и много — на всех хватит! Незнакомец явно растерялся. — Спасибо, мужики, за приглашение, — его голос явно дрогнул, — но мы не можем. Честно! Дело срочной важности, нам торопиться надо! — А, ну понятно! — кивнул головой старший. — Тогда лады, не будем вас держать тута, коли такие дела деются. Ну, здравы будьте вы с батькой! — И вам всего хорошего! — ответил незнакомец. — Ещё раз спасибо, мужики! И юноша быстрым шагом направился обратно по тому же пути, которым сюда пришёл. Фермеры молча провожали того взглядом. — Слышь, батька… — вдруг подал голос младший. — Может нам того… емперцам донести? — С чего бы? — поднял бровь старший. — Ну… — замялся младший. — А вдруг це тати? Аль ушкуйники? Аль гайдамаки? — Ну и що с того? — А вдруг чегой-то недоброе замышляють? Надыть емперцам донести, значиться! — Да ну на хрен ентих емперцыв, растудыть их всех в три погибели через коромысло! — махнул рукой старший. — Одни беды от них — хуже ушкуйников! Як нашли недавно гуляй-город гайдамаков закинутый — дык всей округе житья не дали! Надыть им то, надыть им сё… Баишь им що ведаешь, а они кочевряжуться — мало им, видишь ли, набаял! И в каталажку — бо мало баишь, кажись, гайдамак тайный! Не гайдамак? Ну тады джыдай беглый, значиться! Вот мы тебя тута замордуем, а потом уж разберёмся! — Дык значиться… — непонимающе заморгал младший. — Неча в енто лезть, вот що! — сплюнул старший. — Ну тать, ну ушкуйник, ну гайдамак — коль на нас не рыпнулся, то и любо! А емперцы енти мало того, что рыпнутся, они в нас так вцепятся, що не отдерёшь. Ну и накой нам енто усё из-за такой мелочи? Так що давай урожай грузи! Доделываем дела, пока драники не остыли. И фермеры продолжили свою работу. Вкалывали они долго — с таким старанием и усердием, что не заметили, как челнок Адептус Механикус вылетел из леса и устремился ввысь, на орбиту, и далее в космос.***
Челнок с «посольством» успешно вернулся на борт «Благословенного молота Омниссии». Судя по «языку тела» спускающейся по трапу группы, миссия завершилась успешно. Магос Винцент Шпунтек в очередной раз убедился, что, судя по всему, задумка с «посольством» оказалась правильным решением. Дело касалось не только скрытности. Время тоже играло критически важную роль. Если было бы решено устраивать налёт с целью захвата пленных, то это могло не просто привлечь внимание Лжеимперии — возможные боестолкновения с её отрядами грозили связать «посольство» боем на слишком долгое время, за которое планета могла, двигаясь по своей орбите, «проскочить» оптимальную для возвращения на «Благословенный молот Омниссии» точку. И тогда пришлось бы ждать целый планетарный год, пока для челнока не появится возможность достигнуть материнского корабля. А так — всё прошло очень быстро, к тому же есть надежда, что «посольство» не привлекло лишнего внимания. Магос Шпунтек пригласил в свои покои двоих участников экспедиции — техножреца, руководившего экспедицией, и послушника, который вёл переговоры с аборигенами. Без всяких лишних предисловий послушник Корал Раймс напрямую сообщил магосу: — Дантуин. Эта планета называется Дантуин. Такое же название имеет и звёздная система. — Хорошо, — кивнул Шпунтек. — Ты свободен, послушник. Можешь идти. Послушник почтительно поклонился и развернулся, направившись к выходу. А Шпунтек переключил своё внимание на техножреца: — Что касается тебя, то у меня к тебе новое поручение. Мы вынуждены действовать по плану «Бета-Каппа-Пи-314», ты будешь участвовать в предусмотренной по нему операции. — Восстановить варп-двигатели не удалось? — спросил техножрец. — Нет, — ответил Шпунтек. — Реактор также продолжает оставаться в критическом состоянии. Иного выхода у нас не осталось. — Есть ли уверенность в надёжности работы установленных на истребители гиперприводов? — Увы, нет. Но… — Простите! — вдруг раздался голос послушника. Как оказалось, тот уже почти готов был выйти из зала, но, услышав краем уха разговоры о ненадёжности гипердрайва, решил рискнуть и вмешаться в разговор. — Ещё раз простите, Ваше Преосвященство! — продолжил послушник. — Я понимаю, что мне непозволительно вмешиваться в Ваш разговор, но я обязан сообщить Вам, что гиперприводы, установленные на истребителях, в полностью рабочем состоянии. Я проверял это лично как в ходе технического осмотра, так и в ходе прямого контакта с Духами этих Машин. Если же моего слова недостаточно — работоспособность гипердрайва на истребителях подтверждают и все техножрецы, которые участвовали в работе над этим проектом. — Но на крейсере гипердрайв не сработал, — заметил техножрец. — Возможно, установка гипердрайва на крейсер была слишком сложным процессом, и при внедрении новой технологии были допущены ошибки, — предположил Шпунтек. — Может быть и другой вариант, — снова подал голос послушник. — Уже давно ходят слухи, что Импе… Лжеимперия задействует в своих операциях корабли заграждения. Истинное их количество неизвестно, но, полагаю, их вполне достаточно, чтобы выделить как минимум один для осады Бра… Клондайка Технологий. Шпунтек мог бы яростно крикнуть: «Ты знал об этом, но ничего не сказал?!», но с помощью рациональной машинной логики не позволил слабости плоти взять над собой верх. Ниспосланные Омниссией алгоритмы подсказали магосу наиболее правильный вопрос из тех, которые можно было бы задать: — Тебе известно, по какому принципу работают использованные в них технологии? — К сожалению, только поверхностно и с чужих слов, — честно признался послушник. — Я ничем не могу помочь в освоении этой технологии и у меня не получится объяснить все нюансы её функционирования. Но в целом концепция проста — с помощью этой технологии создаются гравитационные колодцы, которые не позволяют кораблям входить в гиперпространство, а также вытягивают из гиперпространства корабли, совершающие переход. — То есть, если гравитационный колодец создан, то корабль не сможет совершить гиперпространственный прыжок? — уточнил Шпунтек. — Да, — подтвердил послушник. — Когда поставлены заграждающие поля, из зоны их действия не сможет выйти никто — ни свой, ни чужой. Гиперпространственный переход становится совершенно невозможен. Покинуть звёздную систему удастся только когда заграждающее поле отключено или если корабли заграждения уничтожены. Возможно, наш корабль не смог совершить прыжок как раз из-за того, что попал в искусственно созданный гравитационный колодец… — А возможно ли войти в гиперпространство, если корабль вышел из зоны действия полей? — продолжил расспрос Шпунтек. — Я… я не знаю, — признался послушник. — Я недостаточно знаком с технологией, чтобы быть в курсе всех нюансов. — Понятно, — кивнул головой магос. — В любом случае, в этом мире нам критически необходимы любые крупицы информации. — Ты всё это узнал лично? Или тебе кто-то рассказывал? — спросил техножрец. — Частично мне рассказали взрослые, — ответил послушник. — Но и лично поработать с ними мне тоже довелось. Как-то раз нам отправили на разборку небольшую партию таких кораблей. Правда, это были старые образцы, использовавшиеся где-то пятнадцать лет назад и недавно снятые с вооружения. К тому же это небольшие корабли размером примерно с фрегат. Машинный разум Винцента Шпунтека быстро напомнил, что крейсеры Лжеимперии (называющиеся здесь «звёздными разрушителями») по размерам примерно соответствуют фрегатам Империума Человечества — соответственно их фрегаты и вовсе были откровенной мелочью, которую можно было назвать разве что «канонерками». — Известно ли тебе что-либо о современных образцах заградительных кораблей? — спросил магос. — Нет, — честно сказал послушник. — Современную технику, особенно такого класса, к нам на разборку не отправляют. Что ж, даже такая скудная информация даёт богатую пищу для размышлений. Хоть этот послушник ещё слишком юн и знает очень мало — всё же это было хоть что-то. Конечно, ментальное сканирование пленных специалистов (которое на Клондайке Технологий, разумеется, проводилось по отношению к выявленным сторонникам Лжеимперии) давало гораздо больше, но, как оказалось, полезен был комплексный подход к проблеме. Высокопоставленные Механикусы с их машинным мозгом и огромным объёмом памяти на своих носителях не могли забыть или упустить ни крупицы информации — но при неудачно расставленных приоритетах можно было отложить на бесконечно долгий срок изучение по-настоящему важной вещи. Пускай послушник и знал мало, но его подсказки, стоило признать, помогли направить в нужное русло немало важных исследований. И при этом послушник всегда был готов помочь Механикусам без всяких колебания — несмотря на естественное недоверие техножрецов к чужаку, несмотря на все выпавшие на его долю испытания. Вот тут-то магос Шпунтек и начал понимать, что нашёл в нём Кланк. Хм… Если у юноши есть потенциал… то, быть может… Шпунтек попытался отогнать эту крамольную идею, но тут Бог-Машина ниспослал ему соображение: он уже давал послушнику ответственное поручение, и тот с ним справился. Он уже был задействован в операциях особой важности, так что… Тем более, что ему и так была отведена своя роль в операции по прорыву, он должен был находиться на одном из истребителей — так почему бы не пересадить его с корабля-смертника на…***
Из ангаров «Благословенного молота Омниссии» вылетело множество истребителей и бомбардировщиков. Среди них затесался корабль класса «Звёздный Ястреб». Он ничем не выделялся от остальных — даже особые усовершенствования (как, например, оснащение одновременно пустотными и дефлекторными щитами) никак не бросались в глаза стороннему наблюдателю. Именно на этом корабле расположилось «посольство», которое должно было запросить помощи у Империума Человечества. Главным на борту был сам магос Винцент Шпунтек, взявший с собой также своего личного логиса, помогавшего в расчётах и вычислениях. При нём также находился высокопоставленный астропат, необходимый для установления первого контакта с представителями Империума. Помимо прочего магос взял с собой Навигатора с «Благословенного молота Омниссии» — учитывая, какую важную роль они играли в межзвёздных перелётах, каждый такой мутант был на вес золота. Остальные — персонал, отвечавший за пилотирование и техническое обслуживание. При этом среди технического персонала находился человек, чей ранг был настолько низок, что никто не мог понять, почему он оказался здесь. Это послушник Корал Раймс, выполнявший функции специалиста по «иногалактическому» оборудованию. Однако магос взял послушника на борт корабля не только для этого. Если Механикусам удастся выжить и прорваться, Шпунтек планировал устроить послушника в семинарию. Если тому удастся там удержаться и пройти обучение, то это теоретически может оказаться полезным в будущем — и в деле внедрения новых технологий (богоугодными методами, разумеется), и в деле покорения иной галактики. Но это, конечно, смутные планы на туманное будущее. Сейчас же магос Шпунтек рассчитывал координаты для осуществления серии гиперпространственных прыжков. Учитывать требовалось неисчислимое множество переменных — положение звёзд, планет и других космических объектов, их движение согласно самой свежей и актуальной информации из звёздных карт, маршрут и количество прыжков, продолжительность нахождения в гиперпространстве во время каждого прыжка, количество топлива (что ограничивало варианты в выборе маршрута) и многое, многое, многое другое. Несмотря на все сложности, хватало и ниспосланных Богом-Машиной удачных стечений обстоятельств — как оказалось, в материалах по недоступным Лжеимперии тайным гиперпространственным маршрутам, которые были вытянуты из голов двух пленных контрабандисток, планета Дантуин занимала важное место как одна из узловых точек в логистике, что упрощало составление маршрута. И вот маршрут был составлен. Вычисления и расчёты произведены. Молитвы Богу-Машине были прочитаны, и все ритуалы выполнены в правильной последовательности. Настал момент истины. — В этой системе гравитационных колодцев и заградительных кораблей быть не должно, — тихо пробормотал Шпунтек. — Посмотрим, насколько верны твои суждения, послушник. Магос отдал приказ запустить процесс, который был без малейшей задержки выполнен. И вот начался гиперпространственный переход. Видневшиеся из кабины звёзды резко приблизились к кораблю, превратившись в белые линии. И тут корабль резко рванул вперёд. Белые линии плавно превратились в нечто вроде белого тоннеля, стенки которого напоминали то ли вихрь, то ли водоворот. — Мы вошли в гиперпространство, — услышал Шпунтек робкий шёпот послушника. — Успешно вошли… Вместе с главным кораблём в гиперпространство устремились остальные «Фурии» и «Звёздные Ястребы». Один за другим они резко ускорялись до невообразимых скоростей, словно болтерные снаряды улетая за звёздный горизонт.
