Семейное дело

      Несмотря на то, что предположение Александра Васильевича казалось Зое ошибочным, молодая женщина решила спросить об этом Асю, как только начнется новая учебная неделя.       — Агнесса, — произнесла молодая женщина. — А что, когда женщина беременна, у нее пятна на лице лезут?       — У некоторых бывает, — ответила Ася. — А к чему вопрос? Помнится, несколько лет назад на Кавказе у вас тоже пятна полезли, хотя никакой беременности не было.       — Посреди зимы как-то странно, — сказала Зоя и показала пальцем на лоб. — Александр Васильевич увидел.       — Далеко не гарантия беременности, — произнесла Ася. — А с учетом того, что вы уже не раз становились матерью и подобного не замечали, могу предположить, что дело в чем-то другом. На Кавказе они же, судя по всему, от солнца полезли?       — Скорее всего, — ответила Зоя.       — Еще раз повторю, Зоя Михайловна, женщина сообщает мужчине о беременности, а не наоборот, — сказала Ася. — И если в четырнадцать или пятнадцать лет это понятно и объяснимо — все-таки, Владимир был старше вас и, возможно, опытнее, то в вашем возрасте уже можно запомнить, что беременность определяют иначе.       — Не получается, — произнесла Зоя.       — У вас, ma chère amie, есть счастливая особенность — вас не тошнит, голова не кружится, в обмороки не падаете, — продолжила Ася. — Что же, в замужестве можно на тему положения и не переживать. Узнаете через полгода, когда корсет не сойдется — значит, узнаете через полгода.       — Я скоро поеду в Цюрих, — ответила Зоя. — Потому что пришло письмо. В общем, или сейчас, или весной. Решила сейчас, чтобы не тянуть. Нет смысла откладывать то, что все равно должно случиться. Не думаю, что я за эти лишние пару месяцев смогу что-то дополнительно выучить. Александр Васильевич уже пообещал заняться вопросами билетов. Едем вместе, первым классом. Можно было бы и вторым, но тогда в купе еще два человека будет. А еще в первом классе умывальник есть — тоже вещь приятная.       — В вагон-ресторан пойдете или будете на станциях питаться? — спросила Ася.       — Мне на станциях нравится больше — там как-то приятнее, что ли, — произнесла Зоя. — Зато в вагоне-ресторане можно вообще не торопиться. А можно и вовсе обед в купе заказать.       Неожиданно открылась дверь и на пороге появился возмущенный учитель, чуть поодаль стояла Глаша.       — Вот так заговори о еде и Глашу принесет, — не выдержала Ася: из разговоров с Машунькой молодая женщина хорошо помнила, что еда — это одна из главных вожделений дочери.       — Что произошло? — спросила Зоя учителя.       Глаша уже привычно опаздывала на уроки. Однако на этот раз девушка пришла в класс буквально за пять минут до его окончания.       — Мадемуазель, я не разрешал вам входить, — произнес учитель. — Встаньте у порога и слушайте остаток урока оттуда.       — Я не проспала, не ерундой занималась, а честно трудилась и спасала человеческие жизни, — ответила Глаша.       Девушка скромно умолчала, что на самом деле она, будучи донельзя недовольной больничной кашей, решила зайти домой и уже нормально позавтракать там.       — Глашенька, ты же на уроки опоздаешь, — удивилась Машунька.       — Ничего не поделать, — ответила Глаша. — Кто виноват в том, что сегодня в больнице были помои для поросят, а не еда?       Немного посидев после завтрака за чашкой чая и отказавшись от мыслей о пропуске учебного дня, Глаша попрощалась с матерью и пошла на учебу.       Однако учителя это объяснение не удовлетворило:       — Зарабатывать деньги до окончания учебы — это ваш выбор, меня он не должен волновать. Опоздали на почти что весь урок — стойте до перемены в коридоре. Иначе я буду вынужден известить о вашем поведении классную даму.       Многие из одноклассниц Глаши, сперва обрадовавшись тому, что вместо урока будут слушать что-то более интересное, перестали радоваться — скорее всего, Глаша не сумеет остановиться и ей непременно попадет.       Спор разгорался и, услышав звонок с урока, учитель сперва дал классу домашнее задание, а потом повел Глашу к классной даме.       — Агнесса Викторовна у начальницы, — сказала Лизавета, увидев учителя неподалеку от кабинета Аси.       Учитель поменял направление движение и отправился уже к Зое, где вскоре возмущенно пересказывал вообще все грехи Глаши за последние полгода:       — Зоя Михайловна, это же постоянные перепирательства! Постоянные оговорки, вечное непослушание! Три недели назад мадемуазель опаздывает и тоже начинает свою шарманку, что она, в отличие от «этих бездельниц» человеческие жизни спасает. Так пожалуйста, кто против? Иди и спасай человеческие жизни дальше! Кто заставляет гимназию оканчивать? Нет, она, значит, отвечает, что без гимназии ее никто в университете не ждет, а начальство ей настойчиво советует именно университет. Да она весь класс разлагает!       — Аглая, встаньте к стене в коридоре и стойте, пока я не приглашу вас в кабинет, — сказала Зоя и вместе с учителем пошла в класс.       Ученицы, не ожидавшие увидеть Зою, немало удивились.       — Mademoiselles, смею вам напомнить, что и ученицы выпускного класса должны соблюдать все правила поведения, — сказала Зоя, вспомнив, что учитель пожаловался не только на Глашу. — И каждая виновная, которая будет эти правила нарушать, будет примерно наказана. А если кто-то вообще поставит себя выше правил и совершенно не исправится, будет отчислен и из выпускного класса тоже.       Вскоре Зоя вернулась обратно и сказала Глаше, чтобы та заходила.       Глаша немало испугалась. Получать по рукам линейкой в седьмом классе, будучи фельдшерицей, казалось чем-то донельзя жутким.       — Мадемуазель Гусельникова, — произнесла Зоя. — За следующее нарушение, я не сомневаюсь, вы будете непременно наказаны. Сейчас же я предлагаю загладить свою вину иначе. Ответьте на такой вопрос: в чем причина появления небольших темных пятен на лице женщины?       «Это тебе к врачу надо, а не ко мне», — усмехнулась Глаша и ответила: — Точно на этот вопрос сможет ответить только врач. А вообще причин может быть множество. К примеру, сейчас зима, не хватает овощей, фруктов. Или, может быть, вы слишком много времени были на солнце. Может быть, у вас там были какие-то ранки, ссадинки, другие повреждения кожи. Ну и беременность исключать тоже нельзя. В любом случае, многим хорошо помогает пудра, если они вас раздражают.       — Хорошо, мадемуазель, благодарю вас за ответ, — сказала Зоя. — Можете идти.       Ася посмотрела вслед уходящей Глаше и не выдержала:       — Могла бы хотя бы на полчаса после уроков оставить. Чтобы помнила, что до сих пор гимназию посещает.       — Геллер будет начальницей — и не раз оставит, и руку, возможно, поднимет, — ответила Зоя. — Пусть порадуется хоть напоследок.       — Геллер будет начальницей — она и мне непременно выскажет за Глашу, — уточнила Ася.       Зоя ничего не ответила.       — Забавно получается, — вдруг продолжила Ася. — Что одна, что вторая уже больше не Геллер. Геллер теперь Сашенька, Сонечка и Володя.       — Что поделать, это жизнь, — ответила Зоя.       Известие о том, что она уже вот-вот станет временной начальницей гимназии, Эльвира Марковна восприняла спокойно.       — Значит, не просто до Рождества вернешься, а гораздо раньше? — спросила женщина.       — За недельку, думаю, до праздника успею, — ответила Зоя. — Решила ехать сейчас, а не весной.       Чувствуя, что ей что-то не договаривают, Эльвира Марковна уточнила:       — Потому что на весну что-то запланировано?       Зоя задумалась и решила сказать полностью правду:       — Потому что, матушка, Александр Васильевич предположил, что я беременна. Видите, на лбу полезли. А если я буду беременна, то поездку придется отложить.       Эльвира Марковна внимательно посмотрела на Зою и ответила:       — Такие, Зоя, и от солнца иногда лезут. Поэтому все может быть: и беременность, и просто так получилось. Сейчас-то дни солнечные, все могло быть.       — Я, матушка, не против еще одного ребенка, просто как-то слишком рано, что ли, — произнесла Зоя. — Если бы все это только казалось, я бы, как это странно ни звучало, только порадовалась бы.       — Я тебе объясняла, Зоя, что и в замужестве, если есть желание, можно использовать некоторые методы, — сказала Эльвира Марковна. — Годик — два после рождения ребенка — это вполне естественно.       Зоя кивнула.       — Когда уезжаешь? — спросила женщина.       — Через два дня, — ответила Зоя. — Но мне же еще собраться надо. Поэтому если вы уже завтра сможете прийти в гимназию, я буду только рада.       — Хорошо, Зоя, приду, — согласилась Эльвира Марковна.