Фото на память - 2

Спустя месяц я в очередной раз посетил кардиолога для осмотра, где в очередной раз, к счастью, узнал, что у меня все в порядке. Курс таблеток для сердца тоже уже закончился, так что теперь можно было начинать возвращать в жизнь спорт и перестать чувствовать себя хрустальным. Хотя Серый, кажется, уже привык меня таковым считать. Пока я был у врача, он ждал меня в машине у больницы, а после мы сразу поехали по магазинам. У Серого начался отпуск, так что еды дома понадобится побольше на это время. Я сначала хотел в его отпуск полететь куда-нибудь вдвоём, по России, но мне не удалось убедить Серого, что я уже достаточно поправился для этого. Но на новогодние праздники мы всё-таки договорились о Карелии. После той неприятной ситуации мы с ним больше не ругались, да и он будто стал ко мне внимательнее, хотя казалось бы куда ещё. Похоже, чувство вины его не отпускает. Но надеюсь, рано или поздно он поверит в то, что я не сержусь. На него. Но его офис ещё больше ненавижу. И тут он выдаёт: — Мне тут президент Пасхи шепнул, что перед новогодними праздниками будет корпоратив у нас… и можно будет пригласить гражданских в офис. — Здорово, — слегка поглаживаю его руку, пока обе наши лежат на подлокотнике между нами. — Ты пойдёшь со мной? — В этот гадюшник? — смотрю на него. — Я не планирую выпускать тебя из своего поля зрения. Да и тебе там не с кем общаться будет, кроме ребят из моего отдела, а они хорошие люди. — Хорошие люди или просто знают, что ты им в случае чего премию урежешь? — чуть улыбаюсь. Серый задумчиво хмыкнул, глядя на дорогу, подумал секунду и кивнул: — Скорей второе, но первое тоже, — улыбнулся, мельком глянув на меня. — Я подумаю, — тихо смеюсь и тоже смотрю на дорогу. Нет особого желания с ними пересекаться, если честно. Такие шутки, как были в последний раз, для меня чересчур. Вообще-то не верится, что год уже вот-вот и закончится. Он начался словно всего пару месяцев назад. Даже забавно вспоминать, как я нервничал из-за операции, как боялся не выжить. Оказалось все не так страшно. Самым страшным и неприятным было поругаться с Серым. Он мне не только парень, но и очень хороший друг. Я обо всем могу ему рассказать и обо всем готов слушать его. Но я все чаще стал задумываться о том, что нам с ним, наверно, не быть вместе дальше. Это началось с тех пор, как я приревновал его к его помощнице. Ведь правда. Я не могу родить, а если он захочет детей? Мы даже пожениться не можем, это все кажется каким-то неестественным, нарушением всяких норм, несерьёзным. Как дети в саду играют в семью, так и мы будто бы в шутку в таких отношениях. Но вот чем-чем, а этими мыслями я с Серым не делюсь. Мне кажется, эти мысли могут его расстроить. Меня вот расстраивают. В магазине была целая тьма народа, несмотря на то, что всего лишь 11 утра. Снова пришлось делать вид, что мы только друзья. И это снова меня немного расстроило, даже апатия какая-то накатила. Но я старательно улыбался, чтобы Серого не расстраивать также. Тот выбирал картошку со смешными отростками и морковку причудливой формы. Искал среди макарон какие-нибудь в виде узоров, либо детские. А я наблюдал за ним и понимал, что… ну и пусть это все неестественно. Пусть это все, вероятно, ненадолго. Но сейчас мне хорошо. Здесь, с ним. И когда придёт время расстаться, надеюсь, мы обойдёмся без ссор и взаимных обвинений. Я бы хотел оставить его хотя бы своим другом. Все же, когда мысли о расставании посетили мою глупую голову, Серый быстрее меня заметил, что у меня глаза на мокром месте. Естественно он запаниковал, попытался узнать в чем дело. Я сослался на усталость и плохое настроение. Серый кивнул и особо не лез больше, к тому же я тут же успокоился. В этот раз он даже позволил мне взять один из трёх пакетов, чтобы помочь ему донести их до машины на подземной парковке. Когда мы загрузили покупки в багажник, я его закрыл и пошёл к своему месту, но Серый взял меня под локоть, остановив между багажником и стеной парковки. — В чем дело? — голос у меня и правда был уставший. — Я тут тебе купил кое-что, — он чуть улыбнулся и порылся в кармане куртки. Достал из него шоколадное яйцо и протянул мне. Все бы ничего, я даже люблю этот шоколад, но яйцо было в обычной фольге, а не заводской, с картинками. — Купил?.. — Ага. Захотелось поднять настроение, что-то ты совсем носик повесил, — чуть улыбнулся Серый. — Ну… хорошо, спасибо, милый… Теперь на автомате вылетает не «кис», а вот это. Стыдно как-то, но Серый вон аж светится. — Открывай. — Прям… сейчас? — Да. Интересно че за игрушка. По его мелким суетливым движениям я начал подозревать, что он волнуется. И его волнение тут же подхватил я. Так, ладно. Обычная игрушка. Почему только в фольге… Но фольга это не одно отличие было. Вторым отличием стало очевидное повторное склеивание шоколада путём его нагрева, ибо края были неровные и с подтеками заставшего шоколада. — Ты уверен, что он в сроке годности? А то по-моему ему уже плохо… — все же осторожно разламываю шоколад. — Уверен, уверен, — тихо бормочет Серый, опускает взгляд на свои кроссовки и опускается на одно колено, завязывая шнурок. Когда шоколад поддаётся, у меня в ладони оказывается серебряное кольцо. Перевожу взгляд с него на Серого, а он давно уже увлечён не шнурками, а моей реакцией. — Это что? — тупой вопрос, Дим. — Выйдешь за меня? — усмехается Серый. — Как только возможность появится, так и документально оформим всё. — А дети? — вылетает прежде, чем я осознаю. — А ты что, беременный? — тихо смеётся Серый и я невольно улыбаюсь, хотя руки у самого от нервов трясутся. — Нет, я это и имею ввиду. Их не будет. — Ну и ладно, — пожимает плечами. — Заведём собаку. Кота. Хоть хомячка. — А если ты их однажды захочешь? Со мной не выйдет. — Почему? Детдома опустели? Суррогатное материнство запретили? Пару раз как рыба ловлю ртом воздух, пытаясь подобрать слова, но ничего в голову больше не приходит. Он зовёт меня замуж, охренеть… — Так и? — Серый не спешит подниматься с колена. — Да… конечно, — осторожно достаю кольцо из кусочков шоколада. — Ну слава богу, уже неделю нервничаю хожу, — поднялся с колена и приобнял меня одной рукой, другой взяв от меня мое кольцо. — Неделю?.. — Думал-то я об этом давно уже, — наблюдает, как надевает кольцо мне на палец, — а решился вот только сейчас. Неделю думал как интереснее предложить. — Мм… ну… это не банально, вроде, — чуть улыбаюсь, глядя на кольцо. — Так говоришь, как будто до этого такие предложения получал тоннами, — мягко целует в висок и после в щеку. — Сереж, — тихо шепчу, подняв взгляд на него и рукой слегка надавив на грудь. — На парковке стоим. — Ну и ладно, пусть предъявят, — потерся своим носом о мой. — Ну Сереж… — блин, эта картина ещё и заводит моментально. Но вместо ответа мягко целует, крепко прижав меня к себе. Такое откровенно смущает, но из-за трепета в груди от этого противного мужика невольно отвечаю на его поцелуй. И отстраняюсь только когда чувствую его ладонь у себя на заднице. — Тшш, тише, перебор, — слегка отстраняюсь, глядя на него смущенно снизу вверх. — Тогда домой, маленький? — улыбается, а взгляд влюблённый. — Знаешь, вспоминая, что у нас секса нет почти два месяца, твоё предложение звучит как угроза. Серый тихо смеётся и наклоняется ближе к моему уху. После чего тихо шепчет: — Это она и есть.