Фото на память - 2

На следующее утро уехал Серый также в тишине, пока я спал уже по правде. Поэтому к обеду всё необходимое я скидал в небольшую спортивную сумку, матери сообщил о своём приезде и на такси до них доехал. Аура у них в квартире настолько гнетущая, что чувствуется даже на первом этаже. С трудом поднимаюсь на пятый пешком, ибо нет лифта, и меня дружелюбно никто не встречает на входе. Будто очередное напоминание о том, что всем плевать. Забираюсь в свою комнату, пока мать что-то кашеварит на кухне, а отчим, похоже, спит. Ложусь на кровать под плед и достаю телефон. Стоит ли написать Серому, что меня не будет? Вдруг потеряет и будет волноваться… хотя о чем это я. Выключаю телефон вовсе, убираю под подушку и кутаюсь под плед сильнее. Усталость от движений и моральных терзаний очень быстро заставляет меня провалиться в сон. А будит меня мать. Она слегка трясёт меня за плечо, стоя рядом со своим телефоном. — Дим, ну просыпайся, — тихо ворчит она. — Зачем… — Мне Сергей твой звонит, говорит у тебя с телефоном что-то, он не может дозвониться. Вы поругались что ли? Вздыхаю, но молча беру у неё ее телефон. Жду, пока матушка выйдет и закроет дверь, и только после этого отвечаю: — Что? — «Что»? Тебя где носит? Ты почему не дома? — голос уставший… опять на работе этой нервничал, наверно… — Я дома, — сажусь на край кровати, кутаясь в плед. — Прекращай, что происходит? — Ты не говорил со своими друзьями? — Какими? — Ну… — снова становится стыдно, но молчать не буду. — С теми, которым ты рассказывал какие и где у меня родинки есть на теле… — Какие родинки…? — Ну например та, что в «интересном» месте, — усмехаюсь, пытаясь скрыть смущение. — Кому я по-твоему рассказывал подобное? Я совсем идиот? Это личные вещи между мной и тобой, Дим. — Я тоже так считаю, поэтому и не понимаю, зачем ты такое рассказываешь кому-то… — Я сейчас приеду. — Не надо. — Нет, мы поговорим. — Я не хочу тебя видеть сейчас, — скорей не хочу перед ним слёзы лить, как девка. — Значит с закрытыми глазами будешь сидеть, жди. Паразит скинул, не дав ничего ответить. Противный… но, может, он сейчас объяснит в чем дело? Может… все не так плохо будет?.. Вернув матери телефон, я попросил налить мне чая, так как у неё чайник не электрический, а со свистком, и для меня он с водой будет тяжёлым. Но мать так не посчитала и сказала мне сделать это самому. А я не настолько хочу чая. Предупредив, что должен заехать Серый, я снова закрылся в комнате. Лениво листал ленту в соцсети, как вдруг в рекомендациях друзей мне всплыл профиль этой самой «помощницы», мол у вас есть общий друг. Им, конечно, оказался Сергей. Появилось желание пожаловаться на ее страницу, чтоб заблочили, но здравый ум не дал этого сделать, так что я просто отвлёкся на новости дальше. Мама встретила Серого где-то через полчаса, они с отчимом решили выйти в магазин. И слава богу. Я же как был в постели, так и остался. Тело казалось слишком тяжёлым, двигаться не хотелось вообще. Серый зашёл в мою спальню, тихо постучавшись, и неспешно прошёл к кровати. Сел на ее край и мягко забрал от меня телефон, привлекая к себе все мое внимание. Выглядел он уставшим, но вроде уже не был раздражён. — Пожалуй, мне стоит объясниться, — он слегка наклонился ко мне, так как говорил тихо. — Попробуй, — слегка пожимаю плечами, мельком замечаю его разбитые костяшки на обеих руках, но упорно отвожу взгляд от них. — Ещё когда мы были у твоего брата, я тебя сильно приревновал. — …к брату? — Нет, — вздыхает, — к твоему кардиохирургу. В моей голове стояла звенящая тишина, так что Серому пришлось продолжать самостоятельно. — Когда ты спал утром, тебе пришло сообщение от него. Он приглашал встретиться вне больницы, сходить в кафе. — Нет, — усмехаюсь, — я ничего такого не получал. — Получал, просто я удалил эти сообщения, — Серый неловко отвёл взгляд, — а потом со своего телефона написал ему, что тебе есть с кем ходить по кафе. На что он мне ответил, что ты вроде как сам ему в операционной намекал на что-то даже большее, чем поход в кафе. — Я? — Ага. Ну вот я и поехал с ним на встречу. А чтобы было алиби, взял с собой некоторые твои документы, якобы за ними ездил, — усмехнулся. В голове в очередной раз пронеслась вся операция, которую я все ещё ярко помнил. Ничего подобного там и близко не было. — Не знаю, я не помню ничего такого, — чуть хмурюсь, прогоняя воспоминания в голове ещё раз. — А что-то о том, что вот бы он был у тебя первым? — Серый слегка наклоняет голову набок, но смотрит на меня без осуждения и возмущения, а с обычным любопытством. — О… — тут-то вспомнилось «вы у меня первый, вы у меня тоже». О чем я поведал Сергею. — И всё? — Я хоть и был под каким-то кайфом от лекарств, но всю операцию я помню, и то, о чем говоришь ты, это вот эта моя попытка разрядить обстановку. Но это не было предложением… фу, я же не такой, чтоб тебе с хирургом изменять. Ещё и прям на операционном столе заигрывать с мужиком, там ведь другие люди были тоже. Серый усмехнулся и слегка покачал головой, отводя взгляд. — Ну вот. Моя ревность и жгучая злость довели нас до ссор и твоего переезда к родителям. — Хм… А что там с родинками?.. Серый вздохнул, мельком глянул на разбитые костяшки на своих руках, упёрся локтями в колени и пальцами устало потёр глаза. — Я разобрался. Эти парни… неудачно пошутили. — Пошутили…? — Само собой, малыш, — Серый слегка нависает надо мной, одной рукой упираясь в кровать позади меня. — Они просто обожают людям кровь портить, особенно гражданским. — Но откуда они тогда знают про родинку…? — Не знаю. Угадали, может. Выясню, самому интересно стало. — Не дерись только с ними… Взял меня за одну руку и мягко поцеловал мои костяшки, глядя с нежностью в глаза. — Не буду. Наверно, — улыбнулся. — Не стоит об дерьмо руки марать, — усмехаюсь и Серый тихо смеётся. — Точно. — То есть ты просто приревновал…? Поэтому ворчал все это время? — Да, прости… я был в напряге из-за того, что твой брат мог бы что-то такое выкинуть, из-за чего меня от ревности порвёт. А в итоге прилетело откуда не ждал. Меня это выбило из колеи так, что даже объясняться и разбираться не хотелось. Прости, я… — задумался и отвёл взгляд. — Да не важно… обидно, конечно, немного, что ты мне так не доверяешь… — дую обиженно губы. — Дело не в недоверии, а в том, что я собственник. И с каждым годом я все больше раздражаюсь, когда тебя кто-то трогает или даже просто смотрит в твою сторону. — Но Сереж, у меня же работа фотографом, клиенты и все такое… — Это работа. К тебе же там не лезут всякие и не зовут встретиться вне фотосессии. Или я чего-то не знаю? — щурится, но улыбается уголками губ. — Не, не было такого. Даже как-то обидно, совсем некрасивый, наверно… — наигранно слегка вздыхаю и прикрываю глаза, ибо заболела голова. — Неправда. Самый красивый. Прости меня ещё раз, я искренне. Тебе тяжело было после операции, а я тебя одного дома оставил. — Отработаешь… — слегка глажу его пальцы своим большим и он снова целует мои костяшки. — Обязательно, — какая-то слишком хитрая улыбка у него. — Но не тут. — Не тут. Поедем домой? — Угу… Серый мягко целует меня в висок и поднимается, чтобы собрать мои толком не разобранные вещи. Фух…