Северная роза расцвела на юге

Первое, что понял Миша проходя по коридорам дворца — они слишком длинные и протяжные. А особенно было тяжело идти, когда рядом с тобой твоя любовь идет и все в нем кричало о нетерпении и возбуждении. Начиная с запаха, заканчивая прерывистыми поцелуями в губы на поворотах коридоров. Саша с каждым разом все ближе к телу своего мужа прижимался, и все сильнее дрожащими ладонями вцеплялся в края сюртука. Миша себя еле сдерживал. Он не хотел это делать у всех на виду и поэтому только и мог, что Сашину ткань сжимать на талии, точно также смакуя вкус его нежных губ. Они у него дрожали робо, а глаза жмурились до темноты. Он так всегда делал, когда сам целовал Мишу. Отдавался всецело ему и ждал его дальнейших действий. А Миша делал. Чуть ближе к чужому телу подходил и пальцами придерживал подбородок Романова. Саша рот немного приоткрывал, а Миша глубже поцелуем приникал. Языком по чужому небу проводил, а потом отрывался сразу же. Нельзя тут продолжать. Миша соображает хоть, а Саша — нет. Взгляд до ужаса шальной и у него зрачки поволокой заволокло. Михаил терял свое самообладание от такого взгляда. Ощущал как все поджилки тела напрягаются, а внизу жар собирается. Нельзя медлить, надо торопиться. — Саш… — Хрипло шепчет и за чужую руку берется. У Саши она ледяная, а лицо у него румянцем горит. Романов пару секунд пялится в лицо Михаила, что также лихорадочной краснотой покрыто, а после всхлип раздается. Саша терпеть не может. Ему жарко, а все штаны липкие становятся. Он от дискомфорта глаза жмурит, а после понимает, что они бегут. Если раньше они шли торопливым шагом, то теперь они с места сорвались. Никто из них терпеть не может. Миша чужую ладонь крепко сжимает и дышит загнанно. Ему бы успеть до покоев добежать и не сделать ничего поспешного. Саша сзади бежал и от него тоже спертое дыхание слышалось, смешанное с тихими выдохами полного возбуждения. Миша ощущает, как весь мир из-под ног уходит и остается одна лишь пустота. Штаны ужасно давят на возбужденный орган, но он стойко держится. Нельзя. Будет держать себя на привязи до того момента, пока в покоях не окажутся. Очередной поворот и Мишу неожиданно к себе разворачивают и впиваются ногтями в плечи сюртука. Саша голову склонил и челка опала на его румяное лицо. Миша смотрит на это пару секунд, а после — теряет себя. У Саши ноги подгибаются, но он старается держать себя. Очень плохо выходит если по правде, ведь он еще на прошлом повороте ощутил, как все пропиталось его природной смазкой. Идти трудно и ему отдышатся надо. Буквально пару секунд…буквально… Саша не успевает понять, когда его в один момент на руки подхватывают и пальцами впиваются в ткань на бедрах. Саша шеей ощущает как в нее дышат раскочегаренным дыханием, а из горла мужа рык вырывается. Романов дрожащими пальцами зарывается в волосы на макушке и оттягивает их легонько, но довольно ощутимо. У Миши глаза заволокло, а от такого взгляда у Александра тихий стон рвется. Он еще никогда не видел Мишу таким. Таким желающим и возбужденным. Саша свои ноги на пояснице Миши скрепляет неуверенно и одной из рук придерживается за плечо Миши. Он теряется в своих ощущениях. — Давай…давай быстрее. Я не могу уже терпеть, Миш… — Сипит на конце и пытается в глаза Миши заглянуть, но он уже куда-то в шею уткнулся и дышит судорожно. Саша ощущает, как Миша его бедра сжимает и в венку на шее тычется. Ничего более, просто дышит, но от этого Саша по ощущениям улетает куда-то далеко и надолго. Романов еще раз волосы на затылке тянет и все же лицо Миши отрывает. Михаил весь красный и дышит до ужаса сперто, но Сашу очень крепко держит на своих руках несмотря на очевидный ощутимый вес. Только через несколько секунд видит как у Миши глаза наполнились хоть какой-то толикой адекватности. Самую малость, но им хватит с лихвой. Миша не ждет и в одно мгновение срывается. Сашу все также на руках держит и глазами пытается найти нужную дверь, что находится прямо в том крыле в котором они сейчас находятся. Миша ощущает, как Саша в его шею жмется и любимый аромат меда вдыхает. Носом в кожу утыкается и сипит тихонько. У Миши все тело горит, но он покорно голову немного откидывает, предоставляя Саше больше места. Ему это намного нужнее, хотя и Миша понимает, что с каждым новым шагом идти становится все труднее. Тому виной до ужаса податливый Александр и естество упертое ему в грубую ткань штанов. Каждый новый шаг приносит все больший взрыв возбуждения, что идет от кончиков пальцев до самой макушки. Новый шаг и Миша рукой хватается за ручку какой-то двери. Он поплывшим взглядом на нее смотрит и пытается определить та ли это дверь или нет, но по ощущениям падает в пропасть, когда чувствует чужой мокрый язык у себя на шее. Черт с ним, Миша сейчас не выдержит. Дверь скрипит под сильным натиском руки и открывает покои, что были погружены в мрак. Михаил не ощущает того, как у него колени дрожат, но руки крепко вцепились в тело Александра в боязни уронить или покалечить. Только не сейчас, когда они так близки к долгожданным мягким перинам и любовному уединению, что погрузит их в таинство страсти. Миша слышал краем уха, как Саша в нетерпении хрипит и сладким тихим стоном заходится. Как носом в шею вжимался и даже не пытался хоть немного начать соображать, что сейчас происходит. Из них двоих хоть что-то продолжал понимать Миша и то с огромным натягом. Тяжело сдерживаться, когда у тебя на руках любимый муж тихо стонет и просит. Просит осторожно и со всхлипом, а Миша каждый звук улавливает и все больше теряется в глубине своих ощущений. Внизу живота собирается все больше горящего возбуждения, что готово вырваться наружу. Но нельзя. Нельзя пока Саша не позволит. Он не хочет совершить роковую ошибку в своих действиях. Перед глазами кровать, что была устлана шелковым одеялом с золотыми узорами, а на перины попадал мягкий свет от лампадки, что стояла на углу тумбы. Готовились. Это те самые покои. Миша на негнущихся ногах подходит к кровати и с особой нежностью тело Саши опускает на мягкие простыни. Романов все также от шеи не отцепляется и носом жмется в венку. Вдыхает в себя прекрасный аромат меда, что помогает ему с ума не сойти и не стать изголодавшимся зверем, что растерял весь рассудок. Миша ладонями по спине проводит и чуть сжимает ткань белого камзола в некрепкой хватке. Миша отодрать не может от себя омегу, что присосался к нему как пиявка и все никак не может оторваться. Миша вздыхает тихо и чуть голову разворачивает к краснющему Саше, что глаза зажмурил и слепо в шею тыкаются. Не осознает, что делает и доверяется лишь своим инстинктам. Миша такой же румяный, но старается Сашу успокоить и сделать так, чтобы ему хорошо было. Главное, чтобы он не боялся. — Сашенька, роза моя. Можно я…? — Голос на конце дрогнул, когда Саша резко глаза открыл и поплывшим взглядом посмотрел на Мишу. Зрачки приняли очень расплывчатую форму и совсем непонятно — Саша хоть что-то понимает или нет. — Ты можешь не спрашивать. Можно. Конечно можно, Миш, — Голос у него не меньше Мишиного дрожит, но Саша точно осознает, что говорит. По уверенным словам понятно. После этого Саша свои руки расцепляет за Мишиной шеей и на перины опадает всем телом, руки закинув назад. Глазами жадно смотрит на мужчину, что стоит у кровати и руки сжимает в кулаки. Миша попал. Он точно попал. Сейчас он это понимает в полной мере. Миша взглядом проезжается по Сашиному телу расплывшемуся на подушках и подмечает всевозможные детали. Саша покраснел до самых кончиков ушей, а его ладони дрожат, будто младая березка. Взгляд поплывший, но более чем адекватный. Колени немного при согнуты, а две пуговицы парадного камзола расцепились и сейчас открывают вид на белоснежную рубашку, где точно также одна пуговичка расцепилась, открывая вид на белоснежную шейку. Саша сейчас напоминает младую лебедушку, что готова отдаться полностью своему суженному. По взгляду ясно, и потому, как Саша тяжело дышит, закусывая покрасневшую губу. Миша коленкой опирается на кровать, а руки по сторонам от головы Саши ставит и глаза в глаза смотрит. Это длится всего пару секунд, а после — Миша своими губами прижимается к чужим, раскрывая манящие половинки и углубляя поцелуй. Михаил ощущает всем нутром, как Саша от такого напрягается, глаза жмуря и совсем неумело пытается точно также сделать. Но только и выходит, что совсем нерасторопно отвечать на такие ласки, руки снова закидывая на плечи Михаила в немой поддержке. Несколько секунд продолжается эта пытка, а после с тихим чмоком, Миша отрывается, целуя в уголки губ, будто извиняясь. Саша от такого всхлипывает тихонько и в ладонях сжимает ткань чуть оттягивая. Снять пытается, но выходит ужасно плохо. Миша этот жест считывает и одну из рук отрывает от перин и хватается пальцами за пуговичку и раскрывая сначала одну, а затем вторую. Мужчина совсем не забывается и спускается поцелуями все ниже, распыляя удовольствие в теле Саши. Запах у него приобрел до боли сладкие нотки. Будто Саша съел какую-то сдобную булку и сейчас ей благоухает. Мише это ужасно нравится. Последняя пуговица вылетает из петли, а Саша с тихим стоном срывает с плеч верхнюю накидку и откидывает ее куда-то за пределы кровати. Плевать куда, главное, чтобы не мешала. Саша всем телом еще ближе прижимается к Мише и тает под градом поцелуев нацеленные на его шею, которую беспрерывно ласкают. Саша слышит как Миша загнанно дышит, а одной из рук проникает под его камзол. Александр весь трястись от этого начинает и шею доверчиво открывает. Позволяет на ней оставлять аккуратные укусы и совсем не заметные засосы, что в скором времени расцветут яркими бутонами. — Миш… — Выходит с ярким всхлипом, что на конце хрипит будто загнанная пташка в тесную клетку. Саша еще больше колени при сгибает и упирается во что-то твердое, а сразу после от Миши слышится тихое шипение. Александр не сразу понял куда, попал, но по яркой эмоции Михаила, осознание само дошло. Он попал прямо в пах и теперь коленкой упирается в твердый орган. Саша от такого еще больше заалел, а губы сжались в мелкую щелку. Неужели это…? Но Сашины думы прерывают, когда его камзол раскрывают и где-то под челюстью мажут поцелуем, что спускается ниже. Все ближе к скрытой коже под рубашкой. Саша руки переводит на грудь Миши и пытается ухватится за маленькие пуговички. Но ничего не выходит. У Саши руки ужасно дрожат, а от этого из горла вырывается тихий всхлип досады. Поцелуи мужчины в одно мгновение останавливаются, а голова выше поднимается. Смотрит прямо на Сашу, а после поцелуем мажет по щеке. Совсем невинным и не подходящим под ситуацию. — Не спеши. Мы никуда не торопимся, — Еще один поцелуй на щеку опускается, а Саша рот беспомощно открывает на манер рыбы выброшенной на берег. На него Миша полуприкрытыми глазами смотрит, а в них читается лишь одно чувство, что души их согревает. Любовь. Настолько приятно осознавать, что тебя любят. Миша отрывается от Саши и между коленей становится. Все также взгляда не отрывает, а пальцами подхватывает первую верхнюю пуговичку и вытаскивает ее из петельки. Саша прекрасно видит, как у Московского губы поддергиваются в полуулыбке, когда Александр в кулаках сжимает шелковую простынь, а взгляд цепляется лишь за эти чертовы пуговицы, что одну за другой отстегивают и являют взору Саши бархатную кожу груди. Саша сам не замечает, как у него ноги подрагивать начинают, а эрегированный орган в грубую ткань упирается. Москва и правда дьявол, но совершенно не в том смысле, что ему пыталась донести Василиса. Сейчас он Романова пытает этими незамысловатыми движениями. Миша за последнюю пуговичку цепляется и с тихим шорохом ее отстегивает. У Саши сердце бешено стучит, а глаза широко раскрылись в невереньи происходящего. Что же это сейчас? Что же они творят? Сейчас все произойдет? Как в тех самых запретных книжках, что он читал при свете одинокой свечи? Миша… Но Саша не может закончить мысль, когда слышит от Миши резкий звук сорванной вещи. Саша свои помутневшие глаза переводит с лица Михаила на его голую часть тела и…глаза резко закрывает ладонями от чувства стыда и неопределенных эмоций. От Саши какой-то странный звук слышится, будто мышь пищит и боится вылезти из своего укрытия. Но в случае Александра он далеко не мышь и его ладони точно не укрытие. Но почему-то Саша все равно чувствует себя ужасно смущенно. У него руки дрожат, а глаза жмурятся. Саша всем телом дрожит, а брюки пропитались противной жидкостью. Но Саша стыдится оторвать ладоней. Будто что-то запретное увидел. Александр совсем не замечает и не ощущает, как совсем рядом с его руками почувствовалось теплое дыхание, а затем — горячие ладони, что опустились на его руки чуть раздвигая. У Саши все лицо краснющие, а у Миши точно такое же. Миша настороженно глядит и одной из рук опирается на простыни возле локонов Саши. — Саш, если ты боишься, — Миша осторожно касается губами теплой кожи ладони в трепетном поцелуе. — Я не буду продолжать. Если ты сейчас не готов, — Миша касается другой ладони поцелуем, а Александр напряженно выдыхает. Нет. Он слишком долго об этом мечтал, чтобы сейчас отказаться от этого. — Нет, я…я просто смущен. Продолжай, — Саша чуть взгляд отводит в сторону, чтобы не смотреть в эти сапфировые очи. От Миши слышится еле слышимое «как пожелаешь» а после горячие ладони ощущаются на боках, что медленно и осторожно спускались вниз. Саша пальцы жмет на руках от непередаваемых чувств и эмоций. Поверить не может, но реальность слишком четко ощущается. Миша теплым дыханием останавливается где-то на уровне живота, а руками хватается за концы брюк и очень осторожно их стягивать начинает. Саша на этом моменте дыхание задерживает, а после тихим всхлипом заходится, когда ощущает долгожданную свободу. В мгновение то неприятное чувство сдавливания улетучивается и остается ощущение комфорта и свободы. Будто птица наконец из клетки вырвалась. У Миши грудная клетка дрожит в нетерпении, а руки все также делают свою работу. Мужчина пальцами сдавливает грубую ткань штанов и с каждым новым сантиметром высвобождает все больше белоснежно-бархатной кожи. Миша слышит, как Саша хрипит и глаза через раз жмурит. Он ощущает всем телом насколько же сильно Саша возбужден и жаждет большего. Но Миша не торопится. Он хочет, чтобы первый раз Саши был самым запоминающимся и комфортным. Чтобы Саша не ощутил боль или отвращение к их уединению. Брюки наконец были сняты, а обувь откинута в самый дальний угол комнаты. От Миши послышался трепетный вздох от картины раскинувшийся перед ним. Саша великолепен. И это далеко не сарказм. Миша свои широкие ладони положил на Сашины коленки и ощутил насколько же сильно они дрожат. Романов будто боится, но это далеко не так. И тому подтверждение эрекция, что упирается в нижние одежды. Миша этому довольно улыбается и снова к губам Саши передвигается. Руки движутся сами по себе и они переходят на бедра, что в руках Михаила ощущаются до одури хорошо. Ужасно гармонично. Будто так и должно быть. — Миш… — На конце на стон срывается, когда ощущает Мишины губы на своих, а после юркий язык, что проник в рот и нагло его вылизывает. Саша неумело только рот шире открывает и под умелыми движениями сильнее распыляется. Миша в этом профи. Но где он научился? Саша обязательно узнает, но чуть позже, когда эта сладкая пытка закончится. Романов свои дрожащие ладони на голые плечи мужчины переводит и в кожу ногтями впивается. Не может это терпеть. Все тело дрожит от удовольствия, а по комнате раздаются вульгарные чмоки и хлюпанья. Саша одну из рук переводит на напряженный торс мужчины и ниже. Натыкается на ткань и показательно ее сжимает в кулаке. Кулаком это назвать сложно с расчетом насколько же сильно рука дрожит и трепещет. Но Миша ощущает это движение и от припухших губ Сашеньки отрывается и между ног снова усаживается, смотря в блестящие глазки. Романов губы дует, а колени сильнее разводит. У Миши вырывается судорожное дыхание, а руки под рубашку лезут и пересчитывают выпирающие ребра. Пальцы пробегаются меж них, но останавливаются где-то на высоте груди. Саша призывно стонет и голову запрокидывает, но руку все также не отрывает от грубой ткани. Призывает к действию, а Миша это считывает. Все же Саша не хочет, чтобы он тут один без штанов лежал и призывно бедра вскидывал, показывая свои насквозь промокшие одежды. А Миша не против. Он только за. Московский одну ладонь из-под рубашки высовывает и на свои брюки кладет и одним движением стягивает. Саша все также глаз не отрывал от этого зрелища, но когда Миша их полностью снял и небрежно на пол кинул… Саша ощутил, как снова ужасно сильно краснеет и голову в шею втягивает. Глаза ниже спускает невольно и после — теряется. — Ох… — Саша выдыхает, будто сбросить напряжение пытается, но это совершенно не выходит сделать. Только хуже становится, когда он видит очертания, уж больно массивного члена своего новоиспеченного мужа. Еще и мокрое пятнышко на месте, где должна быть головка. Саша это терпеть не может. Это хуже самой изощренной пытки, что есть на этом свете. Романов коленки сильнее при сгибает, а Миша одной из рук под коленкой хватается и сжимает чуть сильнее обычного. Небольно, но очень ощутимо. Саша ладонь ко рту подносит и зубами впивается в кожу. Пытается не кричать, но все равно выходят пищащие звуки. — Не боишься, заря моя? — Со смешком выходит и Миша чуть ниже опускает голову, а коленку выше тянет. Саша отрицательно головой мотает, а бедрами чуть ниже подлезает, чтобы удобнее было. — Хорошо. Я тебе не причиню вреда, ты мне веришь? — Миша теплым дыханием коленку опаляет, а после осторожным поцелуем мажет по бархатной коже. От Саши трепетный вздох слышится, а пальчики на ногах сжимаются от удовольствия. — Я…тебе верю… — Тихо шепчет, а Миша под коленкой мажет новым поцелуем, а после зубами проезжается, оставляя краснеющий след. Романов руку отрывает от рта и отбрасывает ее себе за голову, глаза жмурит, а тем временем, Миша вторую стройную ногу поддевает рукой и точно также приподнимает. Под ней тоже мажет трепетным поцелуем, что спускался все ниже. Михаил уже на бедра переходит, а руками льняные нижние одежды поддевает пальцем и чуть ниже снимает. У Саши живот дрожит, но от удовольствия. От Саши судорожные выдохи слышатся на этом моменте, а после Саша на высокой ноте хрипит, когда за очередным подготавливающим поцелуем, Миша полностью стягивает оставшуюся ткань и на край постели кидает. Саша глаза широко открывает и ноги с непривычки напрягает и с громким звуком схлопывает вместе. Саша ощущает долгожданную свободу и больше дискомфорта не ощущается, но взгляд Миши в мгновение становится намного жаднее. Он руки на дрожащий живот кладет и ловко обходит до ужаса напряженную эрекцию Романова. Будто не замечает, ей богу. От этого Саша сильнее смущаться начинает. Будто он — нашкодивший котенок, которого заметили за непристойным действием. — Все хорошо, Саш. Расслабься, я не причиню вреда, ты же знаешь, — Миша мягким голосом шепчет и успокаивающе по дрожащему животу проводит ладонями. Дает полное ощущение безопасности и комфорта. Дает понять, что Саше ничего не угрожает. Своим запахом обволакивает и делает успокаивающий кокон. Александр выдыхает и ноги расслабляет. Миша что-то воркует и между них устраивается. Сильные руки мужчины все также блуждают по телу, а взгляд направлен, непосредственно, между ног Саши. Миша удивленно брови вскидывает и хмыкает удивленно. Он ближе подбирается к Сашиной ложбинке и одной из рук проводит по внутренней части бедер. Саша от этого движения голову удивленно вскидывает и взглядом буравит Мишу, что все ближе подбирается руками к ягодицам. Миша ощущает, как на него смотрят и поэтому всем телом к Сашиному лицу придвигается, но руки с бедер не убирает. Гладит и ласкает. Подготавливает. — Сашенька, ты же не думал, что мы только целоваться будем? — Миша уголок губ тянет в улыбке от «хмурого» взгляда Саши. Хотя его таковым назвать сложно. У Саши глаза хрустальные, а губы дрожат от этих прикосновений, что слишком близко к сокровенному месту. Там его еще никто не касался, кроме него самого. — Нет-нет, конечно, нет. Просто я-я… — Голос предательски дрожит, когда Миша своими пальцами касается ягодиц и проводит по ним. Саша ощущает, как Миша по скользким половинкам мажет, но не касается ниже и глубже. Романову от такого взвыть охота, но только и выходит, что застонать в чужие подставленные губы. Миша пару раз целует губы, но после отрывается. Он в чужие взмокшие глаза смотрит и ищет слова одобрения в них. И Мишу не заставляют ждать. Александр бедра вскидывает в призыве продолжить ласку. — Сашенька, можно я- — Можно. Можно, Миш. П-пожалуйста… — На конце полноценно всхлипывает, когда ощущает подушечку пальцем на сжатом входе. Саша ртом хватает воздух, а Миша где-то под челюстью поцелуем мажет и на шею спускается. Мишу дразнящими движениями проводит вокруг припухшего входа, а у Саши невольно бедра дрожать сильнее начинают. Очень хочет ощутить. Вот бы…вот бы чуть-чуть… — Заря моя, расслабься. Я не хочу тебе больно сделать… — Миша утешительно шепчет и кожу на шее легонько прикусывает отвлекая. Саша ахает на высокой ноте, а после воздух из груди вырваться не может. Почувствовал. Наконец Миша проник. Мужчина продолжает неторопливо шею расцеловывать, а Саша руками хватается за бока Миши в поиске поддержки. И ее находит, но губу закусывает, когда ощущает, что Михаил все глубже фалангой проникает. Упругие стенки поддаются под таким натиском, а огромное количество смазки отлично помогает, чтобы боли не было. Лишь ощущалось необычное давление. Саша голову запрокидывает, а Миша сразу же к ней ближе приникает и ставит небольшие отметинки на белоснежной коже. Помечает и дает понять, что Саша теперь его, а он — Сашин. Они идеально подходят друг другу. Как две половинки пазла. — Все хорошо? Тебе не больно? — Трепетно Миша шепчет и полностью пальцем проникает по самую костяшку. Останавливается, чтобы Саша привыкнул, а сам нетерпеливо ерзает на месте. Все же ему тоже хочется, но надо Сашу подготовить. Миша не хочет, чтобы Саше было больно. — Н-нет… — Еле слышно шепчет Саша, а сам бедрами немного ерзает проверяя. И правда не больно, даже приятно, только небольшое давление на стенках ощущается, но это совсем не неприятно. У Миши палец где-то глубоко в нем и Саша не может не подметить, что у Михаила…наилучшие из всех возможных пальцев. Широкие и длинные. Миша достает ими до тех самых точек до которых Саша сам не мог дотянуться. А массивный палец уж слишком хорошо ощущаются в нем. Миша вставил лишь один, но такое ощущения будто это нескольких Сашиных. Даже в течки он не мог достигнуть такого эффекта, что сейчас на него Миша воздействует. — Я тогда продолжу, — успокаивающе воркует и поудобнее усаживается меж разведенных коленок Саши. Миша предельно осторожно палец проворачивает и первый раз толкается в мокрую глубину. От Саши слышится задушенный стон, а его ногти впиваются в кожу на боках. Михаил утешительно горячую щеку целует и повторно толкается. Саша всем телом содрогается и свое краснющие лицо прячет в изгибе шеи Миши. Он шею расцеловывает и прикусывает бархатную кожу. Мужчина темп увеличивает и пошлые хлюпанья смазки разносятся в покоях. У Саши коленки дрожат, а зубы уже полноценно впиваются в шею мужа. Миша слышит, как Саша всхлипывает от удовольствия, а весь сжимается в мгновение, а после — Саша вскрикивает на высокой ноте и обмякает в руках. Миша удовлетворенно плечо Саши расцеловывает, а омега на кровать снова опадает и отдышаться пытается. Белесые капельки на впалом животе виднеются, а член наконец избавившись от напряжения, поддергивается от остатков оргазма и полностью обмякает. У Саши взгляд где-то не тут, а в уголках глаз маленькие слезки собрались. Собрать себя воедино не может, но Миша мягко щечки целует и почти урчит. Саша молодец. Долго смог продержаться. — Умничка, Саш, — Миша удовлетворенно шепчет и второй палец к ложбинке подводит. Мягко кружит и надавливает на него, но не проникает. Ждет реакции Саши и незамедлительно получает. Александр еще полностью от оргазма не отошел, но все равно бедра вверх подбрасывает, чтобы больше движений урвать. Миша это считывает и вторым пальцем проникает. Осторожно им наседает и Сашин лоб целует таким образом прося прощения, когда видит, как Саша брови хмурит и дрожащими пальцами за шею хватается и тянет чуть ближе к себе. Просит больше прикосновений, а Миша их дает. С чмоками расцеловывает покрасневшую шейку, а Саша полностью расслабившись принимает в себя вторую фалангу. Миша пальцы не двигает, но рукой ощущает, как по запястью Сашина горячая смазка течет. Миша от этого губы жмет, но пытается себя сдерживать. Член в нижних одеждах через раз дергается от скорого оргазма, но мужчина стоически себя держит на привязи. Не хочет сорваться. Нужно еще Сашу подготовить. — Миша… Мишенька, прошу… — Будто в бреду шепчет Саша и слепо ищет своими губами чужие. Михаил своими губами приникает к чужим и еще один поцелуй крадет. Саша неумело пытается язык протолкнуть, но получается пока плохо. Миша дает Саше попробовать, а тем временем пальцы разводит внутри на манер ножниц и разминает горячие стенки. Они уже туже поддаются, но мужчина делает все предельно аккуратно. Следит за эмоциями Саши, а они на его лице читаются. Саша в чужой приоткрытый рот стонет и бедрами больше движений пальцев пытается ухватить. Руками в волосы на затылке зарывается, а ноги шире приоткрывает и за поясницей Миши их закрепляет. Михаил удовлетворенно пальцами толкается и с каждой секундой все больше темп наращивает, растягивая податливые стенки. Саша на каждый толчок глаза закатывает и хрипит слова обожания. У Александра снова член напрягся и всем своим видом показывает, что еще пару резких движений и он кончит. По Сашиной дрожи в теле это тоже прекрасно читается. Миша последний раз пальцы разводит полностью, стенки подготавливая и с хлюпаньем их вытаскивает. От Саши слышится разочарованный стон, а затем тихое шипение. Он ногтями впивается в кожу на затылке и оттягивает ее. Ему не нравится, что это прекратилось, но Миша успокаивающе его в щеки целует, переходя на глаза. Расцеловывает их, а Саша это принимает. Миша одной из рук, Сашину коленку поддерживает и чуть в сторону оттягивает. Михаил голову отрывает от лица Сашеньки и меж коленок усаживается всем телом. Взгляд с лица направил ниже. У Саши глаза ужасно бешеные, но тело под чуткими движениями мужчины обмякает. А в особенности от его взгляда. Саша стыдливо хочет ноги сжать, но Миша не дает. Смотрит на припухший вход Саши и анализирует будто. — Потерпишь еще немного? — Рокочет Миша и руку подставляет к Сашиным ягодицам. Под ними уже большая лужа смазки собралась, но Мишу это совершенно не волнует. Это наоборот хорошо. — Что? Миш, но я хочу- — Еще немного. Это необходимо, — Успокаивающе шепчет и поцелуем проходится по Сашиной голени. Саша руки жмет к своей груди, но от слов расслабляется. Если Миша так считает…значит это правда необходимо. Саша чуть сильнее ноги разводит и задушено всхлипывает, когда ощущает сильное давление на отверстие. Это явно не два пальца, а значит три. Но зачем так много? Неужели настолько большой у Миши? Но Саша не успевает мысль сохранить. Она куда-то улетает далеко, когда эти три чертова пальца толкаются внутрь и податливые мышцы распирают. Саша глаза жмурит и ладони в кулаках сжимает. Сейчас уже стало немного неприятно. Все же три пальца для Саши это многовато. Миша все также ногу поддерживает и пальцами осторожно проникает внутрь. Останавливается на каждом сантиметре и ждет одобрительной реакции Саши. А когда ее находит — дальше пальцы толкает и уже полностью ими проникает. Саша, когда ощущает полностью пальцы в себе, затихает на мгновение и стоном заходится. Романов поясницу гнет и пальчики на ногах поджимает. Миша урчит почти и осторожно дрожащую коленку целует, а сам пальцами делает внутри Сашеньки аккуратное движение. Кончиками пальцев двигается и пытается нащупать чувствительную точку, а когда находит — на нее давит, а Саша от неожиданного резкого прилива удовольствия в крике заходится. С пальцев будто слезть пытается, но Миша аккуратно руку под бедро переводит и придерживает. Саша трясется весь, а грудь вздымается очень быстро и прерывисто. Миша осторожно улыбается и толкается пальцами по самые костяшки. Саша уже терпеть не может и хнычет слова мольбы. — Тихо-тихо, все хорошо. — Миша-а… — С трудом Саша произносит слова и стыдливо глаза прячет в ладонях. Он сейчас снова позорно кончит от простых ласк. А Миша еще даже не приступил к главному. Саша ощущает широкие пальцы в себе и как они в нем неторопливо толкаются растягивая. Саша это стоически терпит, но с каждым новым толчком понимает — он сейчас не выдержит. Романов своим поплывшим мозгом пытается думать и на ум приходит только одна идея. Миша все также с усердием в Сашин растянутый вход пальцы проталкивает и совсем не замечает одну важную деталь. Омега одну из своих ног спустил и слепо носком начал тыкаться в чужое тело. Миша все также это не замечает, но почему-то шипеть начинает то ли болезненно, то ли на грани оргазма. Он останавливает свои незамысловатые ласки и ниже смотрит, а потом у него дыхание спертым становится. Саша пальцами ног прямо в его каменный член уперся и надавливает. Миша непонимающе взгляд переводит на Сашу, а он рот приоткрыл и что-то сказать явно хочет, но слова почему-то, так с уст не срываются. — Заря моя, что ты- — Миш…давай уже. Я…я готов. Я уверен, — Саша пыхтит явно недовольно и чуть сильнее надавливает на достоинство своего мужа. Миша брови хмурит, но согласно из Саши пальцы вынимает, а Романов разочарованно на подушки снова опадает, но ногу с паха Миши убирает. Он ее кладет на то же самое место. Саша своих серых очей от созерцания Миши не отрывает. Ждет, когда наконец Миша с себя сорвет эти последние тряпки. А Миша их срывает. Он одним четким движением с себя нижнюю одежду стягивает, а у Саши вдох в груди застревает, а в глазах мутнеет. Сердце бешено стучит, а глаза жадно пожирают Мишу снизу. Саша не думал, что он такой…внушительный. У Романова щеки пунцовые становятся, а глаза стыдливо в сторону косится начинают. Но все равно взгляд задерживается на члене Миши. У Саши слов не находится, чтобы его описать, хотя Саша человек крайне образованный и умный, но тут он безоружен. Миша тем временем смотрит на бешеные глазки Саши, что созерцают его орган. Будто Саша никогда не видел члена, хотя у него между ног такой же. И далеко не маленький, хотя у большинства омег они крайне не примечательны. А Саша даже тут отличился. Далеко не типичный омега. — Ты так смотришь будто никогда такого не видел. Вы меня вводите в смятение, Александр Петрович, — Миша утробно хихикает и двумя руками под Сашины коленки хватается и чуть ноги выше оттягивает. Саша ойкает, как нашкодивший ребенок, но взгляд переводит на лицо Миши. Хотя и все равно взгляд косится ниже. — Нет, что ты. Конечно я видел. Просто…он такой… — Задумчиво шепчет Саша и одну из ладоней тянет к плоти Миши. Мужчина не препятствует и дает коснутся Саше ладонью и так до ужаса напряженного органа. Саша своим аристократичным пальцем проводит вдоль крупной головки и аккуратными движениями спускается ниже. Миша губу закусывает от таких движений и искренне пытается бедрами не толкнуться на встречу. Но это выходит со скрипом. — Большой… — Саша завороженно шепчет и ладонью пытается обхватить ствол, но Саша глаза удивленно раскрывает. Не получается. Одной ладони не хватает. Миша не выдерживает и в ладонь Саши толкается бедрами. Пыхтит, но звуков никаких не издает. Саша руку не отрывает и глазами жадно смотрит на каплю предэякулята, что виднеется из маленькой щелки. Саша на один локоть опирается и сам ощущает, как от этого зрелища его собственный член в нетерпении подрагивает. Не может это терпеть, хочет внутри ощутить. Из отверстия еще больше смазки вытекает, а само оно сжимается. — Саш… — Миша хрипит и чуть голову назад запрокидывает. Руками вцепился в мягкую кожу и сжимает ее до покраснений. Не может перестать бедрами толкаться, но остановится надо. Михаил зубы сжимает до скрипа и все же останавливается. Тело все еще подрагивает от удовольствия, а Саша странно притих. Миша открывает глаза и падает будто. У Саши серых бликов в глазах совсем не осталось, а заместо них заполнился темный как ночь зрачок. Саша сейчас очень походит на Неву, который нашел большой куст кошачий мяты и теперь мурчит на высокой ноте, а глаза у него точно также расширенны. У Романова прядка опала на лицо, но Саша на нее внимания совершенно не обращает. Он сейчас весь взбудоражен и до предела возбужден. — Ох… — Саша сипит и снова на подушки спиной падает. Он дрожащие ладони тянет к своей рубашке и дерганными движениями пуговички из петелек достает. Миша стройные ноги Саши поддерживает в воздухе, но глазами вцепляется в каждый новый открытый миллиметр кожи. Но Саша не останавливается. Последнюю пуговичку вынимает и рубашку под собой оставляет. Смотрит полуприкрытыми глазами и ждет действий со стороны мужчины. Романов призывно бедрами двигает, а Михаил своими чуть ближе подлезает и за каждый сантиметр кожи ухватится взглядом хочет. Саша великолепен. — Ты так красив, — Восхищение в голосе так и слышится. Миша лицом ближе припадает к Сашиной груди и чарующий аромат вдыхает. Саша пахнет сладко. Саша пахнет любовью и страстью. Михаил осторожно носом утыкается в грудь Сашеньки и ловко обходит розовые ореолы Сашиных взбухших сосков. Где-то сверху, Александр тихонько стонет и свои ладони вплетает в Мишины волосы на затылке. Он желает больше прикосновений. — Ты тоже чарующ, Мишенька. Только… — Саша губу закусывает и осторожно ягодицы приподнимает и пытается тереться о член своего мужа. Слепо его ищет, но по реакции Миши находит. Он громко дышать начинает и что-то в ложбинку утыкаться начало. Что-то очень горячие и мокрое. — давай перейдем к делу. — Ты точно уверен? Вдруг тебе больно будет? — Обеспокоенно тараторит Миша и ноги Саши отпускает, когда стопы ощущаются на пояснице. Саша крепко держится, а ягодицами все также тереться продолжает. Романов неудовлетворенно выдыхает и чужое лицо приподнимает ладонями. Смотрит глаза в глаза и взглядом убеждает, что все хорошо будет. — Я уверен. Давай. Я тебя прошу… — Саша свои глаза прикрывает и осторожно Мишу целует в румяную щеку. Дает понять, что все хорошо. И даже если больно будет… Саша потерпит. — Хорошо, — Миша чуть брови хмурит и корпусом отрывается от груди Саши. На колени садится и собственный орган поддерживает в руке. Романов в нетерпении глаза жмурит и руку ко рту поднес, чтобы скрыть свои льющийся эмоции. Миша чуть ближе придвигается и наверх поглядывает, чтобы следить за эмоциями Саши. Они сейчас очень важны. По ним Миша поймет — остановится ему или нет. Мужчина проводит кулаком по напряженному члену и головку приставляет ко входу. Михаил оценивающим взглядом на все это смотрит и понимает — Саша довольно мал для него в этом месте. Но он надеется, что Саше не сильно больно будет. Александр сверху скулить начинает на высокой ноте и правда старается не дергать бедрами, когда ощущает горячую головку члена упертую ему во вход. Ужасно хочет ощутить внутри, но Миша медлит. Все хочет сделать аккуратно. — Расслабься, возможно будет немного неприятно, — Напряженно шепчет и наконец надавливает. Саша, что до этого дышал расслабленно — сейчас вообще перестал воздух глотать. Он где-то внутри застрял, а все ощущения снизу сконцентрировались. И Саша хочет сказать, что достаточно неприятные. Александр глаза зажмурил от боли и дискомфорта, но упрямо звуков не издает. Пытается расслабится и внутрь себя больше принять. Он руками за простыни хватается и тяжело дышать пытается. Но это выходит очень тяжко, когда мышцы распирает, очень горячая плоть. Саша глаза приоткрывает и вниз смотрит. Сначала взглядом натыкается на ужасно сконцентрированного Мишу, на свой истекающий член и дальше взглядом ниже мажет, а там воздух вообще перестает существовать. Миша еще толком не вошел. — Миша… — Саша хрипит и пытается бедрами двинуть, чтобы проверить — больно или нет. Но Романов всхлипывает, когда понимает, что неприятно до сих пор. Стенки входа распирает, а Миша даже не двигается. Саше даже страшно представить, что будет дальше. — Спокойно, Саш. Все хорошо. Ты скоро привыкнешь, — Миша успокаивающе урчит и взглядом Саше улыбается, что от ощущений глаза закатывает и руками хвататься пытается за все, что есть. Михаил взгляд косит ниже и внутри себя кивает. Хорошо, Саша уже не так сильно напрягается, а края входа не предвещают, что из-за какого-то неверного движения они порвутся. Миша не хочет, чтобы у Сашеньки кровь пошла. — Заря моя, я сейчас- — Да-да, Миш. Пожалуйста, — Саша головой кивает несколько раз, а Миша взявшись поудобнее за ноги толкается дальше вглубь. Александр с непривычки ойкает и всхлипывает на конце. Снова давит и снова неприятно. Такое чувство, будто он сейчас не выдержит и лопнет. Даже Мишины аккуратные поцелуи по голеням не шибко помогают. Он правда пытается расслабится, но выходит с трудом. Саша слезящиеся глаза раскрывает на Мишу и дрожащие ладони тянет к чужому лицу. Михаил это действие видит и незамедлительно ниже голову опускает, а корпусом пытается не двигаться, чтобы больше боли не причинить. Саша сразу же за щеки хватается и как слепой котенок пытается тыкаться в чужие губы. Он глаза жмурит м за каждое ощущение пытается ухватится, чтобы понять. А Миша это дает. Не двигается и ждет разрешения. По бокам от тела Саши, руками упирается и старается не выдавать, что сейчас от такой узости и сжатости позорно кончить может. — Давай дальше, — Саша еле как выговаривает и стоном задыхается, когда Миша дальше свой член проталкивает. Он ногтями впивается в лицо Миши и рот открывает, чтобы отдышаться. Романов наконец-то ощущает чужие бедра на своих. Миша наконец полностью вошел и теперь ждет. Все внутри распирает от чужой плоти, но Саша не жалуется. Позже обязательно станет приятно. Саша через раз бедрами двигает, проверяя и каждый раз стоном заходится. Уже не так больно, но дискомфорт до сих пор ощущается. Миша где-то под челюстью и на шее оставляет поцелуи, успокаивая и давая поддержку. Миша потерпит, а вот Саша — нет. Саша последний раз хрипит и снова бедрами осторожно двигает. Омега напряженно выдыхает и в плечо Миши носом тыкается. Запах вдыхает как успокоительное и носом притирается. Миша точно также делает, но поцелуи оставляет на бархатной коже, что вся покрылась красными пятнышками. Будто ночное небо. — Я…я готов, Мишенька, — Тихонько в шею шепчет и призывно ягодицами двигает, убеждая Мишу, что он готов. Мужчина последний поцелуй на шее оставляет и с выдохом первый раз толкается. Совсем осторожно, но даже тут по ощущениям он теряется. Будто кто-то кувалдой по голове ударил, а звук от нее — Сашин задушенный стон. Миша совсем осторожно толкается бедрами на встречу другим, следя за реакцией Саши. А она была очень яркая и нетерпеливая. Саша грудью выгибался и всем своим видом показывал, что ему хорошо. Руками хватался за Мишины плечи и своими зубами прикусывал кожу на шее. Не до боли, но даже от такого Миша сипит возбужденно. Будто Саша метку желает поставить. Михаил удержаться руками пытается на месте и не срываться на бешеный темп, чтобы с яркими шлепками брать Сашу на этих золотых простынях. С Сашей нельзя. С Сашей надо нежно. — Миш… Миша! — Саша слова громко выкрикивает, когда Миша темп наращивать начинает, сильнее вбиваясь в приятную узость Романова. Миша ощущает, как от этих возбужденных выкриков у него голова плыть начинает, а сознание с невероятной скоростью — теряется. Саша ногтями впивается в кожу до покраснений, но ноги упрямо держит на мишиной пояснице. Его внутри слишком хорошо распирает. Слишком желанно и горячо. Мишин член идеально подходит для него и для удовлетворения сущности Саши. Она орет, будто кошка в течке, но это далеко не так. Саше просто хорошо. Миша совсем не замечает, как в какой-то момент на резкий и сорванный темп срывается, а зубами слишком близко приближается к шее Саши. Миша глаза жмурит, а всем телом ощущает, как кончики пальцев на ногах и руках неметь начинают. Бедрами в предоргазмической судороге, дрожат. Сознание альфы теряется, когда он чувствует острую боль в плечах от Сашиных ногтей. Точнее когтей. Они увеличились и обрели более вытянутую форму, а сам Саша стонет на высоких нотах и бедрами пытается покачиваться в такт движения чужим. Пошлые шлепки раздаются в покоях от движения двух тел, а молодые супруги совсем не сдерживают своих порывов в опасных движениях. Саша всхлипывать начинает от давления чужого торса на свой напряженный член, а зубы все ближе к чужой венке на шее притираются. Миша от этого давления тихо порыкивать начинает, а голову сильнее оттягивает, давая больше места. Саша урчит и срывается. Зубами наконец впивается в напряженную шею и давит, оставляя метку. Миша от покалывающего чувства в шее совсем голову теряет и последний раз носом по Сашиной тонкой шее проводит, а после с рыком впивается своими удлинившимися клыками в мягкую кожу, пробивая ее и оставляя яркую метку на боку шеи, ближе к задней части. Саша от этого яркой боли жмурится и свои зубы из кожи вырывает и с громким стоном кончает. Саша от оргазма весь сжимается, а Миша, не забывшись, резко членом выныривает из сжавшегося лона и с утробным рыком кончает на чужой вздымающийся живот. Миша до сих пор свои зубы не отрывает и продолжает давить. Продолжает оставлять яркую метку и полностью заявляя свои права на Сашу. Михаил ощущает на языке яркий вкус чужой крови, что медленным потоком втекала в его рот. Саша все еще дрожит всем телом, а когтями впивается в плечи, оставляя там кровавые прорези. Все еще не может отойти от этого оргазма. А Миша все еще зубами впивается в его шею. — Миша… — Саша громко всхлипывает, а мужчина, опомнившись, от шеи отрывается и заплывшими глазами на Сашу смотрит и сразу волноваться начинает. У Саши слезы на щеках, что водопадом стекали ниже на подбородок. А у Миши все также изо рта выглядывают зубы. Михаил сразу взгляд меняет и дрожащими руками касается Сашиных мокрых щек, осторожно убирая слезки. — Сашенька, тебе больно? Я тебе больно сделал? Саша, почему ты- — Мишенька, — Саша носом хлюпает и рукой касается чужое щеки, осторожно ее потирая. У Саши до сих пор слезы стекают, но это не из-за боли. — Мне так хорошо…мне никогда не было так хорошо… — Тихо шепчет Саша и за подбородок Мишу притягивает. Мужчина умилительно сипит из-за зубов во рту, но Саша совсем на это внимание не обращает. И также не обращает внимание на влагу на животе и между бедер. Сейчас это простительно. — Мне никогда не было так хорошо, Мишенька. Спасибо, — Саша урчит и одной из рук проводит по торсу Миши, а губами осторожно притирается к чужим. Миша дает себя целовать, а сам предельно осторожно Сашу пытается перевернуть руками за талию. И успешно это делает. — Тебе спасибо, любовь моя, — Миша по талии проводит руками, а омегу усаживает на свои бедра, а сам садится у изголовья кровати. Саша сипит удовлетворено и всем телом прижимается к груди Миши. Под подбородком целует и мурчит почти. Как самый довольный кот. — Я тебя люблю… — Тихо произносит Саша и губами мажет по чужим. Миша чужую спину поглаживает, что мелко подрагивает. Миша удовлетворено в чужой приоткрытый рот толкается языком и ощущает металлический вкус. У Саши точно также как и у него ощущается привкус крови. Их крови, что с этого момента переплетены. Также, как их судьбы.