Пламенный полумесяц

      Кэмури могла с предельной точностью сказать, что Кайгаку её вконец достал.       С той ночи, когда кровь Музана приняла его и он стал демоном, девушку перестали посещать спокойные сны. Она скучала по дням, когда в их странствиях присутствовали только уединенность и размеренность. Но это пропало с появлением нового члена демонических лун. Не зря в народе говорили, что третий — лишний. Вот только от Кайгаку невозможно было избавиться, этот засранец был вездесущим.       Молодой человек, поменяв свой облик, стал ещё более задиристым, взбалмошным и крикливым, как какой-нибудь дикий кот. К слову, его внешность стала напоминать кошачью, на щеках появились черные и широкие отметины, похожие на усики. А в бирюзовых глазах вырисовался рисунок, в котором появились соотвествующие демонам надписи. Новая шестая луна был до умопомрачения эгоистичной и бесконечно надоедливой тварью. Кэмури в мыслях называла его такими красочными эпитетами, от которых самые благородные дамы упали бы в обморок. Хуже всего то, что его ужасный характер нисколько не трогал Кокушибо. Он будто не замечал в нём ничего раздражающего, напротив, с безразличием отдавал редкие указания. Хотя первая луна редко на кого в действительности обращал внимания. Конечно, рядом с ним Кайгаку становился шёлковым и смирным, услужливо кивал и во всём подчинялся. Маленький засранец умел подлизываться, так ещё и не скупился пресмыкаться. Вот рядом с ней он не был столь покорен. Только и делал, что оскорблял, огрызался и пытался сожрать…       К своему сожалению, Кэмури пришлось принять тот факт, что с ними какое-то время должен был ошиваться этот придурок. Она была крайне недовольна, но решила не высказываться, лишь позволяя себе бросать украдкой злые и саркастичные взгляды, а иногда и комментарии. Они с Кайгаку перекидывались нелестными фразочками, чуть не сцепляясь, как кошка с собакой. Правда, авторитет Кокушибо не давал им начать драку. Поэтому пришлось мирно сосуществовать… Почти на пороге холодной войны.       Несколько месяцев таких перебранок сделали их обоих очень раздражительными. Любая фраза порождала ссору невероятного масштаба.       — Чего ты вообще рядом с демонами забыла девка? — спрашивал у неё шестая луна, оборачиваясь к ней с неохотой.       Они шли по дороге ночью, ведущей в один из городков провинции. Вокруг них раскинулись бескрайние поля риса, которые в этой темноте были практически не видны. Столь привычный свет луны загораживали тучи, знаменующие скорое появление дождя. В воздухе чувствовался свежий и разряженный воздух, словно в любой момент могла сверкнуть молния. Девушка не сразу ответила, вздохнув поглубже и покрутив на языке тонкий аромат риса. Правда в таком буйстве отвратительных запахов высших лун он заглушался. Она повернула голову к парню и с помощью улучшенного зрения заметила его недовольство. Он сжимал зубы с усилием, держал губы закрытыми, чтобы из рта не потекла слюна. Кайгаку мечтал полакомиться её плотью. Она улыбнулась.       — Так получилось. — Пожав плечами, девушка кинула взгляд на спину первой луны. Он не следил за беседой, полностью погруженный в свои мысли. Кокушибо уже долгое время был задумчив, а, вернувшись после собрания, вообще приобрел привычку подолгу молчать. — Ты бы лучше за собой последил. Выдержки никакой. Тебя запросто убьют охотники, если попытаешься с ними сразиться, когда за горло схватит голод.       — Ты всего лишь какой-то ненормальный человек. — Махнул рукой и бросил на неё испепеляющий взгляд. — Не тебе меня учить, как быть демоном.       — Разумеется. — Закатила глаза Кэмури, даже не скрывая своего презрения. Как же ей хотелось его убить, аж руки чесались, но она сдерживала свои порывы. Раз Музан принял его в своё сборище, то следовало быть осторожным. Однако заехать по роже или же слегка поиздеваться над ним… можно было себе позволить.       — Зачем ты вообще нужна? Ужасно пахнешь, так ещё и медлительная, как черепаха. — Кайгаку указал куда-то вдаль, но там ничего не было: лишь непроглядная темень. Он продолжал раздражаться, цепляться к ней, видимо, пытаясь таким образом сбросить напряжение и желание поесть. — Мы бы уже давно добрались, если бы ты могла быстрее шевелить ногами.       — Наслаждайся видами, пока есть возможность, мальчик, — улыбчиво проговорила она, подмигивая ему. — Вряд ли тебе когда-нибудь светит увидеть их утром.       Только кицунэ испускала подобную иронию, как у того в мгновении ока срывало голову. Что демон, что человек — он был на редкость вспыльчивым.       — И почему тебя нельзя сожрать? — с ненавистью задавался вопросом Кайгаку, чуть ли не пылая от гнева. Девушку это смешило, но она ясное дело не давала ему удостовериться в её истинных чувствах.       — Я слишком ценный экземплярчик, так что подбери слюни. — Лисица шутливо указала себе на рот, давя в себе желание улыбнуться. — Ты же не маленький ребёнок?       Кайгаку дёрнулся в её сторону, чуть приподнял руку, будто хотел схватить и впиться своими клыками в шею. Кэмури увидела это движение, но не стала как-либо протестовать. Она даже в сторону решила не отходить. В то же время Кокушибо вдруг остановился спереди и заставил их застыть. Он повернул голову к шестой луне и мазнул по нему коротким взглядом. Конечно, не участвовал в разговоре, но всегда прислушивался и в любой момент вмешивался, если считал, что их разговоры назойливы и несвоевременны. Рука демона так и осталась висеть в воздухе, а потом медленно опустилась.       — Я уже говорил, Кайгаку, — наконец размеренно произнёс первая луна, нисколько не спеша задвигаться вновь. — Тебе запрещено к ней прикасаться.       — Я…       — Мои слова для тебя пустой звук? Ты не забыл, что должен следовать нашим правилам? — напомнил ему демон, отвернув голову и чуть скользнув взглядом по лисице. — Есть вещи, которые ты ещё не готов узнать. Знания придут, когда ты научишься себя вести… подобающе.       — Вас понял, — кротко ответил шестая луна и перестал смотреть на кицунэ. Он успокоился практически за секунду, хотя ещё мгновение назад желал её растерзать.       Как только Кокушибо тронулся с места, они пошли дальше, уже не разговаривая. Кайгаку бросал на неё разгневанные взгляды, а она лишь высовывала язык и довольно улыбалась. Конечно, как только они доберутся до места назначения, первая луна обязательно напомнит и ей о правилах приличия. Но это будет не так уж скоро, а потому можно было и дальше наслаждаться освежающей ночью. Хоть девушка надеялась, что Кокушибо не выдержит хамство и наконец-то самостоятельно разберется с Кайгаку, но даже такой результат был отличным. После слов первой луны на некоторое время можно было даже позабыть о существовании назойливого мальчика.       Они уже некоторое время пребывали в каком-то захолустье, расположившись в старом гостевом доме, в котором практически отсутствовали посетители. Здешние хозяева приобрели не самую лучшую репутацию из-за того, что в стенах дома произошли массовые убийства. И, естественно, в этом участвовали демоны, которых довольно оперативно убили охотники. Теперь место по большей части пустовало, посещаемое лишь теми, кто хотел проверить свои нервы на прочность. Конечно, чудесным решением было заселиться сюда, однако у них не было особого выбора. Девушка не особо желала ночевать на улице в чудовищной близости к Кайгаку. Так-то в гостевом доме их отделяли какие-никакие стены. Демонам ни по чём человеческие преграды, но наличие их в каком-то смысле успокаивало кицунэ. Она расположилась в комнате вместе с Кокушибо, обнаружив, что все остальные в ужасном состоянии. В некоторые сами хозяева предпочитали не заходить, так как боялись потревожить мертвые души. Поэтому осталось всего несколько комнат, в которых можно было обжиться. Одну отдали бывшему охотнику, который с презрительной резкостью закрыл сёдзи, чуть их не разломав, а другую уже захватили кицунэ с демоном.       Им нужно несколько дней провести в поиске растения, как всегда прочесать окрестности. Но что-то явно шло совершенно не по плану. Кокушибо, как обычно, никуда не спешил уходить, а Кайгаку вовсе исчез из поля зрения и слуха лисицы. Ей не нравилось, что первая луна долго молчал, не рассказывая никаких вестей. А его странное желание оставаться рядом с ней почти целый день и ночь — волновала.       Кэмури нашла несколько свечек и расставила их по комнате. Теперь у них было очень приятное глазу освещение. Огонь в них даже не шевелился, словно боялся своими движениями потревожить созданную атмосферу уюта. В этой прекрасной полутьме две фигуры занимались своими делами. Один стоял и наблюдал за спящим миром, а другая мирно потягивала свой напиток.       Она заварила себе чай, найдя нужные ингредиенты на первом этаже. Кроме посетителей в этом доме отсутствовали даже слуги. Поэтому всё приходилось делать самой: набирать воду для купания, готовить себе еду и чай, прибираться. Навевало воспоминания, когда она занималась столь обыденными вещами. Лисица взяла в руки чашку и осушила её, ощутив на языке приятный привкус мелиссы. Она окунулась в ненужную ностальгию и, мотнув головой, вернулась к реальности.       — Кокушибо, что происходит? — спросила та у стоящего около окна мужчины, который вглядывался куда-то из него. Его фигура заслоняла синеватый свет, лившийся с улицы.       — Разве? — в ту же секунду отозвался он, будто бы ожидая этот вопрос. Он чуть повернул голову, и на неё воззрился сияющий глаз с кандзи.       — В последнее время ты сам не свой, — обратила внимание девушка, поставив чашку с глухим стуком на столик. Кэмури встала и решительно подошла к нему, заглядывая в окно. Острые пики елей тянулись к небосводу. Тишина и привычное спокойствие окутало безлюдные улицы. Ничего не интересного. Лишь лунный свет нежно ложился на лицо молчаливого демона. — Я вижу, что что-то гложет тебя изнутри.       — Всё в порядке, — не согласился с ней тот, равнодушно пожав плечами. Однако взгляд не отвёл.       — Это всё из-за убийства шестой луны? — Наморщив лоб, спросила свой самый сокровенный вопрос, который давно хранила у себя в душе.       — Почему ты так решила?       — Потому что с тех пор ты слишком настойчиво начал отгораживать меня от своих дел. — Кицунэ взмахнула в нервном порыве руками. А потом вздохнула. — Я хорошо тебя знаю. Ты что-то скрываешь, но не говоришь мне, будто бы это что-то мне навредит.       — У тебя разыгралось воображение, — заключил мужчина, покачав головой.       — Ты обещал… я могу остаться с тобой до последнего вздоха. — Кэмури чувствовала, что время безвозвратно утекает. Вечность неумолимо сокращалась, приближаясь к своему концу. И девушка могла была даже потрогать этот конец.       — Так и будет, — легко проговорил он, но тем не менее не успокоил взволнованную натуру.       — Тогда скажи мне правду. Я устала от этих секретов.       Кокушибо не откликнулся на её призыв, продолжая и дальше сверлить долгим взглядом. В этой тишине рождались страхи, питаемые тревогой. Но девушка не струхнула, отвечала таким же стойким и упорным взглядом. Кэмури уступать нисколько не желала, наоборот, хотела дожать, понять, что происходит и наконец отпустить все свои беспокойства. Вдруг она просто себя накрутила? Однако в какой-то момент он всё-таки сдался, молвив почти безукоризненно:       — Мы уничтожим охотников.       Глаза Кэмури округлились, а сердце пропустило сильный удар. Они давно не попадались на истребителей, предпочитая обходить их стороной. Ужас сковал. Она не была готова к такому откровению. На ум пришла троица, которая была ей покинута уже очень давно. Кицунэ не хотела, чтобы они умерли, а потому подалась вперёд и схватилась за ткань его хаори.       — Оставь их в покое, — тихо произнесла лисица, чувствуя в себе нарастающий гнев. Она не могла позволить ему убить бедных людей только лишь из собственной прихоти.       — Слабые — умрут, — безразлично провозгласил демон, оставаясь для неё непробиваемой льдинкой. — Сильные, возможно, если он их примет, станут демонами.       — Не все могут стать демонами, — попыталась достучаться до него Кэмури, указывая рукой на себя. В её глазах заблестели не выплаканные слёзы. — Я не могу.       Первая луна лишь дёрнул на краткий миг плечами, но этого хватило, что зацепиться за краешек его черной души. Она должна попробовать добраться до холодного сердца.       — Ты другая, — понуро ответил демон, совершенно упрямясь перед правдой.       — Я ничем от них не отличаюсь.       Кокушибо сверкнул глазами, а его лицо исказилось в сомнениях. Однако он продолжал слушать, не перебивал.       — Люди хрупкие, как снежинки, их жизни столь же коротки. Но они красивы. Только лишь потому, что так коротки. — Кэмури заглянула ему в глаза жалостливым взглядом, полным надежды. Лисица хотела, чтобы он понял. Хотя бы на миг откинул демоническую сторону и попытался вникнуть. Вспомнил о том, кем когда-то был. — Стать демоном легко, но быть человеком куда сложнее.       — Предлагаешь мне оставить их в живых? — возмутился Кокушибо, однако ни голосом, ни выражением лица это не передал. Но в душе Кэмури ощутила от него волну негодования. — Отпустить?       — Только об этом и прошу.       — Такого не будет, — в тот же момент отчеканил демон, заставляя её сердце подскакивать с каждым произнесённым словом.       Кэмури задержала на нём взгляд и отступила, ощущая себя несколько разочарованной. Как можно было даже пытаться достучаться до того, кто столетиями воровал жизни других людей? Кокушибо казалось её понял на маленькое, совершенно незаметное мгновение, ощутил правоту, но тут же заставил себя забыть, прикрылся своей демонической скорлупой.       — Сегодня.       Девушка подняла голову, столкнувшись с ним взглядом, в котором читалась молчаливая уверенность.       — Что?       — Мы убьём их сегодня, — выдвинул Кокушибо, как приговор, готовый к исполнению.       В душе Кэмури всё перевернулось, а сердце ушло в пятки. Она ощутила муть, мир покачнулся, и ей только усилием воли удалось не упасть назад. Девушка оперлась о стену, ощутив на своей талии мощную руку, которая сразу же ринулась к ней. Демон поддерживал её, смотря крайне внимательным взглядом, от которого пробегали мурашки на лопатках. Она почувствовала на языке что-то горькое, словно только что испила не чай, а прокисшее вино. Её тошнило от всей этой ситуации, в которой лисица была полностью бессильна. Она позволила себя удерживать, борясь с ощущением гнусной слабости.       — Давно ты себя так чувствуешь? — спросил тот, будто бы что-то осознавая. Его голос звучал странно, отчего девушка попыталась сфокусироваться на Кокушибо. Но ничего. Ровный блеск луны полировал его до ужаса холодное лицо, в котором не проскочило ни капли волнения.       — Это неважно, — отклонилась от ответа, ощущая в себе потребность высказаться. — Сколько ещё столетий ты будешь скрывать в себе человечность?       — Её не осталось.       — Я видела, что есть, — опровергла его слова в ту же секунду, напустив на лицо слабую улыбку. Она сглотнула тошноту, заставив своё тело противиться рвотным позывам. — В ту ночь… в первую нашу встречу.       — Только ты видишь то, чего нет.       — И я всегда оказываюсь права, заметь, — напомнила девушка между прочим, а потом вдруг пошатнулась и упала в его объятия.       Она задержала дыхание, наблюдая за тем, как привычная реальность рушилась. Её вещи и остальные предметы остались в комнате, которая вдруг медленно превращалась в пустую и какую-то незнакомую. Кокушибо держал её крепко, ничего не говоря и тоже следя за изменяющимся окружением. Комната, раньше пыльная и имеющая интерьер, вдруг стала совершенно безликой. Кругом зажглись фонари, которые были девушке крайне знакомы, и когда она испустила вздох, то поняла почему.       Удушающий запах демонической крови сразу же заставил её почувствовать себя отвратительно. Вернулась тошнота, которую она упорно подавляла до этого момента. Ещё немного и её действительно вырвет. От слабости, постигшей тело, кицунэ зажмурила глаза и прикусила губу.       — Успокойся, — проговорил демон, погладив её по голове, коснувшись пальцами опустившихся ушей. Его движения были приятными, поэтому она смогла отвлечься на краткий миг и расслабиться.       — Где мы? — Кицунэ раскрыла глаза, всё ещё пребывая в некотором подвешенном состоянии. У неё кружилась голова, и только благодаря первой луне она могла удерживать равновесие. Понадобилась гораздо больше времени, чтобы прийти в себя. Девушка сглотнула, медленно нормализуя концентрацию дыхания, и уже тверже встала на ноги.       Помещение, в котором они оказались, напомнило то, в котором они встретились с Музаном, когда он вновь сделал из неё свою луну. Вездесущий аромат как раз-таки говорил, что они находятся в этом же самом месте. Девушка решила не гадать и повернула голову к самураю в поиске ответа.       — Бесконечная крепость. Накиме нас перенесла, — подтвердил он, задумчиво смотря вдаль, в потом нахмурился, словно боролся с собой. — Господин приказывает тебе вступить в сражение с охотниками.       — Я не стану! — упорствовала девушка, отступив на шаг от него.       — Тогда беги. — Махнул рукой и тронулся в противоположную сторону, бросая в движении ей демонический меч. — Спасайся, пока тебя не убили. Ты же не хочешь никого лишать жизни в отличие от меня.       Кэмури не понимала, почему он так с ней поступал, но она упорно последовала за ним, даже не проронив ни единого слова. Кицунэ не могла поступить по-другому: понятия не имела, куда ей идти и что делать. Да и охотники, как обычно, могли принять за демона в суматохе и попытаться убить. К людям лисица точно идти не желала. Надёжнее было оставаться с Кокушибо, как и всегда.       — Почему следуешь за мной?       — Разве я могу не идти? — резонно спросила она, даже не думая, что это прозвучало невежливо.       — Ты вольна делать то, что хочешь.       — Значит, я хочу идти за тобой, — упрямо заявила кицунэ, петляя за ним хвостиком по коридорам.       — Хватит пытаться меня перетянуть на свою сторону. Я уже стал тем, кем должен был. — Кокушибо не смотрел на неё, но и далеко не уходил. Он мог бы убежать, применив свою скорость, однако не делал этого. — Меня не изменить, как бы ты не старалась.       — Я не хочу тебя менять, — сказала ему девушка, вложив в свои столько чувств, сколько только могла. — Я просто не хочу, чтобы ты убивал их. Даже если всех уничтожишь, то от этого не станешь счастливее. Ты ничего ему не докажешь.       — Кому? — не останавливаясь, спросил Кокушибо.       Он шел быстро, но это давало девушке прислушаться к окружению. Она слышала отзвуки разгоревшейся битвы повсюду. Ощутила запахи людей, которые отчаянно сражались и помогали раненым.       — Брату.       Демон не остановился, но всё же повернулся к ней, бросив живописный взгляд. Конечно, тема о брате была очень неприятной. Ему никогда не нравились упоминания о том человеке, обладавшем точно такой же внешностью.       — Как долго ты уже хранишь ту дудочку? — задала свой вопрос, от которого на мгновение показалось, что Кокушибо удивился. Его глаза раскрылись. Конечно, она помнила тот предмет, который выпал у него из кармана. Прекрасно запомнила. И всегда гадала, кто же это ему такой смастерил. А потом в один прекрасный день всё осознала. Человек, которым всегда дорожил первая луна и которого также яростно ненавидел. Младший брат. — Ты не отказался от неё, потому что до сих пор… его любишь.       — Я победил брата, а это, — указав на неё, лежащую в рукаве, строго молвил тот, — лишь трофей. — И вновь враньё.       — Того, кто любит, ещё возможно спасти. — Кэмури наконец-то его догнала, поравнявшись с ним. Демон вдруг замедлился, когда они дошли до более или менее открытого пространства.       — Глупая кицунэ, — как обычно обозвал тот, хмыкнув и покачав головой. — Я не нуждаюсь в спасении. Меня ждёт ад.       — Значит, мне всего лишь надо последовать за тобой, — в каком-то смысле вернула ему его же слова с улыбкой. Каким бы не выдалось путешествие в самые недры ада, она без всяких проблем найдёт своего демона.       Огромное пространство, в котором осталось какое-то подобие сёдзи, расставленных праздном беспорядке, явилось перед ними. Словно кто-то насильно убрал все стены и потолки, оставив лишь перегородки. Это место показалось девушке немного жутковатым. Она глянула на Кокушибо, но тот вёл себя привычно: осматривался, проверял окружение на наличие врагов. Кэмури решила последовать примеру, однако вместо этого ей пришлось справляться с позывами к рвоте. Наверное, перемещение в пространстве и крайне расшатанные нервы повлияли на организм горазде сильнее, чем она думала. Последовал громкий звук. Кицунэ вдруг остановилась, ощутив чье-то незримое присутствие.       — Там кто-то есть? — спросила она тихо и не успела даже дёрнуться, как из-ниоткуда явился мальчик.       Это был невысокий мальчик с длинными прямыми волосами и вкраплениями бледно-бирюзового цвета. В его больших, пустых на вид, мятно-зелёных глазах отразился огромный страх. Он поглядывал сначала на девушку, а потом переводил взгляд на высшую луну. На нём также сидела тёмная, слегка бирюзовая версия униформы охотников, которую кицунэ запомнила у Танджиро. Белый ремень, как и всех, сидел на поясе. Однако в отличие от Камадо на его форме были более длинные и свободные рукава, которые больше напоминали кимоно.       — А вот и охотник, — проговорил Кокушибо и двинулся к мальчику, кладя руку на рукоять своей катаны. — Он… — Кокушибо, кажется, не смог найти слов, заглядевшись на истребителя. — Ты кажешься мне знакомым.       Однако мальчик быстро взял себя в руки и приготовился к бою. Тот нисколько её не замечал, всего себя обратив к первой луне. Девушка лишь моргнула в недоумении, смотря на демона каким-то негодующим взглядом. Она приподняла остриё своего орудия, приготовившись к битве.       — Кто это, Кокушибо? — спросила она, и мальчик казалось вспомнил о её существовании. Мальчик задрожал, и она чувствовала к нему невероятное сочувствие. Он испытывал чудовищный взгляд перед той силой, что явилась перед ним.       — Назови своё имя, — с жёсткостью произнёс тот, совершенно её не слыша.       — Токито… Муичиро, — неуверенно ответил мальчик, отвечая на требование первой луны.       — Ясно. — Кокушибо глянул на девушку, будто ища в ней какой-то ответ. — Род Цугикуни выродился.       Теперь Кэмури понимала, почему он к ней повернулся. Они говорили об этом — про их семьи. И если его семья была уничтожена, то её продолжала жить. Однако дальнейшее откровение полностью выбило из колеи. Этот мальчик был его потомком! Кицунэ могла бы порадоваться за Кокушибо, однако они оказались не в той ситуации. Он должен был сразиться против своего же потомка, а возможно его и убить.       — Не надо, — подойдя к нему, прошептала лисица, украдкой смотря на Муичиро. — Он ведь всего лишь ребёнок. Отпусти его.       И в ту же секунду Токито появился перед ними, выставив свой меч для атаки. Девушка успела среагировать и отпрыгнула назад, удивляясь подобному стилю. Глаза словно застилал густой и бледный туман, сквозь который невозможно было что-либо увидеть. Мальчик продолжал атаковать Кокушибо, а тот словно игрался с ним. Хвалил, что делал крайне редко, наверное, тоже захваченный интересной техникой.       Мальчик прекрасно справился со своими чувствами, преодолел страх, который когда-то не могла победить кицунэ. Она наблюдала, и всё ещё не могла решиться, что ей делать. Чью сторону выбрать?       — Во мне и капли твоей крови не осталось, — резко и достаточно прохладно отрезал Муичиро. А после на его лице появилась странная метка. Такая же находилась на лице и у Кокушибо, и у Танджиро!       Всё вновь оказалось в тумане, выступившим из-ниоткуда. Девушка отпрыгнула от демона, предчувствуя следующую атаку. К великому удивлению мальчик был нацелен только на первую луну. Однако всё было напрасно: Кокушибо наконец обнажил клинок и использовал свою первую кату, взмахнув мечом по горизонтали. Рука Муичиро отскочила куда-то, оторванная от тела. Кровь выплеснулась на пол, и мальчик тут же испустил вздох, исполненный боли. Однако он не растерялся и попытался прекратить кровотечение, с помощью рта замотав раненую руку. Мальчик побежал на демона, совершенно позабыв о собственной безопасности.       — Стой! Не бросайся в атаку! — крикнула ему лисица, но тот не послушал, приготовившись атаковать.       Кокушибо перехватил меч и всадил его в своего потомка, пригвоздив того к столбу. Кэмури подбежала к ним, услышав ужасную фразу:       — Позволь обратить тебя в демона. Возможно, ты пригодишься ему…       Кэмури больше не могла это слышать, а потому действовала без лишних размышлений. Она всадила меч прямо в сердце первой луны, и тот выдохнул, однако руку от меча своего потомка не убрал. Кажется, лисица смогла его удивить.       — Что ты делаешь? — незатейливо спросил он, почти искренне не понимая её.       — Хватит, — твердо произнесла кицунэ, стояв за спиной у первой луны. Она навострила уши и в любой моменты готовилась отпрыгнуть, чтобы не попасть под его удар. — Это твой потомок. Не нужно его заставлять делать то, что он не хочет.       — У него отрублена рука. Он никогда не сможет её восстановить и быть столь же искусным воином. Я могу ему помочь.       Кэмури заметила движение, а потому ей пришлось вытащить меч из его тела резким движением и отбежать в сторону. Он чуть развернулся к ней, словно был готов отбросить её в сторону. Однако лисица успела. На долю секунды.       — Не вмешивайся, — сказал демон ей, а потом обратился полностью к своему потомку, позабыв о Кэмури.       Девушка же переключилась на другого охотника. Она почувствовала его, сидящего за другой ширмой. Отошла чуть незаметно в сторону и увидела — другой мальчик с ружьем и странным зачесом на черных волосах. Полукровка помотала головой и давала ему знаки, чтобы он бежал, но и тот тоже не послушал. Однако и этот мальчик не успел уйти: Кокушибо настиг и его, отрубив ему руку. Парень однако вытащил меч, постаравшись им уже сразить врага.       — Генья! — прокричал имя этого охотника Муичиро.       Кокушибо хотел было располовинить его полностью, но тот не умирал. Кэмури не двигалась, а после побежала к мальчику, которого демон приковал к столбу. Она оказалась около него в мгновении ока и помогла вытащить меч. Муичиро смотрел на неё округлившимися от изумления глазами.       — Зачем…       — Ты ведь его потомок, — лишь ответила девушка, а после отошла от мальчика, боясь, что он её атакует.       Она заметила, что на их огромным пространстве появился ещё один человек. Мужчина с пепельными волосами, которые тормошились в разны стороны. Его стиль… не был ей знаком, однако по ощущениям этот молодой человек был силён. Сильнее, чем два мальчика, которых демон довольно быстро обезвредил.       — Кто тебе позволил рубануть моего младшего брата, хрен глазастый! — ужасно разозленный вопль затопил всю арену для боя. Охотник планировал атаковать, как и Кокушибо. — Непростительно!       Она оказалась около истребителя и взмахнула рукой, так что ему пришлось уйти из-под удара. Он успел срезать ей парочку локонов, обрамлявших лицо. А та в свою очередь оставила на его лице своим мечом неглубокий порез. Охотник был крайне удивлен, но сумел сохранить равновесие, всё же отпрыгнув от кицунэ.       — Ты ещё что за ушастое чучело! — крикнул вслед за этим столп ветра, встав в нужную стойку.       — Не вмешивайся, Кэмури, — весьма спокойно произнёс демон, продолжив в той же манере: — Я избавлюсь от них.       — Я же сказала, — напомнила кицунэ, вставая в свою стойку и отведя меч. — Я последую за тобой и не только потому, что это был приказ Музана.       Девушка вздохнула поглубже и побежала на охотника, применяя свою первую кату, за которой сразу же последовала вторая. Затмение опустилось на поле боя, разрезы выдали чёткие лучи, разящие на смерть. Подключился к атаке и Кокушибо, не оставаясь в стороне. Девушка оказалась вновь рядом со столпом. Вместе с демоном они совершили разрезы, из одного полетели маленькие луны, а из другого последние лучи солнца. Однако и от того, и от другого истребитель увернулся, совершив невероятно быстрый и сильный удар. Ветер взбушевался, превращаясь в острые и крайне опасные клинки. Кэмури смогла пригнуться и отклонится от них, а Кокушибо сделал кувырок, встретившись клинком со своим противником.       В следующее мгновение пространство затопило множество маленьких лунных серпов разных размеров. Кэмури пришлось вновь пригнуться, чтобы её нечаянно не зацепило. Однако охотник снова оказался невредим. Их мечи сталкивались со звоном, всё пульсировало от силы двух невероятных мечников. Девушке пришлось отвлечься от их битвы, потому что что-то тяжелое чуть не снесло ей голову. Это было огромный шипастый шар, который весил настолько много, что оставил вмятину на том месте, где она только что стояла. Ей удалось вовремя отпрыгнуть.       — Не демон, но сражающийся за них? — сказал человек, выглядящий, как столп. У него было столь же, как и у его орудия, гигантское тело, мощные руки удерживали цепь, на которой находился шар. В глазах однако не отражалось ничего: они были пусты.       Кэмури подалась вперёд, однако не успела и моргнуть, как её катану обвили цепи. Однако, благодаря гибкости, ей удалось выкрутиться из кружащегося оплетения цепей. Она пригнулась к полу, а после в мгновении очутилась около мечника, нанося ему рубящий удар, который его всё же сломил. Он хотел отбросить кицунэ, но она предчувствовала это, а потому быстро переместилась подальше.       — Тебя обучали. — Мужчина смотрел на неё и его глаза вдруг наполнились слезами. — Неужели этот демон? Я не думал увидеть, чтобы они когда-нибудь с кем-либо сближались…       Кэмури оценила ущерб. Она успела его ранить, но это ранение было не таким уж глубоким, чтобы тот потерял желание к битве. Кицунэ и не думала убивать охотника, ей хотелось его обездвижить. Однако это будет затруднительно, учитывая насколько этот истребитель был огромен и сколько у него было сил.       Кэмури ничего не ответила, продолжив атаку. Она подумала на секунду использовать последний стиль, но отринула эту идею. Лисица помнила, чем это могло закончиться в прошлый раз. Девушка преодолела расстояние между ними, использовав свою третью кату, начала наносить режущие удары, быстро блокируя его сильные выпады. Ей не везло. С таким противникам с помощью техники дыхания затмения не справиться. Однако лисица продолжала наносить удары, оставляя мелкие и назойливые царапины на теле охотника. Они должны были вынудить его замедлиться, устать. Однако тот, вдруг издав резкий крик, дернул рукой и его огромный шар оказался перед ней. Девушка загородилась, однако удар пошатнул её стойку, заставив упасть на колени.       — Прощай, бедная душа… — произнес столп, размахнувшись и направив на неё огромный шар, от которого она уже не могла увернуться.       В тот же момент меч в её руке повёл себя странно. Он вдруг выскользнул из руки и лопнул с характерным звуком, обволакивая её тело полностью и заграждая от удара. Кэмури не успела ничего понять: орудие ударило по ней, однако она не почувствовала боли. Её просто внезапно оттолкнуло в сторону с невероятной силой. Девушка отлетела к столбу, о которой довольно крепко приложилась затылком. В глазах тут же помутнело, во всём теле разлилась тошнота и боль. Кэмури не смогла держаться на ногах и упала лицом вперёд, врезавшись в пол. Голова раскалывалась от ужасной боли, как и всё тело, сознание постепенно уплывало. Силы постепенно покидали.       — Живи, Кэмури.       Услышала сквозь странный шум слова Кокушибо, а потом, не выдержав болевого шока, поддалась тьме.