Malfoy Mysteries: Distracted by Murder

      Звуки фортепиано заполняли ранее тихую комнату. Танцуя среди взволнованного дыхания и не высказанных вслух переживаний за последние несколько часов. Шипя поломанные обещания о спокойствии, пока Драко сидел за столом. Его невидящий взгляд был направлен в сторону тёмных вод за зачарованным окном. Он бездумно водил пальцами по следам на столе, которые были оставлены им несколько дней назад, в то время как его подбородок лежал на другой ладони. Прошли часы с момента, когда Драко и Гермиона застряли в лаборатории, пока Гарри и Катрин искали какие-либо доказательства, которые могли бы указать на того, кто оставил угрозу и как. У Драко было ощущение, что они ничего не найдут, но это не остановит их в работе. Точно так же, как Гермиону не остановило заточение в лаборатории от попыток сделать всё, что она могла.       После того, как они обнаружили, что угроза была написана на выцветшей странице «Месть вейл», команда авроров забрала Пэнси и поместила её в лабораторию для её же безопасности. После того, как Пэнси перестала проклинать всё и всех перед теми, кто хотел слушать её возмущение о том, что её разбудили в два часа ночи, она присоединилась к Гермионе в её офисе, чтобы попытаться получить дополнительные несколько часов сна. Драко, однако, не мог остановить свои мысли от бега по кругу. Просто сидение на месте начинало его раздражать. Не в состоянии просто сидеть, ничего не делая, Драко начал расхаживать, запуская руки в волосы, чтобы привести свои мысли в порядок.       Угроза не могла быть официально связана с убийствами Флинта и Трэверса, но что-то внутри Драко подсказывало, что это так. Несмотря на любые угрозы, которые могли остаться или не остаться, эти два убийства были похожи только в двух отношениях. Диакопи использовался, чтобы сломать жертве шею, и на месте происшествия было найдено различное количество фиолетового порошка. Насколько Драко было известно, жертвы были связаны только тем, что оба были чистокровными и бывшими Слизеринцами. Проходя мимо окна, Драко заметил одинокого Гриндилоу, имитирующего его движения, что привлекло его внимание к этому существу.       Скрестив руку на груди, он поднял другую, чтобы прикрыть рот, прежде чем вслух задать вопрос:       — Почему они?       Существо наклонило голову набок, словно в попытках понять, что Драко говорит. Наблюдая, как оно мотает головой из стороны в сторону, Драко прищурился, а после достал бумагу и ручку, чтобы написать четыре слова:       Чистая кровь.       Слизерин.       Диакопи.       Ручка Драко несколько раз постучала по последнему слову, пока он прикусывал внутреннюю сторону щеки. Это не было всем известное заклинание в этой местности из-за его происхождения из Греции, но и неизвестным его назвать нельзя.       — В сломанной шее должно быть что-то важное, — подумал Драко и был раздражён тем, что не мог этого понять. Отложив мысли в сторону, он написал ещё одно сходство:       Фиолетовый порошок.       Он был увлечён идеей, что порошок был своего рода визиткой, поскольку был найден в обоих местах. Это была распространённая тема в маггловских фильмах про серийных убийц. У BTK Killer были рукописные стихи, так же, как у Зодиака были закодированные сообщения. Драко обговорил это с Гермионой, но после того, как проверил, сколько осталось порошка и где они нашли его в каждом из случаев, это выглядело как случайность, чем что-либо намеренное.       Это привело его обратно к заклинанию. Это было точно. Рассчитано. Отлично натренированное. Заклинание было специально использовано, чтобы убедиться, что жертва не умрёт мгновенно. Вместо этого они были парализованы. Не в состоянии двигаться. Не в состоянии говорить. Не в состоянии чувствовать. В конце концов, не в состоянии дышать. Нет, быстрая смерть никогда не была намерением убийцы. Он хотел, чтобы жертва знала, что умрёт. Даже если они не чувствовали боль, психологический аспект, вероятно, был хуже. Смотреть, как твоя кровь впитывается в ковёр под тобой, но у тебя нет возможности позвать на помощь, было по-настоящему ужасно. Зная, что твои лёгкие постепенно теряют способность наполняться воздухом, потому что диафрагма не может сокращаться, было более ужасным, чем ожог от отсутствия кислорода. Размышляя об этом, Драко мог сказать, что предпочёл бы Круцио. По крайней мере, боль может отвлечь. И это то, что убийца хотел. Он хотел, чтобы жертвы желали боли. Желали умереть. Соединив эту технику с оставленной запиской, убийца, похоже, наслаждался моральными пытками больше, чем Беллатриса наслаждалась их физическим аспектом. От этой мысли сводило желудок.       — Дерьмо, — прошептал Драко с широко раскрытыми глазами, пока Гриндилоу кувыркался в воде. Выбежав из лаборатории, он практически побежал в сторону КПЗ. Было рано, но на втором уровне уже кипела деятельность. Ненадолго остановившись, чтобы осмотреться, он остановил мимо проходящего аврора.       — Ты видел Поттера?       Только после того, как Драко задал вопрос, он понял, что этот аврор проклинал Гарри в кафе. Не обращая внимания на рычание, исходившее от пожилого мужчины, когда тот вырвал руку из хватки Драко, он подтолкнул его к ответу:       — Нет. А теперь убери от меня свои грязные руки.       — Да, Поттер — титулованный трындец, — пробормотал Драко, глядя, как мужчина уходит.       Пробираясь к лифтам, он готовил себя к борьбе с утренней суетой в попытках найти Гарри, но когда дверь открылась, на его лице появилась ухмылка.       — Утречка.       — Что? — Гарри закатил глаза, прежде чем обойти Драко и направиться к столу.       — Грубо, Поттер. Я просто поприветствовал тебя.       — Малфой, у меня нет терпения на это. Я был на ногах с…       — Дай угадаю. С двух? Теперь мне интересно, почему я это знаю? — Драко поднес палец к губам, делая вид, что обдумывает ответ. — Ах, да! — он щелкнул пальцами: — Потому что я не спал столько же. Преодолей себя.       — Неважно, Малфой. Мне пора в комнату для допросов, — Гарри бросил мантию на спинку стула, прежде чем схватить папку и пойти по коридору.       Следуя за аврором, Драко засунул обе руки в карманы до того, как спросил, кто у них там. Когда ему сказали, что это Астория, Драко отказался это пропускать.       — Разве вы двое не встречаетесь? — спросил Гарри. — Не могу представить, чтобы мне хотелось, чтобы Кэт допрашивала Джинни по поводу убийства, — Гарри поправил очки и открыл папку.       —Драко, напротив, резко остановился. Наклонив голову и нахмурив брови, он наблюдал, как Гарри продолжает свой путь по коридору. Он спал с Асторией несколько раз, но постоянно говорил ей, что они не вместе. Он мог вспомнить несколько случаев, когда он говорил, что даже секс между ними окончен, но каким-то образом эти разговоры всегда заканчивались хорошо — сексом. Это была странная серия событий, с которыми он всё ещё пытался справиться, но разговор с Асторией, казалось, всегда отодвигался на задний план из-за этого дела. Покачав головой, он побежал, чтобы догнать Гарри, прежде чем тот закроет дверь в комнату наблюдения.       — Эй, Поттер! — Драко схватил край двери.       Раздраженно вздохнув, Гарри приподнял брови:       — Допрос уже начался и мне нужно туда попасть.       — Убийца, скорее всего, целитель или что-то такое.       Раздувая ноздри, Гарри схватил рубашку Драко и потащил его в комнату, хлопнув дверью.       — Это было необходимо? — пожаловался Драко, разглаживая складки на ткани. — Ты помял её!       — Мерлин, ты великолепен, — Гарри закатил глаза и повернулся к одностороннему стеклу.       Драко последовал его примеру, чтобы наблюдать за допросом. Они оба стояли в тишине, слушая, как Катрин деликатно формулирует свои вопросы, что даже Астории было трудно на них отвечать. Тактично Катрин задала один и тот же вопрос тремя разными способами, в результате чего Астория проделала брешь в алиби, о котором она заявляла. Когда она поняла свою ошибку, попыталась встать и уйти, но Катрин была быстрой и прижала Асторию к столу. Прежде чем Драко смог остановиться, он рассмеялся, наблюдая, как женщина надувается. Захлопнув рот, он прочистил горло и спросил, почему она здесь.       — Нашли её отпечатки пальцев и в магазине, и у Флинта, — Гарри пожал плечами, не отрывая глаз от комнаты.       — Я уже говорила тебе, — тон Астории был раздражённым. Она попыталась скрестить руки на груди, но остановилась, когда её правое запястье не отошло более чем на несколько дюймов от стола. — Я была со своим женихом.       — М-м-м, — кивнула Катрин, прислонившись к стене. — Напомни-ка, кто он?       Драко не нужно было видеть лицо Астории, чтобы понять, что она закатила глаза.       — Драко Малфой, конечно. Мы были обручены с пятого курса.       — Это грёбанная ложь, — прошипел Драко.       — Я знаю, — сказал Гарри, — и Кэт тоже.       Голова Драко резко дёрнулась, чтобы посмотреть на мужчину рядом с ним. Он не знал, откуда двое авроров узнали об этом забавном факте, но в данный момент не собирался подвергать его сомнению.       — Мы никогда официально не вступали в ухаживания ни тогда, ни сейчас.       Гарри кивнул, но ничего не сказал, не отводя взгляда от женщины. Не часто кто-то мог вывернуть игру слов Астории против неё самой, но Катрин прекрасно с этим справлялась. Астория раздражалась всё сильнее и сильнее с каждым новым вопросом.       — Как ты узнал? — наконец задал вопрос Драко.       — Гермиона.       — Что?       Гарри повернулся, чтобы посмотреть на Драко с лукавой улыбкой.       — Гермиона пришла домой и увидела, что Астория пытается разрушить защитные щиты здания. Очевидно, из-за того, что вы оба добавили свои собственные чары, она не смогла их повредить. Сомневаюсь, что кто-то действительно смог бы. В любом случае, она сказала ей, что тебя нет дома, и велела уйти. Ей потребовалась небольшая дружелюбная угроза, чтобы заставить Гринграсс отказаться от попыток застать тебя врасплох. Гермиона сказала, что как только Астория ушла, она зашла внутрь и увидела, что дверь в твою лабораторию открыта, а ты сидишь там, не обращая внимания на то, что происходит снаружи.       — Кто-то же это сделал, — пробормотал Драко, думая о записке. Он провёл рукой по лицу и пригладил волосы.       С этими словами на лице Гарри появилась ухмылка:       — Я до сих пор не понимаю, как это произошло. Вы оба проверили их и не нашли ничего плохого. Мы с Кэт тоже это сделали, когда приехали.       Астория кричала на Катрин в комнате, в результате чего брови Катрин взлетели вверх, но та ничего не сказала, пока Астория продолжала ругаться. Гарри взмахнул палочкой в сторону стекла, заставив комнату замолчать. Видимо, он уже устал слушать пронзительный голос, эхом отражающийся от стен.       — Что ты имел в виду ранее?       — У Флинта и Трэверса сломаны позвонки С4.       — Ага.       — Знаешь ли ты важность этого конкретного места?       — Это в шее?       — Тогда можно с уверенностью сказать, что нет, — Драко скрестил руки на груди, когда Гарри прищурился. — Это не шутка над тобой, придурок. Это точка зрения. Обычный человек не знает, что травма шейных позвонков является самой серьёзной из всех других травм спинного мозга, потому что расположенные там нервы предназначены для центральной нервной системы.       Гарри поднял брови, но ничего не ответил.       Закатив глаза, Драко продолжил:       — Проще говоря, используя Диакопи для перелома этих конкретных костей и повреждения расположенных там нервов, они делают жертву практически беспомощной. Жертва не может двигаться, говорить и в конечном итоге дышать. Убийце не нужно о них беспокоиться. Они не будут сопротивляться или звать на помощь. Только тот, кто разбирается в анатомии, знает это. Следовательно, подготовка целителя.       — У тебя есть подготовка целителя, ты умеешь работать на месте преступления и знаешь обеих жертв, — Гарри снова прищурился, глядя на Драко.       Зажав переносицу, Драко глубоко вздохнул:       — Серьёзно, Поттер?       — Кто сказал, что ты не причастен?       — Потому что ты — невежественный придурок. Если бы я был причастен, меня бы здесь не было, — слова Драко эхом отдавались от стен вокруг них, и воздух становился тяжёлым. Магия внутри грозила вырваться наружу из-за утреннего стресса. Сделав несколько спокойных вдохов, он снова посмотрел на Гарри и продолжил напряжённым тоном: — Я не убийца и не стал бы угрожать Гермионе. После всего…       Внезапно Гарри протянул руку к плечу Драко. Быстро сжав его, он кивнул и отпустил.       — Я хотел увидеть твою реакцию. Ты не так хорошо умеешь прятаться, как думаешь.       — Отвали, — Драко толкнул смеющегося Гарри в плечо и пошёл к двери.       — Малфой…       Обернувшись, Драко увидел решимость на лице Гарри, продолжая держать руку на ручке двери. Тот снял очки и протёр линзы о рубашку, прежде чем надеть их и встретиться взглядом.       — Когда ты оставил…       — Да. Я знаю, Поттер. Это больше не повторится.       — Но если…       — Я сам себя зааважу и избавлю тебя от неприятностей, — с этими словами Драко толкнул дверь.       Он планировал вернуться в лабораторию, хотя не был уверен, что ещё мог сделать для этого дела в данный момент. Он не был аврором. Он не был тем, кто стучал по тротуару, чтобы получить ответы. Вместо этого он за кулисами просматривал файлы и готовил зелья. Зелья, которые ни к чему не привели. Проведя рукой по волосам, прислонился к стене рядом с комнатой для допросов. В данный момент он чувствовал себя бесполезным, и это чувство ему не нравилось. Как только он оттолкнулся от стены и направился обратно в коридор, Катрин открыла дверь и позволила Астории выйти.       — Драко, — голос Астории полностью отличался от того, что он только что слышал в комнате, и ему потребовались все силы, чтобы не закатить глаза.       Засунув руки в карманы, посмотрел на Катрин, которая, казалось, была готова задушить Асторию, если она скажет в её адрес хоть ещё одно слово.       — Я просто собиралась проводить её до лифта, — объяснила Катрин.       Ухоженная рука Астории отмахнулась от неё, не глядя, прежде чем обнять Драко. Ему хотелось отстраниться. Хотелось отругать её за то, как она обращалась с Катрин. Хотелось повторить, что пару раз, когда он уступил её ухаживаниям, было не более чем снятие стресса. Открыв рот, чтобы сказать именно эти вещи, он был ошарашен. Как только она прижалась к его боку, все его предыдущие мысли исчезли. Вместо этого он кивнул Катрин и пошёл с Асторией к лифту. Она бессвязно рассказывала о том, как её расстраивает, что так долго задерживали на допросе, хотя она не имеет никакого отношения к убийствам. Тот факт, что допрос проводила Катрин, казалось, раздражал девушку ещё больше. Драко просто продолжал идти молча, время от времени кивая. Когда он собирался войти в лифт вместе с Асторией, его окрикнули:       — Малфой!       Повернувшись, Драко увидел директора Ингрэма возле своего офиса.       — Да, сэр?       Ингрэм повёл голову в сторону своего офиса, прежде чем войти в дверь. Сделав несколько шагов назад, он не сводил глаз с Астории. Туман, который заполнял разум, рассеялся, и он прищурил глаза, глядя на неё. Она взмахнула ресницами в притворном замешательстве, что только ещё больше его разозлило. Было что-то, что тянуло к ней, но он не мог этого понять. Это поставило его в затруднительное положение. Часть его хотела просто держаться от неё как можно дальше, зная, что чем дольше он будет рядом с ней, тем скорее он уступит ей. Другая часть хотела держать её рядом, пока он не разгадает тайну.       — Драко?       — Я работаю. Я не могу просто уйти.       — Ты собирался это сделать. В любом случае, тебе вообще-то не нужна эта жалкая работа.       — Ты права, мне это не нужно. Я хочу этого. Пока, Астория.       — Я приду позже, — она послала ему воздушный поцелуй, прежде чем двери лифта закрылись, и девушка скрылась из виду.       Ингрэм пригласил Драко в свой кабинет, чтобы сообщить, что его и Гермиону больше не изолируют, но при условии, что за ними будет следить команда авроров. Как только Драко заверил мужчину, что сообщит Гарри, Катрин или самому директору, если заметит что-нибудь необычное, Малфоя отпустили.       Когда он вошёл в тяжёлую металлическую дверь, он увидел Гермиону, которая сопела на одном из кожаных кресел, свернувшись калачиком с раскрытой книгой на коленях. Её сопение смешивалось с мягким звуком дождя, доносившимся из невидимых динамиков. Он не мог сдержать улыбку, наблюдая, как один из локонов следует за её дыханием.       На третьем курсе он впервые застал её в подобном положении в библиотеке. Она свернулась в укромном уголке на полу, окружённая книгами и заметками, словно личной защитной стеной. Когда он впервые нашёл её, то быстро развернулся и оставил в покое. Он знал, что библиотека была не только его убежищем, и он не собирался разрушать это для неё. Через несколько дней Драко снова нашел её на том же месте. Ноги вытянуты, плащ лежит как одеяло, а на груди книга. Драко прошептал её имя, чтобы посмотреть, очнется ли девушка, но миру она казалась мёртвой. Если бы не равномерный подъём и опускание её груди, он бы так и подумал. В течение года это явление случалось чаще. Однажды ночью он случайно взглянул на то, что она записывала, и увидел, что среди заметок по каждому предмету, который мог предложить Хогвартс, были разбросаны юридические дела о магических существах. Он вспомнил чувство вины, которое засело в глубине желудка, когда он прочитал это, и практически выбежал оттуда.       После этого Драко избегал посещения в течение почти двух недель, удвоив свои оскорбления в адрес неё и её друзей, пытаясь заглушить вину. Ничего из этого не помогло, но он продолжал попытки. Однако, как наркоман, он не мог держаться в стороне. В следующий раз нашёл её спящей после особенно неприятного письма от Люциуса. Не желая возвращаться в гостиную, он устроился рядом с ней со своими книгами и позволил ровному дыханию девушки убаюкать его и заставить расслабиться. Это сработало слишком хорошо, и через некоторое время Гермиона разбудила его и сказала, что комендантский час уже начался и им пора идти. Это было их первое гражданское общение после двух с половиной лет вражды. Её глаза смотрели на него со смесью беспокойства и растерянности, когда он моргнул, чтобы проснуться. Как только он выпрямился, она отошла и собрала все свои книги, украдкой взглянув на него. Драко последовал примеру и начал собирать свои вещи. Когда они подошли к дверям, Гермиона высунула голову, чтобы убедиться, что всё чисто. Прежде чем она вышла, он протянул руку и, не раздумывая, схватил её за запястье.       — Спасибо, Грейнджер, — тихо сказал Драко       Замешательство отразилось на её лице, когда она резко повернула голову. Локоны ударили его по лицу, но он ничего не сказал. Вернувшись в свою постель, он вспомнил сладкий запах её шампуня и пришёл к выводу, что действительно ценит нотки ванили, которые, казалось, всегда окружали её. Тепло шоколадных глаз будто всегда притягивало его. Тогда он понял, что может смотреть в эти глаза каждый день и никогда не уставать от этого. Особенно, когда она чем-то увлекалась. Казалось, они оживали, когда её магия начинала исходить волнами. Следующая мысль, которая пришла ему в ту ночь, заключалась в том, что ему нужно остановиться, потому что отец убьёт его, если когда-нибудь узнает.       Не желая пока её будить, он безуспешно огляделся в поисках Пэнси. Кажется, та уже ушла. Посмотрев на часы, он понял, что она, скорее всего, идёт на свою смену в больницу, и понадеялся, что там никто ничего не попытается сделать. Глубоко вздохнув, Драко пошёл будить Гермиону. Когда он нежно потряс её за плечо, она пробормотала и попыталась глубже погрузиться в кресло. Он знал, что она точно не жаворонок, так как девушка утверждала, что лучшие её мысли приходят ночью, но он не собирался оставлять её спать здесь весь день. Она бы проснулась разбитой и далеко не такой отдохнувшей, как хотелось бы. Снова встряхнув её, он назвал её имя и улыбнулся, наблюдая, как ресницы трепещут по щекам, прежде чем раскрыться. Янтарь сверкнул в её типично карих глазах, когда она взглянула на него. В тот момент, когда её мозг по-настоящему заработал, она быстро поднялась, едва успев поймать книгу, прежде чем та упала на землю.       — Ой! Я опять уснула? Я не знала, куда ты ушёл. Робинсон сказал, что мы можем идти.       — Ингрэм только что затащил меня в свой кабинет, чтобы сказать то же самое. Пойдем, я провожу тебя.       — Ты иди, я останусь. Я что-то упускаю.       — Приличный сон, еду… — Драко сделал шаг ближе, потянувшись к её книге, — душ, — добавил он, подмигнув, и был вознаграждён закатыванием глаз. — Книга будет здесь, когда ты вернёшься.       — Прекрасно! Но только потому, что я действительно умираю с голоду.       — Как скажешь, дорогуша.       До их дома было недалеко, но это дало им возможность понежиться в прохладном осеннем воздухе. Листья деревьев медленно переходили к более тёплым цветам, добавляя осенних украшений, выставленных на тихой улице. Вместе это создавало уютную атмосферу, несмотря на прохладу ветра. Они не разговаривали, но когда Гермиона просунула свою в его руку и положила голову ему на плечо, он почувствовал, что всё, наконец, начало возвращаться к тому, что было до его ухода.       — Это мое любимое время года, — прошептала Гермиона, подняв голову. — Очень красиво.       Драко взглянул на неё и увидел, что нос и щёки покраснели от холода, а веснушки стали выделяться. Её кудри выбивались из-под красной вязаной шапки, которая сочеталась с шарфом на шее. На её губах заиграла слабая улыбка, а глаза сверкнули любопытством.       — Захватывающе, — прошептал Драко, не сводя с неё глаз. Он не отводил взгляда, пока она не ахнула и не остановилась. Малфой резко поднял голову, чтобы выяснить, на что она смотрела. Как только группа подростков ушла из поля их зрения, он увидел Себастьяна Ривза, прислонившегося к воротам прямо перед их зданием.       — Что? — Драко смотрел то на неё, то на Ривза. Похоже, тот их ещё не заметил, и Гермиона оттащила Драко из поля зрения.       — Я просто не ожидала увидеть его сегодня.       — Я полагаю, ты должна быть рада встречи с бойфрендом после вчерашнего, — сухо заметил Драко, но она уже выскользнула из-под его руки и зашагала взад-вперёд по узкому пространству переулка.        Она бросила на него сердитый взгляд, но не ответила, лишь сжала кулаки. Воздух вокруг неё начал нагреваться, а пальцы дрожали. Драко шагнул вперёд, схватил её за плечи и пристально посмотрел в глаза — они горели янтарным оттенком, пока она не зажмурилась и не сделала несколько глубоких вдохов. Его ладони обжигало, будто он держал раскалённый металл, но не отпускал. Волны её магии чувствовались под его пальцами, тревожные и хаотичные, в это время как она кусала губу.       — В чем дело?       Она наконец открыла глаза, и в её взгляде вновь заиграл привычный тёплый оттенок - глубокий, как расплавленный шоколад.       — Ничего. Со мной всё будет в порядке, — на её губах дрогнул бледный отблеск улыбки, и она уже поворачивалась, чтобы уйти.       — Это не было похоже на ничего, — сказал он, слегка усилив хватку.       Она накрыла его руки своими, острожно освободилась и повторила:       — Я справлюсь, Драко. Я обещаю.       Она улыбнулась ему и ушла.       Он остался в тени, наблюдая, как она подходит к Ривзу. Со стороны это выглядело как трогательная встреча влюблённых: он обхватил её за талию, прижал ладонь к её шее, наклонился, словно для поцелуя… Но Драко разглядел больше. — Она напряглась. Вся её поза окаменела от прикосновений. Румянец на щеках поблёк, едва Ривз что-то прошептал. И прежде чем Драко осознал, что делает, его ноги сами понесли его к ним. Он не доверял Ривзу. Особенно — рядом с Гермионой. Он находился достаточно близко, чтобы заметить, как Гермиона судорожно сглотнула перед тем, как кивнуть. Неожиданно она повернулась к Драко - их взгляды встретились на мгновение - прежде чем Ривз увлек ее в боковой переулок, и они исчезли с характерным хлопком.       Драко провел рукой по лицу, издав раздраженный стон. Он отчаянно хотел помочь ей разобраться с ситуацией с Ривзом, но если она отказывалась говорить об этом... Его руки в отчаянии впились в волосы, а затем опустились на макушку, пока он неотрывно смотрел на место, где они только что исчезли. Все, кого он расспрашивал о Ривзе, отзывались о нем исключительно положительно. Панси уверяла, что Драко просто не может смириться с их отношениями. Но были ли это вообще отношения? Судя по реакции Гермионы только что, он готов был поклясться, что нет. Но между ними определенно что-то было. Это «что-то» заставляло ее сжиматься при его прикосновениях. Это «что-то» делало ее лицо бледным после его слов. Это «что-то»... ...явно не сулило ничего хорошего.