Malfoy Mysteries: Distracted by Murder

Работа с драконами, казалось, шла Рону Уизли на пользу так же, как и его старшему брату. Он ещё подрос, став самым высоким в их компании. Ярко-рыжие волосы были собраны в небрежный узел, а отдельные пряди развевались на ветру. Загар, приобретённый под румынским солнцем, в сочетании с густой бородой делали его голубые глаза ещё ярче. Новый шрам, по крайней мере, он выглядел свежим; тянулся от брови до подбородка, а на правой руке, где он закатал рукав, виднелся крупный ожог. Широкие плечи заполняли бордовый хувер Хогвартса, делая Гарри, с его средним телосложением, еще более миниатюрным в сравнении. — Уизли. Поттер, — Драко осторожно поздоровался. — Черт возьми, Малфой. Сколько лет тебя не видели. Соболезную насчет твоей мамы. — Да. Спасибо, — кивнул Драко, затем взглянул на Гарри. — Это не… — Нет, — быстро ответил Гарри, широко раскрыв глаза. — Но она была здесь. — Мы все были, — Рон засунул руки в карманы. — Я, Билл, Чарли, Джинни, Джордж, даже Перси. Она добилась разрешения для нас поиграть на поле. Драко кивнул, оглядывая поле. — Вы, парни, совсем рехнулись, раз решили играть в такую погоду, — бросил он, глядя на груду мётел посреди поля. — Эх, квиддич — жёсткая игра, — усмехнулся Рон. — Не поспоришь, — признал Драко. — Я огородил зону, но не хочу, чтобы Гермиона туда заходила, — сказал Гарри, не отрывая глаз от Тео и Гермионы вдалеке. — Почему? — резко спросил Драко. Было не похоже, что Гарри считал Гермиону неспособной справиться со своей работой, какой бы она ни была. Она была сильнее всех них, и он собирался сказать Гарри это прямо. — Просто поверь мне. — Гарри резко перевёл взгляд на Драко, и в его глазах вспыхнул гнев, которого Драко не видел со времён войны. У Драко внутри всё сжалось. — Кто там? — Я отвезу её в Министерство. Всё равно меня ждёт официальный допрос. Я помню процедуру. — Рон слабо улыбнулся. — Не скажу ей, кто это. Гарри кивнул, наблюдая, как Рон направился к Гермионе. Прежде чем тот отошёл далеко, Драко крикнул: — Уизли! Рон обернулся, приподняв брови, и Драко подбежал к нему. — У неё закончился чай, который она любит. У меня есть запасной в сумке рядом с её любимым креслом. Рон выглядел смущённым, но кивнул и повернулся обратно. Было очевидно, что Гермиона не хочет уходить, настаивая на выполнении работы. В конце концов, уговоры Рона и Тео возымели эффект, и она ушла, держась за руку Рона, но не отрывая взгляда от Драко. Как только Тео присоединился к ним, Гарри кивнул в сторону гостевой раздевалки, давая понять, что они должны идти первыми. — Если ты не уйдёшь, я выварю твои глаза в ржавом чайнике! — ледяной голос Катрин донёсся до них. — Это угроза сотруднику министерства!.. — Það verður meira en hótun eftir eina mínútu . — прошипела Катрин. Тео фыркнул, а Драко полностью понял его, когда Гарри пробормотал, что это Криви пытается пробраться в раздевалку. Запах ударил в нос раньше, чем он увидел тело. И Драко, и Тео инстинктивно отшатнулись, зажав носы и рты. Драко пару раз подавился рвотным позывом, прежде чем смог перевести дух и наложить самый сильный Пузырьковый шар из возможных. Вид разлагающегося тела, обмякшего у стены раздевалки, оказался достаточным, чтобы вывернуть Драко желудок. В его профессии видеть ужасные вещи было нормой. Но этот труп оказался одним из самых отвратительных, что ему доводилось встречать, включая кошмары времен владычества Волан-де-Морта. — Мог бы предупредить, дружище, — сквозь зажатый нос процедил Тео. — Кто-нибудь трогал тело? — спросил Драко, натягивая перчатки. — Нет, — ответил Гарри. — Рон знает протокол. Как только почувствовал запах — сразу понял, что что-то не так. Говорит, заглянул за угол, но дальше не пошел. Драко кивнул, наклонился и наконец разглядел, кто лежал перед ним. Он резко выпрямился, взгляд метнулся к Гарри. Тот лишь поднял брови. — Теперь понимаешь, почему. — Что? Кто это? — Тео переводил взгляд между ними. Эмоции в груди Драко сталкивались, как штормовые волны. С одной стороны, он никогда не радовался чьей-то смерти — особенно такой жестокой. С другой — этот ублюдок заслужил её после того, что сделал с Гермионой в школьные годы. Электрический разряд пробежал по его груди и вдоль позвоночника, когда он отступил от тела. Его работа — найти убийцу, но голос в глубине сознания хотел поблагодарить того, кто избавил мир от другого чудовища. — Кормак Маклагген, — ответил Драко на вопрос Тео, не отрывая взгляда от облезающей кожи на лице мертвеца. — Это была какая-то кислота… или зелье, имитирующее её действие. Части мантии Маклаггена вплавились в плоть, а половина его лица представляла собой лишь обрывки мышц на обнажённой кости. В единственном уцелевшем глазу, широком и впалом, застыл немой ужас. Одна рука бессильно лежала на коленях, другая была отброшена в сторону, будто он в последний момент пытался что-то схватить… или кого-то оттолкнуть. Под телом застыло обширное пятно запёкшейся крови, но сразу было неясно, откуда именно она истекала. Драко должен был чувствовать отвращение. В обычных обстоятельствах он бы сочувствовал тем, кто потерял этого человека, и поклялся найти убийцу, совершившего столь чудовищное преступление. Первые секунды он действительно так и чувствовал. Но теперь гнев в его груди заглушал всё. Годы прошли с тех пор, как он наговорил Маклаггену тех слов. Он знал, что не пожалел бы ни единого из них, повтори всё снова. Но даже в самых безумных фантазиях он не думал, что они сбудутся наяву. Было поздно, давно миновал комендантский час, именно поэтому они и встретились так глубокой ночью. Даже старосты не патрулировали коридоры в это время. Он ушёл всего пять минут назад, не больше. Гермиона уже должна была быть почти у башни Гриффиндора. Но её там не было. Её плач эхом разносился по каменным стенам. Резко свернув за угол, он увидел её палочку, катящуюся по полу, а дальше — раскиданные книги и сумку, ведущие к потайному проходу. Отдернув гобелен, он увидел: её порванный джемпер на полу, Маклаггена, прижимающего её к стене. Она отчаянно била его, царапалась, пыталась укусить, но он с легкостью подавлял её сопротивление, рыча, что она «опозорила его». Искры буквально заструились с кончиков его пальцев, озарив темноту, прежде чем он вцепился в воротник Маклаггена и швырнул его назад. Раздался тошнотворный хруст — голова Маклаггена ударилась о каменную стену, но это не остановило Драко. Его ботинок из драконьей кожи со всей силы врезался в живот насильника. Пока Маклагген давился кашлем, Драко вцепился ему в рубашку, приподнял и снова бросал в стену. Кровь уже проступала на белой ткани, но это не утоляло его жажды мести. — Ты что, воображаешь себя мужчиной? — прошипел Драко, обрушивая град ударов в живот и рёбра. Весь этот год Драко жил на грани. Волан-де-Морт, укрывшись в Малфой-Мэнор, угрожал его матери. Самого Драко постоянно пытали за провал с убийством Дамблдора — и он, и его приспешники. Чувство вины за то, что он едва не убил двух однокурсников, грызло его изнутри. С каждым днём он всё ближе подходил к тому, чтобы свести счёты с жизнью. Если бы не Гермиона — он бы уже сделал это. Она была ярким светом в его жизни, как бы сильно ни действовала ему на нервы. Она отказывалась оставлять его, не позволяла страдать в одиночестве. Лечила, когда могла, слушала, когда это было нужно, и каждый день предлагала помочь ему сбежать. Чёрт побери, он не позволит никому сломать её. Она была слишком чиста для этого мира и он не отдаст её на растерзание. Апперкот в челюсть и Маклагген рухнул на пол. Он попытался отползти, харкая кровью, но Драко не закончил. Развернувшись, он дважды резко пнул его по почкам, заставив Маклаггена взвыть от боли. Штаны насильника, всё ещё расстёгнутые, спутались вокруг лодыжек, а пряжка ремня звенела по камню при каждом судорожном вздрагивании. — Ты что, правда так думаешь? — рявкнул Драко, плевать, кто их услышит. В тишине после его вопроса раздались всхлипы Гермионы — и его магия вскипела вокруг, как буря. — Ты считаешь, что достоин такой, как она? Маклагген захлёбывался кровью, а на левой стороне его лица уже набухало зловещее пятно гематомы. Игнорируя лужицу крови, Драко присел на корточки, вцепился в воротник рубашки и приподнял его ровно настолько, чтобы заглянуть в налитые кровью глаза. Губа Драко дрогнула от омерзения. — Ты жалкий трусливый ублюдок, недостойный даже воздуха, которым дышишь. Надеюсь, когда ты умрёшь, это будет медленная, мучительная смерть. Он швырнул Маклаггена на землю с такой силой, что его голова оглушительно стукнулась о каменный пол. Драко так и не применил не простительное заклятие. Даже после всего, что пережил и видел, в нём не находилось столько ненависти. Желание пытать или убивать никогда не владело его мыслями. Но глядя на бесчувственное тело у своих ног, он наконец понял, как можно жаждать такой силы. Даже сейчас, когда жажда мести застилала глаза, заклятия так и не сорвались с его губ. Он знал, что способен на это. Что его проклятия сломят Маклаггена. Но он также знал:стоит переступить эту грань и обратного пути не будет. — Малфой? Он поднял взгляд и увидел Гарри, осторожно делающего шаг в его сторону. Тот не сводил с него глаз, сжимая палочку в белых костяшках. Драко впился ногтями в ладони, затем перевёл взгляд на Тео. Увидев его ледяные голубые глаза, Драко закрыл веки и сделал несколько глубоких вдохов. — Всё в порядке. — Он открыл глаза. Гарри все еще смотрел на него с недоверием, а Тео оставался настороже, но оба кивнули. Понимая, что с телом ничего нельзя сделать до прибытия Эрни, Драко переключил внимание на место преступления. На первый взгляд, кроме разлагающегося тела, ничего подозрительного не было. Осторожно обойдя труп, он осмотрел шкафчики за ним. Накладывая заклинания на них, скамейки, запасные метлы и двери, он искал отпечатки пальцев и другие следы ДНК, но ничего не обнаружил. Не было ни единого следа, кроме принадлежащих Драко, Гарри и жертве, и никаких признаков флакона, в котором могло бы находиться зелье или кислота. Перейдя через комнату, он прищурился, изучая тело. Сделав несколько шагов назад, он почувствовал, как его спина слегка коснулась шкафчика, и обернулся. На каменном полу он заметил несколько мелких царапин, будто что-то волокли по поверхности. Он пометил это место для Пенни, чтобы она сфотографировала его по прибытии, и продолжил осмотр. Его внимание привлекло отсутствие пыли на некоторых скамьях. Встав на одну из них, он снова окинул комнату взглядом. — Что ты делаешь? — спросил Тео. Не отвечая, Драко продолжал осмотр, переходя от одной скамьи к другой, пока не заметил то, что искал. На краю одного из шкафчиков мерцало небольшое количество фиолетового порошка. Резко развернувшись, он взглянул на тело и с этого места открывался идеальный обзор. — Ублюдок коллекционирует трофеи, — пробормотал он, спрыгивая со скамьи и помечая порошок. — Разве Маклагген не полукровка? — Да, — Гарри провел рукой по взъерошенным волосам. — Значит, теперь это не «Убийца чистокровных». Просто психопат. Когда появился Эрни, они подготовили тело к транспортировке и сделали все необходимые фотографии. Драко аккуратно собрал образцы странного порошка и зафиксировал другие потенциально важные детали. После того как тело увезли, а Катрин наконец избавилась от назойливого Криви, вся группа направилась обратно в Министерство. Прошло несколько часов, когда Гарри зашел за Драко в лабораторию и предложил пройти с ним в комнату наблюдения. Гермиона, все еще раздраженная тем, что ее отстранили от осмотра места преступления, даже не удостоила Драко взгляда, когда он уходил. Следуя за Гарри по коридору, Драко сохранял бдительность. Он бывал в этой комнате наблюдения лишь однажды — и тогда его присутствие там сложно было назвать добровольным. Нынешнее приглашение казалось ему как минимум странным. Однако его любопытство мгновенно возгорелось, когда через стекло он увидел Катрин и Чарли в комнате для допросов. — Мое участие в допросе было бы конфликтом интересов, — пояснил Гарри, не отрывая взгляда от происходящего за стеклом. Звукоизоляция не позволяла разобрать слова, но Драко невольно усмехнулся, увидев, как Катрин сардонически улыбнулась в ответ на что-то. — А в моем случае это не считалось конфликтом? — резко спросил он, внезапно осознав двойные стандарты. Гарри лишь пожал плечами: — Основные вопросы тебе задавала Катрин. А я в кабинете Ингрэма был просто по его просьбе. Не то чтобы мне самому там хотелось быть. Драко раздраженно фыркнул и, засунув руки в карманы, прислонился к стене. Его взгляд вновь притянуло к комнате допроса — несмотря на то, что Катрин уступала Чарли в габаритах, именно она явно контролировала ситуацию. — Ты уверен, что справишься с этим? — неожиданно спросил Гарри. Драко медленно поднял бровь, поворачиваясь к Гарри: — Справиться с чем? — С участием в этом деле. Он замер на несколько ударов сердца. Гнев, клокотавший в нем с момента обнаружения тела Маклаггена, все еще пылал на переднем плане сознания, но он категорически отказывался позволить этому стать причиной своего отстранения. Он всегда оставался профессионалом и даже отсутствие сожалений о смерти этого ублюдка не заставит его изменить принципам. — Когда она тебе рассказала? — После побега из поместья, — признался Гарри, и во рту у Драко мгновенно пересохло. — Мы не могли понять, почему ты нам помогаешь. Особенно после того, что я сделал с тобой... — Мы все были глупыми детьми, — Драко пожал плечами. — Я перестал чувствовать себя ребенком в четырнадцать. — В этом мы сходимся. Они замолчали, рассеянно наблюдая через стекло за беседой Чарли и Катрин. Гарри опустился на стул, уткнув лицо в ладони, и тяжело вздохнул, будто на его плечах лежал весь вес мира. — Я беспокоюсь о ней, — пробормотал он в пол. — Ты не одинок. Не нужно было уточнять, о ком шла речь. Драко был не единственным, кто хотел защитить Гермиону. Гарри опекал ее с одиннадцати лет и эта братская связь между ними была нерушимой. — Она что-то расследует за моей спиной и не позволяет мне помочь. К тому же, выглядит так, будто не спала несколько дней. Каждый раз, когда я спрашиваю её об этом, она просто замолкает. А теперь, когда Маклагген стал очередной жертвой... я боюсь, она снова станет такой, как сразу после того случая. — Кто-нибудь ещё знает? — Только я и Рон. Драко кивнул и перевёл взгляд на Катрин, которая нервно шагала перед столом. Он понимал тревогу Гарри. Месяцами после того, как Маклагген изнасиловал её, точнее попытался изнасиловать; Драко не знал, насколько далеко тот зашёл, да это и не имело значения, потому что Гермиона замкнулась в себе. Отказывалась выходить куда-либо, кроме уроков, даже на ужин. Он как-то спросил у Джинни, всё ли с ней в порядке и после этого она весь год следила за ним с подозрением. Однажды мадам Пинс, библиотекарь, остановила Драко, чтобы спросить, не больна ли Гермиона. Неудивительно — она была единственной, кто постоянно видел их вместе. — Она узнает, — наконец сказал Драко, прервав молчание. — Я знаю. — Она взбесится, что мы ей не сказали. — Она подумает, что это её вина. — С какой стати... — Драко широко раскрыл глаза, глядя на Гарри. — Чёрт возьми. Он вскочил и выбежал из комнаты, даже не оглянувшись. Резко остановился, проскочив комнату отдыха, и вернулся, обнаружив Тео, разговаривающего с одним из старших мракоборцев. — Тео! — окликнул он, заставив обоих вздрогнуть. — То, что ты сказал на днях… насчёт записки… почему ты не счёл её угрозой? Нахмурившись, он поставил кружку и скрестил руки. — Там не говорилось, что она должна заплатить за свои прегрешения, а что они должны. Правда, я понятия не имею, кто эти «они». А что? Гарри успел подойти к Драко как раз в тот момент, когда тот спросил, не упоминал ли кто-нибудь ещё о каких-либо записках, которые могли получить. Когда Гарри ответил, что других записок не находили, Драко хмыкнул и провёл руками по лицу. Поседевший мракоборец пробормотал что-то вроде извинения и вышел, оставив Драко в тишине мерить шагами небольшую комнату. Бумага. Ему нужны были бумага и ручка. Резко развернувшись, он рванул в лабораторию. Распахнув дверь с грохотом, он заставил Гермиону вздрогнуть и поднять голову. Она наблюдала, как он пересекает комнату. Молча схватив свою сумку рядом с её стулом, он вытащил блокнот и ручку. Затем швырнул его на один из столов, игнорируя троих людей напротив. Маклагген, Треверс, Флинт, Фоли(и), Селвин, Розье, Эйвери. Просмотрев список жертв, он скривился, провёл черту рядом с именем Маклаггена и вписал имя Гермионы. Наконец подняв взгляд, он увидел, как она смотрит на него. Её глаза были широко раскрыты, а с лица сбежала вся краска — он даже испугался, что она вот-вот упадёт в обморок. — Это те самые… — прошептала она. — Да, — ответил он. Когда её глаза наполнились слезами, она прикрыла рот ладонью и замотала головой. Обойдя стол, он притянул её к себе и поцеловал в макушку, когда она обвила его руками. Подняв взгляд, он увидел, что Гарри и Тео наблюдают за ним, ожидая объяснений. — Тео был прав. Это не была угроза. Это было… обещание. — Он крепче прижал Гермиону, почувствовав, как она дрожит. — Не знаю, всех ли своих жертв они выбирают так, но Маклаггена — точно. Готов поспорить на что угодно. Своего рода месть. — Значит, нужно выяснить, что связывает всех этих людей, — заключил Гарри. — Нет, — возразил Тео, изучая список. — Гермиона, что такого совершил Маклагген, чтобы кто-то счёл его заслуженной жертвой? Гермиона прижалась щекой к груди Драко и взглянула на Тео, но не ответила. Отстранившись, она посмотрела на Драко, потом на Гарри и снова на Тео. — Они тебе не рассказали? — прошептала она, снова обращаясь к Драко. — Это никого не касается, — мягко сказал он, убирая прядь волос за её ухо. — Теперь касается. — Не обязано. Он чувствовал, как она дрожит в его объятиях, и больше всего на свете хотел стереть тот вечер из её памяти. Он уже предлагал это однажды, но она не позволила. Объяснять причину она не стала, а он достаточно уважал её, чтобы не давить. Даже тогда его магия жаждала только одного — защитить её, вопреки голосу разума. По крайней мере, теперь он мог держать её так, как мечтал. Вытирать её слёзы и клясться, что спасёт, зная, что на этот раз действительно сможет. Тепло исходило от нее, в то время как его электричество протянулось навстречу, окутывая их магическим коконом, пока она обдумывала свой выбор. — Я не могу этого сделать, — наконец прошептала она. — Я не хочу... — голос дрогнул, и слезы выкатились из уголков глаз. Она сердито смахнула их и отстранилась от Драко. Расправив плечи, она посмотрела ему в глаза, янтарные зрачки ярко вспыхнули. — Ты сможешь, вероятно, даже должен, но я... я не переживу еще один рассказ. С этими словами она поднялась по лестнице и заперлась в своем кабинете. Жалюзи мгновенно захлопнулись. Звук воды, бьющейся о зачарованные окна, эхом разнесся по комнате, где стояли трое мужчин, но никто не проронил ни слова. Под небольшим котлом на самом маленьком столе потрескивал огонь, а крышка слегка дребезжала от бурлящей внутри жидкости. Электричество гудело в его ушах и бежало по венам, в то время как сердце методично стучало в грудной клетке. Медленно, но мощно. Тук-тук. Тук-тук. Тук-тук. Как Гарри и Тео не слышали эту угрожающую дробь, он не понимал. Двери лаборатории открылись, и внутрь вошла Катрин. Её лёгкие шаги гулко раздавались в звенящей тишине. Она остановилась между Драко и Тео, окинув их оценивающим взглядом. Глаза Тео начали светлеть — Драко знал, что тот готовился услышать то, что ему не понравится. Будто его магия пыталась принять удар на себя. Плечи Катрин напряглись, уловив перемену, прежде чем она повернулась к Драко. Он никогда не видел себя в зеркале, когда электричество было так близко к поверхности, но был почти уверен: его глаза менялись так же, как у остальных. У Гермионы — золотые. У Тео — карие становятся голубыми. У Катрин — белеют. Пэнси — горели неоновым светом. А у Ривза... даже белки глаз становились черными. — Что происходит? — её голос был холоден, как и взгляд. — Драко собирается рассказать, что Маклагген сделал с Гермионой, — ответил Тео, не отводя глаз от Малфоя. Гарри переводил взгляд между ними, делая шаги назад. Драко закрыл глаза, сжал кулаки и сделал несколько глубоких вдохов. Подняв ментальные щиты Окклюменции, он похоронил все эмоции, связанные с тем, что ему предстояло рассказать. Гермиона была права — рассказав им о поступке Маклаггена, он укажет им направление для поисков убийцы. Когда он открыл глаза, то увидел, как Катрин нахмурилась — верный знак, что его Маска чистокровки надежно закреплена. — Начиная с четвертого курса, мы с Гермионой встречались в заброшенных классах для учебы. Это продолжалось весь пятый и шестой год. Однажды ночью на шестом году мы поспорили о том, что от меня требовалось в тот год. Я выбежал из класса, но вернулся, забыв книгу. Когда я добрался обратно, Гермиона уже ушла, но я услышал плач. За поворотом я увидел её сумку и палочку, брошенные посреди коридора, а её рыдания доносились из-за гобелена. Когда я откинул его... Даже несмотря на мощь ментальных щитов, Драко с трудом сдерживал ярость при воспоминании о той ночи. Лицо Гарри побелело, глаза Тео расширились, а Катрин сжала кулаки — в комнате резко похолодало. Сделав глубокий вдох, он закончил сокращенную версию: — Он насиловал её. Или пытался. Я избил его до полусмерти, а потом помог ей. — Так вот что случилось с этим ублюдком? — Тео стиснул челюсть, глядя на Драко, и громко выругался, когда тот подтвердил кивком. — Где она сейчас? — спросила Катрин, её глаза всё ещё были ледяными. — В своём кабинете, — ответил Драко. — Ты сейчас сможешь помочь ей лучше, чем я. Я лишь разожгу огонь сильнее. Ему ненавистно было это признавать, но когда плечи Катрин расслабились, он понял — это правильное решение. — Сколько ещё, таких как вы? — спросил Гарри, как только Катрин скрылась в кабинете Гермионы. — Насколько я знаю — шестеро. Включая меня и Гермиону. — Кто ещё? — Пэнси. — Всего пятеро. Малфоя я уже учёл. Гарри сузил глаза, когда Драко перевёл взгляд на Тео. Тот наклонил голову, словно говоря, что решать Драко, но не выражая своего мнения явно. — Ривз. — Что?! — Гарри широко раскрыл глаза. — Что, чёрт возьми, он может контролировать? — Чёрта, — мрачно сказал Тео. — Ты шутишь? — Не буквально преисподнюю, — Драко бросил на Тео предупреждающий взгляд. — Но тьму. — Как же это... утешительно, — Гарри опустился на табурет, снял очки и потер глаза. — Ривз — огромный мудак и, скорее всего, замышляет что-то зловещее, но сейчас он залёг на дно, — Драко провёл рукой по волосам. — Ненавижу это говорить, но нам нужно сосредоточиться на убийствах. А потом разберёмся с Ривзом. — Ты прав, — Гарри снова надел очки и хлопнул себя по коленям. — Чёрт, как же противно это признавать. Драко усмехнулся. — Прибери своё электричество, и... что там у тебя под контролем... — Воду, — с гордостью заявил Тео. — Да. Прибери свои водные... штуки…как же странно это звучит…и давай выясним, за какие преступления наш убийца выбрал именно их.